ЖДУ ТЕБЯ

                Пусть Ангел хранит тебя,
                доченька...

               
                1

В селе, как водится, все живущие люди как на
ладони. Так говорят, но это действительно правда.
Вот и семья Романовых, ну кто их не знает?
Иван, живя какое-то время в городе, познакомился там с молодой необыкновенно красивой девушкой. Его поразила её смуглая кожа, большие
тёмно-карие глаза. Похоже, что она всё-таки имела
в своём роду цыганские корни, так как её чёрные, с
баклажанные отливом, волосы, по-особому пучком
уложенные на затылке, были туго затянуты концами сложенного треугольником платка. Но когда она распускала свои курчавые волосы, от неё было
глаз не оторвать.
Ещё большую схожесть с цыганским родом показывало яркое, расшитое цветами, пышное платье. Ну и, конечно же, бедовый, озорной характер.
Тамара с мужем Иваном, слывшим на всё село мужиком работящим, но в то же время пьющим,со временем ставшим горьким пьяницей, прожили вместе лет десять. Нажили двух деток: дочку Надюшу и сыночка Ромку.
Беднота этот дом не покидала. А тут внезапно Иван, ещё совсем молодой, скоропостижно ушёл в мир иной. Семья и вовсе осталась без материальной
поддержки, хотя и при Иване она была мизерной, но худо-бедно всё-таки была. Теперь все остались на попечении матери.
В стране свирепствовали лихие девяностые. Годы очень тяжёлые: рушились предприятия, подолгу не выплачивались зарплаты. Тамара, из-за своего непокорного характера, а со временем и приобретённого пристрастия к алкоголю, не могла долго
оставаться на любой работе, а вскоре осталась и вовсе без работы.
Детских пособий по потере кормильца на жизнь семье не хватало. Дети стали для неё непосильной обузой и мишенью для ругани. На их плечи она сваливала всю безысходность своей непутёвой жизни.
Они часто оставались по нескольку дней одни без присмотра. Летом их кормила улица. Где что могли сорвать, собрать, благо по всем улицам
села были насажены плодовые деревья. А в основном сельчане, зная бедственное положение семьи, подкармливали детвору: кто пирожки даст, кто к себе пригласит да борщом накормит.
Сама же Тамара пустилась во все тяжкие, подыскивая себе мужа. И к зиме она привела в дом,словно блудливого кота, которому жить было негде,
мужика, да такого же, как и она сама, непутёвого, к тому же деспота, который сразу же принялся за воспитание детей через побои.
Ничего доброго в семье не прибавилось. Подворье со временем приобрело совсем неприглядный вид. Дом превращался в ободранный сарай, забор валился, участок, где когда-то были грядки, зарастал дикой травой.
Соседи, да и просто прохожие сокрушались, видя угасающий на глазах дом, сожалели о судьбе детей. Но для Тамары всё выглядело иначе. С людьми
она вела себя дерзко и заносчиво. Гордыня, как это бывает у без меры пьющих алкоголь, переполняла всё её нутро.
Ни ласки матери, ни радости в семье дети не видели. Одно спасение было: пребывание в школе или у своих друзей.

                2
Надюша пошла в девятый класс. Ей недавно
исполнилось пятнадцать лет. От такой обстановки
в семье девочка повзрослела не по годам.
 Внешне она очень стала похожа на мать. Такая же смуглая,
такие же красивые черты лица. И только глаза, удивительно напоминавшие морскую волну, отличались от тёмно-карих материнских.
В эти бездонные глаза и влюбился Сашка,
мальчишка из старшего класса.
 Первая робкая обоюдная влюблённость вскружила школьникам голову. Подростки погрузились в переживания своих стремительных, ярких, восторженных романтических чувств. У;;недоласканной и недолюбленной родителями девушки любые добрые слова и нежные прикасания мальчика вызывали бурю не испытанных ранее эмоций.
Её раненая душа оживала и рвалась куда-то в заоблачную высь. Волнительные
объяснения в любви, сладостные чувства от первых поцелуев уносили девушку в совершенно другую реальность.
Наде совсем не хотелось после свидания с Сашкой возвращаться домой: она не только боялась пьяного отчима, но и испытывала совершенно нескрываемую глубочайшую неприязнь к нему. Мать свою она осуждала за её аморальное поведение, а
больше за то, что та терпела все унижения от мужа и никогда не заступалась за своих детей, не защищала их от его деспотического воспитания.
Любовь же внезапно раскрасила её полную серости жизнь вспыхнувшими яркими красками.
Увидев своего Сашку, даже издали, её сердце замирало от радости. Вот оно, бесконечное безоблачное будущее!
Надюша столкнулась с такими непередаваемыми чувствами впервые и не могла совладать с ними.
Она стремилась, бежала навстречу своему счастью.


