Поездка к Хаджалмахинскому водопаду и Маар Даросо

Часть первая. Хаджалмахинский водопад.
   Давно, вот уже почти полгода мы – туристы Сергокалинского района вместе не выезжали никуда. Каждый раз нас останавливала погода: то снег, то ветер, то дождь проливной, то паводки разрушительные. Много бед повидала наша земля обетованная за полгода. Солнце лишь изредка появлялось из-за серых туч. Меланхолия царила вокруг. Конечно же, наша группа общалась в чате ватсап. Мы в беде и в радости поддерживаем друг друга морально и материально. Но собраться как-то вместе никак не получалось пока Заира-админ твёрдо не заявила о поездке. Будь то дождь, снег или ветер она сказала, что тур состоится. На сей раз она пунктом сбора объявила парк, что позади автостанции. Время сбора девять часов утра.
   Утром я встал ни свет ни заря. После утреннего намаза, начал собирать свой рюкзак к поездке. В течение часа я его собрал. Ровно в пять утра закончил все свои приготовления. Взяв в руки книгу Мансура Ладанова «Тени Аль-Андалуса», я погрузился в очень увлекательное путешествие по средневековой части Европы. После часового чтения погрузился в сон. Проснулся через полтора часа. Было половина восьмого. Не спеша я позавтракал. Собрав кое-какие пожитки, погрузил их в машину. На этот раз супруга осталась дома.
   Заправив машину газом и бензином, я выехал из Избербаша. В Сергокалу доехал к девяти часам. По воскресеньям в Сергокале бывает базарный день. Проехав сквозь рядов машин и снующих туда-сюда людей, которые пришли на базар, я подъехал к «Хлебному домику», где ежедневно выпускают хлеба-булочную и другую продукцию. Ассортимент здесь большой. Я купил десять пирожков и один хлеб-хайчу. После я подъехал к парку. В парке на скамье сидел Абдулла. Я поздоровался с ним. Он тоже поздоровался со мной. Вместе мы разговаривали минут пятнадцать. Весеннее разнотравье радовало глаз. Парк за последнее десятилетие обновился полностью. Появились новые куты цветов, деревья. Построили дорожки, устланные тротуарной плиткой. Есть детская площадка. Вскоре подъехал Магомед-Хабиб на служебной ниве. Он поздоровался с нами. После подъехала машина Арслана. С ним была Заира-админ. Мы вышли из парка и поздоровались с ними. Оказалось, что на сей раз туристов совсем мало. Я решил поехать с Арсланом, а машину оставить на площади.
   Доехав до ванашимахинского поворота, мы остановились. К нам присоединился и Магомед с семьей, и мы двинулись уже на трёх машинах. Всё, что мы видели по дороге, утопало в зелени. Цветов было мало, ибо солнце редко появлялось. По крутым серпантинам мы поднялись до поворота Мекеги. Дальше прямая дорога вела к смотровой площадке, где нас с утра ожидал Магомед из Аймаумахи. Он рано утром съездил на Аяла-базар и вернулся. Оставив свою грузовую газель на обочине, он ожидал нас. После того, как мы поздоровались, он сел в машину Магомед-Хабиба. Итак, с нами были Заира-админ, Арслан, Магомед-Хабиб, Абдулла, Магомед из Ванашимахи, Салимат, Ханум, Патимат, Магомед из Аймаумахи и я. У центрального кольца в Левашах нас должен был ожидать Хаписов Омар Курбанович. Он открыл музей палеонтологии в селе Нижнее Чугли. Доехав до центрального кольца Леваши со стороны Кутиша, мы остановились справа от трассы. Заира набрала Омару Хаписову и сказала, где мы находимся. Пока мы осматривались подъехала нива и остановилась перед нами. Это был Омар Курбанович. Он поздоровался со всеми нами. Чувствовалось, что он человек добродушный. Вкратце объяснив нам предстоящий маршрут, он выехал первым, мы же – последовали за ним. Дорога вела в Хаджалмахи.
