Таксюк

Андрей вообще не планировал вызывать такси. Он ненавидел зависеть от чужих людей за рулем, особенно когда дело касалось важных поездок. Его собственный «Гольф» седьмого поколения стоял под окном, сияя чистыми боками, полностью заправленный и готовый к марш-броску на вокзал. Андрей всё рассчитал: выехать за час, спокойно доехать, оставить машину на охраняемой стоянке и за двадцать минут до отправления быть на платформе. План был безупречен.
Он вышел из дома ровно по графику. Закинул сумку на заднее сиденье, сел за руль, привычным движением вставил ключ в замок зажигания и повернул его.
Тишина.
Вместо бодрого рыка стартера раздался лишь сухой, безжизненный щелчок реле. Панель приборов вспыхнула россыпью тревожных пиктограмм — «Check Engine», значок аккумулятора, восклицательный знак... — и тут же погасла. Андрей похолодел. Он попробовал ещё раз. Снова щелчок и тьма. Машина, которая ещё вчера исправно возила его по делам, сегодня, в самый ответственный момент, решила выкинуть фортель. Генератор? Стартер? «Мозги» полетели? Сейчас это было неважно.
Важно было то, что его безупречный план рассыпался в прах. Времени на диагностику и ремонт не было. До отправления поезда оставался ровно час, и каждая секунда теперь работала против него. Именно в этот момент, стоя на крыльце со сломанным ключом в руке и глядя на безжизненный «Гольф», Андрей, проклиная всё на свете, выхватил телефон и начал судорожно искать номер службы заказа такси...

До отправления поезда оставалось ровно сорок минут. Для вечернего города в час пик это было критически мало. Общественным транспортом с его переходами, расписаниями и вечными заторами на площади — без вариантов. Андрей судорожно застегнул сумку. Спасти его могло только чудо или очень быстрый водитель.
Он открыл приложение заказа такси, но экран предательски закрутил колесико обновления — сеть в новом микрорайоне вечно барахлила. Не теряя времени, Андрей набрал прямой номер службы заказа. Каждая секунда была на счету.
— Алло, девушка, здравствуйте! — почти на одном дыхании выпалил он, едва в трубке ответили. — Мне срочно нужна машина. Улица Алексея Толстого, дом 8. К третьему подъезду, там стоматология на первом этаже. Пожалуйста, побыстрее, на вокзал опаздываю!
— Минутку, ищу машину... — отозвался автоматический голос, а потом – человеческий, женский:
— Да, алло. Заказ принят. Жёлтый «Ваз». Номер 016. Будет через 19 минут. Соединяю с водителем:

А затем в динамике защелкало, и послышался глуховатый, вальяжный мужской голос назначенного водителя
– Толстого, восемь. Буду минут через семь, тут рядом.
Так 19 или 7? Внутри у Андрея что-то екнуло. Городской опыт подсказывал, что в таких делах лучше перестраховаться.
— Извините! — громко сказал он в трубку. — Пожалуйста, обратите внимание. Именно Алексея Толстого. Это новый квартал, который за железнодорожным переездом. Не Льва Толстого, которая в центре, а именно Алексея! Вы поняли?
На том конце провода повисла короткая, оскорбленная пауза. Водитель тяжело вздохнул, будто ему только что попытались объяснить, как крутить руль.
— Молодой человек, — с глухим недовольством пробасил таксист. — Я в этом городе тридцать лет за рулем. Прекрасно знаю, где Толстого. Сказано «восемь» — значит, приеду к восьмому. Ждите.
В трубке пошли короткие гудки. Андрей выдохнул, убрал телефон в карман своей ярко-красной куртки и принялся мерить шагами асфальт перед подъездом, то и дело поглядывая на часы. Время пошло. Прошло семь минут. Потом десять. Стрелка часов неумолимо сдвинулась, и цифра сорок превратилась в пугающие двадцать восемь минут до отправления. На горизонте не было ни намека на фары. Мимо Андрея, шурша шинами по сырому асфальту, неспешно проехала старая серая легковушка, но это был чужой автомобиль — он равнодушно миновал дом и скрылся за поворотом.
