Билли и Тейлор

Мой контракт в Армии подошёл к концу. Шесть лет не прошли даром. Из юнца я превратился в мужчину с хорошей профессией — сварщик. Моя подруга каждый год встречала меня радостно и считала время до окончания контракта. Она училась в колледже. Часть денег я перечислял ей, а жила она в моём доме, который достался мне от старшего брата. Дом был полностью выплачен, и кредит банка никого не душил. Брат был хозяином собственного бизнеса и мог себе позволить сделать мне такой подарок после окончания службы.
Работать я собирался у него: постройка мостов всегда нуждается в хороших сварщиках. Я прилетел в Нэшвилл, купил в аэропорту букет цветов и поехал домой. Был выходной день, воскресенье, Жанет должна была быть дома. Через полчаса я уже стоял у ворот. Расплатился с таксистом и открыл входную дверь.
В доме играла музыка, было накурено. Сам я не курю, да и Жанет раньше не курила. Я вошёл в гостиную, где работал телевизор, и увидел, что на веранде Жанет, почти голая, обнимается с каким-то молодым человеком. Они оба были пьяны. Видимо, парень и курил. Я прошёл на кухню — там в пепельнице лежали окурки со следами помады. Значит, Жанет теперь ещё и курит, а не только мне изменяет... Мы просто жили вместе и собирались пожениться, когда я вернусь из Армии, а она окончит колледж и найдёт работу. Теперь этой идее не суждено было сбыться.
Я сел в гостиной и стал смотреть телевизор. Через полчаса дверь веранды открылась, и Жанет вскрикнула: — Ой, ты уже приехал... — Да. Собирай вещи и уходи к своему любовнику. Прямо сейчас. Мне надо отдохнуть с дороги, и лишний шум мне не нужен. — Я тебя люблю, Билли! — Я знаю, как ты меня любишь — только деньги от меня получала. Давай, собирай вещи и в дорогу. — А куда я пойду? — К маме с папой. И сама им всё расскажешь. Мы же не муж и жена, ты свободна. — Прости меня... — Уж только не это.
Пока мы говорили, парень наскоро оделся и исчез. Жанет пыталась ещё что-то сказать, но я рявкнул так, как рявкает сержант на плацу. Она вздрогнула и пошла собирать чемоданы. Через полчаса она ушла, а я понял, что жизнь в Армии и жизнь на гражданке — совершенно разные вещи.
На следующий день я приехал к брату Барри на фирму. Он сразу поставил меня на место ушедшего на пенсию дяди Джонса, и я включился в работу. В конце дня Барри спросил: — Как дома-то встретили? Я не стал врать и честно рассказал, за что выгнал подругу. Брат выслушал и вздохнул: — Лучше сейчас узнать, чем позже, когда пойдут дети. Не горюй. Женишься со временем. Отдохни от плохих мыслей и обязательно найдёшь девушку, которая будет тебя ценить.
В этот момент в кабинет без стука зашла красивая мулатка и сказала: — Барри, скоро День независимости. Я хочу взять два дня за свой счёт, чтобы побыть с родителями. Брат подумал минуту и спросил: — Тейлор, а кто тебя будет замещать? — Таша, я с ней уже говорила. Мою зарплату за эти два дня начисли ей. — Хорошо. Познакомься, это наш новый сварщик, Билли, мой младший брат. Он только что вернулся из армии. — Очень приятно, Билли, — улыбнулась она. — А в каких войсках вы служили? — В инженерных. — Это опасно? — Если служить в Штатах, то нет. А если, как я, на Ближнем Востоке... Мы сначала строим под огнём противника, а уже потом в эти постройки заселяются солдаты.
Я посмотрел на руки Тейлор — у неё не было обручального кольца. Странно: такая красивая девушка, и не замужем. — А вы замужем? — спросил я. — Нет. — Ждёте принца на белом «Мерседесе»? — вырвалось у меня с видимым раздражением. Тейлор спокойно ответила: — От меня зависят больные папа и мама... А вас, кажется, женщина обидела? Мне стало неловко: — Да. В день приезда застал её с другим. — Кошмар. Вы были женаты? — Нет, планировали свадьбу после моего возвращения. Ей пришлось вчера уйти. — Извините, Билли, что затронула больной вопрос. — Я тоже был груб. Прошу прощения. — Эй, дипломаты, — вмешался Барри, — я закрываю контору, любезничайте на улице.
Мы вышли на парковку. Я посмотрел на Тейлор: — Вы не будете против, если я вас провожу? — Нет, я живу всего в двух кварталах от работы. Только... разве вам нужна чернокожая женщина? — В Армии мы все были равны, — отрезал я. — Это дома, на гражданке, придумали неравенство. У меня было ранение спины. И знаете, кто меня выходил? Чернокожая медсестра. И не меня одного. Тейлор улыбнулась: — Хорошо, проводите. Я познакомлю вас с родителями. Может, даже поедим вместе. Вы ведь, наверное, голодный? — Голодный, ха-ха! У меня в холодильнике шаром покати. Надо ещё продукты купить. — Вот сначала покушаем, а потом вместе съездим в магазин. — Мне нравится такой вариант.
