Квартира 2

Я всегда предпочитал музыку на аналоговых носителях. Есть в ней что-то настоящее на мой взгляд. Давно не удавалось порадовать себя новой пластинкой в коллекцию. И вот приношу с почты запечатанную коробку, в которой находится долгожданный (What`s the story) Morning glory? группы Oasis. С музыкой братьев Галлахеров меня связывает много приятных воспоминаний. Распаковывая посылку, мысленно прикидываю, куда поставлю конверт. Очевидно, на самое видное место: так что Моррисси, Роберту Смиту и Тому Йорку придётся немного потесниться на моей виниловой полке. Аккуратно вскрываю коробку и под многочисленными слоями пузырчатой плёнки наконец-то вижу обложку. Почему-то она всегда ассоциировалась с пинк флойдовской Wish you were here, разве что с другого ракурса и никто не горит. Быть может, только у Деймона Алборна слегка подгорает. Извлекаю конверт из коробки и ощущаю приятную тяжесть пластинок.

Разумеется, этот момент я всегда представлял себе несколько иначе. Полинке нравилось моё увлечение винилом и именно она и подарила мне смитсовский The queen is dead. Да и Oasis она любит не меньше моего. Если бы мы не расстались, то сейчас как раз бы послушали вместе. Почему-то врезался в память момент, когда мы только познакомились и, переписываясь о любимой музыке, я упомянул, что в моей фонотеке не хватает второго альбома Oasis. В ответ я получил лаконичное «Запомню». И вот спустя почти год я стою один в пустой квартире с пластинкой в руках, но рядом уже нет любимой девушки.

Когда Полина впервые оказалась у меня, то первым делом поспешила ознакомиться с моей фонотекой. Она долго и с интересом разглядывала конверты, доставала из них пластинки и удивлялась тому, насколько совпадают наши музыкальные вкусы. Именно тогда она поведела мне фан-факт о названии группы R.E.M. – что это аббревиатура, означающая быстрые движения глаз во время фазы быстрого сна. Мой взгляд упал на стоящие на полке пластинки, а там как раз ремовский Automatic for the people. Как символично. А Полина до сих пор иногда мне снится.

Что ж, я немного отвлёкся. Поднимаю крышку проигрывателя, достаю из конверта первую пластинку и кладу её стороной А наверх. Опускаю тонарм и игла стереоголовки начинает движение по непрерывной спиральной канавке пластинки, на ходу улавливая вибрации от правой и левой стенок бороздки и превращая механическую энергию в электрический сигнал. Через звукоснимающее устройство этот сигнал направляется к напоминающему мембрану преобразователю, а затем на усилитель, что добавляет звучанию объёмность, громкость и глубину. В колонках раздаётся шипение и начинает играть музыка.

    Первая песня на альбоме Hello. С этой композиции началась наша переписка с Полинкой. Так что эта композиция не только открывает этот альбом, но и нашу с Полиной переписку.

Привет)
Oasis-Hello mp3
Здравствуй. Отличный вкус у тебя)
Мерси)

Песня вызвала приятные воспоминания знакомства. Первые впечатления от общения. То как мы узнавали друг друга. Есть, конечно, что вспомнить. С момента нашего знакомства прошло два года, а помню всё, как будто это было вчера. Мы общались сутками и этого нам было мало. Мы находили в каких-то мелочах, интересах и привычках друг друга что-то общее и близкое. По крайней мере лично мне так казалось. Даже удивительно, как всё это быстро прошло. Скоро год с момента нашего разрыва, а я всё ещё её помню и думаю о ней.

Но вот первый трек подошёл к концу и заиграл следующий – Roll with in. Так и я не должен останавливаться после расставания с Полинкой, но после неё всё что-то не то. Бывает познакомишься с кем-то, начинаешь расспрашивать. Ну какие-то базовые вопросы для начала, типа «Что тебе интересно?» или «Чем ты увлекаешься?», а в ответ что-то односложное, наподобие «да ничем особо» или «музыку слушаю». Последнее тут же рисует в моём воображении картину, как она приходит домой, включает музыку на телефоне, кладёт его на стол и садится на край дивана подобно Даниле Багрову из первого Брата и устраивает себе такую вот музыкальную церемонию. А спросишь что именно ей нравится, так «всё подряд слушаю». Ну и как с такими продолжать диалог? Вопрос, конечно, риторический. За этими размышлениями песнь подошла к концу и началась следующая.

