Искания 18 в

-Петербург

Искание глаголемыми старообрядцами в 18 веке архиерейства
Глава 1
Никодим настоятель Успенского старообрядческого монастыря. – Его происхождение и значение в среде старообрядцев. – Твердое убеждение его в необходимости соединиться с Православной церковью. – Свидание его с графом Румянцевым-Задунайским. – Совет Румянцева искать епископа для старообрядчества путем законным и обещание содействовать этому исканию. – Радость Никодима по этому случаю и увещание раскольников разных мест воспользоваться обещаниями Румянцева. – Сношения Никодима с князем Потемкиным-Таврическим. – Уважение старообрядцев к Потемкину. – Отправление монаха Герасима в Москву и Петербург с наказами Никодима. – Прием его членами Синода и князем Потемкиным. – Возвращение Герасима в Стародубье с радостными вестями. – Заговор старообрядцев против Никодима. – Письмо Никодима к митрополиту Санкт-Петербургскому Гавриилу. – Переписка его с князем Потемкиным-Таврическим. – Путешествие Никодима в Петербург и ласковый прием Потемкиным. – Представление его через Потемкина к императрице Екатерине II. – Мольба Никодима пред императрицей. – Возвращение его в Стародубье. – Письмо к депутату слободскому Щапову. – Письмо к графу Румянцеву-Задунайскому.. – Представление Потемкину-Таврическому 12 пунктов для соединения с Православной церковью. – Доверенность, данная Никодиму на хождение по этому делу. – Прошение Никодима к Румянцеву-Задунайскому. – Представление Румянцева по этому случаю в Синод и Сенат.

В 1781 году в Успенском раскольническом монастыре, в Стародубье, близ слободы Злынки, на реке Каменке, был настоятелем некто монах Никодим, человек начитанный, более других рассудительный, необыкновенно энергичный и пользовавшийся немалым значением у старообрядцев. Никодим этот родился 17454 года от родителей раскольников, и еще юношей, будучи 24 лет, был уже одним из представителей «диаконовщины» на соборе, бывшим в Москве 1765 года, собравшихся из разных сект и согласий: ветловско-поповщинской церкви, диаконовского согласия, перекрещеванцев: от поморян, федосиан и новоженов. Цель собора была очень важная – об отыскании архиерейства для старообрядцев, в котором в первый раз приняли участие и беспоповцы. Общим согласием постановили за неотложное: иметь архиерея, по чину бывших до Никона. Составили план и придумали новый способ и новую форму посвящения во епископа. назначили из среды себя единого во епископа, нескольких во священники, диаконы, иподиаконы и чтецы. «Но Бог разрушил совет их, не допустил в конец прийти опасному всему начатию"( Истор. извест. Андрея Иоан. часть 2, стр. 96). После этого собора, он сделался самым ревностным искателем архиерейства для своей общины, но не иначе хотел восстановить в ней иерархию, как заимствовать ее от православия. Много труда приложил он для достижения своей цели. Девятнадцать лет он преследовал мысль свою с неутомимой энергией и постоянством, поддерживая ее в Московской и других поповских общинах. Никодим сначала долго жил в Москве, и потом уже переселился в Стародубье, где на землях посада Злынки и построил Троицкую Пустынь, известную под именем Никодимовой.

