Чрезвычайные обстоятельства

Джон поднялся за пять минут до звонка будильника. Умываясь, он застыл перед зеркалом. На него смотрела сонная, потешная, но довольно симпатичная физиономия тридцатилетнего парня. Закончив утренние процедуры, он выпил кофе с сухарем, оделся, взял портфель и вышел в узкий коридор — здесь он снимал всего лишь комнату. На службу Джон не спешил. За последние пять лет он до секунды изучил маршрут и точно знал, когда нужно выйти, чтобы дойти до фирмы спокойным шагом. Он работал рядовым архитектором со скромным окладом, которого хватало только на оплату жилья и еду. Ну и еще немного оставалось, чтобы изредка побаловать себя чашечкой капучино в каком-нибудь бюджетном заведении.
В офисе он как обычно вежливо поздоровался с коллегами по отделу и непременно с мисс Лизой, своей начальницей. Та в ответ нежно улыбнулась и почему-то тихо вздохнула. Джон обо всем догадывался: Лиза была влюблена в него, но он не отвечал взаимностью. Она была старше лет на десять, хотя прекрасно выглядела и сохранила девичью фигуру. Иногда начальница намекала, что неплохо бы остаться после работы и вместе посидеть над очередным проектом, но Джон, понурив голову, безбожно врал, что у него куча неотложных дел. Так все и зависло.
В обеденный перерыв он уже сидел в кафе и изучал меню в поисках самого экономичного блюда. Его обслуживала очень миловидная официантка. Видимо, новенькая, ведь он знал здесь весь персонал. Девушка так соблазнительно ему улыбалась, что в конце трапезы Джон не просто оставил ей чаевые, но и набрался смелости спросить, свободна ли она вечером и можно ли ее проводить. Положительный кивок его не удивил — вниманием женщин он обделен не был. Хотя какой в этом толк? Он не мог позволить себе сводить девушку в приличный ресторан или купить огромный букет алых роз. Стоило ли вообще заводить знакомства?
Эта вечная нехватка денег и отсутствие перспектив давили на Джона в последние годы все сильнее. По сути, он находился в глубокой депрессии, хотя никогда этого не показывал, и на людях его лицо всегда украшала дежурная улыбка. Зато возвращаясь домой, он часами сидел на диване, безучастно уткнувшись в одну точку. Затем заглядывал на кухню, перекусывал чем-то из полупустого холодильника и с тяжелым сердцем шел спать.
Но сегодня его ждала встреча с новой знакомой. Девушка явно была из скромной семьи, раз трудилась в таком месте. Джон подсознательно рассчитывал, что с ней всё будет проще: не придется тратиться на дорогие подарки и рестораны. Она казалась человеком его круга. Сам Джон хоть и окончил университет, но лишь благодаря материальной поддержке родителей, которые теперь вышли на пенсию и больше ничем не могли ему помочь.
Вечером он надел свой лучший костюм и уже поджидал девушку возле кафе. Она появилась в легком цветастом платье. Джон сразу оценил ее точеную фигурку — Кэт была чертовски хороша.
— Извини, — парень смущенно улыбнулся, когда они пожали друг другу руки, — я ведь даже не знаю твоего имени.
— Кэт, — просто ответила она. — А жить мне вон в той стороне, — девушка махнула рукой. — А тебя как звать?
— Джон. Проще не бывает. Давно здесь работаешь?
— Первый день, — вздохнула Кэт. — И вообще, чтобы не создавать у тебя иллюзий, скажу сразу: я приехала из провинции поступать в университет. Прошла по конкурсу, но пришлось взять в банке ссуду на оплату учебы. Только теперь я задерживаю платежи, и меня могут в любой момент отчислить. А ведь остался всего годик, надо как-то выдержать. Ну да ладно, зато ты теперь всё обо мне знаешь. Кстати, я снимаю крошечную комнатку неподалеку. До этого прошла и автозаправки, и кучу забегаловок, но заработков не хватало. Вот и придвинулась ближе к центру. В это кафе взяли охотно, да и жилье рядом. Правда, платят центы, выживаю только за счет чаевых. — Она вдруг погрустнела. — Тебе всё еще хочется меня провожать?
Джон в ответ честно рассказал о себе. Как ни странно, от этой взаимной откровенности настроение у обоих поднялось. Когда они наконец дошли до ее дома, Джон замялся перед дверью, втайне надеясь на прощальный поцелуй. Кэт уловила его несмелый взгляд и сама подставила щеку. Он нежно чмокнул ее, и девушка убежала в подъезд.
