Игрушка повесть, главы 1-5

Моему далекому нежному другу С.С.
 посвящается                ___________

Однажды ты встретишь человека,
из глаз которого на тебя
будет смотреть Бог.

…Жизнь двоих гораздо счастливее, когда желание сделать приятное не таит в себе планы получить что-то взамен, даже благодарность.
Когда любовь не меняется даже на любовь, а только дарится.

Труднее всего терять несбывшееся ...
Эльчин Сафарли

________
Пролог:
Ветра почти не было. Легкое движение воздуха, как и плеск воды о борт лодки лишь напоминали о морской прогулке, но вокруг не было ни звука — ни криков чаек, ни шороха морского камыша, что приспособился к жизни прямо здесь в прибрежной слабосоленой полосе прибоя.
Лодка тихо покачивалась, и казалось, что она плывёт сама, по воле течения, а не по воле, сидевшей в ней влюбленной пары. Тишина и безветрие словно создали специально для них особое настроение — почти мистическое, будто они вдруг оказались в другом мире, где реальность сливается с памятью о прошлом или дивным сказочным сном.
Увлекшись этой новой реальностью под нежными лучами уходящего за горизонт вечернего солнышка парень и девушка совсем забыли о цели своего романтического водного круиза, пока тень от знаменитого древнего маяка не накрыла их лодку
Но вот наконец молодая девушка первой нарушила волшебную тишину этой морской картины:
— Глеб, милый! Все же здорово, что мы отказались от прогулки на скоростном катере этой компании … забыла её название!
— Флагман-тур, кажется? – подсказал ей, словно очнувшийся от сна симпатичный молодой парень в морской тельняшке и совсем ей не в тему — дорогих модных шортах. – Так ведь я вполне отдохнул и могу доставить тебя, дорогая, обратно до берега намного быстрее того дряхлого катера, прогулку на котором предлагал нам их менеджер.
— Нет, погоди, милый, давай обогнем вокруг этого красавца-маяка, ради которого мы и решили провести наш короткий отпуск в Южно-Сахалинске.
— Милая! Ты совсем забыла про лагуну Буссе, где мы решили побывать завтра. Ведь это же настоящий памятник природы, просто кладовая её запасов с волшебными видами морской флоры и фауны, щедрым уловом, богатыми цветущими берегами. Там, говорят, можно наловить и даже отведать диких устриц! Не то что у этой груды каменных развалин, — и он показал на маяк, к которому они почти вплотную незаметно приблизились.
Тут девушка чуть повернулась, вздрогнула, потом показала рукой на подножие маяка и крикнула:
— Ой, Глеб, что это?
Молодой человек обернулся и увидел у самой стены маяка лежащую на каменном основании фундамента всю в крови молодую женщину, успев заметить при этом, что она была не только молода, но и красива.
— Ой! А надпись … Она что же, это своей кровью написала, что ли?
— Да, бог с тобой Алена! Что бы такую надпись сделать у человека всей крови в теле не хватит. Видишь, возле самой руки лежит баллончик …
— А она жива, как думаешь?
— Вряд ли! Вон гляди, сверху по лестнице спустились двое. Один с фотоаппаратом в руке, другой в милицейской форме. Это следователь и эксперт … Надо успеть сфотографировать её, пока нас отсюда не выгнали. Лицо её хорошо видно. Сегодня же в интернет выложу, а то уже завтра её унесут от сюда. Знаешь, сколько лайков соберем? Заодно и пусть та сволочь, из-за которой она погибла полюбуется. Может совесть загрызет или проснется хотя бы … А менты его точно не найдут …
_________
Часть 1. Нюрка
Глава 1. Подземный переход.
Этот переход под автодорогой и трамвайными путями был сделан еще в начале 90-х, когда Ельцин подписал Указ о свободе торговли. На год раньше, когда никто еще и не думал об этом переходе, здесь открылся продуктовый рынок. А до этого здесь была лодочная станция, где можно было взять на прокат лодку и поплавать на большом заводском пруду. Потом, когда народ к лодкам немного охладел, горисполком поставил недалеко от длинного ряда высохших от безделья лодок городские аттракционы. Привезли и установили Колесо обозрения, большую детскую карусель с деревянными лошадками и осликами, несколько качелей и сделали эстраду для детских выступлений.
К концу 80-х возле этих аттракционов стали появляться лотошники, торговавшие сначала мороженным и сладостями. Потом, прямо под колесом обозрения открылись первые, еще совсем маленькие торговые палатки, где уже были вполне полноценные продукты питания. Но, со временем люди стали искать более разнообразные и «взрослые» развлечения. В какой-то момент аттракционы, на обслуживание которых постоянно не хватало средств, были закрыты по техническим причинам. А продуктовый рынок лотошников и палаточников лишь процветал. И вот городские власти, идя на встречу жителям города, решили оказать торговому рынку содействие и в районе трамвайной остановки, чудом сохранившей свое название Лодочная станция, появился этот подземный переход с автотранспортным проездом и пешеходными дорожками под трамвайными путями.
А в начале 2000-х тренд начал меняться: на смену уличной торговле стали приходить стационарные магазины и сети. Постепенно власти в разных городах стали подходить к вопросу благоустройства строже: ларьки называли «визуальным мусором», связывали с проблемами антисанитарии. В итоге и здесь, как и по всей стране развернулась системная программа по демонтажу нестационарной торговли и рынок быстро прекратил свое существование. А подземный проезд с пешеходными дорожками так и остался. Сохранились даже мусорные баки под навесом от дождя.
_______
С утра все небо затянула плотная серая пелена. Тяжёлые, будто свинцовые, сизые тучи, низко нависли над землёй. Солнца было не видно совсем, лишь тусклый, будто мутный свет с трудом пробивался сквозь эту серую массу. Сырой и зябкий воздух, словно дополнял эту безрадостную картину, навевая особое, угнетающее настроение.
Редким одиноким прохожим в такой день особенно остро хотелось быстрее проскочить этот переход, сесть на трамвай и умчаться домой, где можно сесть в любимое кресло, закутаться в плед с чашкой горячего чая и просто переждать эту сырую, немного унылую погоду.
_______
А ей не куда было спешить. Ведь здесь под навесом, чуть в стороне от мусорных баков был её дом. Уже месяц, как она перебралась сюда, покинув свою зимнюю стоянку – тепловую камеру на краю нового микрорайона, где с каждым апрельским днем становилось, как в парилке, невыносимо жарко. И здесь, как и там, никто её не беспокоил. Да и кому? В поселке у лодочной станции было всего с десяток жилых домов, остальные, которых было и того меньше, использовались под дачи. Немногие дачники уже протаптывали тропинки к своим огородам, да и то, редко проходя пешком по переходу. Больше проезжали мимо на своих стареньких Жигулях.
 