Никодиму способствовали в то время и обстоятельства. Наместником5 Малороссии6 был тогда граф Петр Александрович Румянцев-Задунайский, владевший фельдмаршальским жезлом, увенчанный лавровым венком с масличной ветвью, осыпанный всевозможными милостями императрицы Екатерины II и недавно возвратившийся из С.-Петербурга, откуда, по случаю бракосочетания наследника престола с бывшей императрицей Марией Федоровной, сопровождал наследника в Берлин, где был осыпан почестями и Фридриха Великого. Однажды (1781 г.) случилось Никодиму быть у графа, как наместника края, в слободе Вишенки, вместе с настоятелем Покровского Монастыря Михаилом Калмыком. Разговорившись о положении раскола в отношении к церкви, граф, еще и прежде наслышавшийся о Никодиме с прекрасной стороны, коснулся необходимости архиерейства и подал собеседникам мысль искать епископа открыто, путем законным, то есть просить императрицу и Синод о назначении особого для них архиерея и таким образом воссоединиться с православной церковью, обещая при этом и свое личное ходатайство пред государыней и Синодом7. Нужно ли говорить о том, как такое предложение Румянцева, совпадшее с давней мыслью Никодима, восхитила последнего? Со всей обычной своей энергией Никодим ухватился за мысль Румянцева и начал подготавливать к тому раскольников. Тотчас же начались у старообрядческой «диаконовщины» деятельные совещания по предложению Никодима; посланы были письма к единоверцам, не принявшим в 1779 году догмата «о перемазывании» и жившим в Москве, Торжке, на Керженце, в Нижнем Новгороде и других местах. Тоже время Никодим говорил очень горячие речи слободскому народу, указывая на изданное св. Синодом «увещание к раскольникам» Платона, где, между прочим, напечатано было, чтобы «всякий из них, безбоязненно, подавал письменно и словесно мнение свое пастырям церкви, и будто все требуемое ими будет устроено по их желанию », уверяя своих единомышленников, что несомненно им дано будет от св. Синода законное священство по воле и желанию их8. В то же время Никодим вошел в деятельные сношения с бывшим тогда наместником Новороссии, блеском своего ума и зиждительного гения удивлявшим современников, Григорием Александровичем Потемкиным-Таврическим. Этот гениальный человек жил тогда в Кременчуге и деятельно заселял Новороссийский край, пленял императрицу и народ своим умом, приветливостью и прекрасными стремлениями ко благу народа. На зов его с многоразличными обещаниями, достойными истинно-просвещенного человека, в безлюдный Новороссийский край стремились тогда поселенцы со всех сторон: греки из Мореи и с Архипелажских островов, армяне из Крыма, из Подкавказья итальянцы из Лукки и Корсики, немцы из Эльбинга и Данцига, калмыки из Уральских степей, запорожцы и раскольники из-за границы. В краю зацвели в то время промышленность, хозяйства и просвещение: везде заводились училища для народа, уездные, земледельческие и т. п., а в самом Екатеринославле затевался даже университет для народа9. Такими просвещенными качествами Потемкина были пленены и раскольники русские, видевшие в нем могучего двигателя народных сил, промышленных и умственных. К такому-то человеку обратился с откровенно пламенной речью и Никодим, намереваясь собрать всех разбежавшихся тогда за границу раскольников в его Новороссийский край на жительство, и обещая в них самых деятельных, трудолюбивых и промышленных граждан государства русского, если князь поддержит мысль графа Румянцева об исходатайствовании для раскольников правильного епископства…10 Между тем монах Рождественского старообрядческого монастыря Герасим (Князев), единомышленник Никодима, снаряжался в Москву и потом в Петербург. Никодим поручил ему обратиться прямо к членам Синода и просить у них наставления, как им, старообрядцам, приступить к выполнению своего предприятия. Герасим, прибыв в Москву, явился к преосвященному Платону11, открыл ему свое намерение и внимательно был выслушан. Достигнув Петербурга, Герасим открыл свое намерение митрополиту Гавриилу, Псковскому архиепископу Иннокентию и князю Потемкину-Таврическому. Все единогласно обещали, что желающим церковного общения будет дана законная иерархия для совершения служб по старообрядческим книгам. Тронутый такими обещаниями, Герасим возвратился в Стародубье с большими надеждами и приятными вестями. Поспешно собралась вся братия Никодимова монастыря послушать вестей посланника Герасима, который, в присутствии братии, самого Никодима и множества народа, рассказал все то, что видел и слышал в обеих столицах. Несказанно обрадовался Никодим таким вестям и стал возвещать о том во всех прочих обителях и в слободах Стародубских, открыто и горячо указывать слобожанам на необходимость получить иерархию и уговаривать, чтобы они согласились принять благословенное священство от православной русской церкви12. Как ни успешна была проповедь Никодима, как ни пламенны его речи, но трудно было уладить дело во всей массе раскольников стародубских. Против Никодима и его товарищей открылся заговор, в котором положено было умертвить Никодима и его горячих единомышленников. Но опасность не устрашила ревнителей, а связала их еще большей дружбой и единомыслием. Никодим с монахами Арсением и Герасимом и бельцом Яковом Беляевым дали друг другу присягу, чтобы ни в чем не ослабевать и стоять твердо в своем намерении, и Никодим в то же время вступил в переписку о законной иерархии для старообрядчества с митрополитом Петербургским Гавриилом и князем Потемкиным-Таврическим, бывшим тогда в Петербурге. Вот что писал Никодим митрополиту Гавриилу13.Святейшего Синода члену преосвященному Гавриилу, митрополиту Новгородскому и С.-Петербургскому.