С того вечера они стали встречаться каждый день. Вскоре их свидания перестали ограничиваться робким рукопожатием: Кэт позволила обнять себя по-настоящему, и теперь они подолгу целовались у дверей, прежде чем расстаться.
Так прошел месяц. Но однажды Кэт вышла после смены со слезами на глазах. Джон отвел её в тихий переулок, обнял за плечи и тихо спросил, что случилось.
— Если я до конца недели — а осталось всего три дня — не погашу задолженность, меня отчислят, — разрыдалась она. — Я единственная надежда у матери, мне будет так стыдно перед ней! И сумма-то осталась небольшая. Джон, умоляю, ты не можешь одолжить мне хоть сколько-нибудь? Я в таком отчаянии, что хоть на панель иди...
— Дорогая, я пуст совсем, едва дотяну до зарплаты, — Джон буквально сдулся на глазах, но тут же горячо добавил: — Только никаких панелей! Мы обязательно что-нибудь придумаем. Например, начнем снимать одну комнату на двоих и сэкономим на аренде.
— Ты не понимаешь, милый, у меня нет этого времени. Осталось три дня. Где за такой срок достать деньги? Впрочем... у меня есть один последний выход. Хозяин нашего кафе положил на меня глаз с первого дня. Он намекнул, что покроет долг за учебу, если я соглашусь задерживаться с ним в кабинете после закрытия. Обещал, что это ненадолго.
— Но ты ведь понимаешь, о чем идет речь? — угрюмо усмехнулся Джон, чувствуя, как внутри всё сжимается от беспомощности. — Ты смогла бы пойти на такое?
— А какой у меня выбор? — слезы снова покатились по ее бледному лицу.
— Подожди один день. Завтра... Если я ничего не придумаю, тогда и решишь, — он опустил голову и невидящим взором уставился себе под ноги.
— Хорошо, я подожду один день, но не больше, Джон. И спасибо тебе. Спасибо, что пытаешься ради меня что-то сделать.
Потом они молча дошли до ее подъезда и, поцеловавшись на прощание, расстались.
Назавтра Джон пришел на работу, как всегда, вовремя. Он вежливо поздоровался с коллегами, после чего сразу направился к Лизе, в ее личный кабинет.
— Мисс Лиза, — глухо произнес он, закрыв за собой дверь. — Я оказался в очень трудной ситуации. Мне срочно нужна крупная сумма денег. Могли бы вы как-то помочь? Может, выписать аванс, оформить материальную помощь... Я всё отработаю, вы ведь знаете меня.
— Джон, ты неотразим, — Лиза пересела на стул напротив и пристально заглянула ему в глаза. — Я могу решить твою проблему с деньгами. Но и ты должен пойти мне навстречу.
— Я готов на любые условия.
— Тогда задержись сегодня после работы, и мы поговорим по душам. А пока возвращайся к себе, чтобы сотрудники не заподозрили, будто у меня в отделе появился любимчик.
— Любимчик? — грустно улыбнулся Джон и поднялся с места. — Я просто молюсь на вас, Лиза. Вы — моя единственная надежда.
Он вернулся к своему рабочему столу. Весь день мысли Джона крутились вокруг предстоящего вечернего разговора. Он прекрасно понимал, к чему клонит начальница, но не знал, как именно она преподнесет свои условия.
В обед Кэт, как обычно, обслуживала его, и в ее глазах читался немой, полный тревоги вопрос.
— Милая, я сделаю для тебя всё, что в моих силах, — тихо сказал Джон, оставляя чаевые.
— Спасибо тебе, — едва слышно прошептала она. — Вечером увидимся?
— Сегодня не уверен. Если не приду к закрытию — не жди, я буду занят по работе.
До самого вечера Джон сидел перед монитором, практически ничего не делая. Он раз за разом просчитывал варианты предстоящей беседы. И вот рабочий день подошел к концу. В офисе воцарилась тишина, сотрудники разошлись. Дверь кабинета Лизы приоткрылась, и она легким кивком пригласила его войти.
Они сидели на небольшом, рассчитанном на двоих диванчике. Лиза всем телом прижималась к Джону, собственнически обвив его руку своими пальцами.