Wonderwall и этим всё сказано. Культовая и, наверное, самая известная песня Oasis. Во многом из-за этой композиции я и решил взять эту пластинку. Но также с ней меня связывает и другое. Это кульминация наших с Полиной отношений. И вот эта фраза о том, что «я не верю, что кто-то чувствует то же, что я чувствую к тебе сейчас». Сколько всего было сказано и сделано под эту песню. Например, моё признание в любви, и то как я романтично это обставил. Погрузился в воспоминания, вспомнил дорогой сердцу полинкин взгляд. Многое бы отдал, чтобы снова взглянуть в её глаза. Задумался. Закурил.  Загрустил. Из этого состояния вывел отщёлкивающий звук проигрывателя – пластинка подошла к концу. Пора вставать и переворачивать пласт на другую сторону. Что там дальше?

Ну конечно, братья Галлахеры просто решили меня добить – Don`t look back in anger. Не оборачивайся во гневе. А я лишь этим и занимаюсь. Сплошная рефлексия. Ведь у меня до сих пор не укладывается в голове как такое могло произойти. Песня нашего расставания. В то время она у меня просто заела на репите. Я просто без конца её слушал и слушал и слушал. Иногда, конечно, включал и что-то другое, но с нашим расставанием ассоциируется именно эта песня. Как же я был зол на неё в те дни. Просто в голове не укладывалось, что такое в принципе могло произойти и именно с нами, кога у нас всё было так хорошо. Я был счастлив с ней, хоть и не знал этого.

 Полинка позвонила среди ночи и зарёванная стала путано что-то рассказывать. Спросонья я слабо понимал о чём она вообще и предложил к ней приехать. Тут уж она и вовсе сорвалась на крик и бросила трубку. Я ничего не понял, пробовал ей позвонить, но Полина не брала трубку. Произошло что-то серьёзное. Я отправился к ней, но дома её не оказалось. Телефон Полина по-прежнему не брала. Не зная что делать, я полночи бродил о ночному городу, курил, пытался позвонить, но ответа не было. Вернулся к себе я уже утром и оставив попытки связаться с Полинкой, просто лёг спать. Несколько дней она так и не выходила на связь, уйдя в какой-то тотальный игнор. Я же не находил себе места. В чём могло быть дело? Вроде мы не ругались даже. Перед тем, как всё это произошло, Полина просто сказала, что пойдёт увидеться с подругами. Что это за подруги я не знал и особо не вникал, да и сама Полинка о них особо не распространялась, из-за чего в моём понимании эти подруги приобрели статус «безымянных». Ну есть у неё этот круг общения,и что мне туда лезть? А теперь вот потребовалось хоть кого-то найти, а я и не знаю никого. Как быть?

Из воспоминаний выводит следующая песня Hey Now. Ну, здорово. Хорошая такая, драйвовая песня. Альбом продолжает вызывать стойкие флешбеки. Никогда бы не подумал, что один альбом так может резонировать с воспоминаниями об одном человеке, хотя мы с Полинкой слушали много разной музыки. Это какой-то особый вид мазохизма, не иначе. С другой стороны, как поют братья Галлахеры «Feel no shame» – стыдиться и правда нечего. Мне нечего стыдиться и своих чувств и своей рефлексии. Всё равно я сейчас наедине с самим собой. Что было, то было, и в те моменты я поступал по отношению к ней так, как считал нужным, и моё прошлое – не должно меня сковывать. «Cause time's no chain». Время и правда не удержать в руках и тем более не спрятать под кожей, оттого и приходится пребывать в воспоминаниях.

Следом идёт сорока четырёх секундный инструментал, снабжённый комментарием на английском, что этот трек не имеет слов, и поэтому, дорогой слушатель, просто насладись музыкой. Чем и займусь. К чёрту все эти мысли. Лучше вообще не думать. Следом заиграла Bonehead`s Bank Holiday, наименее похожая на творчество Oasis, и более подходящая условному Питу Доэрти и его The Libertines. Вот, выходит, что и не весь альбом о наших с Полинкой отношениях. Пока играет эта песня, схожу на кухню и сделаю себе чай.