   Мы остановились у первой заправки, не доезжая до Хаджалмахи. Хаджалмахи это крупное село Цудахарского вольного общества. Сколько раз мы проезжали по этой трассе, не помню, чтобы отсюда открывался такой неописуемой красоты вид. Лишь один раз мельком заметили на высоте небольшой водопад. Теперь он струился и издали казался мельхиоровым узором на фоне возвышающихся гор-исполинов. Позади заправки с правой стороны находился хозяйственный блок, уборная, комната для молитвы, родник, жилой дом и абрикосовый сад. Абдулла проверил воду на жёсткость. Показатели нас удивили. Прибор показал цифру шестьсот. Для питьевой воды это высокий показатель. Есть родники с показателями в восемьдесят и сто. На вкус – обычная вода. Мы не стали набирать её для питья. По тропинке мы поднялись по железной лестнице. Нужно было лезть наверх по этой лестнице. Теперь отсюда мы любовались водопадом. Перешагнув небольшой ручеёк, мы перешли на другую сторону. Слева от нас стояли высокие тополя. Позади них стоят развалины каких-то хозяйственных строений советской эпохи. Справа же возвышался каменистый пригорок. На нём стоит чья-то ферма. В метрах пятидесяти с огромной скоростью ниспадал громадный каскад воды. Каждый водопад особенный, уникальный и идентичный. Не исключение и этот водопад. Я нигде не видел и не читал название этого красивого сезонного водопада. Пусть будет он Хаджалмахинским. В знойный летний день не увидишь его. Талые и дождевые сезонные воды образуют ту величественную красоту. Трёх каскадный водопад внизу над нижней скалой образует своеобразную дельту-косу. Бело русая хрустальная коса чарует и влюбляет в себя путника и туриста. Его холодные воды утоляют жажду. Подойдя ближе к водопаду, мы обнаружили небольшое озеро кристально чистой воды. Глубина озера составляла примерно один метр. Справа от водопада стоял абрикосовый сад. Над устьем водопада свисали водопроводные пластмассовые трубы. Этой водой питаются многие хозяйства хаджалмахинцев. Каждый из нас сфотографировался на фоне водопада. Мы сняли и общее фото. На обратном пути Омар в илистой породе увидел часть двустворчатого моллюска. Ударив ладонью, он оторвал кусок породы. Немного постучав по земле, избавился от лишней породы. Окаменелость двустворчатого моллюска предстала во всей своей красе. Вдоволь налюбовавшись красотой водопада, мы спустились к заправке, где стояли наши железные кони.
   Мы спустились по трассе ниже примерно на двести метров и остановились. Перейдя трассу, спустились к руслу реки Хохборт. Много палеонтологических экспонатов для своего музея нашёл Омар в долине этой реки. Множество каменных шаров лежат в русле реки: и больших, и малых. Есть шары двойные и даже тройные. Они лежат будто их приклеил кто-то, причём часть одного шара находится внутри другого. Мы шли вверх по течению перепрыгивая с одного камня на другой. На правой стороне реки находилась усечённая гора. Постоянные многовековые осадки и другие природные явления размыли гору настолько, что она оказалась открытой, будто огромным ножом его кто-то разрезал. Из множества пород, которая состояла гора, выглядывали наполовину – те же самые шары различного калибра, что лежали на земле. В прошлом году мы видели такую же гору в разрезе в Акушинском районе, когда ездили в Балхар. С большим азартом и увлечением туристы нашей группы показывали друг другу разные камни, окаменелости, каменные шары. Некоторые туристы выбрали себе по одному каменному шару и привезли домой. Оказывается, Омар возит в эти места и гостей нашей республики. Они тоже увозят интересные находки домой. У меня мелькнула мысль «не достояние ли республики мы так щедро раздаем?». Заграницей даже за мелкое насекомое сажают на десятки лет, а тут залежи палеонтологии – доисторический слой. Погуляв по руслу реки примерно с полчаса, мы вернулись обратно. Мы толком и не поняли, что только что соприкоснулись с доисторической эпохой, возраст которого исчисляется в сотни миллионов лет.