— Ты ведь и сам прекрасно обо всем догадываешься, — вкрадчиво начала она. — Я влюблена в тебя без памяти с самого первого дня, как ты пришел в фирму. Всё, чего я хочу — это немного твоего тепла, ласки и внимания. Мы могли бы тайно встречаться в каком-нибудь уютном мотеле за городом, я сама буду возить тебя туда на своей машине. И я предлагаю начать прямо сейчас, зачем терять время? Поверь, нам будет хорошо вдвоем. Главное, сама потом в тебя не влюбись еще сильнее, — она тихо рассмеялась. — Ну так что, едем? Ах да, чуть не забыла о делах. Как только мы договоримся, я официально переведу тебя в свои заместители. У меня как раз пустует эта вакансия. Твоя зарплата вырастет втрое, плюс хорошие премии и надбавки. Ну, так каков твой ответ? Едем?
— Подожди, Лиза, — Джон мягко высвободил руку и сразу перешел на «ты». — Неужели у тебя, такой красивой, ухоженной и сексапильной женщины, до сих пор нет мужчины? Только честно. — Он повернулся и заглянул ей прямо в душу.
— Есть, — Лиза опустила глаза. — Только вот разительная разница между молодым, привлекательным мужчиной и уставшей, загнанной женщиной. Да, я изредка встречаюсь с владельцем ресторанчика неподалеку отсюда. Но ему уже под пятьдесят, и больше десяти минут он просто не выдерживает.
— Это случайно не кафе «Моррис»? — вдруг занервничал Джон, и по его спине пробежал холодок.
— Именно оно. Как ты угадал?
— У меня там работает... лучшая подруга. Ее зовут Кэт, она официантка. И этот старик тоже предлагал ей деньги в обмен на интимные услуги.
— Старая кляча, — зло бросила Лиза, — а все туда же, тянет на молоденьких. И что, она согласилась?
— Ей осталось три дня, чтобы принять решение. Лиза, ты не могла бы помочь мне и в этом? Я не хочу, чтобы Кэт стала его содержанкой.
— Я бы тоже этого не хотела, — прищурилась начальница. — Но об этом мы поговорим позже. Ну так что, едем?
— Лиза, умоляю, дай мне хотя бы один день на размышление, — взмолился Джон. — Завтра я отвечу. А как быть с деньгами?
— Ты получишь их сразу после нашей встречи в мотеле, — холодно отчеканила она и поднялась с дивана. — Никогда бы не подумала, что так трудно уговорить мужчину сделать приятное женщине. Хотя, признаться, это даже заводит. Тогда до завтра.
Лиза взяла сумочку, подождала, пока Джон выйдет, и заперла кабинет на ключ. К лифту они пошли вместе.
— Но на один поцелуй я тебя все-таки уговорила? — неожиданно спросила она.
Не успел Джон опомниться, как Лиза крепко прижала его к себе и властно впилась в его губы. Поцелуй вышел долгим и требовательным. После этого они спустились на парковку, и Лиза подвезла его до дома. Было уже слишком поздно, чтобы бежать к кафе и встречать Кэт после смены.
Оказавшись в своей комнате, Джон шаг за шагом переваривал этот безумный разговор. Да, уступить Лизе — значит предать Кэт. Но это был самый легкий и быстрый способ достать необходимую сумму. Сможет ли он после этого смотреть любимой девушке в глаза? Ведь это не разовое приключение: Джон фактически подписывался на роль постоянного любовника своей начальницы. В таком случае с Кэт пришлось бы расстаться — он не умел жить на два фронта. И хотя между ними еще ничего не было, всё к тому шло, раз они планировали съехаться. А если Кэт уступит своему шефу? Сможет ли она потом жить как ни в чем не бывало? Джону казалось, что нет. Выходило, что их зарождающиеся отношения обречены в любом случае, хотя ни то, ни другое еще не произошло. «Нет, завтра с утра я пойду в банк и попробую оформить кредит, — твердо решил он. — Если одобрят, всё останется по-прежнему. Правда, с каких шишей я буду его отдавать?»
Он просидел на диване до полуночи. Затем, выпив стакан молока, разочарованно лег спать.
Утром Джон отпросился со службы и поехал в банк. Но менеджеры, проверив его скромный оклад, без лишних слов отказали. На работу он вернулся ни с чем. Не в силах сидеть на месте, после обеда он снова отпросился и попытал счастья в другом кредитном агентстве, но там история повторилась. Угрюмый и раздавленный, Джон побоялся возвращаться в офис — ведь нужно было давать окончательный ответ Лизе. Вместо этого он поехал прямиком к кафе «Моррис». Он дождался Кэт у служебного входа. Когда девушка вышла и с робкой надеждой посмотрела на него, Джон лишь обреченно покачал головой.
