В защиту абсурда. Рэйв протеста на станции Электро

Репортаж с внеочередного съезда партии «Справедливое Зимбабве»: «В защиту абсурда. Рэйв протеста на станции Электрозаводская»
Специальный корреспондент «Зимбабвийской правды» — с места событий.

Москва, 10 июля 2026 года. Сегодня съезд партии «Справедливое Зимбабве» собрался не для того, чтобы обсуждать геополитику или снос заводов. Сегодня мы собрались, чтобы поддержать идеологического союзника — 80-летнего Владимира Корякина, арестованного за то, что он 35 лет отрицал распад СССР.

Товарищ Мбунгва открыл заседание с той самой улыбкой, которую мы уже знаем:

— Братья и сёстры! Сегодня мы собрались, чтобы сказать: абсурд не может быть монополией государства. Если у государства есть право на свою версию реальности, то и у гражданина есть право на свою. Абсурд Корякина — не самый абсурдистский. Он просто не вписался в государственный абсурд.

Глава 1. Корякин как зеркало
Мбунгва напомнил собравшимся историю Корякина:

— В Москве арестовали 80-летнего Владимира Корякина. Он называет себя «генеральным секретарём ЦК КПСС» и «председателем Совета Министров СССР». Он отрицает распад СССР. Он отправил уведомление в ООН о том, что в 2019 году уничтожил Россию.

— И за это его посадили. За то, что он жил в своём мире. За то, что его мир не совпадал с миром государства.

Мбунгва поднял руку, призывая к тишине:

— Но чем его абсурд хуже государственного абсурда, в котором мы живём? Государство говорит: «Мы непобедимы». А мы видим, что проигрываем. Государство говорит: «Экономика растёт». А мы покупаем бензин у индийцев. Государство говорит: «Мы за мир». А мы готовимся к войне.

— Абсурдный реалий может быть много. И каждый народ имеет право на свой абсурд. Абсурд Корякина — не самый абсурдистский. Он просто честнее.

Глава 2. Рэйв протеста
В зале включили техно-мантру. Делегаты начали танцевать.

— Мы не призываем к бунту, — сказал Мбунгва. — Мы призываем к танцу. Мы танцуем в поддержку Корякина. Мы танцуем в поддержку всех, кто не вписался в государственный абсурд. Мы танцуем, потому что танец — это единственное, что мы можем противопоставить монополии на абсурд.

Глава 3. Резолюция съезда
Съезд принял резолюцию:

Признать, что государственный абсурд не имеет монополии на реальность.

Поддержать Владимира Корякина как идеологического союзника в борьбе за право на свой абсурд.

Устроить рэйв протеста в его поддержку.

Продолжать танцевать, пока государство не перестанет сажать людей за их реальность.

Итог
Корякин посажен за то, что жил в своём мире. Но его мир — не хуже государственного. Он просто другой.

Как сказал товарищ Мбунгва в финале:

«Мы не выбираем, какой абсурд нам ближе. Мы выбираем, танцевать ли под него. Мы выбираем танец. Потому что танец — это единственное, что остаётся, когда абсурд становится государственной политикой.»

Специальный корреспондент «Зимбабвийской правды» зафиксировал этот рэйв протеста и отправился танцевать на платформу станции «Электрозаводская». Корякин сидит в СИЗО, но ритм продолжается. Потому что пока есть ритм — есть и надежда.