                3

Вот только Надюшкино счастье оказалось недолгим… Её беременность стала для обоих ребят неожиданностью. Если для Нади их отношения были
совершенно серьёзными, она готова была войти во
взрослую жизнь, то у Александра, ученика десятого класса, эта новость вызвала недоумение и страх.
Панический страх перед собственными родителями, перед обязательствами, которые он не готов был взять на себя.
Их дальнейшие отношения с Надей, переходящие в семейные, ну никак не вписывались в его сегодняшнюю жизнь.
Набравшись смелости, он всё-таки рассказал
родителям о случившемся, надеясь на их понимание и поддержку с их-то большим опытом семейной жизни. Но чуда не случилось.
Родители без восторга приняли эту новость. Для них сын был всё ещё маленьким, неоперившимся птенцом, а тут он вдруг станет папой?!
 Мать и отец были категорически против будущей невестки, не хотели даже думать о родстве с её неблагополучной семьёй. И сразу же, не раздумывая над непредвиденной, но уже случившейся ситуацией, предложили Наде избавиться от ребёнка.
А что же Саша? Куда же делась его любовь? Поигрался и сбежал. Вот не зря говорят, что девушки взрослеют гораздо быстрее юношей.
Сильное со стороны родителей давление на сына, который не только морально, но и финансово полностью зависел от них, явилось, конечно же,главной причиной расставания Нади и Саши.
Таким суровым испытанием для юной девушки
обернулась её первая любовь, которая так круто и безжалостно поменяла всю её жизнь.
Надя замкнулась в себе. От матери долгое время скрывала свою
беременность, но время шло, а когда появился животик, ей пришлось признаться.
Её признание вызвало у матери истерику. С истошным воплем она требовала, чтобы дочь избавилась от ребёнка. Устроила грандиозные разборки,
тут же подключившийся отчим, поддерживая мать,
безжалостно избил свою падчерицу.
Надюшка уклонялась от побоев, держала руки на животе, защищая своего малыша. Мать, если только можно назвать её матерью в этом случае, так
и не защитила свою дочь от побоев сожителя.
Этой ночью, несмотря на холодную мартовскую погоду, Надя сбежала из дома.

                4

С Божьей помощью, на попутных машинах,спасибо добрым людям, она добралась до дальней деревни, где одиноко проживал её дед, который давно уже не общался ни с Тамарой, ни с её семьёй.
После Надиного рассказа о произошедшем он с пониманием и сочувствием отнёсся к ней, ругая беспутную Тамару, и предложил Наде жить у него.
 Дед Савелий получал небольшую пенсию, но голодными они не были. Во дворе у него вольготно ходили курочки, их было немного, но каждый день
пять-шесть яиц дед с Надей вынимали из ящика.
В;;колхозном магазине покупали хлеб, он был такой большой, что им хватало на три дня. Молоко покупали у соседки, Ольги Николаевны.
Она продавала молоко, творог, иногда и масло, чтобы собрать деньги для закупки корма своей коровке на зиму. Когда жители деревни стали сдавать коров на мясо, так как держать скотину стало невмоготу, соседка всё никак не могла расстаться со своей кормилицей, бурёнкой Мартой.
Дед Савелий, в тёплых шерстяных носках, шоркая глубокими зимними калошами, ходил по двору и постоянно ворчал: то за сегодняшнюю политику,которая довела людей до такой жизни, то, глядя на внучку и жалея её, возмущался поведением Тамары, ругался на её сожителя.
  Было жаркое июльское лето, не предвиделось
ничего плохого. До родов Надежде оставалось полмесяца. Вдруг внезапно дедушке стало плохо, он на её глазах скоропостижно скончался.
 Для Надюши уход деда стал непоправимой трагедией. Единственный человек, который был добр к Надюшке, и тот покинул её, когда она так нуждалась в его поддержке.
 На похороны приехала мать Нади. На поминках она сказала ей, чтобы та собиралась — она забирает её с собой.
Надя проплакала всю ночь. Вернуться туда, где
её никто не ждёт?! Она не нужна ни матери, ни отчиму. Она не нужна Сашке, при воспоминании о котором всё время болит сердце, где засела глубокая
незарастающая рана обиды и разочарования в первой любви. Это был страшный, жестокий урок;;— получить удар в спину от любимого человека.
 Как после этого жить с ним рядом, ходить по улице и
каждый раз встречаться с ним один на один? Но ненависти к нему нет.
Маленький огонёк всё же теплится в груди: а вдруг он ещё передумает и вернётся
к ней. Она не нужна своим бывшим подругам, которые, сплетничая, смеялись и осуждали её. Куда возвращаться, зачем?
Но сложившиеся обстоятельства решали всё за неё. Ей придётся вернуться к матери. Скоро у неё будет ребёнок. Как она будет жить без куска хлеба,чем будет кормить малыша?
«Только ради ребёнка я должна вернуться,
должна…»