— Кэт, завтра я всё решу, — пообещал он, виновато опустив голову.
— Завтра — последний день перед отчислением. Я не могу так рисковать. Сегодня мы пойдем ко мне, и ты останешься на ночь, — неожиданно твердо произнесла она.
— Почему именно сегодня? — растерялся Джон.
— Я хочу запомнить тот момент, когда была только твоей. А что случится завтра, одному Богу известно.
— Не говори так. Я точно достану деньги, — тихо сказал Джон, шагая следом за ней.
Всё случилось так, как и должно было случиться. В ее крошечной комнатке они молча пили кофе с ватрушками. Потом долго, исступленно целовались, пока не опустились на узкую кровать. В этот миг Кэт стала для него самой желанной женщиной на свете. Погасив свет, Джон нежно привлек её к себе. Каково же было его удивление, когда он понял, что у Кэт он первый. Столько трепета и ласки он не дарил еще ни одной девушке. Они растворялись друг в друге до самой полуночи, пока разом не уснули от усталости и нахлынувших чувств.
Назавтра Джон поднялся ни свет ни заря и поехал к себе, чтобы переодеться. Кэт осталась досыпать. Приведя себя в порядок, он явился в офис. Сегодня он был готов согласиться на любые условия Лизы, лишь бы получить заветную сумму. Весь день парень подчеркнуто галантно ухаживал за начальницей, и та просто светилась от счастья, предвкушая особенный вечер.
За обедом в кафе Кэт лишь мимоходом взглянула на него с немым вопросом. Достал ли? Джон едва заметно качнул;головой.
— Вечером, — одними губами заверил он.
Когда рабочий день подошел к концу, Джон остался в пустеющем здании. Дождавшись на парковке Лизу, он решительно сел в ее автомобиль.
— Сегодня я полностью в твоем распоряжении, — твердо сказал он. — Вези меня, куда хочешь.
Они отправились за город, в респектабельный мотель. Всё, что происходило дальше, Джон вспоминал впоследствии с тайным удовольствием, но с глубокой раной в душе. Они с Лизой испили друг друга до дна несколько раз. Начальница не стеснялась в своих желаниях, и Джон на какое-то время действительно улетел под облака. Но в то же время его сердце обливалось кровью. Он заранее с содроганием думал, что скажет Кэт. Грудь сжималась от боли: Джон понимал, что любимая всё равно обо всем догадается, и эта ночь станет концом их едва начавшейся сказки.
Когда всё закончилось, оба лежали на постели, тяжело дыша и не пытаясь пошевелиться.
— Ну как тебе? — наконец повернулась к нему Лиза.
— Фантастика... — выдохнул Джон. — Лиза, а ты привезла деньги?
— Ах, ты опять о своем, — недовольно надула губы она. — Привезла, конечно. Вот, держи чек на полную сумму.
— Как чек?! — у Джона внутри всё заледенело от ужаса. — Мне нужны наличные завтра утром! Это самый крайний срок!
— Вот и обменяешь чек на наличные в своем банке, как раз к открытию успеешь. Что я, по-твоему, должна таскать с собой толстые пачки купюр? Делаешь человеку добро, а в ответ одни упреки...
— Нет-нет, прости, дорогая. Ты меня невероятно выручила. Спасибо. До обеда я всё улажу.
Они немного передохнули, оделись и покинули номер. По просьбе Джона Лиза подбросила его прямо к дому Кэт. Парень попросил подождать его буквально пять минут, выскочил из машины и взлетел по лестнице. Он ворвался в её комнату, но Кэт там не было.
— Поехали в кафе, — приказным тоном бросил Джон. — Мое сердце чует недоброе.
Лиза без лишних слов развернула машину, и уже через десять минут они входили в двери «Морриса». Свернув к лестнице, ведущей наверх, они поднялись на второй этаж и по длинному коридору дошли до кабинета управляющего. Джон резко дернул за ручку — дверь оказалась незапертой. Ворвавшись внутрь, он застал однозначную и неприглядную картину: на широком диване под тушей хозяина заведения угадывались знакомые очертания Кэт. Бросившись вперед, Джон мертвой хваткой вцепился в мужчину, с силой стянул его на пол и наотмашь съездил кулаком по физиономии. Пока хозяин приходил в себя, к нему подскочила разъяренная Лиза и со всего маху влепила оглушительную пощечину.