Андрей, уже не попадая пальцами по экрану от злости и подступающего холода, снова набрал номер водителя. Трубку взяли после пятого гудка. На заднем фоне глухо бубнило радио.
— Алло! — почти крикнул Андрей. — Ну и где вы? Время поджимает, я же просил побыстрее!
— Мужчина, ну чего вы кричите? — удивленно и даже с легкой обидой отозвался таксист. — Я на месте стою. Прямо у восьмого дома, как в заказе. А вас не вижу. Вы вообще вышли из подъезда-то?
— В смысле «вышли»?! — Андрей обернулся и едва не ткнулся носом в закрытую стеклянную дверь. — Я стою на крыльце третьего подъезда! Прямо под вывеской «Стоматология»! Передо мной пустая дорога!
— Какая стоматология? — искренне возмутился водитель. — Тут булочная «Колос». И дом пятиэтажный, панельный. И подъездов тут всего два, мужчина. Вы сами-то где стоите? Выйдите к дороге, я моргаю аварийкой.
Андрей замер. В голове на секунду воцарилась звенящая пустота, которую тут же затопила горячая волна ярости.
— К какой булочной?! Улица Алексея Толстого — это новый микрорайон! Тут шестнадцатиэтажные кирпичные дома! Вы где вообще находитесь?!
В трубке повисла тяжелая, мыслительная пауза. Было слышно, как водитель кряхтит, обдумывая услышанное, но его выводы оказались совершенно перпендикулярны логике.
— А-а-а... — протянул таксист с таким видом, будто разгадал хитрый заговор. — Так вы в этом... в новом квартале? Который за переездом? Ну так бы сразу и сказали! А то «Толстого, восемь, Толстого, восемь»... Ладно, сейчас перееду туда. Тут три минуты ходу.
В динамике раздались короткие гудки. Андрей посмотрел на часы — до поезда оставалось двадцать минут.
Прошло еще семь минут. Андрей чувствовал, как у него внутри плавится каждая клетка нервной системы. До отправления оставалось тринадцать минут. Шансы успеть стремительно катились к нулю.
Мимо дома, шурша покрышками, проехала еще одна машина — какой-то чистенький белый хэтчбек. Андрей дернулся вперед, но автомобиль, не снижая скорости, пролетел мимо и растаял в темноте. Водителя не было.
Андрей, уже не чувствуя пальцев от злости и сырого вечернего холода, снова набрал номер. Короткие гудки. Андрей выругался про себя и позвонил в диспетчерскую:
– Девушка! Я хочу отменить заказ. Вашего водителя нет. Он не знает город. Я жду его на Алексей Толстого, а он ждёт меня на ул. Льва Толстого. Я же ясно сказал: Алексея! Простите, он у вас, что, идиот? Звоню ему – занято. А я на вокзал опаздываю.
Пауза.
– Вы, конечно, можете отменить заказ, но я не советую. Новую машину вы найдёте нескоро.  Тогда уже, точно, опоздаете. Сейчас я сама с ним свяжусь.
Андрей дал отбой. Через минуту, действительно, позвонил водитель:

— Ну и?! — рявкнул он, едва в трубке щелкнуло. — Вы где?!
— Мужчина, ну я не знаю, — в голосе таксиста теперь слышалось искреннее, глубокое раздражение. — Я стою прямо на углу дома, как вы сказали. Вас тут нет. Вы вообще вышли?
— Я стою на крыльце! Я уже извёлся весь! — Андрей отчаянно замахал свободной рукой перед пустой дорогой. — Я в ярко-красной куртке! Огромная, пуховая, красная куртка! Меня из космоса видно! Вы где стоите?!