И хотя у неё не было ни пледа, ни тем более кресла и даже чашечки горячего чая, ей очень нравился этот переход. И не только потому, что это был её дом, в котором она нашла свободный закуточик, в котором прохожим её было почти не видно.  Главное – здесь, в мусорных баках, часто оставалась еда! Конечно, остатки завтраков и обедов редко, но все же бросали в баки, спешившие из поселка на трамвай прохожие. Но в основном еда оставалась после игравших здесь с вечера в «войнушку» мальчишек, реже девочек.
Вчера вечером мальчишек не было. Потому что вечером начался дождь и прогнал с рынка палатку с торговавшими в ней цыганами. Чем они торговали, она не знала. Кажется, были и какие-то продукты. В общем, как только начался дождь, цыгане собрали свой товар, сложили палатку и перебрались в переход. И хотя расположились они неподалеку, ожидая машину, внимание на неё никто не обратил. Она уже засыпала, когда за ними приехал Москвич фургон. Две девушки сели в кабину, а парня с палаткой посадили в кузов. Когда они уехали, она сразу заснула. Поэтому к бакам подобралась лишь утром.
Ей повезло. В одном из баков она нашла недоеденную вареную куриную ножку и два крылышка. В другом нашла кусочек сладкого пирога и недопитую бутылку Дюшеса. Она поела, снова легла и вроде заснула. Её разбудили веселые крики появившихся мальчишек, повадившихся играть здесь в свои игры.
Дождя на улице не было. Она поднялась, вышла из перехода и присела у входной стенки.
 
Теплый ласковый ветерок приятно обдувал её тело. Где-то недалеко зачирикали воробьи и даже послышалось пение каких-то недавно прилетевших птиц. Ей было хорошо. Она опустила голову на руки и стала вспоминать.
_________
Глава 2. Память
Давным-давно словно в прошлой жизни они жили вдвоем с мамой. Ей было 10 лет, когда их бросил отец. Им было трудно. Не хватало денег. Но они держались, держались изо всех сил почти 6 лет. Мама часто болела. Потом она взяла кредит под квартиру, чтобы оплатить дорогое лечение. Но успела лишь внести предоплату за него и умерла. Девочка только закончила 8-й класс и её должны были забрать в детский дом. Обещали вернуть ей неиспользованные за лечение деньги. В тот день рано утром она сбежала из ставшего чужим родного дома, прихватив с собой остатки еды и самую необходимую одежду.
Начались скитания по подъездам и вокзалам. На третий день больше суток ничего не евшая голодная и усталая девочка встретила на железнодорожном вокзале Нюрку. Серьезная на вид женщина лет пятидесяти сидела рядом с пожилой парой, слегка задремавшей в ожидании своего поезда. Возле них стояли две сумки и небольшой чемоданчик. Откуда могла знать девочка, проучившаяся 8 лет в школе, что означали у тети, уплетавшей за обе щеки сочный чебурек, наколки на пальцах в виде перстней с карточной мастью «трефы». Она лишь видела, как таяла во рту у этой тетки такая вкусная и желанная еда. Девочку заметила и воровка, отсидевшая за кражи уже больше пятнадцати лет.
— Эй! – окликнула она голодную девочку. – Есть хочешь?
Глотая слюнки, та лишь сумела кивнуть головой.
— Тогда помоги! Бери мой чемоданчик, а с сумками я сама управлюсь и дуй на выход. Я догоню. Чебурек забери, доешь. Я тебе еще потом куплю. Не бойся, я не заразная …
Девочка схватила то, что осталось от чебурека и стала жадно глотать куски совершенно не жуя их.
— Чемодан, чемодан …! Ну чо стоишь? Иди, иди … – прошипела старая воровка.
У выхода она догнала девочку.
— Пошли! Скоро мой автобус подойдет Чебурек я те по пути куплю.
Она схватила девочку за руку и потянула её за собой.
— Держись теперь за меня, поняла дурочка? Со мной, как пить дать, не пропадешь!
_______
И она держалась за Нюрку почти 7 лет. У Нюрки она многому научилась. Словно прошла вторую школу. Прежде всего эта воровка была «марувихершей», что в уголовном жаргоне означало карманника высокого класса. Свой природный дар, красть незаметно кошельки из сумок и карманов, она полностью передала за год девочке.  Та великолепно справлялась с нехитрыми заданиями, что поручала ей «учительница».
— Вот! — Горделиво показывала Нюрка девочку на блатных малинах. – Вот моя воспитанница. Теперь она — классная «мурка»!
Через год Нюрка через свои блатные связи помогла ей получить паспорт, прописав её в той квартире на втором этаже, где жила сама.
— Хата это досталась мне по завещанию от покойной матери, что уже 20 лет, как отмукнулась, — сообщила она девочке еще в тот день, как привела её к себе. – Так что со временем пропишу я тебя сюда по своим каналам, хоть ты и в розыске.
Еще через год, когда девочка уже полностью отшлифовала свой высокий воровской класс, Нюрка объявила ей, что открыла на её имя счет в отделении сбербанка и положила на этот счет сто штук.
— Это тебе «парашютные», мало ли? Вот, возьми сберкнижку. Мне её дали по блату. Это на всякий случай. Сейчас их уже почти перестали выдавать. Теперь сплошь, одна электроника. Вообще твоя доля уже в три раза больше. Остальные возьмешь у меня, когда надо будет
Девушка вспомнила свое первое «дело» вместе с Нюркой в городском театре. Днем старая воровка раздобыла где-то для них два билета на первый день гастролей в их городе Новосибирского театра оперы и балета.
— Стало быть так! – начала свое напутствие подкованная многолетней практикой Нюрка. – Вечером идем в театр на премьеру оперы, называется Турандот. Переоденешься вот в это!
И подала девочке сверток с совершенно новой одеждой. Бедняжка даже когда училась в школе не одевалась в такую красоту. Тем не менее Нюрка заметила:
— Бери, бери! Не первый сорт, конечно, но для театра сойдет! Когда будем в фойе я выберу клиента, подойду к ней и заговорю с ней. Стало быть, начну отвлекать. Ты незаметно подойдешь ко мне и как бы вернешь мне вот эти деньги со словами:
— Ма-ам! Морожное купить не смогла. У продавца сдачи не было. Говорит не наторговала еще.
И вернешь мне эту тысячу, чтоб клиент видела. Дальше сориентируешься по разговору. Ты должна почувствовать, что клиент увлеклась. Тогда смело иди, хватай её за жабры и бери кошелек из сумочки. Вот тебе моя безотказная монета, а каким способом будешь резать сумку «конверт», «уголок» или «верхушка» разберешься сама по виду и положению сумки. Помнишь, как я тебя учила?
Девочка кивнула головой, забрала монету и одежду и занялась примеркой. Все было впору и здорово шло ей к лицу. В зеркале она увидела довольно избалованную девицу даже еще без макияжа, который Нюрка уже не раз делала ей раньше.
_______
В театре народу было много. Все давно ждали начала этих гастролей. Билеты на премьеру были распроданы еще неделю назад. Нюрка немного походила по фойе, подыскивая клиента, потом решительно подошла к отдельно стоящей, шикарно одетой даме с золотыми кольцами на пальцах и такими же серьгами. Она стояла, разглядывая фотопортреты и афиши с лицами исполнителей, что обычно размещают в фойе — чтобы зрители могли заранее познакомиться с составом труппы.
Нюрка подошла к этой даме и завела разговор:
— А это известная Ольга Обухова. Она по праву заслуженная артистка России. Её давно и прочно любят новосибирские зрители: у неё в личном багаже — такие партии, как Азучена в «Трубадуре». Но в этот она в труппе будет отсутствовать, говорят приболела. Её заменит какая-то молодая малоизвестная актриса.
— Да, что вы говорите! – сразу встрепенулась разодетая дама. – А я ведь так ждала её выступления. Можно сказать, из-за неё и поспешила на эту премьеру.
Тут девочка и подошла к «маме» и протянула ей неразмененную тысячную купюру, объяснив, что у продавца не было сдачи.
Клиентка тут же среагировала:
— Вот ведь, балуем мы детей своих!
— Да уж куда деваться? Одна она у меня, единственная. Вот школу заканчивает в следующем году. На медаль тянет …
— Ой! Не говорите! Ну как их не баловать. У моей тоже одна учеба в голове. Я её звала, звала с собой на премьеру. А она ни в какую. Так и осталась дома. Завтра, говорит, контрольная по математике …
Девочка поняла, что пора, а то разговор может и неожиданно оборваться. Она воспользовалась тем, что мимо проходила пожилая пара и как бы уступая им дорогу она чуть прижалась к клиентке. Ей хватило всего 5 секунд, чтобы сделать надрез снизу-вверх отточенной как бритва монетой и затем ловкими движениями пальцев проникнуть внутрь и извлечь из сумочки кошелёк.
Нюрка постаралась быстрее закончить разговор со словами:
— Ну пошли, пошли! Я кажется вспомнила, у меня есть мелкие деньги. Я и сама что-то захотела морожного. Она извинилась за окончание разговора и потянула девочку в гардероб и на выход.
Дома они посчитали деньги в кошельке. Там лежали четыре пятитысячные купюры и семь по одной тысяче рублей. Но главное, там было двенадцать синих банкнот по сто долларов.
— Значит по 50 штук деревянных на брата? Не хило, за час работы для дебюта! — смеялась Нюрка.
А девочке вместо радости в глубине души стало как-то противно. Именно в тот день она впервые почувствовала первую, совсем еще малую долю отвращения к воровству.
Тем не менее за следующие шесть лет у неё было много подобных случаев. И каждый раз она старалась не брать эти деньги. Принимала лишь совсем немножко, на карман, на мелкие расходы.
— А зачем они мне? – говорила она Нюрке. – Ты мне как мать родная. Когда будет надо – никогда не откажешь! Так ведь?
— Так, так! – снова смеялась Нюрка. – У меня лучше, чем в банке и надежнее.
______
Потом она вспомнила их последнее дело. Нюрке кто-то дал наводку за несколько дней вперед. Нерка сообщила ей за день до намеченного времени.
— Хозяев не будет на квартире целые сутки. Уедут завтра днем в 13:00. Начнем днем в три часа дня. Стучимся. Там пацан, лет 12. Спросит кто? Отвечаем: инспекторы с водоканала. Показания со счетчиков снять. Главное зайти. С пацаном разберемся. Деньги в шкатулке в серванте. Там должно быть не меньше лимона деревянных. Потом на море поедем, отдохнем! Ты на море хоть раз была? Я тоже! Вот и съездим.
Подвезти их взялся Нюркин знакомый урка, по кличке Кривой, на Жигулях. Подвез к дому и остался ждать. Нюрка рассчиталась с ним вперед полностью.
Мальчишка дверь открыл не сразу. Пришлось припугнуть, мол дверь не откроете — сейчас же воду отключим во всем доме. Открыл. Зашли, закрыли дверь изнутри.
— Гаси пацана! – зашипела Нюрка, — с деньгами я разберусь.
Девочка прошептала:
— Не могу! — и посмотрела на мальчишку.
— Крикнешь – убьем! – снова прошипела Нюрка. Мальчишка все понял и уже пятился назад. Потом забежал в туалет и закрылся изнутри. Она пошла за ним и увидела шпингалет на двери с наружной стороны. Потом задвинула его.
Пока возилась с мальчишкой Нюрка нашла деньги:
— Черт! Здесь всего триста штук! Ладно хватит … Потопали, Кривой на стреме, ждет …
И вдруг стала бледнеть и тяжело задышала.
— Воздуху … Душно … Окно открой …
Девочка взяла её под руку:
— Прошли потихоньку. Я сильная, доведу до машины.
Ей тогда уже было 23 года. Они кое-как спустились к машине. Дома, на второй этаж в квартиру, где они жили, Нюрку помогал тащить Кривой.
_______
Нюрка бледная, тяжело дыша, лежала на постели.
— Давай я скорую вызову? – спросила девочка.
— Не надо! Мне уже 56. С моим тюремным стажем все равно дольше не живут.
Она смогла немного вздохнуть и попыталась привстать. Приподняла голову, но опять свалилась и вновь тяжело задышала:
— А ты, это … Вот, что скажу … Ты завязывай с воровством! Я ведь в твои годы тоже хотела бросить. Но на мне уже кровь была … Хоть и спасала я тогда себя … Но он бы меня все одно не простил. Потом была эта чертова зона и все покатилось. А ты чистая … Тебя он простит …
Голос у Нюрки совсем стих. Дышала она уже со свистом:
— Ты в церковь сх … Покайся … Проси … Что б искупить … скажи … буду … на … что люди подадут.
Потом вздохнула в последний раз …
Сколько она просидела, прощаясь возле Нюрки, неизвестно. Слез уже не было, а плечи и все тело словно по привычки вздрагивали, дыхание судорожно прерывалось пустыми без слез всхлипываниями.
Было уже темно, когда она вышла из дома. Из телефон-автомата на углу дома она позвонила в полицию, назвала Нюркин адрес и сказала, что там умерла женщина и повесила трубку. На улице поднялся сильный ветер, потом загремел гром и полил сильный дождь. А она все шла и шла, шла толком не зная куда, не обращая внимание на то, что вымокла до нитки.
Потом зашла в здание вокзала и села на ту же самую скамейку, где 7 назад встретила эту женщину, которая за все это время стала дорога ей, словно новая мать.
_______