                5

Вернувшись домой, смирения от матери и отчима Надежда не ощутила.
Они по-прежнему упрекали и гнобили её, унижали и открыто говорили,
что ни она, ни её ребёнок им не нужны. В пьяном угаре выгоняли её из дома.
Надя шла по улице в никуда, горя от стыда и пряча слёзы от людей. Народ
ведь в деревне какой: кто пожалеет, а кто и осудит.
В глаза-то не говорят, а за глазами чего только и не придумают, полощут в грязи всех подряд.
Бывало,что и ночевала у подруг. Но потом всё равно, хочешь не хочешь, а надо было возвращаться домой.
   В начале августа в районной больнице Надя родила девочку. Роды прошли успешно, несмотря на то, что она малолетка; девочка на удивление родилась здоровенькой. Когда Надежде показали малышку, она светилась от счастья. Потому как все девять месяцев беременности волновалась, чтобы с ребёнком ничего не случилось.
И вопреки всем, кому ребёнок был не нужен, Надя с нетерпением ждала этого дня, когда он появится на свет.И вот свершилось чудо! У неё родилась дочь!
И;;;вопреки всему она стала мамой! И подумала:
«А;;вдруг, посмотрев на этого малюсенького человечка, у Сашки проснутся отцовские чувства, да и у бабушек дрогнет душа, да и всё в жизни повернётся
на добрый лад».
Когда Надя ходила беременной, она обращалась к ребёнку: «Ангелочек мой». Вот и как-то само собой определилось имя для малютки. Надя сразу же, не раздумывая, назвала дочку Ангелиной.
В палате во время кормления Надежда с волнением, большим интересом и восхищением рассматривала свою малышку.
Сразу же поразили её изумительные бирюзовые с обрамлением, будто
два васильковых озерца, глазки! Они чем-то были
схожи с её глазами, но здесь уже в результате смешения бабушкиных карих, отцовских голубых и её морской волны получился такой удивительный,
уникальный оттенок! Волосы девочки были светленькими, чуть волнистые, как у Сашки.
И сердце сладко щемило… Так хотелось показать дочурку отцу, думая о том, как бы она ему понравилась, как бы он был рад её увидеть.
Прикасаясь своей щекой к её тёпленькой мягенькой щёчке, ощущение блаженства разливалось по всей груди.
 «Неужели Сашка этого никогда не
почувствует?»
Любуясь на спящую Ангелину, Надя мысленно ушла в свои мечты, видя, как они с Сашей стоят у кроватки, нежно держат друг друга за руки, как они
счастливы этому маленькому комочку, как чувства любви и радости переполняют их сердца.
Вот она — семья!
 Но тут хлопнула дверь, на пороге появилась нянечка, чтобы забрать ребятишек в детскую комнату.
Надежда спохватилась от своих мечтаний, прижала дочку к себе, стала её так целовать, как будто Ангелиночку забирают у неё навсегда. Ей было страшно и жутко. Она не хотела отпускать от себя ребёнка. И;;всё целовала и целовала свою кроху.
Нянечка, забирая малышку, рассмеялась, говоря, что ещё успеет наглядеться, всё впереди, а завтра утром она принесёт её на кормление.