    Выше русла реки расположилась небольшая ферма откормочных бычков. На небольшой лужайке мы обнаружили множество колючек сероватого цвета. если не ошибаюсь, его научное название – Плантариум. Омар отрезал эту колючку у основания и почистил от лепестков и колючек. Достал сочную сердцевину и съел. Потом он несколько раз нарезал и чистил их. Мягкой и сочной сердцевиной он угощал своих гостей. Я тоже из-за чисто спортивного интереса проделал такую же процедуру над колючкой и съел сочную сердцевину. На вкус она приятная. В голодные годы дети ели не только эти сердцевины, но и множество других растений и клубней. К сожалению, этот культурный гастрономический слой нашей жизни в последние десятилетия утратила свою актуальность.
   Заира-админ вспомнила ещё одно применение этой колючке. Из белого сока колючки можно сделать жвачку. Собрав небольшое количество сока на металлическую чашу, нужно зажигалкой подогреть его. Получается мягкая масса. Раньше его готовили и взрослые, и дети.
   Чуть ниже гора резко обрывалась. Эрозия и землетрясения разрушали её. За горой начиналось ущелье. По ущелью протекала речушка. Её коричнево-грязные воды впадали в реку Хохборт. Из множества таких речушек состоит эта река. Ниже река пересекает село Хаджалмахи и впадает в реку Казикумухское Койсу. Омар пригласил нас посетить это ущелье. Здесь по склонам ущелья мы поднимались наверх. Арслан и Омар ушли вперёд. Мы же небольшими группами плелись позади. Девочки оторвались от основной группы и поднялись на гору, что находилась справа от нас. Даже в такой дикой местности люди умудрились разбить абрикосовые сады. Из реки по трубам подняли воду. Сад огородили сеткой. Вскоре у одного обрыва мы увидели скелет животного. Оказалось лошадь. Видать жертва паводков. Честно сказать, в этом ущелье мы ничего интересного не увидели, хотя Омар Курбанович хотел что-то показать. Вскоре и он с Арсланом вернулись. Чуть позже девочки тоже спустились с высокой горы. Мы опять пришли на знакомую нам лужайку. Собрав все камни и шары, мы двинулись к трассе. Омар подогнал ниву, и мы положили все камни в багажник машины. По плану Омара мы должны посетить ещё одно место с интригующим названием Маар Даросо – село в скалах. Это заброшенное городище.
    Мы все уселись на машины и поехали в Леваши. Отсюда выехав на дорогу, ведущую в Нижнее Чугли, свернули налево. В местности с названием «горячий источник» мы решили остановиться. Здесь недавно произошёл оползень и большой участок трассы унесло вниз. Теперь машины ездят по обочине трассы. Недалеко от трассы мы решили сделать привал и отобедать. Расстелив на траве пледы и клеёнки, расставили еду. Магомед растопил самовар. У меня был термос с чаем. Плотно пообедав, мы поехали через Леваши в местность с названием Маар Даросо (село в скалах).

Часть вторая. Маар Даросо (село в скалах).      