Часть 2. Новая жизнь.
Глава 3. Начало
Наутро в церкви старенький батюшка принял у неё печальный рассказ. Покачав головой, он сказал:
— Вижу, что искренни слова твои, дочь моя. Вижу, что твердой поступью ты уходишь со своего пагубного пути. Но, ведь господь милостив и не требует у тебя отказа от полноценной мирской жизни. Ты вполне можешь работать на пользу земли нашей и во славу господа.
— Нет! Я обещала своей новой матери, что приму эту тягость во искупления грехов моих. Я не нарушу свое обещание. А в церковь я и пришла, чтобы принести господу эту свою клятву.
— Ну что ж, дочь моя, пусть будет так как ты хочешь. Видно и правда Господь призвал тебя сюда за этим строгим покаянием. Только помни о том, что за малейшие отступления назад, даже мелкое воровство в быту с тебя теперь спросится во много раз строже, чем до клятвы господу.
— Да, святой отец. Я буду помнить об этом всю оставшуюся жизнь.
______
И вновь, как 7 лет назад начались скитания по подъездам и подвалам и ночевки на вокзалах.
Как то раз на вокзале задремавшую девочку разбудил пожилой мужик, показавшийся ей знакомым.
— Мурка! Ба! Это же Мурка. Приемная дочь самой марувихерши Нюрки. Как она, что с ней? Пойдем со мной, вот братва обрадуется!
Умерла Нюрка. Неделю назад, вечером. А я завязала!
— Что, совсем?
— Совсем! Я Нюрке перед смертью обещала. Она сама просила меня сделать это.
— Да, действительно. В последней просьбе матери не отказывают. Даже, если эта мать – знаменитая на всю Россию карманная воровка, марувихерша! А я семерик на зоне отпахал. Уж десять ден, как откинулся. Все Нюрку искал. Мы с ней после первой ходки познакомились. Влюбился я тогда в неё, прямо по уши … И она ко мне вроде как благоволила. Потом у меня была вторая ходка на зону и разошлись у нас с Нюркой пути-дороженьки. Ладно, Нюрочка моя, милая, царствие тебе небесное! А тебе девочка … на вот адресок. Трудно будет приходи. Там тебя люди знают и встретят, как человека. А живешь-то ты где милая?
— Нигде! Так, бомжую …
— Под открытым небом что ли?
— Ну, если не считать подъезды и подвалы …
— Слушай у меня тоже три дня назад друг умер. Бомжевал всю жизнь. А жил он в одной тепловой камере, что в конце второго микрорайона. Там недалеко трамвайная остановка. Метров сто от нее заброшенное здание бывшей котельной. А рядом с ним эта тепловая камера. Я был у него в тот день, как откинулся. Там нормально. Сухо и крыша не течет. А главное тепло. Зимой точно не замерзнешь. Ладно, бывай, милая!
Так у неё и появился тот дом, где он жила чуть ли ни весь год. Но в этом году тепловой режим видно изменился и там стало просто невмоготу жарко, дышать нечем. И она ушла оттуда сюда в этот переход. Как здесь будет зимой – она не думала об этом. Впрочем, нет, была мысль вернуться к морозам опять в ту самую теплую камеру.                _______
Небо потихоньку прояснялось. Солнце уже растопило изрядный прогал в тучах, а поднявшийся ветерок разгонял их все дальше и дальше, освобождая бескрайнюю синеву небо и приглашая туда своих постоянных пользователей: птиц и насекомых.
В это время звук движка подъезжающей машины вывел девушку из оцепенения.
 