                6

Наступил следующий день. Утром всем женщинам, кроме Нади, нянечка принесла малышей на кормление. А Надежде сказала, что её в свой кабинет приглашает главврач больницы, что она сама сейчас проводит её.
Надя пыталась узнать у нянечки, что случилось, может, что с ребёнком, но та ответила, что ничего не знает.
Когда Надежда вошла в кабинет главврача, то сразу же увидела свою, опухшую после очередной пьянки, мать, сидевшую напротив врача. Она теребила перед собой листок бумаги и что-то невнятно пыталась говорить.
Увидев мать в таком непристойном виде здесь в больнице, Наде стало стыдно перед докторами.
Главврач Нина Алексеевна вежливо, но с серьёзным видом попросила Надежду присесть на стоявший у окна диванчик. В кабинет вошла Виктория Дмитриевна, детский врач, и присела рядышком с Надей.
Надя с глубоким волнением и недоумением
смотрела на врачей и думала о здоровье малышки:
«Неужто всё так плохо, почему всех собрали и ничего не говорят? Что же они мне хотят сообщить?»
Наконец-то Нина Алексеевна взяла у Тамары
листок бумаги и, подойдя к Наде, начала:
— Надя, здесь вот какое дело. Твоя мама написала вместо тебя отказную на ребёнка. Здесь не хватает только твоей подписи.
— Нет, нет! — Надя вскочила с дивана и крикнула матери прямо в лицо: — Нет! Я ни за что не отдам ребёнка!
— А тебя и спрашивать никто не будет, поняла!
Ты отдашь как миленькая, у тебя всё равно её заберут, — с остервенением набросившись на Надю,
кричала мать.
Между матерью и дочерью завязался скандал, переходящий в потасовку. Пришлось докторам применить силу и успокоить женщин. Надю от
истеричного рыдания охватила дрожь. Виктория
Дмитриевна накапала валерьянки и дала Наде, чтобы хотя бы немного успокоить её. Она прижимала Надю к себе, поглаживая её ледяные руки. Доктора, обескураженные поведением Тамары, попросили её выйти из кабинета.
— Надюша, — начала разговор Нина Алексеевна.;;— Давай спокойно поговорим о сложившемся положении. Мы видим, что идти после больницы тебе некуда. Мать с отчимом тебя с ребёнком не
примут, это точно. Родители отца малышки отказались от вас обеих заранее, рассчитывать, что они
изменят своё решение, нельзя. Понимаешь, ты можешь с ребёнком на руках остаться просто на улице. Предлагаем тебе такой вариант. Давай поместим девочку в дом малютки, там она будет накормлена и ухожена. Ты пока определишься с работой и
жильём. Но условия таковы: только когда тебе исполнится восемнадцать лет, ты сможешь её забрать.
А пока ты по возможности будешь её навещать. Но
для того, чтобы девочку приняли, ты должна подписать отказную.
«Отказная… отказная…отказная» — это страшное для неё слово крутилось в голове Надежды. Она
продолжала плакать. Но страшнее всего становилось от осознания безысходности, что ей действительно некуда идти…
— Да, я спрячу девочку в приюте, спрячу от всех
обидчиков и обязательно заберу её, заберу, заберу…
— сквозь слёзы и всхлипывания, с горьким отчаянием, повторяла молодая, ещё совсем юная, но уже много пережившая в своей жизни женщина.
Надежда дрожащими руками подписала документ, пока ещё не предполагая, что этим она подписала себе суровый, даже можно сказать роковой
приговор…
                7

