Шахматные интриги. Светлейший

   Неровный свет нескольких свечей в золоченом подсвечнике освещал Ореховый зал губернаторского дворца, отражаясь от стен, облицованных персидскими панелями из орехового дерева.
   На стене между выходящими на Неву окнами висел прижизненный портрет молодого Петра I кисти голландского мастера, а под ним замер шахматный столик, где в ожидании игры «отдыхали» серебряные с позолотой фигуры.

   Высокий мужчина с тонкими чертами лица, волевым подбородком и седой шевелюрой стоял у окна, вглядываясь в хмурые воды реки.
   Александр Данилович Меншиков, Светлейший князь и владелец этого дворца, знал, что своенравная Нева полна смерти. Она жестоко мстила тем, кто пытался приручить ее, забирая жизни тысяч рабочих, строивших набережные и каналы.
   На противоположном берегу сквозь пелену сентябрьской мороси едва проступал силуэт деревянной Исаакиевской церкви, где пятнадцать лет назад венчалась царская чета. В тот день он принимал гостей в своем дворце, распоряжался угощением, балом и фейерверком.
   Рядом с церковью темнело одноэтажное деревянное здание Адмиралтейства и судовые верфи, возведенные под его руководством по проекту Петра I.

   Он многое сделал, чтобы воплотить в жизнь амбициозные державные замыслы. Его губернаторский дворец стал первым каменным домом в юном Санкт-Петербурге, где принимали иностранных послов и проводились правительственные заседания.
   Сегодня в этот ненастный осенний день 1727 года он еще может любоваться знакомой перспективой. Но завтра ему вместе с семьей предстоит путь в их Раненбургское поместье под Рязанью. Скорее всего это будет дорога в один конец.

   Пьяные выкрики из караульной комнаты, прервали раздумья Александра Даниловича. Это развлекались гвардейцы, сменившие личную охрану, на время его домашнего ареста.
   Меншиков вздохнул и опустился на резной стул перед шахматным столиком.

   Шахматы были любимой игрой Петра I с юных лет.
   Государь был сильным игроком и легко обыгрывал его, но, со временем игра стала проходить на равных. Цепкая память Александра и умение быстро просчитывать варианты уравняли их силы.
   Иногда, выигрывая партию, Меншиков замечал, как у Петра начинал дергаться левый глаз. Опытный царедворец делал несколько «ошибочных» ходов, с облегчением проигрывал и покорно сносил насмешки победителя.

   «А ведь в придворной жизни все как в шахматной игре», – подумал Светлейший.
   Многоходовые интриги, где жертва фигуры – цена за стратегическое преимущество и выигрыш партии.
   Действия каждой шахматной фигуры ограничены правилами и лишь пешка, при верном расчете и доли удачи может пройти через шахматное поле, чтобы стать ферзем.
   Он, простолюдин, был такой пешкой, которая прошла тяжелый путь и, сделав блестящую карьеру, стала ферзем.
   Он ненавидел бояр, рождавшихся с золотой ложечкой во рту, а те отвечали ему тем же, видя в нем безродного выскочку, попавшего по воле случая «из грязи в князи».

   На скулах Меншикова заходили желваки:
– Конечно, они правы: за двадцать пять лет мальчик на побегушках Алексашка превратился в Александра Даниловича Меншикова – Светлейшего князя Ижорского, генерал-губернатора Санкт-Петербурга, Генералиссимуса морских и сухопутных войск.
   Всего этого он добился умом, бешенной энергией и умению просчитывать ходы врагов, отлично ориентируясь в лабиринте дворцовых интриг.

   Его жажда власти, титулов и богатства была не только тщеславием. Это был способ унижения спесивых вельмож знатного происхождения и желание заставить их осознать, что простой человек может добиться многого.
   Меншиков протянул руку и коснулся фигуры безликой пешки.
   В памяти всплыли события давних лет и хитрые переплетения дворцовых интриг.

   Случайно попав в поле зрения юного Петра I, он привлек его внимание своей расторопностью, умом, веселым характером и преданностью. Особое чутье позволяло ему предугадывать желания государя еще до того, как тот успевал их озвучить.
   На год младше и на несколько сантиметров ниже двухметрового царя, Александр помогал ему формировать потешные войска и несколько лет исполнял обязанности денщика.
 
   Он был его верным «Алексашкой», готовым исполнить любой приказ – от строительства верфей до собственноручной рубки голов взбунтовавшимся стрельцам. Если потребуется, он мог загрызть царских врагов.
   Александр тенью следовал за Петром, составляя ему компанию на войне, в государственных делах и в бесшабашных загулах. Так в Азовском походе они жили в одной палатке. Вместе с Петром Меншиков ездил за границу и обучался в Голландии плотницкому мастерству, получив сертификат кораблестроителя.

   Все поручения государя выполнялись им со рвением, позволяющим реализовать самые амбициозные замыслы. При этом знание сложного характера Петра I и природная хитрость позволяли Александру потакать вкусам монарха и смягчать вспышки его необузданной ярости.
   Петр, умевший признавать свои ошибки, часто был благодарен Меншикову, который удерживал его от совершения неблаговидных поступков.

   Высокооплачиваемые государственные должности не мешали Меншикову заниматься предпринимательством. Он держал рыбные и соляные промыслы, хрустальные мануфактуры, торговал строительными материалами и владел имениями с тысячами крестьян.
   При всем этом Светлейший не гнушался присваивать казенные средства и брать взятки. Так поступали почти все чиновники, но неограниченные возможности Меншикова позволяли делать это с невиданным размахом.
   Начиная с 1714 года, следственными комиссиями постоянно открывались все новые и новые злоупотребления Светлейшего властью.

   Многие чиновники, уличенные в этом, были публично казнены по указу Петра I.
   Меншиков избежал этой участи, но неоднократно подвергался наказаниям: штрафам, лишению титулов, а иногда жестоким побоям от государя.
   Спустя некоторое время самодержец прощал проворовавшегося губернатора, так как его верность и деловые качества ценил превыше всего.
   «Ты – моя правая рука, вороватая, но верная», – говорил Петр, обращаясь к Меншикову.
   В самых неприятных ситуациях, когда разгневанный император готов был расправиться со Светлейшим, за него заступалась императрица, помнившая, что этому человеку она обязана своим восхождением.

   За три года до смерти Петр I издал указ о престолонаследии, который позволял ему назначать наследника, но воспользоваться этим правом не успел.
   Зимой 1725 года сто один залп пушек Петропавловской крепости возвестил горожан о кончине пятидесятидвухлетнего императора.

   Меншиков знал о проблемах со здоровьем Петра I, но его смерть показалась Светлейшему подозрительной.
   Он задумчиво взял с шахматной доски фигуру черной королевы:
 – Без нее не обошлось.

 
   Продолжение по ссылке: http://proza.ru/2026/07/10/1141
   На фото бюст Меншикова на фоне губернаторского дворца
   10.07.2026г.