Мемуары. Зарисовка из деревенской жизни

Я родился и жил до четырнадцати лет в глухой деревеньке Матаны  Костромской области, состоявшей из  двух десятков домов и порядка восьмидесяти жителей.  История её возникновения неизвестна, однако недавно из официальных источников я узнал, что в 1837 году по дороге в город Вятку, ныне Киров, наследник престола, будущий государь-освободитель Александр Второй, остановился в деревне для короткого отдыха и  посетил дом крестьянина деревни, которому пожаловал сто рублей, сумму по тем временам неслыханную. Подробно деревенская жизнь в предвоенное. военное и послевоенное время вплоть до полного её исчезновения описана в моих мемуарах на сайте. Здесь я сделаю лишь краткую зарисовку характеров и быта членов одной семьи, врезавшуюся в мою память из-за необычности их характера и поступков.
 
Эта семья  вызывала пересуды и насмешки сельчан. Дети супругов  повзрослели и разъехались. Номинально главой семьи был Степан Соколов, настоящий богатырь по нашим тогдашним деревенским представлениям. Его рост составлял около 180 сантиметров, в то время как рост других мужиков не превышал 170 см. Крепкое телосложение с высоким ростом создавало облик  этакого былинного богатыря. Работая кузнецом, он   обладал недюжинной физической силой,  легко справляясь с тяжелыми железными предметами при ремонте и изготовлении  деталей сельхозтехники. Степан обладал добродушным характером, помогал. в чём мог жителям деревни, и пользовался большим уважением у сельчан. Однако вместе с уважением в отношении к нему присутствовала жалость.
 
Причина была в его жене, Ольге, которую он почему-то называл Ольей, худощавой женщине небольшого роста,  которая  фактически заправляла всем и командовала в доме.  Было не понятно, чем она его взяла, но он беспрекословно подчинялся ей. Создавалось впечатление, что он побаивается её. Даже когда обращались к нему с какой-либо просьбой или предложением, он обычно выдавал странную фразу:
 - Да для меня пожалуйста, как хочет Олья. Это означало необходимость испрашивать разрешение Ольги на участие  Степана в мало-мальски непростом  деле. Но с ней договориться было уже непросто, она имела  вздорный характер,  и никто не хотел без крайней необходимости связываться с ней. Степан был очень трудолюбив, рано вставал, она же была не прочь утром поваляться в постели. Однако деревенская жизнь, кроме зимнего периода, требовала работу с раннего утра. Поднявшись спозаранку и выполнив какие-то срочные дела по хозяйству, Степан пытался таким образом побудить жену к подъему:
-  Олья, а  у Рябковых и Яблоковых печки уже топятся, дым идёт из труб, нам тоже пора затапливать печку.
В ответ: - Отстань, мне другие не указ!
Спустя некоторое время он снова обращается к ней:
  - Олья, уже у всех печки топятся, и мне скоро идти на работу.
Наконец и над их домом начинал струиться дым.