Надя вышла из больницы. Вместо ребёнка в
кармане только справка о её рождении. Мир рухнул в её глазах. Крушение всех надежд… На сердце образовалась такая глубокая рваная рана, что, кажется, она никогда не сможет зарасти…
За несколько дней Надя, пережившая и радость, и трагедию, стала совсем другой… Как же жестоко с ней обошлись и её мать, и эта первая, оказавшаяся совсем коротенькой и несправедливо легкомысленной со стороны Сашки, любовь.
Как же так? При живых-то родителях только
что родившаяся дочка осталась в сиротском доме?!
В душе пустота и отрешённость от всего мира.
Когда человек случайно срывается и летит в пропасть, близкие ему люди всегда стараются подать
руку помощи.
Но Надя попала в зону непонимания,безразличия и жестокости самых близких ей людей.
 К сожалению, нет у Надежды рядом ни единого человека, к которому можно было прислониться
и посетовать на свою беду.
«Эх, люди, люди… А что стоило протянуть руку во имя спасения ни в чём не повинного ребёнка,;;— сквозь застилавшую глаза пелену слёз тихо,
почти шёпотом, проговаривала, по сути, сама ещё
ребёнок, но рассуждавшая совсем по-взрослому Надя. — Та же моя мать, не заглядывала бы лишний
раз в бутылку… Те же Сашкины родители не стали
бы в позу, жалея своего мальчика. А как же иначе,
ведь это же их «золотой» ребёнок! А ты, Надя, кто?
Кто для их семьи? А;;то, что ваша же родная, малюхаванькая внучка оказалась в доме малютки никому не нужной, это как? А;;всего-то годик-другой и были бы, возможно, какие-то затруднения, но потом-то можно было отдать девочку в детский садик… и занимайтесь своими делами…
А как будет жить дальше отец ребёнка? Сейчас он молод, рад тому, что для
него всё так складно сложилось. Он спрятался за родителей, но время неумолимо бежит, наступят годы,которые так или иначе заставят его вспомнить о дочери… Удивительное сегодняшнее время…
Как же в войну жили: и своих рожали, и приёмных эвакуированных, а также осиротевших детей брали женщины под своё крыло? И ведь выживали! И каких замечательных детей воспитали! Несмотря на страшный
голод, когда все ели из одной чашки неизвестно из
чего сваренную похлёбку, когда делился один кусочек хлеба на всех. Несмотря на холод, когда согревались как могли, и с одеждой была беда…»


                8

Всякие мрачные мысли одолевали Надежду,
вплоть до того, чтобы уйти из жизни. Но разум говорил ей: а твой ангелочек? Ведь он, точно так же,
как и ты сейчас, останется один на всём белом свете. Как ты можешь предать его?
«Нет, нет! Мне надо пережить эти два-три года, я заберу свою малышку» — такую установку она дала сама себе.
Надя выбрала село, которое относительно недалеко было от города с его домом малютки. Устроилась на работу в совхоз, сняла маленькую комнатку
для проживания. Часто ездить в город она не могла, денег не хватало. В те годы зачастую заработную плату, которая и так была очень маленькой, платили
не вовремя. Но по мере возможности Надя всё-таки
навещала дочку.
А больше она справлялась о состоянии здоровья девочки, звоня по телефону. Ей всегда отвечали на звонок, что всё хорошо, чтобы она не
беспокоилась.
Надя ждала, считая дни, когда же наконец ей
исполнится восемнадцать лет и она сможет забрать
свою дочь.
В один из очередных звонков вдруг из трубки
телефона ей чётко, без всяких церемоний, ответили:
— Пожалуйста, больше не звоните сюда. Вашу
девочку удочерили. И не ищите её. Она находится
в надёжной обеспеченной семье. Большего мы вам
рассказать не можем, соблюдая правила этикета о
тайне удочерения.
Надя долго держала трубку в руке, пытаясь
кричать:
— А как же я?.. Я как же?..
Но эти слова она произносила шёпотом. Земля ушла из-под ног. Она находилась в оцепенении,
словно время остановилось от такой ошеломляющей, потрясшей её новости. Тяжесть в груди и ком в горле от перехваченного дыхания. Сердце сжималось от невозможности принять случившееся.
«Доченька, мой ангелочек, — шёпотом повторяла она, — мой ангелочек, мой ангелочек…»