Машина остановилась прямо возле неё. Поняв, что водитель обратил на неё внимание, она не глядя на машину несколько раз махнула ему рукой, делая знаки, чтоб быстрее уезжал отсюда.
Но водитель, кажется, вышел из машины. Она поднялась и стала спускаться вниз по переходу. И хотя она не видела его, он был для неё просто тенью, девушка почувствовала, что он идет за ней следом.
Она дошла до своего укромного закутка и легла на свою подстилку из старых половиков, не обращая на него внимания, демонстративно отвернувшись от него к бетонной стенке. Однако, перед тем, как отвернуться, в этот раз она мельком успела заметить не только то, что он остановился в 8 шагах от неё у крайнего мусорного бака, но и заметить его лицо. Наверное, лет сорок, — подумала она, — и, кажется, красив.
Она немного повернулась обратно. Пара одиноких прохожих прошла мимо. Потом тихо подошла какая-то сердобольная старушка и положила в её стаканчик сторублевую бумажку и собралась было идти дальше, но тут мимо пробежал юркий мальчишка и прямо на бегу выхватил эту сторублевку из стаканчика. Старушка прикрикнула на мальчишку и лишь погрозила ему пальцем. Потом покачала головой достала старенький кошелечек, открыла его и развела руками, мол, больше там нет ничего. Потом достала из сумки газету, развернула её и накрыла девушки её голые ноги. Укоризненно посмотрев на стоявшего рядом мужчину, буркнула:
— Это от дурного глазу!
И заторопилась на выход. Следом за ней направился и мужчина.
— Ушел, — подумала она. – Ну и слава богу!
Она снова встала, поднялась с перехода на улицу и опять села на свое место у входа. К её огорчению машина стояла на том же месте, а мужчина копался в её открытом багажнике.
Потом он вытащил оттуда две внушительного вида перевязанные веревками стопки старых газет и журналов и направился к бакам.
— Вот зачем он здесь! – подумала она, — места больше не нашел, что ли?
Мужчина выбросил в бак свои свертки и вышел из перехода, Потом, подошел к ней и присел рядом на корточки. Он протянул ей руку лодочкой и тихо так сказал:
— Я Андрей, а ты?
 
Она молчала, не зная отвечать ему или послать лесом. Тогда он опять также тихо произнес:
— Вставай! Пойдем со мной?
Это был первый мужчина, пожелавший с ней познакомиться. Понимая всю безысходность ситуации, жалея себя, с набежавшими вдруг слезами на глазах и с отчаянием в голосе она почти закричала на него:
— Вы что же думаете, одного вашего вида, крутой тачки и сказанного вами имени будет достаточно для того, чтобы я, как собачонка, побежала следом за вами?
— Послушай! Давай на «ты». Идем! Я лишь хочу, помочь, чтобы ты привела себя в порядок и увидела в зеркале, какая же ты красивая!
Она замолчала, не глядя на него.
— Пойдем! Я недавно купил себе дом, здесь в поселке, недалеко. Потом уйдешь, когда захочешь. Вот платочек, возьми, вытри слезки свои …
_______
Она поднялась, достала из под своей лежанки старую уже потертую сумочку со своими документами и вдруг почувствовала, что ноги её не держат от волнения и покачнулась. Он подхватил её и почти на руках отнес к машине. Потом открыл ей дверцу … Прежде чем, сесть на сиденье, она первый раз взглянула ему в глаза и также тихо сказала:
— Я Света, Светка!
— Нет, ты не Светка, ты — Светлана! – поправил он её.
Потом он сел рядом с ней за руль и включил зажигание. Двигатель заработал почти не слышно. Под эту песню импортного движка она забылась. Ей чудилось, что она вдруг оказалась и летит в каком-то не настоящем, не существующим пространстве. Вот-вот, время остановится, откроется дверка и она войдет в этот новый сказочный мир, с эльфами, феями и волшебниками.
 
Глава 4. Андрей
Институт он закончил в 89-м по специальности Промышленное и гражданское строительство. Двенадцать лет после института он отработал на предприятиях. Потом ударился в бизнес, создал с двумя друзьями ООО и занялся капитальным ремонтом и некрупным строительством. Первые 5 лет были удачными. Ему удалось приобрести самую необходимую строительную технику, инструмент и оборудование и выполнить ряд даже довольно крупных заказов. Неудачи пошли через год, после того, как его небольшая фирма построила и сдала под заселение 30-ти квартирный жилой дом. Уже на следующем объекте он нарвался на неприятности. Первым заказчиком, что просто «кинул» его, была управляющая компания — бывшее городское ремонтно-строительное управление. За капремонт инженерных систем отопления и водоснабжения 90-квартирного дома РСУ с ним рассчиталось. Затем даже выплатили аванс за ремонт стропильной системы кровли 120 квартирного дома. А за самую большую работу – замену шиферной кровли на профнастил платить отказались, сославшись на несоответствие толщины профнастила проектной, доказывая, что вместо 0,65мм они уложили лист толщиной 0,6мм. Хотя по проекту марка профнастила была НС-21, а они положили НС-35мм, да и точность замера толщины листа, используемого заказчиком на проверке микрометра вызывала сомнения.
Одновременно с этим домом они взяли в работу еще один объект – замену кровли в здании казармы у заказчика — воинской части, расквартированной недалеко от города. И здесь с оплатой им не повезло. Приехавший специально из областного центра представитель стройконтроля отказался принимать монтаж профнастила сославшись на то, что прикрепляемый на саморезы лист был недостаточно плотно прижат к стропильным ногам крыши. Их ссылка на то, что ремонт стропильных ферм был не запланирован, а поверхность старого деревянных брусьев, к которым и крепился профнастил, была не только очень неровной, но и местами подгнившей от влаги, что и являлось причиной невозможности прижать вплотную жесткий лист к деревянной опоре, тоже не была принята во внимание.
В итоге и там, и здесь они остались без оплаты. Для закупа профнастила на эти два объекта был взят кредит на приличную сумму. Выплатить его не удалось. Пришлось срочно распродавать небольшое имущество их фирмы.
В трудную минуту Андрея бросили оба друга, оставив его одного рассчитываться с долгами. Ему пришлось продать не только имущество организации, но и часть личного. Были проданы две легковые машины из трех, в том числе одна машина очень красивая белого цвета Renault Megane 2, на которой ездила жена, страшно любившая эту машину. Однако Вера героически перенесла эту потерю. А вот дальше…
После продажи машин оставалось еще около миллиона долга. Продавать больше было нечего. А остаться без своей Nissan Teana он не мог.
Её потеря означала полный крест на бизнесе. А он еще на что-то надеялся. Главное, он все же думал попробовать истребовать оплату за выполненные работы через суд. Для этого нужно было подготовиться, собрать все акты, справки, письма и фотографии, в общем собрать для суда необходимые документы и подготовить исковые заявления. А без машины, на одних ногах провести такую подготовку было просто невозможно.
 