Вдруг за стеной что-то громыхнуло. В принципе, у этих соседей постоянно что-то падает. Я не особо знаю своих соседей. Соседа вроде зовут Дмитрием или Даниилом. Он то ли грузчик, то ли рабочий на заводе, поскольку ходит всё время в какой-то спецовке. Его жена, если не ошибаюсь, Анна, вроде не работает и сидит дома с ребёнком. Мы с ними даже не здороваемся. Я не лезу к соседям, они ко мне тоже. Обычная молодая семья с ребёнком. Знаю, что они часто ссорятся и периодически что-то роняют. Меня это мало беспокоит, ведь начинает играть следующая песня.

Some might say – Одна из моих любимых песен и визитная карточка Oasis. Мощные гитарные риффы Ноэла вкупе с вокалом Лиама Галлахера создают вполне гармоничную композицию, вдохновляющую на веру в будущее вопреки трудностям, подобно солнцу, приходящему за грозой. Да, всё наладится, но когда?

Всё рухнуло, когда Полина позвонила мне спустя несколько дней после её исчезновения. Она попросила меня прийти к ней. Бросив всё, я тут же отправился к ней. Когда Полина открыла дверь, я,признаюсь, не сразу узнал её. Она была совсем на себя не похожа. Вместо милой, ухоженной и жизнерадостной девушки на меня смотрела измученная и мрачная особа неизвестного пола. Первое, что меня поразило, её впалые глаза и блуждающий бессмысленный взгляд. Полина даже состригла свои волосы. Тут же я понял, что случилось что-то по-настоящему серьёзное. Равнодушно сказав «проходи», девушка пустила меня в свою квартиру и мы молча и медленно направились в её комнату. Там Полина и рассказала, что с ней случилось. То, что я узнал, повергло меня в шок.  Оказалось, что после встречи с подругой в баре, по пути домой, Полина была изнасилована. Узнав об этом, я вдруг понял, что значит лишиться дара речи. Какое-то время мы просто молчали. Я не мог подобрать слов. Полина уже не плакала. По её виду было понятно, что к этому моменту она выплакала всё, что только можно и уже просто смирилась с тем, что произошло. Спустя время, я понимаю, что в первую очередь должен был её просто обнять и сказать пусть самые банальные, но слова искренней поддержки. А вместо этого я сидел, будто парализованный и молчал.

Полина говорила, а я уже ничего не слышал, да и не хотел слушать. В ушах стоял звон и я слабо понимал, что в тот момент делал. Я поднялся, всё было как в тумане, и молча от неё вышел. Да, я струсил и сдался. Не смог найти в себе силы поддержать свою девушку, выслушать её и помочь. Из колонок донеслись строки «Some might say they don't believe in Heaven. Go and tell it to the man who lives in hell. – Кто-то скажет, что он не верит в Рай. Пусть скажет это тому, кто живет в Аду.». Да, я был в аду. Спустя время понимаю, что излишне драматизировал и занимался исключительно своими переживаниями, совершенно не думая о той, кому было куда тяжелее. Поэтому, я оказался совершенно не похож на Венсана Касселя из Необратимости. Я был слаб. Я не смог поддержать мою девочку и быть с ней рядом. Я не мог поверить в то, что с нами это могло случиться. Вот песня подошла к концу, начинается следующая. Пусть отступят эти неприятные воспоминания.

Заиграла Cast No Shadow. Такая мелодичная, спокойная и приятная. И вместе с тем продолжающая поток моих воспоминаний. Ведь подобно лирическому герою, я связан бременем тех слов, которых я в то время и не пытался, а должен был произнести. И точно так же прикован к местам, этим болевым точкам, о которых никогда не хотел себе говорить.