Высокопреосвященнейший владыко

Милостивый архипастырь!

Гремящие источники неизреченных ваших архипастырских во всем милосердий подали и нам нижайшим смелость послать до вашего святейшества брата нашего черноризца Герасима, который в бытность свою в Санкт-Петербурге обозрен был вашими святейшим зеницами, причем и о наших бедствованиях и всеусерднейших желаниях вашему высокопреосвященству всепокорнейше объяснял, с истребованием от вашего святейшества милостивого наставления: каким бы образом начать нам свою просьбу до святейшего Синода, чтобы оный, отечески рассмотря крайнее бедствование толиких тысяч душ, из коих в непременном желании часть немалая пребывает, иметь у себя богоустановленный чин архиерейский, милостивое о нас учинил определение быть нам под паствой архипастыря, с тем, дабы у нас неотложно храниму быть древлегрекороссийской церкви чиносодержанию по старопечатным книгам, с отложением поречениев и клятв на то чиносодержание, о чем в новоизданных книгах напечатанных явственно показуется; на что как вы, равномерно и его высокопреосвященство, милостивый архипастырь Иннокентий Псковский и Рижский и светлейший князь Григорий Александрович оказать нам беднейшим в прошениях наших отеческое милосердие обещались, которое верно многим ко спасению послужить может, к чему много усердствуюших есть. Хотя это и требует труда немалого в рассуждениях некоторых затверделых менний неполезных, однако, взирая на такое милосердие, имеет всенепременно ослабевать, о чем всепокорнейше имею впредь ваше святейшество в непродолжительном времени уведомлять. И когда прошение от нас с объявлением нашего желания подано будет на рассмотрение вашему высокопреосвященству, потом в святейший Синод, тогда уже, высокопреосвященнейший владыко, начатой к нам изливаться вашей архипастырской милости не пресецая, окончательно оной излиянной быть благоволите. За что от чудес Источника и всякие благости виновника Христа Спасителя имеете получить достодолжные воздаяния, ибо Он Сам, Предвечная Правда, – видев некогда множество народа, милосердова о них, как об овцах, не имеющих пастыря. Сообразное сему и от вашего святейшества мы нижайшие в надежде получить во весь наш век, со всеглубочайшей нашей преданностью, касаясь праха, идеже пребывает освященная особа ваша, пребудем, прося вашего архипастырского благословения и святых молитв.

Высокопреосвященнейший владыко

Милостивейший архипастырь,

Вашего святейшества всеусердный послушник

убогий Никодим.

10 сентября 1781 г.

В то же время Никодим писал и к князю Потемкину-Таврическому следующее14:

Его светлости князю Григорию Александровичу Потемкину-Таврическому от старца Никодима.

Светлейший князь

Высокомилостивый государь и отец!

Природным вашей светлости благосклонностям и изливаемым источникам неизреченных милосердий не одна только просвещенная Россия, но и всецелые страны света удивляются. Участникам тех неограниченных милостей и мы себя видеть удостоились через посланного от нас брата нашего черноризца Герасима, который в бытность свою в С.-Петербурге имел счастье со всеглубочайшей покорностью объяснить вашей светлости о наших бедствованиях и всеусерднейших желаниях, причем и милостивейшего наставления испрашивал: каким бы образом начать прошение до святейшего Синода? Оттуда по возвращении обрадовал здесь множественное число душ, снискивающих себе полезного, что ваша светлость проницательным вашим и высоким дарованием о объявленном нашем желании с членами святейшего Синода неоднократно рассуждали; наконец, как ваша светлость, равномерно и святейшие архипастыри и высокопреосвященнейшие отцы к нам бедствующим щедро отеческое милосердие оказать обещали, только бы от нас прошение в св. Синод вступило. В надежде таких оказываемых милостей, мы и остались, и сочиня прошение с объяснением наших желаний, имеем всепокорнейше вашей светлости на рассмотрение, и потом в святейший Синод, представить оное.

