Груши, трусы и нет ружья из воспоминаний Инары

Это случилось тёплой летней ночью, когда вся семья была дома. Двор уже уснул, окна погасли, и только груши тихо покачивались на ветках. И вдруг — шорохи… какие-то подозрительные звуки. Не ветер. Точно не ветер.
— Воры! — молнией промелькнуло в воздухе.
Папа среагировал мгновенно. Без лишних раздумий он выскочил во двор… в одних трусах. Видимо, в такой ситуации форма одежды значения не имеет — главное, эффект внезапности.
Следом за ним, почти галопом, выбежала наша старенькая Акмама. Она всегда страшно переживала за папу и не могла позволить, чтобы он геройствовал в одиночку.
Мы, дети, как по команде, повыскакивали в коридор — сон как рукой сняло, любопытство взяло верх.
Из темноты папин голос раздался грозно и на весь двор:
— А ну быстро уходите с чужого двора, иначе пальну!
И, не снижая накала:
— Мама, неси ружьё!
Наступила короткая, но очень выразительная пауза.
И тут Акмама, с самым искренним удивлением в голосе, спокойно отвечает:
— Кой, Марат, кайдагы ружьё… Нет дома ружья.
На этом месте весь героизм лопнул, как мыльный пузырь.
Про грушевых воров забыли мгновенно — мы хохотали так, что слёзы текли. Папа стоял посреди двора, Акмама рядом, а мы в коридоре сгибались от смеха.
С тех пор эту историю в семье вспоминали не раз.
Груши, кстати, потом доедали мы сами — уже без всяких ночных спецопераций.