   Омар предложил ехать в горы на двух нивах. Нас было человек одиннадцать. На ниву Омара сели шестеро, на ниву Магомед-Хабиба пятеро. Мы плохо представляли дальнейший путь. Омар же уверенно заехал на ближайший холм, потом и на гору. По бездорожью нивы ездили уверенно, причём путь состоял из подъёмов и крутых поворотов. По воспоминаниям Омар прокладывал путь. Магомед-Хабиб неустанно следовал за нами. Зажатые в салоне машины, как селёдки в банке, мы сидели тихо и в некоторых местах ужасались, ибо проезжали то, склон опасной горы, то резкий обрывистый поворот, то очередной ухаб. Нужно отдать должное отечественному автопрому за такую проходимую технику. Поднявшись на вершину одной горы, мы увидели внизу русло небольшой реки и прилегающую пологую долину. Слева от нас текла река, возвышались величественные горы, частично покрытые кустарниками и деревьями. Справа висели огромные массивы таинственных скал. Ещё минут пять мы ехали по еле заметным тропам. В этих местах пасли скот и овец жители близлежащих сёл. Прямо под скалами мы и остановились. Омар рассказал нам, что в этом месте под скалами находилось древнее городище. Местные это место называют Маар Даросо (село в скалах). Наверху сохранились остатки оборонительных башен. Склон горы был усеян мелким камнем. Омар повёл нас на то место, где он ранее нашёл могильник коня. Природные явления раскрыли могильник. Раскопав его, он обнаружил украшения и детали сбруи лошади. Они теперь находятся в палеонтологическом музее Омара Хаписова.
   Небольшой по размерам могильник был уложен местным тёсаным камнем. Всем было интересно видеть это место. Обычно таких коней хоронят знатные особы. Видать этот конь был царя или вождя. По этим местам мы бродили еще минут десять и находили черепки гончарной посуды. Соприкасаться к находкам с тысячелетней историей – дорогого стоит. Потом Омар предложил нам подняться по старым тропам к пещерам в скалах. По его словам, там находятся четыре пещеры: два внизу; два сверху. Пока мы поднимались по козьим тропам, усеянным камнями разных размеров, Магомед-Хабиб решил вопреки здравому смыслу, подняться наверх на ниве. Мы не могли поверить своим глазам. Оставляя внизу один подъём за другим, нива карабкалась уверенно и порой опасно, ибо на каждом метре подъёма бездорожья ожидала опасность возможного падения вниз. Видя, как нива уверенно поднимается, мы решили убрать с пути несколько больших камней. Пока мы возились с камнями Магомед-Хабиб подъехал к этому месту. После того, как мы убрали камни, нива продолжила путь, выкидывая из-под колёс большие и малые камни. Я очередной раз воочию увидел возможности этой модели российского автопрома. Навряд ли какая другая машина так бодро вскарабкалась бы на эту гору. Пока мы поднимались Магомед-Хабиб продолжил свой опаснейший вояж. Вся группа с замиранием смотрела, как нива отдалялась от нас всё выше и выше. По террасным склонам машина уверенно взбиралась на очередную высоту.
   Тем временем мы достигли нужной высоты перед скалами, где находились древние пещеры. Они располагались в скалах в два этажа. Мы по очереди посмотрели обе пещеры. Омар рассказал нам, что они являлись частью оборонительного комплекса. Здесь находились крепостные стены. На передних скалах стояла сторожевая башня. Она как раз находилась над могильником коня. За горами, что возвышаются за рекой, находится село Кутиша. Возможно их предки и жили здесь. Мы сделали множество фотографий на фоне пещер и скал. Омар и Арслан поднялись на второй этаж. Там есть одно место, где нужно проползти на четвереньках. Только они осмелились пройти этот путь. По их рассказам и съемкам там тоже есть две пещеры. Позже мы просмотрели видеосъёмки.