Тогда, всещедрый отец, приложите свое старание отеческое, чтобы св. Синод благоволил нам неотложно иметь со старопечатными книгами в службе церковной и чиносодержание древле-грекороссийской церкви; причем бы и положенные клятвы и поречения на древлецерковное чиносодержание милостивно уничтожил, взирая на то, что многие тысячи душ, почувствуя такое милосердие, готовыми будут отдать себя под всесовершенное правление архипастыря, не только в здешних странах живущих, из коих некоторая часть как из монашествующих, так и ее светских обывателей уже и есть, однако – надеемся на промыслы Искупителя нашего – и еще присовокупится, но и во всей священной Всероссийской империи, которые вне паствы богоустановленного священства чина находятся. Сего благого дела и ваша светлость будете виновником, за что Христос Спаситель ниспослет вам воздаяние равное, как и потрудишимся во благовестии Его всемогущества. Во ожидании излияния на нас высоких ваших милостей во весь наш век пребудем богомольцы.

Светлейший князь

Высокомилостивый государь и отец,

Ваш усердный богомолец убогий Никодим.

10 сентября 1781 г.

Писал Никодим и во все страны, где только находились старообрядцы, пламенные увещания, в которых с обычным жаром доказывал из Слова Божия и правил соборных, что без иерархии церковь существовать не может, и что нужно принять иерархию от Синода, вместо того, чтобы довольствоваться беглыми попами, а в начале 1782 года и сам поехал в С.-Петербург. В Петербурге Потемкин принял Никодима ласково и представил его императрице Екатерине II. Никодим плакал пред Екатериной и горячо молил монархиню не допускать более миллиона своих подданных до несчастия жить без церкви и иерархии и пропадать для Бога и будущей жизни из-за одного различия обрядов, отвергнутых православной церковью… Императрица и сама была тронута речами Никодима и ободрила его. В Петербурге же Никодим не раз был и у митрополита Гавриила, с коим также много говорил об этом предмете, и наконец возвратился в конце 1782 г. в Стародубье с утешительными вестями. Здесь он не преставал уговаривать попрежнему раскольников к принятию законной иерархии от Синода и писал во все концы об этом письма. Вот, как образчик, одно из таких писем к некоему слободскому депутату15 Щапову.


Милостивому государю и благодетелю нашему

Ивану Петровичу.

О Господе радоватися!

По особенному проницательному Ее Императорского Величества к подданным матернему милосердию и высокомилостивых государей и отцов светлейшего князя Григория Александровича Потемкина, графа Петра Александровича Румянцева попечению, и св. Синода высокомилостивых членов благому рассуждению, и по самонужнейшим нашего духовенства обстоятельствам в рассуждении неимения у нас при старообрядчестве архиерея, без которого, по свидетельству церковных учителей Дионисия Ареопагита, Игнатия Богоносца, Златоуста, Феофилакта Болгарского, Симеона Фессалоникийского и проч., ниже соборная Церковь, ниже семь таинств церковных, ниже истинное христианство быть может. Почему не соблаговолите ли приложенное при сем предложение прочесть, из коего и приметить полезное и кому заблагорассудите объявить, не упуская удобного времени. Если же чего еще по испорошении у св. Синода не достает, то не соизволите ли что почитая за нужное и припомнить; а по получении сего о точном желании вашем меня нижайшего письменно, в непродолжительном времени, уведомить.

Вашего спасения усердный желатель Святоуспенского

монастыря строитель убогий Никодим.

23 февраля 1783 г.

В том же году Никодим подал графу Румянцеву-Задунайскому в селе Вишенке письмо16, в котором извещал его о начатии им дела и просил его ходатайства и содействия. Вот это письмо:

Сиятельнейший граф,

Высокомилостивый государь и отец!