Мы пришли к Тейлор. Её папа был местным белым, а мама — родом из Индии. Меня встретили очень тепло. Угостили индийским супом — вкуса я с непривычки не понял, но аромат от тарелки шёл аппетитный. Немного поговорили. Оказалось, у родителей куча болезней, а хорошей медицинской страховки нет, приходится доплачивать из своего кармана крупные суммы. Отец по ночам работает вахтёром, охраняет школьные автобусы, а мама — приёмщицей в местной химчистке. Денег не хватает, и вся зарплата Тейлор уходит на их лечение.
— Билли, поехали в магазин, купим тебе продукты, — позвала Тейлор. Родители заулыбались, и я тоже. Тейлор удивительно умела поднимать настроение. Мы вернулись к конторе, где стояла моя машина — старенький «Шевроле». Сначала немного покатались вдоль реки, потом заехали на рынок в Германтауне, а на обратном пути завернули в супермаркет «Крогер».
Приехав ко мне домой, я стал раскладывать продукты по полкам. Тейлор без лишних слов взяла тряпку и принялась мыть пол. Работала она быстро, со сноровкой. Закончив, сказала: — Ну, мне пора, Билли. — Я тебя отвезу. — Нет, я хочу прогуляться, городок у нас маленький. Четверть часа — и я дома. — Тогда я пройдусь с тобой. — Я буду рада, — просто ответила она.
Мы шли не торопясь, рассказывали друг другу смешные истории из детства и сами не заметили, как, смеясь, дошли до её окон. Тейлор вдруг спохватилась, нежно чмокнула меня в щёку и открыла дверь. Напоследок повернулась и счастливо улыбнулась.
Мне очень запомнился этот чистый, почти школьный поцелуй. Я шёл обратно и думал о том, как же сильно Тейлор отличается от Жанет. Чтобы Жанет что-то сделала по дому, мне нужно было долго думать, как её об этом попросить. Тейлор же, едва увидав непорядок, сама взялась за уборку и сделала всё с лёгкостью. В тот вечер я решил присмотреться к ней повнимательнее.
На работе мы почти не общались, чтобы не мешать делу, но каждый вечер я провожал её домой. Внутрь не заходил, прощался у крыльца. Поцелуев больше не было — мы просто держались за руки, как взрослеющие дети. Брат был в курсе моих прогулок и ничего не имел против. Только однажды заметил: — Тейлор — мой бухгалтер, относись к ней с большим почтением. У неё сложная обстановка дома, и у неё чисто индийское воспитание. Если ты на ней женишься, учти, твои дети тоже будут так воспитаны.
На День Независимости я пришёл к ним без приглашения — с подарками и большим букетом цветов для Тейлор. Встретили меня как своего. Тейлор сразу позвала меня на кухню, чтобы я помог порубить свиные рёбрышки. Так мы вместе и прокрутились у плиты до самого обеда. Я поймал себя на мысли, что совершенно не чувствую себя чужим в этом доме.
Ближе к вечеру, когда по телевизору отгремел праздничный салют в Вашингтоне, я стал собираться к себе. И вдруг Тейлор сказала: — Мама, я поеду с Билли. Если что, звони мне на мобильный. Я немного оторопел от неожиданности, но вида не подал. Тейлор собиралась провести со мной ночь. Я обнял её прямо при родителях и вдруг выпалил: — У вас прекрасная дочь. Вы не будете против, если я предложу ей выйти за меня замуж? — Мы не против, — с улыбкой ответила её мама. — Спроси её сам. Тейлор не стала медлить: — Билли, ты мне понравился с первой секунды. Я согласна.
Мы обнялись и вышли в тёплый вечер. После праздников мы поехали в индийский магазин и купили ей «бичиа» — серебряную пару колец для замужних женщин, которые носят на вторых пальцах ног. Такой красивый, глубокий минимализм. Купили также традиционный браслет «чуда» и свадебное ожерелье «мангалсутра». Потом подали заявление в Сити-холл и в установленный срок поженились.
Родители Тейлор после нашей свадьбы как будто даже расцвели и стали чувствовать себя лучше — с них спал огромный груз забот. Заботливость Тейлор вообще не имела границ. Позже её мать объяснила мне, что в их культуре к мужу относятся почти как к Богу, в основе этого лежит древняя концепция «Патидево Бхава». По имени мужа при чужих людях жена не называет. А когда рождаются дети, к мужу можно обращаться «отец такого-то», называя имя ребёнка. — А пока детей нет? — с улыбкой спросил я. — Ты господин. — Спасибо, мама. Я обещаю быть предельно вежливым и чутким с Тейлор и дома, и на людях. — Ты правильно меня понял, сынок.
Родители Тейлор и семья моего брата стали нашим надёжным внутренним миром. И это очень благотворно сказалось на мне самом. Никаких пустых посиделок с пивом и футболом с друзьями — Тейлор и родившийся вскоре сын Алекс стали центром моей вселенной. Из простодушного Билли я превратился в уважаемого отца семейства. А когда у нас появилась дочка, которую мы назвали Дарика, настоящее, тихое счастье вошло в наш дом на многие-многие годы.