                9

Шли годы… Годы томительного, длительного ожидания и надежды на то, что когда-то наступит день и дочь сама обязательно её найдёт. Спасали и
давали обрести надежду и покой ежедневные молитвы единственной иконе, которую Надя почти не спускала с рук, — иконе Божией Матери «Утоли моя печали», почитаемой в Русской православной церкви чудотворной. Считается, что образ её приносит утешение, помогает облегчить страдания и печаль.
«Пресвятая Мария будто пребывает в тяжких раздумьях: рука, на которой обычно, словно на престоле, восседает Иисус, прижата ко лбу, она размышляет о славном и полном страстей пути собственного дитяти. Однако она не забывает при этом
и о каждом из нас. Икона пропитана нежностью и
печалью. Взоры Богородицы и Иисуса направлены одновременно и друг на друга, и на молящихся.
А абсолютно живой, человеческий жест Богородицы создает атмосферу близости и участия. Ведь он знаменует не только тяжкие раздумья, но и то, что
Божья Матерь внимательно прислушивается к нашим молитвам. Пресвятая Богородица внемлет нашим молитвам, исцеляет наши телесные и душевные недуги, помогает пережить самые страшные потери, неустанно просит у Бога о снисхождении к
нашим слабостям».
Каждый день Надя неустанно и слёзно обращалась к Богородице с молитвой о дочери, которая, со дня их последней встречи в доме малютки,
осталась в её памяти полуторагодовалым ребёнком.
«Пресвятая, Непорочная Богородица, прими просьбу материнскую рабы божьей Надежды за дочь,кровинушку мою, моего Ангелочка. Укрой покровом своим от зла людского и любого другого. Благослови дела её добрые, для неё благие. Упроси Сына Своего дать ей счастливой женской доли.
Пусть Ангел хранит мою доченьку».
И постоянно молила Бога, чтобы когда-то Ангелочек её обязательно нашёл.


                10

Надежда десять лет прожила с первым мужем,
но семьи не сложилось, потому как она просила Бога, чтобы у неё не было больше детей. И муж, которому хотелось иметь полноценную семью, смотря на её страдания о первом потерянном ребёнке,
не выдержал. Он ушёл, оставил её одну с её переживаниями.
Да, Наде было тяжело расставаться с супругом,
но и изменить себя она не могла. Она никак не могла избавиться от несправедливости и безысходности той вины, которую она добровольно и безропотно приняла на свою душу, постоянно испытывая
жгучий стыд за свой отказ от дочери. Хотя прекрасно понимала, что так сложились обстоятельства, но простить себя не могла. Она сочла, что грешна перед Богом и больше не достойна иметь детей.
Прошло ещё много лет одиночества.
 Надежду спасала любимая работа, которой она была полностью поглощена. Растворяясь в работе, она забывала обо всём. Идти домой после трудового дня не хотелось: дома никто её не ждёт и она никого не встречает на пороге свой квартиры. Радости там нет.Там привычная, сложившаяся за годы, пустота, обыденность и грусть.
Поэтому Надежда часто бродила по городским
улицам, независимо от погоды, будь то дождь или
снег, заглядывая в лица прохожих молоденьких девушек, всё надеясь в них разглядеть свою дочь.
«Какая она сейчас, моя девочка? — постоянно
думала Надя. — Я могу узнать её только по глазам.
Эти бирюзовые озёра, которые так поразили меня
ещё в роддоме, никогда не исчезнут из моей памяти. Кажется, что из тысячи девочек, девушек только по глазам я узнаю тебя, мой Ангелочек. Ребёнок
вырос, не зная своей матери. Какая же я мать: если не качала на руках своё дитя, не пела колыбельную, не слышала её лепета. Как же так получилось,
что судьбой мы обе, имея живых матерей, обделены материнским теплом — что я, что моя дочь?!
Своё детство я даже не хочу вспоминать: ругань, побои, голод. И всё время думаю о тебе, моя доченька.
Только одна справка о твоём рождении и осталась у
меня на руках. Я бережно храню её и целую каждый день. Как же сложилась твоя жизнь? Не обижают ли тебя? Я молюсь за тебя ежечасно. Я прошу у тебя
и у Бога прощения. Прошу хорошей, доброй семьи для тебя. Будь счастлива, моя дорогая! Я очень надеюсь, что мы обязательно встретимся, сколько бы
лет ни прошло. Думаю, что всё же когда-нибудь, по воле Господа, ты найдёшь меня и, может быть, простишь…»
Годы шли… Надежда повторно вышла замуж.
Детей у неё так и не было.
Супруг с глубоким пониманием отнёсся к этой
драматической истории и много раз предлагал ей
свою помощь в поисках дочери. Но Надя, боясь навредить своему ребёнку, постоянно отказывалась от этой затеи, отвечая, что будет ждать.
 Как-то в один из жарких июльских дней Наде
позвонила подруга Инна Болдина: «Надюша, мы
так давно не виделись, приезжайте с Женей к нам
на дачу! Мы уже и шашлычок замариновали. Иван
мой рыбки наловил. Посидим, поболтаем, чайку с
малиной попьём!»
Пикник удался. Мужчины затеяли спорный
вопрос, как лучше сделать пристройку к домику.
У каждого из них была своя идея, они кружились вокруг дома, увлечённо размахивали руками и замеряли какие-то расстояния шагами.
Инна предложила Надежде пройтись по затенённой аллейке старого сада. И как-то само собой их разговор вновь коснулся Ангелины, дочери Нади.
— Надюш, прошло двадцать шесть лет, как девочку удочерили… — с грустью сказала Инна и продолжила: — Надюша, давай всё-таки подадим заявку в программу «Жди меня». Давай попробуем её найти. Мы столько лет с тобой дружим, я не могу
уже смотреть на твои страдания спокойно.
— Нет, нет, ни в коем случае! — воскликнула
Надя. — Это мой крест. И мне его нести до конца.
Ну ты можешь представить ситуацию, если девочке, которая вообще ничего не знает, вдруг придёт такое сообщение. А какова будет реакция её приёмных родителей?! Это же трагедия будет для всей семьи, а больше всего пострадает моя дочь. Я не хочу нарушать их покой. И;;не хочу, чтобы из-за меня распалась семья.
— Надюша, так выросла твоя дочь. Поди и сама уже стала мамой. Я не думаю, что ты навредишь её жизни. А если ей там совсем плохо? Тогда как? —
спросила Инна.
—Я думаю, если бы ей было совсем худо, то она
уже знала бы обо мне и, наверное, постаралась меня
разыскать. Я буду ждать столько, сколько будет возможно, только, чтобы у неё всё было хорошо, — со слезами на глазах ответила Надя.
Инна не стала больше тревожить подругу, она обняла её и сказала:
— Ну что ж, будем ждать!