   Тем временем Магомед-Хабиб постепенно стал спускаться с высоты, куда он взобрался накануне. Порой он блуждал по откосным древним террасам, ища путь для спуска. Нужно отдать должное его прозорливости, смелости и находчивости. Видать это у него профессиональное, ведь он лесник. С детства ему знакомы такие пути-дороги. С тревогой мы смотрели на спуск нивы. Качаясь направо и налево, машина уверенно спускалась. Преодолевая каждый промежуток расстояния, машина находилась в безопасном месте. Вскоре она остановилась рядом с машиной Омара. Когда все спустились мы недосчитались одного туриста и это был Абдулла. Видите ли он решил пройтись по другому склону горы. Мы поначалу не обратили внимание на это, решив, что он отошёл для совершения намаза. Но пройдя достаточно большое количество времени мы обнаружили, что он намеренно пошёл иным путём. Арслан быстро забрался на гору и осмотрелся. Вдали он увидел Абдуллу, спускающегося вниз. Мы сели на машины и поехали на вероятное место, где могли бы встретиться с ним. С его стороны это был опрометчивый шаг. В этих местах водятся дикие звери, встреча с которыми не сулила ничего хорошего. Вскоре мы приехали на то место, откуда видна была трасс. Пока мы спускались Заира первая увидела шакала. Об был крупной особью. Страхи наши усилились. Омар остановил машину. Арслан пошёл навстречу Абдулле. Расчёт был правильным – Арслан увидел Абдуллу. У всех на душе отлегло. Вскоре он воссоединился с нами, и мы спустились на трассу к своим машинам. Внизу мы разобрали свои пожитки и поехали в Нижнее Чугли в музей Омара Хаписова.

Часть третья. Музей Омара Хаписова.
   В живописном месте находится село Нижнее Чугли. Обширные поля и луга расположились на большом нагорном участке. Куда ни глянь – везде красивые горы. Не потому ли в этих местах рождается много творческих людей. По мере того, как мы общались с Омаром Хаписовым, я больше и больше убеждался, что он является самым настоящим творческим человеком. Он долгие годы ходил по близлежащим окрестностям и собирал доисторические палеонтологические находки. Впервые в истории Дагестана, а может и России Омар Хаписов создал, открыл на своём приусадебном участке музей палеонтологии. Не будь Омар Хаписов энергичным, предприимчивым, творческой личностью не было бы музея. Его музей каждый год посещают тысячи туристов из разных уголков нашей республики, страны и мира. На этот раз он и нас с удовольствием пригласил в музей. Я и некоторые наши туристы в этом музее уже второй раз. Некоторые впервые, а некоторые побывали уже в третий и четвёртый раз.
   «В Левашинском районе, в обычном селе Нижнее Чугли, находится один из самых душевных и научно-познавательных музеев Кавказа. Сельский учитель географии Омар Хаписов всю жизнь ходил по горам района, собирая окаменелости и артефакты бронзового века. В итоге его двор переполнился настолько, что был признан официальным филиалом Куппинского краеведческого музея. Это не классический музей со злыми смотрителями и надписями «Руками не трогать». Это живой разговор с человеком, искренне влюбленным в свою малую родину.
Основная часть коллекции посвящена палеонтологии.
Ихтиозавр: Хаписов нашел и сохранил окаменевшие позвонки 10-метрового ихтиозавра возрастом 100 млн лет — доказательство обитания гигантских морских рептилий на этой территории.
Аммониты: Десятки окаменевших раковин головоногих моллюсков. Они аккуратно выскоблены из сланца и имеют диаметр от нескольких сантиметров до метра.
Морские ежи и белемниты: Сотни отпечатков древних организмов, которых посетители могут подержать в руках.» Так пишут на разных страницах интернета о музее в селе Нижнее Чугли.