— Да я сам у дороги стою! — в тон ему ответил водитель. — Нет тут никого в красном. Только женщина какая-то с сумкой прошла, и всё.
— С какой сумкой?! — Андрей чуть не задохнулся от возмущения. — Вокруг меня три новостройки по шестнадцать этажей! Где вы там женщину нашли?! Вы куда приехали?!
— Куда-куда... На Толстого, 8! К булочной подкатил, как вы и просили!
Андрея на секунду парализовало.
— К... к булочной? К «Колосу»?!
— Ну да.
— Вы что, вообще оттуда не уезжали?! — голос Андрея окончательно сорвался.
— В смысле «не уезжал»? Я стою по адресу! Вы мне голову-то не морочьте, мужчина. Если ехать передумали — так и скажите, зачем крутить-то?
У Андрея внутри что-то окончательно оборвалось. Мимо снова пролетела очередная случайная легковушка, издевательски мигнув габаритами.
— Я... не... передумал... — по слогам, стараясь сдержать подступающую истерику, произнес Андрей. — Послушайте меня очень внимательно. Никаких навигаторов вы, я вижу, открывать не собираетесь. Поэтому сейчас вы заводите машину. Вы стоите у булочной, так?
— Ну, у «Колоса».
— Трогайтесь! Руль вправо! Выезжайте на Ленинский проспект! Будете работать по моим командам.
— В смысле — по командам? — в трубке послышался искренний, полный презрения смешок. — Мужчина, я в этом городе столько лет за рулем, когда я тут таксовать начинал, вы еще пешком под стол ходили! Я без сопливых знаю, как доехать. Сами адресов понапридумывают, а мне крутись...
— Послушайте меня! — Андрея уже откровенно колотило, он буквально прыгал на крыльце, глядя, как стрелка часов безжалостно отсчитывает последние минуты. — Мне плевать, сколько вы за рулем! Если вы сейчас же не заведете мотор и не поедете туда, куда я говорю, я не просто отменю заказ. Я позвоню вашей диспетчерской службе, найду ваше руководство и устрою вам такие проблемы, что вы свои тридцать лет стажа будете во дворе на велосипеде вспоминать! Вы меня поняли?!
В трубке повисла тяжелая, сопящая пауза. Угроза жалобой начальству, видимо, подействовала на таксиста отрезвляюще, хотя и добавила ему порцию густого, дремучего недовольства.
— Ну ладно, ладно, чего разкричался-то... — неохотно проворчал он. Слышно было, как хлопнула дверь, глухо зарычал старый мотор и щелкнул рычаг передачи. — Поехал я. Вот, выезжаю на Ленинский. Тоже мне, командир нашелся... Зачем мне на Ленинский, когда через мост быстрее...
— На Ленинском на первом светофоре — уходите направо, на улицу Бабушкина! — командовал Андрей, прижав телефон плечом к уху и пытаясь хоть как-то согреть окоченевшие руки.
— Ну, Бабушкина, знаю я твою Бабушкина, — ворчал таксист, судя по звукам, крутя руль с глубочайшим одолжением. — Сто раз тут ездил. Обычный маршрут, чего мудрить было...
— А вот теперь с Бабушкина сворачивайте на Олонецкую! — выкрикнул Андрей, сверяясь по памяти с картой района.
— Куда? На какую еще Олонецкую? — водитель аж притормозил от неожиданности. — Нет тут никакой Олонецкой. Я всю жизнь этот пятачок знаю, тут Промышленный проезд!
— Была Промышленная, стала Олонецкая, её три года назад переименовали! — сорвался на крик Андрей. — Поворачивайте, я вам говорю! Дальше прямо, до перекрестка с Ириновским трактом!
— Трактом... Напридумают же названий, язык сломаешь, — не унимался таксист, обиженно сопя в динамик. — Нормальные люди человеческие адреса дают, а тут экзотика какая-то... Ириновский, Олонецкая... Вывесок понавешали, черт ногу сломит. И вообще, молодой человек, еду я по вашим ямам, подвеску только бью из-за вас. Нам за такие маршруты доплачивать должны!