Не рассчитавшись за первый кредит Андрей попытался взять еще один в другом банке. Там потребовали залог. Когда он предложил свой Ниссан, в банке сразу же согласились. И хотя машине еще не было и двух лет со дня её покупки в автосалоне, банк оценил её залоговую стоимость   в … 500 000 рублей. Андрей попытался объяснить, что эту машину стоимостью 1 650 тыс. руб с её возрастом и пробегом менее 40 тыс. км ему недавно предлагали продать за миллион, а он отказался. Ему тут же посоветовали догнать этого покупателя, даже если бежать придется прямо до Москвы.
С кредитом не получалось и банк через месяц просрочки подал на него в суд. Андрей с трудом уговорил брата умершего отца переписать на него свой Ниссан. Когда еще через месяц, после того, как приставы получили на него исполнительный лист, они нагрянули к ним для описи имущества, описывать было уже нечего. Приставы отступили ни с чем.
Потом объявились коллекторы. В начале была куча телефонных звонков. Потом две встречи с их представителями у них на квартире и два предупреждения. На последней встрече их с женой предупредили, что дальше с ними будут работать их чеченцы. Те сразу же взяли что называется «быка за рога» и отправили ему на почту запись фильма, где, как они сказали, был ими наказан такой же несговорчивый должник. В фильме было снято, как живому мужчине лет сорока большим ножом отрезают голову. Фильм заканчивался словами – Ты следующий!
На последовавший после этого их телефонный звонок и вопрос: — Ну ты подумал? – Андрей ответил, что у него нервы крепкие.
— Ладно! – сказал ему чеченец, — проверим нервы у твоей жены. Дайка ей трубку и попроси, чтоб она включила громкую связь.
Жена взяла телефон, и Андрей услышал, как чеченец вперемешку с лошадиным ржанием своих друзей во всех подробностях рассказывал, как они вчетвером будут трахать его Веру.
Андрей выхватил трубку из рук Веры и закричал в неё на весь дом:
— Ты трус и подонок! Приезжай ко мне и повтори мне «один на один» все, что сказал в трубку! Знаешь, сколько времени ты еще проживешь потом на этом свете?
Дальше, ему стало не до криков. Он увидел, как жена достала большой чемодан и стала складывать в него свои вещи:
— Всё! – сказала Вера. С меня хватит такой жизни! На развод подам сама. Я уезжаю к родителям. Могу тебя обрадовать, я уже год, как больна раком. Одну «химию» я сделала в позапрошлом месяце. Не сказала тебе, чтобы не расстраивать. У родителей в городе сделаю вторую. Хочу хотя бы умереть в спокойной обстановке …
И ушла, не попрощавшись и даже не присев на дорожку. И это после того, как они прожили вместе 15 лет. Правда без детей, собираясь все последние 10 лет взять на воспитание ребенка из детдома.                _________
За окном стемнело. Все небо заволокло темными тучами. Поднялся ветер, задул и засвистел в щелях оконного проема.                _________
Уже год, как перед глазами все стояла и стояла эта проклятая мрачная картина в окне. И все никак не хотела уходить из памяти и сердца.
Жена, сгорбившись под тяжестью чемодана, тихо уходила в темную неизвестную даль …
 
________
Глава 5. Светлана
Люди слишком многое связывают с сексом, тогда как настоящая близость — глубже. Она в ласковом прикосновении, в спокойном взгляде и ровном дыхании рядом.   (Эльчин Сафарли)                __________
Было уже под вечер, когда они подъехали к его дому. Андрей помог ей выйти из машины. Это был красивый одноэтажный дом, обшитый белыми пластиковыми панелями.
 
И хотя рядом не оказалось ни волшебников, ни эльфов или даже гномов, она почувствовала, что это уже не тот мир, в котором она жила не только последний год, но даже и все предыдущие годы.
Андрей остановился возле входных ступенек, показал ей на входную дверь и произнес:
— Светлана! Проходи, милая, и будь, как дома. Света вздрогнула при слове милая, ведь за все прошедшие годы она просто забыла значение этого слова и зачем его произносят.
Она никогда не была в частном доме. Осторожно пройдя по трем деревянным ступенькам, она, чуть нагнув голову открыла входную дверь и шагнула в тамбур. Ей показался низким следующий дверной проем и за дверью она остановилась, не решаясь пройти дальше.
Андрей поспешил ей открыть дверь, осторожно взял её за руку и провел в прихожую. Там сразу подал ей тапочки жены и показал ей еще на одну дверь:
— Там туалет и ванная. Шампуни и мыло в шкафчике, Полотенце и халат я сейчас принесу.
Через минуту он подал ей красивое розовое полотенце и голубой махровый халат со словами:
— Не торопись. Приводи себя в порядок. Я подожду тебя, сколько надо …
Света, боясь испачкать, чуть ли не двумя пальчиками взяла у него белье, и прошла в ванную. Андрей закрыл за ней дверь снаружи.
В квартире у Нюрки не было душевой кабины, но как-то раз они с ней вместе долго разглядывали её в магазине сантехники
Нюрка долго не отходила от этой мойки.
— Глянь, какая прелесть! Купить, что ли?
Потом вздохнула:
— Нет, у нас ванная больно маленькая, не поместится!
Теперь Света с удовольствием испытала, что называется в деле все прелести этой кабины. Попробовала на себе все три вида шампуни, оставшиеся от жены Андрея. Она немного задумалась. У неё не было ни времени, ни сил спросить его, где жена, придет – не придет? А вдруг придет прямо сейчас? И она поспешила скорее закончить свои водные процедуры.
Потом вышла из ванной, зашла к Андрею в комнату и присела в кресло за столик, рядом с ним.
Пока она мылась, Андрей сварил кофе и накрыл этот столик. У него на столе оказались свежие ягоды черешни, яблоки и виноград. В большой вазе красовались пирожные.
— Пробуй все, что понравится! – показал на стол Андрей и подвинул к ней чашечку, только что приготовленного капучино.
Света взяла пирожное, отхлебнула кофе, потом накинулась на фрукты.
Андрей не мог отвести от неё глаз, поняв, что только сейчас заметил, какая она красивая. Стройная, милая, волосы густые темные. Красивые хоть и подстриженные. Глаза ясные с синевой моря. Он любовался ею и незаметно стал говорить о себе. Рассказал об учебе, где работал до своего бизнеса. Про бизнес подробности опустил. Сказал лишь, он у него получился не очень удачным.
— А ваша жена? – спросила его Света.
— Жены больше нет. – ответил Андрей, — Ни в этом доме, ни на этом свете. Она ушла от меня уже больше года назад. Уехала к своим родителям в соседнюю область. Она была больна. Рак молочной железы. Полгода назад умерла. Я был на похоронах … И вот живу один …
— У меня тоже 8 лет назад умерла мама. Квартира оказалась в залоге под взятый мамой кредит и я, что бы не оказаться в детдоме сбежала из дома на улицу …
 