                11

«Девятое августа. Сегодня моему Ангелочку исполнилось двадцать девять лет… — подходя к иконе, проговорила Надя. — Только сказать, моей дочери почти тридцать».
Присев от внутренней усталости постоянного
ожидания чуда, она поставила икону себе на колени и начала усердно молиться и за дочь, и за её приёмных родителей, как делала это многие годы. Всем им желая счастливой жизни без хворей,без страданий. Очередной раз расцеловала справку о рождении своей крохи, слезами пропитанную за годы ожидания.
Под окном послышался крик ребятишек. Через занавеску Надя с грустью глядела на резвящихся детей. «Где же ты, мой единственный птенчик?»
Прошло чуть больше недели. Надежда только что возвратилась с работы домой. Неожиданно зазвонил домашний телефон. «Что там могло случиться, ведь я только что ушла с работы. Всё было в порядке», — подумала она, беря трубку телефона.
— Алло, я вас слушаю.
— Надежда Ивановна Романова?
— Да, это я, — на бодрый, приподнятый, но немного взволнованный голос из трубки ответила Надя.
— Очень приятно! — раздалось из трубки. —
Вас беспокоят из программы «Жди меня». Вас разыскивает ваша дочь.
  Услышав слово «дочь», словно раскалённая
стрела мгновением прошла через сердце, горячая
кровь разлилась по всему телу Надежды. У Нади
задрожали и непроизвольно опустились руки, а из
трубки доносилось:
— Алло, алло! Вы нас слышите?