Чувствительно мне нижайшему вашего высокографского сиятельства, в бытность мою пред вашим сиятельством в прошлом 1781 году в июле месяце, рассуждение об испрошении нам у св. правительствующего Синода священства, с дозволением отправления по старопечатным книгам древне-церковного старообрядчества, и почитаем, как апостолоподражательное вашего сиятельства о нас попечение принять меры за нужное представить св. правительствующему Синоду с некоторыми нашего общества старообрядчества содержателей прошения. Не соблаговолено ли потому будет указом Ее Императорского Величества учинить милостивое решение? Но как здешнее в Малороссийских слободах общество старообрядцев состоит в наместничестве, благоуправляемом вашим высокографским сиятельством, да и пользуется особенно вашего сиятельства милостями, то о сем смелость возымели мы доложить и вашему высокографскому сиятельству, как главному командиру и отцу. Причем не соблаговолите ли, в случае относительных до такового нами предприятия обстоятельств, показать вспомоществование к содействию и продолжить свою высокую милость; за что и навсегда Всевышнего молить обязуемся.

Сиятельнейший граф

Высокомилостивый государь и отец

Вашего высокографского сиятельства всепокорнейший слуга

убогий Никодим.

20 марта 1783 г.

Наконец Никодим с разделявшими его мысль раскольниками составил условия в 12 пунктах, на коих предполагалось сделать соединение с православной церковью, кои при прошении и представлены князю Потемкину-Таврическому во время проезда его через слободу Добрянку17. Вот что говорилось в этих 12 пунктах и вот какого содержания было прошение, поданное Потемкину.

Светлейший князь

Высокомилостивый государь и отец!

Здешних Малороссийских слобод и разных великороссийского государства городов некоторые обыватели общества старообрядцев имеют желание всепокорнейше просить св. правительствующий Синод: не соблаговолено ли быть таковым при старообрядчестве, но в соединении св. Восточной и Греко-российской церкви, через посредство нижеследующих пунктов:

1) Произнесенные бывшими в царствующем граде Москве в царство Великого Государя Царя и Великого Князя Алексея Михайловича всей России самодержца в патриаршество Никона и Иосафа второго патриархов в 1656 и 1667 годах соборами, также в 1720 году чинопринятием, клятвы и поречения на двухперстное сложение, и на прочее некоторое древнее Греко-российской церкви содержание, сношением святейших четверопрестольных патриархов разрешить…

2) Положенные 1720 года и во “Увещании” приемы отлучившимся Греко-российской церкви в рассуждении содержания старообрядчества церковного отложить, а о некоторых сомнительству подлежащих на волю власти церковной и присоединяющихся оставить.

3) Прислать при указе Ее Императорского Величества из св. правительствующего Синода поставленного из Великороссийской породы хоре-епископа18, (т. е. сельского или слободского), которому бы не относительно до епархиального архиерея подлежать св. правительствующему Синоду, в слободской Успенский монастырь, состоящий в Новгородско-Северском наместничестве, в Новомесском уезде, между вновь учрежденными Зубковским и Злынским посадами с нижеследующим наставлением.

4) Которому приписать, чтобы, по прибытии в именованный монастырь, благословил к новопостроенной часовне прирубить алтарь и во имя Пресвятой Богородицы честного ее Успения и освятить церковь по чиносодержанию первенствующей церкви.

5) В котором монастыре, в рассуждении поместных соборов, иже во Анкире правила 13, и иже во Антиохии 10, поставлять ему по собственному избранию тамо монашествующих мужей благоговейных и искусных в чтении писания во иеродиаконы и иеромонахи, отправлять службу Божию, как то: вечерню, утреню, литургию и прочее восследование церковное по старопечатным книгам, которые по повелению блаженной памяти Великого Государя Царя и Великого Князя Алексея Михайловича всей России самодержца и по благословению святейшего патриарха Иосифа, в царствующем граде Москве печатаны, не нарушая положенного в оных чиносодержания и двухперстного сложения, как в благословении, так и крестном себя ознаменовании и осмогласного пения святого Иоанна Дамаскина и прочаго старообрядчества.

6) Предписать ему как в Малой России, так и в разных епархиях Великороссийского государства придержащихся старообрядчества, по желанию их, освящать им церкви по собственному их избранию, мужей благоговейных же и искусных в чтении писания посвящать в диаконы, совершать в пресвитеры и быть им под паствой его.

