Асмодей

Полночь застала Асмодея в месте, которое он ненавидел всей своей бессмертной душой — в заштатном круглосуточном баре на окраине города. Вокруг пахло дешёвым пивом, прогорклым фритюром и безысходностью.
 Для Высшего демона похоти, ревности и разрушения семейных уз, этот мир за последние пару веков стал невыносимо скучным. Раньше ради его внимания короли предавали свои королевства, а рыцари шли на плаху. Теперь же вся его «работа» сводилась к тому, чтобы подталкивать смертных к трусливым изменам через приложения для знакомств.
Асмодей, принявший облик элегантного мужчины в безупречно сидящем тёмном костюме, лениво крутил в руках бокал с бурбоном. Его янтарные глаза с вертикальным кошачьим зрачком, скрытые за лёгким мороком, сканировали унылую публику.
 И тут дверь бара скрипнула.
В помещение вошла девушка. Промокшее под дождём пальто, растрёпанные волосы, размазанная тушь и взгляд человека, который только что потерял всё. Она села у дальнего конца стойки и тихо попросила у бармена двойной виски.
 «Ну вот, классика жанра», — цинично подумал Асмодей, уловив шлейф её эмоций: горькая обида, ярость и… жажда мести. Самый лакомый коктейль для демона.
Он плавно пересел на соседний стул.
— За такой печалью обычно скрывается либо чужая глупость, либо чужое предательство, — бархатным, обволакивающим голосом произнёс он.
  Девушка вздрогнула, повернулась и наткнулась на его магнетический взгляд. На секунду ей показалось, что в глубине его зрачков пляшет настоящее пламя, но она списала это на усталость.
— И то, и другое, — горько усмехнулась она, сделав крупный глоток. — Меня зовут Елена. И мой жених только что объявил, что наша свадьба отменяется. Потому что он уходит к моей… уже бывшей лучшей подруге. Классика, да?
Асмодей едва заметно улыбнулся. Его эмпатические рецепторы буквально взрывались от её праведного гнева.
— Триада предательства. Моё любимое блюдо, — прошептал он, наклонившись чуть ближе. — Знаешь, Елена… мир несправедлив. Смертные часто уходят безнаказанными, оставляя после себя лишь пепел. Но что, если бы у тебя была возможность вернуть им этот пепел? С процентами.
Елена посмотрела на него сквозь пелену слёз. В её душе боролись здравый смысл и вспыхнувшая, тёмная жажда справедливости.
— Кто вы? — тихо спросила она. — Какой-нибудь дорогой адвокат? Или…
- Считай меня тем, кто исполняет самые сокровенные, самые тёмные желания, — Асмодей протянул руку. Его ухоженные ногти на мгновение показались ей слишком острыми, почти как когти. — Один твой кивок, и завтра их идеальный мир рухнет. Они возненавидят друг друга так же сильно, как сейчас любят. Их поглотит такая ревность, что они уничтожат сами себя. А ты будешь смотреть на это с первого ряда.
 В баре резко похолодало. Лампочка над их головами затрещала и замигала. Елена заворожённо смотрела на его ладонь. Цена? О цене демоны обычно говорят позже, но она и так понимала, что на кону стоит её собственная душа.
 Она занесла руку над его ладонью. Асмодей уже предвкушал сладкий миг заключения контракта, как вдруг… Елена замерла.
 Она закрыла глаза, сделала глубокий вдох и медленно опустила руку.
— Нет, — тихо, но твёрдо сказала она.
Асмодей моргнул. Морок на мгновение спал, и в воздухе явственно почуялся запах серы.
— Нет? — переспросил он, искренне удивлённый. — Ты отказываешься от мести? Они растоптали тебя!
 — Если я уничтожу их их же методами, то чем я буду лучше? — Елена вытерла слезы рукой и посмотрела демону прямо в глаза, и в её взгляде Асмодей неожиданно увидел то, чего не ожидал — покой. — Они заслуживают друг друга. Два предателя под одной крышей — это уже наказание. А я… я просто начну сначала. Без них.
Она оставила на стойке купюру, застегнула пальто и, не оборачиваясь, вышла из бара в дождливую ночь.
Асмодей остался сидеть у стойки. Он медленно допил свой бурбон, чувствуя на губах странный, забытый вкус. Это было не разочарование. Это было уважение.
— Надо же, — негромко произнёс демон в пустоту, и на его губах появилась искренняя, не хищная улыбка. — Оказывается, в этом веке люди ещё способны удивлять.
Он щелкнул пальцами. Официант, подошедший забрать бокал, обнаружил на столе вместо денег идеально чистый, сияющий золотой слиток. А самого элегантного незнакомца в баре уже не было — лишь лёгкий вихрь искр растаял в ночном воздухе.