  Честно сказать, я с нетерпением ждал встречи с доисторическим океаническим животным – ихтиозавром. Сотни миллионов лет тому назад он обитал на дне океана Тетис. До недавного времени окаменелости его костей покоились в наших горах. Судьбе угодно было именно Омару Хаписову, чтобы найти эти окаменелости. Теперь они украшают и дополняют экспонаты музея. Учёные-палеонтологи утверждают, что эти окаменелости ихтиозавра являются самыми полноценными. То есть нигде в мире нет столько частей тела ихтиозавра, как здесь. У этого экспоната не хватает всего лишь несколько костей. Он почти целиком собран. Все остальные экспонаты я видел в прошлый приезд. Почти все экспонаты мне знакомы. Когда Омар нам показал место захоронения лошади, мне вдвойне интереснее стало смотреть экспозицию, посвященное этой находке. Вот они те самые находки из могильника. Множество мелких деталей узды лошади. Среди них выделяются круглые небольшие диски желтоватого цвета, служившие украшением лошади. Такие диски называют фаларами. Фалары — это круглые бляхи, которые служили элементами украшения конской упряжи. Они были частью металлической гарнитуры узды и часто богато украшались. Характерны для культур железного века. Обычно это крупные (например, диаметром 24–26 см), низкие бляхи с закруглённым краем. Изготавливались из бронзы, серебра, золота, иногда с использованием вставок из драгоценных камней (агата, граната, бирюзы, кораллов). На фаларах могли быть рельефные изображения, сюжетные композиции, растительные орнаменты, изображения божеств, мифологических сцен или животных (например, львов, сфинксов, грифонов). Носили декоративный, парадный характер. Более крупные фалары крепились в качестве нагрудного украшения, мелкие — могли использоваться в местах перекрестия уздечных ремней или украшать концы конской упряжи (псалии).
    По функциональному признаку фалары делили на три класса:
Наплечные — крепились на плечах или бёдрах лошади. Нагрудные — крепились к горизонтальному ремню на груди коня. Оголовья — налобные, наносные, на щёчные бляхи. Внутри классов фалары могли различаться по способу крепления к сбруе. Фалары были распространены в разных регионах, включая степную Евразию, Северное Причерноморье, Прикубанье. Их появление связывают с эллинистической эпохой и возможным влиянием греко-бактрийской традиции. Некоторые исследователи предполагают, что первые наплечные фалары в сложившемся виде были изготовлены ремесленниками Греко-Бактрии. Археологические находки фаларов играют важную роль в изучении культур кочевников, сарматов и других народов того времени.
   По мнению Омара Хаписова эти находки относятся к алано-хазарской культуре, которая была распространена в Ингушетии, Кабарде, Осетии, Краснодарском крае, Ростовской области. Учёные датируют находку концом восьмого века. Помимо палеонтологии, отдельное помещение заполнено этнографическими артефактами. Кремневые скребки, каменные топоры первобытных людей, старинные кувшины, оружие времен Кавказской войны и деревянная утварь — все это было спасено автором коллекции из разрушающихся аулов.
   Всё, что ни прикасается человеческий взгляд в музее, является настоящим произведение искусства. Всевышний (некоторые скажут природа) создал все эти доисторические животные, и благодаря энтузиазму и героическим усилия Омара Хаписова теперь они радуют, волнуют, удивляют посетителей. Несколько красивых столов из останков доисторических животных красуются в комнатах музея. Они очень дорогие. При желании и возможности их можно приобрести. В центре первой комнаты музея стоит большой стол, накрытый сладостями и несколькими видами мёда. Конечно же, гостеприимный хозяин нас не отпустил без ароматного чая из горных душистых трав. Омар предложил несколько видов мёда. Горное разнотравье очень вкусное. За душевным разговором мы и не заметили, как время пролетело. Мы поблагодарили гостеприимного хозяина и вышли во двор музея. Весь двор тоже буквально дышит палеонтологией. Даже в стены вмонтированы аммониты, придавая уникальность. На фоне музея мы сделали общее фото, после – попрощались. С лёгкой грустью мы прощались с омаром и его легендарным музеем.
   Дорога, дорога, дорога…
   Как же красив Дагестан.
   скитаясь сегодня немного
   в пути бездорожья устал.
   Мы выехали из села Нижнее Чугли. Вечерело. Вскоре мы, повернув влево, оказались у южного кольца Леваши. Отсюда взяли курс на Сергокалу. На площади я попрощался с Заирой и Арсланом. Сел в свою машину и выехал в Избербаш. Мне сегодняшнее путешествие очень понравилось. Что ж на этом позвольте мне завершить своё повествование и путешествие. До свидания, до новых встреч!