Андрей зажмурился, слушая этот бесконечный поток водительской философии. Сил спорить и объяснять что-то человеку, который похоронил его поездку, уже не оставалось. Мимо крыльца, обдав его шлейфом выхлопных газов, пролетела очередная случайная легковушка, издевательски мигнув красными габаритами. До поезда оставалось семь минут — это был гарантированный, чистый неявка.
— Проехали тракт? — мертвым голосом спросил Андрей.
— Ну, проехал. Выезжаю к вашим высоткам...
– Так, теперь направо. Улица Братьев Вайнеров.
– Ну?
–  До универсама доехали? Теперь налево, улица Фадеева… Один квартал и снова направо!
У обочины наконец-то со скрипом затормозила старый, потрёпанный «Жигуль» с тусклым огоньком на лобовом стекле. Андрей молча сбросил вызов, сбежал по ступенькам крыльца и рывком открыл пассажирскую дверь.
В салоне пахло дешёвым освежителем воздуха и застарелым табаком. За рулем сидел плотный пожилой мужчина с угрюмым лицом. Он даже не повернул головы в сторону пассажира, лишь недовольно дёрнул плечом.
Машина тронулась. К чести водителя, если слово «честь» тут уместно, ехал он быстро.
Вдруг включилась рация. Голос девушки-диспетчера:
– Тимошин, ну, что, забрал пассажира?
– Да, забрал – отозвался таксист, – Везу на вокзал.
– А чего так долго?
– Да, ну его! Я три раза мимо проехал – его не было. Наверное, в подъезде прятался.
Андрей чуть не поперхнулся от возмущения:
– Это я прятался?! – сказал он громко, так, чтобы диспетчер его наверняка услышала, – я с самогог начала стоял на крыльце и ждал, а он поехал  на Льва Толстого, хотя я ясно сказал несколько раз, что жду его на АЛЕКСЕЯ Толстого!
Водитель, продолжая вести машину, обернулся к Андрею. Одной рукой он крутил руль, другой делал отчаянные знаки, мол, молчи!
– Я правильно доехал. Не было его там.
 Наглые слова и жесты таксиста возмутили Андрея ещё больше:
– Неправда! Я был там!
Но рация уже молчала.
— Ну вот, доехали же, — буркнул таксист, бросив мимолётный взгляд на ярко-красную куртку Андрея. — А вы кричали. Я ж говорю, тридцать лет за рулем, город как свои пять пальцев знаю. Просто вы адрес как-то непонятно назвали...
Андрей не стал спорить. У него просто не осталось на это сил. Стрелка часов беспощадно показывала, что поезд прямо сейчас, возможно, даёт свой финальный гудок на вокзале. Но внутри вместо злости внезапно воцарилось абсолютное, звенящее спокойствие — то самое, которое приходит, когда худшее уже случилось и паниковать больше нет смысла.
Он молча достал купюру, положил её на сиденье и, подхватив сумку, рванул в сторону вокзальных платформ. Надежда — глупая штука, она заставляет бежать даже тогда, когда всё уже потеряно.
А полчаса спустя, когда Андрей уже стоял у кассы возврата билетов, у таксиста в салоне зазвонил телефон. На экране высветился прямой номер директора таксопарка. Водитель неторопливо нажал на кнопку ответа и сразу, не дав начальнику вставить ни слова, уверенно и с глубокой правотой в голосе доложил:
— Алло, шеф? Да знаю я, что этот с улицы Толстого жаловался! Вы его не слушайте, он сам дурак. Напридумают адресов, язык сломаешь... Я-то как раз по адресу приехал, а он мне полчаса голову где-то прятался морочил, дорогу показать не мог!
Кирьят-Экрон
9.07. 2026