                12

Надежда сидела в отдельной комнате на скамеечке, а перед ней на экране, как в кино, также на скамеечке, только перед ведущими программы, сидела молодая девушка.
«Вот она, моя доченька, моя маленькая взрослая дочь! Там, за этой стеной, рядом, совсем рядом моя дочь!»
Волнение, смятение, тревога переполняли всё
её состояние души в этот самый ценный момент жизни. Заливаясь слезами, она смотрела на это эмоциональное, но сдержанное, с привлекательным внешним видом милое создание, слушая, с какой лёгкостью, теплотой и благодарностью она рассказывает о своей жизни, сложившейся в приёмной семье. Что из-за её же строптивости, которую она проявила в свои пятнадцать лет, приёмная мама и
рассказала ей о существовании родной мамы, которая вот так же в эти годы совершила неповторимую ошибку, лишившись дочери. Ей тяжело и больно
было об этом говорить, но она понимала, что именно в этот момент дочери надо было открыть всю правду. Это не было сказано с укором, это было предостережение. Она хотела, чтобы её Ангелина поняла, что такое жизнь, которая иногда преподносит
такие непоправимые уроки, значимо меняющие всё в судьбе человека.
И когда её собственному ребёнку исполнилось три года, Ангелина решила найти
свою родную мать.
— Скажите Ангелина, для чего вы ищете свою
маму? Что бы вы хотели сказать ей при встрече? —
спросили её ведущие.
Надежда замерла от страха: что ответит дочь?
Она смотрела на этот простодушный, бесхитростный, по-детски наивный взгляд девушки. И в ней затаилась капелька надежды о прощении…
— Я бы её только поблагодарила за подаренную
мне жизнь! — открыто, совершенно искренне, без
злобы, даже можно сказать с долей любви к незнакомому ей человеку, ответила Ангелина.
Надя плакала, задыхаясь от переполняющего её волнения. Слёзы горя и слёзы радости смешались в одно целое.
— Мы нашли вашу маму. И вот что она нам рассказала. Посмотрим на экран.
И Ангелина впервые увидела свою мать. Она с
интересом разглядывала молодую красивую женщину, сидевшую на стуле, державшую перед собой икону и старенький листочек бумаги — свидетельство о рождении её дочери.
По мере того, как она открыто, честно, без какого-либо притворства, не скрывая своих истинных чувств, рассказывала о своей судьбе, у Ангелины от
искреннего сочувствия к женщине, родившей её и
натерпевшейся столько печали и горя за эти годы разлуки, сжималось сердце. Она без конца вытирала сами собой катившиеся из глаз слёзы.
Надежда смотрела на дочь. Поток её трепетно положительных эмоций, её искренней и тёплой энергии она чувствовала даже через экран. «Неужели я вижу эти незабываемые глубокие, как озеро,бирюзовые глаза мой доченьки? Мне так кажется,
что даже взгляд не изменился. Когда она только родилась, у неё не был взгляд несмышлёныша. Я;;до сих вижу перед глазами тот любопытный взгляд
малышки, словно вопрошающий: ’’Это ты моя мама?‘‘ И ношу его в своем сердце все эти годы».
Ангелине был задан всё тот же вопрос.
— Что бы вы при встрече сказали своей маме?
И ответ её не изменился. Она сквозь слёзы повторила те же слова, что были сказаны ранее:
— Я бы только поблагодарила её за подаренную
мне жизнь.

— Тогда встречайте! Ваша мама здесь! Надежда
Ивановна, входите к нам в студию!
Надежда встала со скамейки и, не чувствуя ног,
пошла навстречу своему дорогому, милому Ангелочку. Ангелина стояла в ожидании. Увидев маму,она поспешно пошла ей навстречу. Их души были
готовы к этой встрече, которая стоила всех выплаканных ими за многие годы слёз.
У обеих женщин глаза светились искренностью и любовью.
 Две взрослые женщины, ничего не говоря, молча интуитивно поняли друг друга. Трепетно и нежно обнявшись, в смирении слились воедино.
Надя в эти самые бесценные минуты её жизни, обнимая дочь, испытывала невероятные чувства безмерной радости. Вот оно — её родное и милое — снова рядом. И она не могла поверить своему счастью.
Спустя почти тридцать долгих-предолгих долгожданных лет Надежда, прижавшись к дочери щекой, заново ощутила те же удивительные чувства
разлива тепла по всему телу, которые она испытала тогда в роддоме, впервые прижавшись к крохотной щёчке своего Ангелочка.