Света вспомнила маму, свое детство, школу. А когда подошла к теме встречи с Нюркой, прекратила рассказ и заплакала. Она вдруг представила себе, что завтра, после того, как переночует здесь (если этот Андрей оставит её здесь хотя бы на ночь), так и снова вернется к своему закутку в переходе. Кто она для него – просто бездомная бродяжка и только.
Ладно! – остановил её Андрей. Вытри свои слезки и перестань рассказывать. Знаю, как порой тяжело дается эта память о прошлом. Я где-то давно читал, что у каждого есть своя история, и она ничем не лучше и не хуже истории ближнего. Главное — научиться уважать истории друг друга. Для этого им не обязательно быть рассказанными.
Минут пять они посидели молча. Потом Света поднялась с кресла со словами:
— Наверное мне пора. Я пойду …
И направилась к ванной. Андрей тут же вскочил, бросился к ней и остановил её:
— Света! Не уходи … Не бросай меня! Оставайся здесь сегодня, завтра и послезавтра … Оставайся здесь жить. Эта была комнатой моей Веры. Здесь её личные вещи: белье и одежда, туалетный столик и её нехитрая косметика. Тебе все это будет впору. Ведь вы с ней одинакового роста и сложения. А я тебе гарантирую, что, если ты захочешь, я не войду сюда без твоего разрешения. Тогда это будет твоя крепость …
Видя, что Света пытается ему что-то возразить он попытался опередить её словами:
— Ну поживи хотя бы с недельку. Уйти сможешь в любое время, когда захочешь.
Света взглянула на него и увидела в его глазах невыносимую тоску и просто почувствовала, что если она сейчас уйдет, он сорвется, наделает глупостей, может и запьет …
Опустив глаза, она едва кивнула ему головой. Андрей тут же подскочил к шкафу, открыл его и стал вынимать из шкафа вещи со словами:
— Вот постель и белье, вот одежда и обувь, и вот её смартфон, который я подарил ей год назад на день рождения. Это Самсунг Галакси s-5. Он и сейчас считается самым модным. Вера им даже не пользовалась …
— Все, я ухожу, переодевайся и отдыхай. Я в соседней комнате.
Он сразу ушел, оставив её все еще в раздумье – уйти или остаться. Но чем больше она на эту тему думала, тем меньше ей хотелось вернуться в свой подземный переход. И она осталась.
___________
Легла спать она рано. Не было еще и восьми часов вечера. Может поэтому она долго не могла уснуть. Нет, не только поэтому. Света вдруг поймала себя на мысли о том, как же ей хочется, чтобы он хоть на минуту прилег бы с ней рядом. Она даже никогда не думала об интимной близости с мужчиной. Ей всего лишь хотелось прижаться к нему. Просто ощутить его красивое сильное тело, гладить его волосы, разглядывать и считать его морщинки на лице и шептать ему на ушко что-нибудь нежное, ласковое. Простой поцелуй был для неё недосягаемой мечтой.
Потом эти светлые грезы вдруг пропали куда-то. Она вдруг с ужасом вспомнила о том, что после обещания своей новой матери «жить на то, что подадут люди» и после свое клятвы в церкви она глухой стеной отгородилась от обычной жизни, от мира чисто человеческих потребностей и желаний. А ведь даже то, что она осмелилась остаться здесь сегодня вечером, пробило изрядную брешь в этой стене.
Потом она решила, что утром вернется в свой, ставший уже для неё как бы родным, закуток в подземном переходе.
__________
Но только она стала засыпать, как услышала входной звонок. Андрей поспешил открыть дверь. В доме была довольно слабая звукоизоляция. Потому она и услышала чужие голоса, кажется двоих мужчин.
Потом голос Андрея:
— Я же просил вас днем по телефону прийти до 08:00 часов вечера. Ко мне приехала знакомая из соседней области, устала с дороги и легла отдыхать. Ладно проходите сюда. И он провел их к себе. Его комната была смежной через стенку с бывшей комнатой его жены. И опять она слышала весь их разговор за стенкой. Начали голоса:
— Итак Андрей Павлович! До марта месяца текущего года вы вносили лишь проценты за пользование кредитом, поэтому на 01.04. ваш долг не рос в объеме, так и оставаясь в сумме 700 тысяч рублей.
Голос Андрея:
— Господа коллекторы, но в апреле месяце я внес вам 400 тысяч, продав последнее, что у меня было гараж моей бывшей автомашины Ниссан.
Голос чужих людей:
Вы внесли эту сумму 10 апреля, и мы договаривались, что оставшиеся 300 тысяч вы внесете в течении месяца. Но сегодня 30 мая, а денег от вас нет.
— Но подождите, хотя бы еще дней семь-десять. Я почти договорился с другим банком о рефинансировании вашего кредита.
— Андрей Павлович! У нас есть сведения, что Газпромбанк вам откажет в перекредитовании. Мы знаем, что вы сохранили у себя автомашину Ниссан Тиана и пользуетесь ею.
— Но она не моя, а принадлежит Семенову Петру Алексеевичу. Это мой дядя.
— Мы сегодня были в гостях у вашего дяди и рассказали ему историю о вашем кредите. Так вот он сразу же согласился на наше предложение передать в собственность нашему агентству эту машину в обмен на справку об отсутствии вашей задолженности перед банком.
— Вы что, с ума сошли? Эта машина стоит минимум миллион и отдать её за треть цены? Завтра же утром я буду у дяди. Так не пойдет! Это же подлость и мошенничество!
— Андрей Павлович! Полость и мошенничество – взять кредит и не гасить его своевременно. Впрочем, можете свои претензии в этом вопросе направить своему дяде. Для нас его поступок лишь означает проявление заботы и уважения к любимому племяннику.
Значит так. Сегодня пятница 30 мая 2014 года. Предлагаю последний срок выплаты оставшейся суммы долга – понедельник 01 июня. Если в этот день вы не погасите в полном объеме свою задолженность, во вторник 02 июня мы переписываем с вашим дядей машину. Вот, поэтому, мы и задержались, будучи в гостях у вашего Петра Алексеевича. Теперь, пожалуй, и все. Мы закончили. Разрешите откланяться?
Коллекторы ушли. Света поднялась и присела на кровати. Мысли об уходе, тем более завтра, тем более утром – были полностью отброшены. Зато они мгновенно перенеслись на год назад.
За день до ограбления квартиры Нюрка, сообщив свой план действий на завтра, как бы скользь, обронила:
— Да! Я забыла, вчера заходила в сбербанк и положила тебе на книжку твои 200 тысяч, что хранила у себя. Пусть лучше там лежат, на всякий случай … Теперь их там у тебя целых 300! Деньги береги! Не трать попусту, поняла?
Она тогда лишь кивнула головой. Лежат там и пусть себе лежат. Зачем они ей. На мелкие расходы у неё есть в сумочке. Мало будет Нюрка добавит. Тогда она уже знала, что стала как родная для старой воровки. Кроме неё у Нюрки на свете никого не было …
Света быстро составила план на завтра. Нужно, чтобы Андрей не знал, где она возьмет деньги. Значит – дождаться, пока он не уедет к дяде. Затем – срочно в сбербанк. Паспорт и сберкнижка, она проверила, лежали в сумочке.
