Рассветы с аташкой воспоминания старшего внука

Мой  аташка всегда казался мне большим. Не просто высоким или крепким — большим во всём: в голосе, в шагах, в том, как он входил в любое место и мигом заполнял его, и будто сразу становилось спокойнее. Он был добрым и громким, таким, что его смех слышно издалека, а слова — запоминались надолго.
С самого раннего детства я любил ходить за ним хвостиком: в магазин в центр села, на паром, в парк  куда угодно. Ата  знал всех, и его знали все. Машины, проезжая мимо, сигналили, люди кричали с дороги:
— Мирманыч, как жизнь?
А он махал рукой, отвечал что-нибудь громко и весело, и я чувствовал гордость — это мой дедушкa, его здесь уважают.
Больше всего я любил просыпаться с ним на рассвете. Вставать рано было совсем не трудно, если знаешь, что сейчас мы будем вместе завтракать и потом провожать коров на выгул. Эти утренние минуты я помню особенно ясно. Поздняя весна: природа уже проснулась, но ещё говорит вполголоса. Вокруг сельская тишина, редкий лай собак, мычание коров, влажный воздух и первые лучи солнца.
Мы идём вдвоём. Почти молча. Аташка  всегда видит дальше меня, шагает быстрее, иногда даже не оглядывается — но будто точно знает, что я рядом и никуда не денусь. Я стараюсь не отставать, ступать так же уверенно, как он.
Меня восхищала его уверенность, строгость и одновременно мягкость. Даже в его громкой, почти громогласной речи всегда было столько тепла и заботы. Он никогда меня не ругал и никому не позволял этого делать. А если уж совсем сердился, мог сказать:
— Эмилек, вот бестолковый…
Но в этих словах было столько любви, что они не обижали, а наоборот — грели.
Сейчас я понимаю: именно рядом с ним я впервые почувствовал, что значит быть под защитой. И, наверное, именно тогда, на этих тихих рассветных дорогах, во мне навсегда поселилось ощущение дома.