7) Таинством святого мира для церквей освящения и крещения младенцев снабдить из святейшего Синода.

8) От окрестных, поскольку в рассуждении соблазняющихся о обливательном крещении, как духовных, так и светских, сообщению в молитвенных храмах свободными предписать.

9) Иеромонахов, священников и диаконов прежде всего в рассуждении содержания старообрядчества церковного отлучившихся Греко-российской церкви, которые согласно сему себя объявят и по справке явится, что правильному запрещению не подлежат, каковых из-под наименования по состоявшемуся в 1776 году указу св. Синода19 светских (мирских) исключить и позволить им отправлять всякое по их званию священнослужение церковное. Постриженных же при старообрядчестве всякого звания и рода мужского и женского пола не перестригать, и впредь желающих в монашество по силе законов дозволить постригать.

10) Вышеименованный Успенский монастырь, не включая в штат, оставить на своем пропитании; монашествующих же как в оном, так и в прочих монастырях и селениях, сколько сему согласных будет, подушных окладов и рекрутских наборов освободить: и в подначал из прочих епархий не пересылать и из вышеписанного Успенского монастыря в другие епархии не переводить.

11) Дозволить впредь желающим соблюдать старообрядчество церковное, состоять под паствой имеемого быть при старообрядчестве епископа.

12) Как здешних, так и в прочих в Великороссийских городах, купцов и мещан имеемых состоять под паствой того епископа, как бритью бород и ношению немецкого платья не принуждать.

Но как разных вер общества, так и мы нижайшие имеем состоять под благоуправляемым вашим опекунством и руководством вашего благополучия, да и пользуемся особенными вашей светлости милостями; почему и возымели смелость доложить вам высокомилостивому государю и отцу: не соблаговолите ли в случае относительных до такового нами предприятия обстоятельств оказать вспомоществование к содействию, где принадлежит, и продолжать свою высокую милость, за что на и всегда во весь наш век прославлять имя вашей светлости и Всевышнего молить обязуемся20.

Светлейший князь

Высокомилостивый государь и отец!

Вашей светлости всепокорный слуга

убогий Никодим.

Раскольники дали от себя Никодиму на ходатайство по соединению с православной церковью особую доверенность21 следующего содержания:

1783 года сентября дня. Мы нижеподписавшиеся Новгородско-Северского наместничества разных посадов содержащие старообрядчество купцы и мещане дали сей приговор, по общему нашему совету, Новгородско-Северского ж наместничества, новоместского уезда слободского Успенского монастыря строителю монаху Никодиму в том, чтоб явиться ему в св. Синод с нижайшим нашего общества прошением, на которое по точной того силе всепокорнейше просить милостивого решения. Понеже предки нашего общества, как духовные, так и светские, были породы и единства церкви Великороссийской, но в царство блаженной памяти Великого Государя Царя и Великого Князя Алексея Михайловича всей России самодержца, в патриаршество святейшего Никона от 1656 года последовательно и мы нижайшие в разные времена отлучилися единства церкви Греко-российской, некоторые же и отечества, в рассуждении соблюдения двуперстного сложения и прочего старообрядчества. Преподание же треб по закону христианскому у нас в построенных от обывателей в разных местах партикулярными коштами в монастырях, церквах и часовнях отправляется по книгам старопечатным, которые наиболее по повелению блаженной памяти Великих Государей Царей и Великих Князей Михаила Федоровича и Алексея Михайловича всей России самодержцев и по благословению святейших Филарета и Иосафа первого и Иосифа патриархов в царствующем граде Москве печатаны без архипастыря одними отлучившимися своих епархиальных иереев и епархиальных церквей Великороссийскими священниками, через что как без главного церкви правителя воспоследовали в христианских потребностях крайния нужды. А как чувствуя, что св. правительствующий Синод содержимое нами и за свято почитаемое, как двуперстное сложение, так и прочие старинные обряды церковные, благосклонно признает неразрушающими ни Слова Божия, ни догматов, ни правил церковных, причем, сожалея о нас, дозволяет в напечатанной в 1767 году книжице Увещании на листе 82 каждому из отлучившихся Греко-российской церкви желание свое письменно изъяснять пастырям церковным, то в рассуждении сего и возымели мы смелость св. правительствующий Синод всепокорнейше просить: не соблаговолено ли будет указом Ее Императорского Величества нам нижайшим быть при старообрядчестве в соединении святой Восточной Греко-российской церкви через посредство нижеследующих пунктов. (Здесь писаны все 12 пунктов, а наконец: ).