Как объяснить Андрею наличие у неё этих денег, она пока не знала. Да и не хотела об этом думать. Главное избавить его от этих цепких мерзких лап коллекторов.
Утром, Андрей сварил ей на завтрак парочку сосисок, предложив их вместе с кетчупом. Достал из холодильника оставшиеся пирожные и налил ей только что приготовленное кофе. Отодвинув свою недопитую чашку, он поспешил ей сообщить, что уезжает срочно повидать своего родственника, и чтобы она здесь не скучала, показав на телевизор и ноутбук.
— Андрей! – Она остановила его у самой двери. – Я бы хотела сегодня выйти в город. Нужно бы пополнить твои продовольственные запасы, чтобы приготовить к вечеру что-нибудь домашнее.
Живя с Нюркой, Света сама постоянно готовила им и завтрак, и обед, и ужин. Потому, справедливо полагала, что за прошедшие полтора года готовить она не разучилась.
— Да, да, конечно же милая! Вот тебе запасной ключ от входного замка и банковская карта. Там денег на продукты тебе хватит. В магазинах постарайся долго не задерживаться. А я вернусь самое позднее через час – полтора. До-встречи!
Он вышел на улицу и сразу уехал. Света немного посидела в доме и направилась следом за ним. Закрыв входную дверь на ключ, она осмотрелась.
Дом Андрея считался одним из крайних в поселке на Лодочной станции. Сама станция давно не работала. Несколько старых лодок все еще валялись у заброшенного домика, где когда-то была контора станции. Дорога, по которой они вчера ехали сюда от её перехода была грунтовая, но довольно ровная. Дорога-то была в 10-12 метрах от их дома, а вот идти по ней до трамвайной остановки, рядом с которой находился её переход нужно было минут двадцать, не меньше.
Она шла быстрым шагом и добралась до своего перехода минут за 12. Слегка волнуясь она спустилась вниз к своему закутку за мусорными баками. Лежанка была там же, на месте. Но она оказалась занятой. На ней храпел, отвернувшись к стенке, какой-то седой бородатый мужик, одетый в какую-то рвань, лохматый и видно давно не мытый. Она вдруг представила себя на его месте. Впервые за прошедшие два с лишним года ей стало страшно при мысли о том, что она вновь поселится здесь и будет словно мотать свой срок. А ведь она давала обет …
Света шла на остановку стиснув зубы и шепча про себя: нет, не смогу, не буду… не буду на зло всему этому свету … Ведь это не жизнь! Лучше сразу умереть, сдохнуть …
_______
До сбербанка нужно было проехать несколько остановок. В трамвае на удивление было много народу. Решив протиснуться ближе к выходу она с трудом преодолела метра два по трамваю и при этом наступила на ногу одному уже немолодому мужчине. Она извинилась, заметив его лицо. И тут она вспомнила этого человека. Лет 6 назад они с Нюркой зашли потолкаться на продуктовый рынок.
— Когда будет совсем не впротык с бабками приходи сюда, — учила её опытная Нюрка. Для нашего брата здесь всегда рай. Кошельки у баб, спорящих с продавцами и увлеченно разглядывающих товар – хоть косой коси. А я лишнего не беру …
И вдруг замолчала, наклонившись, как бы разглядывая свежие помидоры, и чуть слышно прямо в ухо ей зашептала:
— Направо не оборачивайся. Там мужик рыжий, заметила? Запомни его! Это мент, легавый. У нас ему и кличку дали – Тузик! Он в ментовке считается специалистом по нашему брату, по карманникам. А меня уже года два пасет. Говорят, поклялся поймать на деле, прям за руку. Да только дудки! Кишка у него на меня тонка! А ты знай, он просто так на людях не мотается. Если увидишь в толпе – знай, что засек он кого-то. И просто так не отпустит. Но ты не бойся! Ты уже классная мурка. Все одно профессионалы ему «не по карману». Тем более, если будешь остерегаться.
Она узнала его сразу. Хотя он уже заметно постарел. Густая ярко-рыжая шевелюра у Тузика как-то поблекла до бледно-золотистого оттенка.
— Интересно, — подумала Света, — кого же ты здесь пасешь, Тузик? Потом вдруг заметила Кривого того самого, что возил их с Нюркой на последнее дело, а потом помогал ей тащить её на второй этаж.
— Эх, Кривой, Кривой! Правильно Нюрка тебе говорила – ширмач ты, а не «жульман», с твоими лапами только лопату, а не кошельки таскать. Пальчики должны быть, тонкие и длинные, притом еще и нежные, как у музыканта, а не клешни. Благодари Бога, что я тебе подвернулась.
Кривой не видел за спиной цивильно одетую молодую дамочку. Света с трудом протиснулась мимо уже нехилого живота Кривого. Она словно тень промелькнула мимо. Он не видел её лица, потому, как ему незачем было разглядывать эту дамочку. Глаза-то его её совсем не видели, у вот уши почему-то услышали чистый негромкий голос, хотя произнесла она всего три слова – «остановка», «урна с мусором». Что они означают? И вообще, для кого они? Но! … Он вдруг задумался. Этот голос, этот звонкий чистый голос он уже слышал где-то, давным-давно … Где и когда!
Дамочка вышла и трамвай поехал дальше. А он все думал об этих слова. Думал, пока эти думы не остановил другой, строгий громкий голос:
— Граждане пассажиры. Вы сейчас станете свидетелями изобличения в воровстве карманника-рецидивиста по кличке Кривой. Внимание, я, следователь, капитан полиции Рыжов выворачиваю карманы этого известного вора …
В толпе послышался смех:
— Гляди и правда рыжий!
— Да, выбросил он уже давно из своего кармана этот кошелек!
— Ищи лучше! У них говорят карманы с двойным дном?
Тузик в это время продолжил:
— Женщина в светлом костюме с черной сумочкой! Да, да – вы! Проверьте у себя в сумочке кошелек и нет ли на сумке порезов?
Женщина открыла сумочку и высунула руку наружу через боковой надрез. Потом воскликнула:
— Господи, да она же разрезана!
— А кошелек? – с упоением продолжил Тузик.
Пострадавшая, убедившись в отсутствии кошелька, просто завизжала на весь трамвай:
— Гад! Сволочь! Ворюга! Отдай кошелек! Я только дочери на свадьбу сняла! Всю жизнь копила …
Бросила сумку и как тигрица ринулась на бедного Кривого, что пытался просто втянуть свою голову в плечи.
А Тузик продолжил тоже на весь трамвай:
— Выворачиваем левый карман! Пока ничего. Беремся за правый – тоже пусто. Теперь брюки – тоже нет …
Снова раздался смех:
— А ты в трусы ему залезь! Они там прячут …
Тузик схватил Кривого за локоть и потащил на выход. Они вышли на следующей остановке.
— Признавайся, кассу под ноги скинул?
— Да нет там ничего! Ты же видел? Люди бы отдали!
— Люди-то отдали бы. На то они и люди, не то, что ты – нелюдь! Вали отсюда, пока я добрый, но знай, что в следующий раз не прокатит. Я с тебя теперь глаз не спущу!
