Иногда самые странные мысли приходят именно ночью

Вот, например, недавно меня накрыло: а как меня воспринимают мои хвосты?

Представляю картину.
Я стою на кухне с поварёшкой, как полевой командир, а вокруг целая делегация:
собакены торжественно тянут миски, будто это не миски, а документы на срочное подписание.

Котики, с выражением «мы сейчас будем подавать коллективную жалобу», сообщают, что:
1) собаки опять порвали лежанку,
2) миски подозрительно пустые,
3) а в лотке обнаружены следы древней цивилизации, которую никто не раскопал.

Птицы в это время вообще не считают нужным стучаться в реальность аккуратно: им надо ЕДУ. Сейчас. Вчера.
И вот я для них одновременно мама, повар, судья, санитар, медиатор и сотрудник МЧС.

Ну, как в «Добро пожаловать в Мурландию»: один человек, а ощущение, что штат из двенадцати.
И, кажется, в их глазах я стою с тоненьким нимбом над головой. Не ярким таким, а рабочим: слегка погнутым, с царапинкой, но зато надежным.

А вот многие люди, если честно, видят совсем другое кино.
Для кого-то я городская сумасшедшая, которую хочется закидать тухлыми помидорами, лишь бы я улетела на Луну вместе со всеми своими собаками и не напоминала им, что милосердие вообще существует.

Зато родным и близким я, видимо, представляюсь чем-то вроде ангела: с белыми крыльями за спиной, доброго и всепрощающего.

А если спросить меня саму…
Я чаще всего ощущаю себя уставшей почти пятидесятилетней тёткой, у которой по меньшей мере восемь рук.

Причем не «восемь рук, чтобы красиво», а «восемь рук, потому что иначе не выжить».
Восемь рук — это когда одна рука мешает кашу, вторая одновременно гладит хвост, третья пишет очередную книгу, четвертая набирает клинику, пятая вытаскивает из пасти “что-то непонятное”, шестая собирает огурцы, седьмая крутит банки, а восьмая пытается напомнить мне, что я тоже человек и мне бы неплохо поесть.

Иногда я думаю, что мои восемь рук — как осьминог, который устроился работать в быту: очень старается, но периодически запутывается в собственных задачах и тихо шипит в раковину.

И знаете, в этой ночной мысли было что-то важное.
Если мои хвосты видят во мне спасение, значит, я правда для кого-то целый мир.
Даже если я сама в этот момент просто стою у плиты и мечтаю поспать часов восемь подряд.

А кем Вы чаще всего являетесь в чужих историях: героем, странным человеком «не как все» или тихим спасателем без выходных? И кто видит Вас настоящим — Вы сами, близкие или те, кому Вы однажды помогли?

Если откликнулось — напишите пару слов. Давайте согреем друг друга: без помидоров, но с человеческим пониманием.

Ваша Наталья. И хвосты