Ежели ж в св. правительствующем Синоде против вышеписанных пунктов нашего прошения воспоследует неудовольствие; то в рассуждение сего тебе нас, а нам тебя с прописанием желания нашего непременно уведомлять, а самому тебе Никодиму без сношения с нами никаких положений, паче предписанных, в св. Синод не представлять, в чем и подписуемся.

Доверенность эта подписана была 1,400 лицами. Никодим в октябре 1783 года подал графу Румянцеву-Задунайскому прошение, в котором извещал о данной ему единоверцами доверенности, о числе лиц, подписавшихся под ней, и изложив 12 пунктов условий присоединения раскольников к православной Церкви, просил у графа содействия своему предприятию. Вот какого содержания22 было это прошение:

Сиятельнейший граф,

Милостивый государь!

Из числа общества придержащихся старообрядчества церковного ведомства Новгород-Северского и Курского наместничеств и Новороссийской губернии жители, купцы и мещане и крестьяне дали мне по общему совету приговор за подписанием первостатейных и прочих обывательских рук, которых число на первый случай составляет до 1,400 душ23, в том, чтобы явиться в св. правительствующий Синод с просьбой, где всепокорнейше просить, дабы соблаговолено было указом Ее Императорского Величества нам нижайшим быть при старообрядчестве в соединении св. Восточной и Греко-российской церкви, через посредство нижеследующих пунктов. (Здесь писаны именно все вышеписанные 12 пунктов, а на конце следующее: ).

О чем смелость возымел я доложить и вашему высокографскому сиятельству, как главному командиру и отцу: не соблаговолите ли, в случае относительных до такового нами предприятия обстоятельств, показать вспомоществование к содействию, где принадлежит, и продолжать свою высокую милость, что многие тысячи душ, почувствуя такое милосердие, готовыми будут отдать себя под всесовершенное правление св. Восточной и Греко-российской церкви, коего благого дела и ваше высокографское сиятельство будете виновником, за что Христос Спаситель ниспослет вам воздаяние, как и потрудившимся во благовестии Его. В ожидании излияния на нас высоких ваших милостей в весь наш век пребуду,

Сиятельнейший граф

Милостивый государь!

Вашего высокографского сиятельства покорный слуга

убогий Никодим.

20 октября 1783 г.

Просьбу сию Румянцев от себя сообщил в св. Синод таким образом24:

В св. правительствующий Синод

от генерала-фельдмаршала, сенатора, киевского, черниговского и новгородско-северского генерал-губернатора и кавалера графа Румянцева-Задунайского

представление.

Придержащегося старых церковных обрядов в селениях ведомства Новгородско-Северского, Курской и Новороссийской губернии находящегося общества старец Никодим подал мне прошение о присоединении их при старообрядчестве к Восточной Греко-российской церкви через посредство прописанных в оном пунктов. Я в рассуждении сего доброго их намерения и что присоединение их к нашей церкви может послужить к их просвещению, оную просьбу при сем в св. правительствующий Синод представлю на благоусмотрение.

На подлинном подписано:

Гр. Румянцев-Задунайский

26 октября 1783 г.

с. Вишенки.

В то же время граф Румянцев-Задунайский сделал представление и в правительствующий Сенат25 следующего содержания:

В правительствующий Сенат

доношение.

По просьбе ко мне общества, придержащегося старых церковных обрядов, от старца Никодима о присоединении их при старообрядчестве к Восточной Греко-российской церкви посредством прописанных в оном пунктов, написнное от меня в св. правительствующий Синод представление в правительствующий Сенат при сем представляю.

На подлинном подписано:

Граф Румянцев-Задунайский.

26 октября 1783 г.

с. Вишенки.