— Пока, начальник! – расшаркался Кривой и чуть ли не бегом помчался вдоль трамвайных путей назад, на предыдущую остановку.
Добежав до павильона, он кинулся сразу к урне. Урна была почти пуста. Кошелек лежал на самом дне. Сунув его в карман, Кривой огляделся по сторонам, словно высматривая кого-то. Потом увидел метрах в 40, как та самая дамочка, что едва протиснулась мимо него в трамвае уже садится в автобус. Он изо всех сил кинулся к автобусу. Но не рассчитал. Упал, не добежав всего метра три. Автобус не стал его ждать и тронулся с остановки. Кривой приподнялся на локтях и заорал изо всех сил:
— Мурка, Мурочка, милая моя девочка! Спасибо тебе, спасибо родная! Век помнить буду!
Прохожие шли мимо и оборачивались, с удивлением глядя на лежащего в пыли и грязи мужика, машущего рукой вслед отъехавшему автобусу
______
Света доехала на автобусе до сбербанка. Народу было немного. Она сняла со своего счета все триста тысяч. В маленьком магазинчике в самом поселке она купила немного картошки, морковки, луку, маленький кочан капусты, с полкило мяса в вакуумной пленке, маргарина и масла, пол-литра молока. Все это едва поместилось в большой полиэтиленовый пакет. Она с трудом, но донесла его до их дома.
Андрей, выскочивший на улицу по входному звонку, выхватил у неё этот пакет из рук и воскликнул:
— Как же ты донесла такую тяжесть прямо из магазина. Нужно было мне позвонить, я бы сразу туда подъехал на машине.
Света переоделась и прежде чем приступить, как у Нюрки, к своим кулинарным деяниям, зашла к нему в комнату и положила на стол все триста тысяч рублей со словами:
— Гаси свой кредит, Андрей! Больше ты им ничего не будешь должен!
Андрей мельком глянул на деньги и закричал:
— Где ты их взяла Света? Скажи мне, где ты их взяла и лучше сегодня же верни их обратно!
— Ни за что не верну! – ответила она ему. — Я сняла их с книжки. Мне вернули неиспользованные на лечение мамины деньги. Я жила и всегда смогу прожить и без них …
Андрей еще долго молча смотрел на почти полную пачку новеньких пятитысячных купюр.
_______
Глава 6. Беда
     Андрей, наконец, поднялся, забрал деньги и решил съездить и закрыть долг прямо сейчас. Он оделся и зашел к Свете на кухню. В кастрюле у неё уже варилось мясо, а она чистила картошку, готовясь сварить щи, которые так любила у неё Нюрка. Андрею, отвыкшему за год от домашней еды, запах только от вареного мяса показался просто восхитительным.
- Да, - сказал он, - сразу чувствуется опытная рука хозяйки. Он подошел к ней, взял её руки в свои, заглянул ей в глаза и произнес:
- Я всего лишь попытался сделать для тебя то немногое, что мог, ты же сделала для меня просто невозможное.
     Он взял её за плечи и притянул к себе и добавил:
- Спасибо тебе милая! Я обязательно верну тебе эти деньги.
- Андрей! Ты тоже для меня многое сделал. Мама мне всегда говорила: добром не меряются, им делятся, кто как может … не надо мне их возвращать … Не веселая от них память!
- Маму никак забыть не можешь?
     Она не ответила, промолчала.
________
     Он уехал. За час она все приготовила на обед. На плите в трехлитровой кастрюле настаивались щи со свежей капустой. В кастрюльке поменьше остывало пюре с кусочками тушеного мяса с подливкой. В шкафчике с чистой посудой она нашла сухофрукты и успела сварить из них компот.
     Только она приготовила тарелки с ложками, как приехал Андрей. Уловив уже забытые вкусные запахи на кухне, глядя на кастрюли с едой, он воскликнул:
- О! Да ты, милая, наготовила еды на целый пир?
- Так ведь кажется есть повод?
      Она посмотрела на Андрея.
- Есть, конечно, да еще какой? Нужно отметить историческое событие – окончание двухгодичной возни с этим чертовым кредитом.
      Он достал из пакета булку хлеба и … бутылку Французского кальвадоса.
- Это самый изысканный – мой любимый, прямо из Нормандии! Ты такой пробовала Света?
- Она отрицательно качнула головой.
- Значит попробуем.
      Он достал из серванта две широкие рюмочки с узким горлышком и собрался было поставить их на столик. Но потом, как бы спохватился и убрал их обратно.
- Есть еще маленький повод для праздника! Я решил окончательно бросить бизнес и буду устраиваться на работу простым инженером. Через полтора часа у меня собеседование в «Фундаментпроекте». Раньше это был проектный институт. Сейчас от него осталось лишь ООО с двумя отделами. Но основной профиль – проектирование фундаментов зданий и сооружений они сохранили.
- Я рада, что ты закрыл кредит. И что у тебя будет нормальная работа.
- Предлагаю пока просто пообедать, а торжественную часть перенести на вечер.
      Света пожала плечами, достала половник и приступила к своим священнодействиям с первым блюдом. Она не догадывалась о том, что на эту бутылку дорогого бренди Андрей истратил все свои последние деньги.
________
     До прихода Андрея она взялась за генеральную убору дома. Протерла везде пыль. Пропылесосила все места её возможного скопления. Постирала и развесила на веранде два комплекта постельного белья. Помыла все полы в доме. На все ушло больше двух часов времени. Андрея все не было. Тут раздался звонок в прихожей. Она открыла наружную дверь и вышла на улицу. Там стояло пять мужчин лет под сорок не очень опрятного вида. Шестому было уже за пятьдесят. И одет он был поприличнее.
      При виде её он сразу грубо потребовал:
- Мужа позови!
- У меня нет и не было мужа и в планах пока не значится.
- Да нам по боку кто ты ему, зови сюда Андрея?
- Будете так со мной разговаривать мне придется не Андрея, а … Его нет дома и будет не скоро. Возможно, сегодня и даже завра его не будет. Он в командировке – соврала Света.
      Она почувствовала исходящую от этих людей волну злости и гнева.
- В общем так! – начал уже более спокойно старший. – Передай, что были кровельщики. Еще 12 мая он уговорил нашу бригаду подождать с расчетом за ремонт крыши казармы до конца месяца. Сегодня 30 мая. А его деньгами так и не пахнет. Так ведь и его самого нет на месте. В общем мы не можем больше ждать. У нас у всех семьи – жены, дети, внуки. Мы ждем крайний срок до понедельника. И если в понедельник денег не будет, он пожалеет, что на свет появился. А прятаться от нас бесполезно. Мы его все одно найдем
- Точно, точно – послышались крики других рабочих
- Передай, если денег не будет, мы его на уши поставим и будем трясти, пока с него деньги не посыпятся …
    Расстроенные кровельщики ушли.  Света молчала и благодарила бога за то, что его не было дома. 
      Если бы она знала причину его отсутствия спустя три часа, как он уехал на собеседование, ей было бы не до благодарностей.