Спустя несколько дней, как-то переварив всю эту информацию, которая на меня вылилась, я позвонил и прямо сказал Полине, что мы больше не сможем быть вместе. Это был долгий и нудный монолог, суть которого сводилась к тому, что я чувствовал себя опозоренным. Я приводил какие-то странные доводы и аргументы. Считал, что в тот вечер, когда всё произошло, Полина во-первых, не должна была допоздна засиживаться в том баре, а во-вторых, должна была мне позвонить, чтобы я её встретил и ничего этого бы не случилось. Полина молча меня слушала. Не знаю, откуда она нашла в себе силы слушать эту душную отповедь, но когда я закончил, она лишь сухо сказала «Прощай» и положила трубку. С тех самых пор я больше её не слышал, если не считать полинкины голосовые, которые с недавних пор я стал переслушивать. Только потеряв Полину, я по-настоящему стал её ценить.  Спустя время, остыв, я понимаю то, насколько был не прав по отношению к ней. Так почему бы не взять и не написать ей, если я по ней так скучаю? Что мне мешает? Гордость или всё же стыд за то, как я тогда поступил? Не знаю. Не знаю. Возможно, так меня наказывает Вселенная, ибо после того разговора с Полиной мне так и не удалось никого встретить, поэтому оставив поиски, я и стал мысленно возвращаться к мыслям о ней. И как она вообще меня терпела? Не знаю. Не знаю.

Темп музыки резко сменился и заиграл ещё один хит братьев Галлахеров She`s Electric. Помню, как Полинка пошутила, что песня называется «Она – электрик». Я ей тогда сказал, что ознакомившись с переводом, пришёл к выводу, что песня вообще-то о ней, потому что «Ты сногсшибательна. Как электричество». Она действительно была электричеством и через все наши отношения словно был пропущен ток. Иронии добавлял и тот факт, что в её квартире был некий источник статического электричества и, порой дотрагиваясь до каких-либо предметов, я ощущал небольшие электрические разряды. Любопытно, что они происходили даже в те моменты, когда мы с Полинкой просто брались за руки. Разумеется, в наших отношениях хватало всего. Как хорошего, так и плохого. Случались и ссоры, но мы всегда как-то находили какие-то компромиссы. Кроме того самого случая. Но вот и эта часть пластинки подошла к концу. Щёлкнул проигрыватель – что ж, пора вставать и идти переворачивать. Пока провожу все необходимые манипуляции, задумываюсь над последней строчкой «Can I be electric too?» – могу ли я быть тоже сногсшибательным? Наверное, да, корень всех проблем был в моей собственной неуверенности. Всё же такая ****атая девушка рядом со мной. Больше всего я боялся её потерять, что вот так глупо и грустно всё закончилось. За время нашей разлуки у меня выработался комплекс вины. Надо, наверное, набраться смелости и позвонить ей. А смогу ли я? Не знаю.   

Сторона В второй пластинки открывается треком Morning Glory – она же песня об утренней эрекции. Эх, а сколько у меня их было с Полинкой – и утренние и дневные и вечерние и, разумеется, ночные. всех и не счесть. Как в её присутствии, так и в те моменты, когда я был абсолютно один. Да и в последнее время всё чаще возвращаюсь к мыслям о ней. И не только в этом контексте. Всё же мне интересно, как она там? Готова ли простить меня? Станет ли вообще меня слушать? Не знаю.

Начинает играть второй инструментальный трек с пластинки. Закуриваю. По совету из буклета продолжаю просто наслаждаться музыкой. Диск движется к своему логическому завершению и вот наступает она - Champagne Supernova – она же Шампанское Сверхновая. Вообще, это такой своеобразный коктейль, который я никогда не пробовал и вряд ли попробую. Суть его заключается в том, что шампанское наливают в бокал для мартини. Особой богемности этому добавляет находящийся на краях этой коктейльной рюмки кокаин. Но песня совсем не об этом. Семиминутная баллада начинается с фразы «Сколько особенных людей меняются». Я думаю, что у меня было достаточно времени над всем подумать и измениться. Надо набраться смелости и всё же связаться с Полиной и попросить у неё прощения. Интересно, готова ли она и сможет ли меня в принципе простить? Не знаю.

Вдруг раздался звук дверного звонка. А я думал, он не работает. Странно. Насторожился. Я не стал ставить музыку на паузу. Встал, медленно направился к двери под рефрен We were getting high. Открыв дверь, я не поверил своим глазам. На пороге стояла Полинка с такой же как у меня пластинкой Oasis. Мы молча смотрели друг на друга. Из колонок донеслось вступление песни Talk Tonight.

Привет.