— Кобель несчастный! — прошипела она. — Значит, развлекаешься тут с молоденькими официантками?
Кэт, лихорадочно натягивая одежду, тоже ввязалась в эту потасовку.
— Где мои деньги?! — отчаянно закричала она, обращаясь к шефу.
— Там... в ящике стола, забери, — промычал перепуганный и побитый хозяин.
Девушка метнулась к столу. Насколько понял Джон, наличные она нашла и тут же спрятала в сумочку.
— Пошли отсюда, — Джон крепко взял Кэт за руку. — Они старые знакомые, сами разберутся. А нам нужно серьезно поговорить.
— Нам не о чем разговаривать, — губы Кэт крупно дрожали, а в глазах стояли слезы. — После того, что ты сейчас увидел, между нами больше ничего быть не может.
— Но я ведь достал нужную сумму! Просто мне дали чек, понимаешь? Завтра утром я бы его обналичил!
— Честно говоря, Джон... я уже не рассчитывала на тебя.
Они вышли на ночную улицу. Видимо, силы окончательно покинули Кэт, и она горько разрыдалась. Зайдя в глухой, безлюдный дворик, Джон как мог успокаивал её. А затем опустошенным, совершенно равнодушным голосом рассказал, откуда у него этот чек и чем именно ему пришлось за него заплатить. Кэт мгновенно затихла и внимательно, ловя каждое слово, выслушала его исповедь.
— Значит... мы изменили друг другу одновременно? — наконец тихим, словно ожившим голосом спросила она. — А я-то считала себя последней сволочью на этой земле.
— Спасибо и на этом, — горько усмехнулся Джон. — Всё, что я делал, было только ради тебя. Кто-то из нас должен был пойти на этот шаг. Я думал, что успею первым, но просто не расслышал время. Короче говоря, наличные на учебу у тебя есть. А завтра я привезу тебе деньги с этого чека. Забирай, мне они больше не понадобятся. Я изначально соглашался на этот позор только ради твоего спасения.
— Можешь оставить свой чек себе, — резко отрезала Кэт. — И вообще, не провожай меня. Сейчас мне больше всего на свете нужен горячий душ, чтобы просто смыть с себя всю эту грязь.
Она поднялась со скамейки и быстрым шагом, почти срываясь на бег, скрылась в темноте.
— Ну, вот и всё, — тихо произнес Джон в пустоту. Он поднялся и медленно побрел к своему дому.
По дороге на последние гроши он накупил продуктов в круглосуточном магазинчике. Дома на скорую руку приготовил ужин, плотно наелся и, ни о чем не думая, лег спать.
На следующий день он обналичил чек в банке и явился в офис. Первым делом Джон зашел в кабинет к Лизе и молча положил на ее стол всю сумму. Но начальница успела перехватить его руку прежде, чем он повернулся к двери.
— Договор есть договор, дорогой, — ласково и собственнически произнесла она. Лиза сгребла купюры со стола и уверенным жестом засунула их обратно в карман его пиджака. — Впереди выходные, отдыхай. А в понедельник, я надеюсь, мы снова посетим тот уютный мотель.
Прошло пять лет.
В один из дней, проезжая в обеденный перерыв мимо давно забытого кафе, Джон почувствовал, будто черт кольнул его под ребро, и резко ударил по тормозам. Поднимаясь по знакомым ступенькам, он волновался так сильно, что у него подрагивали пальцы. Зайдя внутрь, он занял свой прежний столик. Вскоре к нему подошла молоденькая официантка. Джон сделал заказ и как бы невзначай спросил:
— У вас тут когда-то работала официанткой девушка по имени Кэт. Может, знаете, что с ней стало? Я не видел ее лет пять.
— Кэт? — задумалась девушка. — Нет, при мне такой не было. У нас только хозяйку зовут Катерина, близкие зовут ее Кэт. А вот, кстати, и она, спускается по лестнице.
Джон повернулся и замер. Ошибки быть не могло: это была Кэт. Но перед ним стояла уже не та юная испуганная девчонка, а роскошная, взрослая и уверенная в себе дама. В этот момент их взгляды встретились, и Кэт от неожиданности выронила из рук сумочку. Наклонившись и подняв ее, она медленным, грациозным шагом направилась к его столику.
— Так что, заказывать что-нибудь еще будете? — прервала тишину официантка.
— Два кофе, — машинально произнес Джон, не сводя глаз с Кэт.
— Привет, — она уже подошла и остановилась рядом.
— Привет. Садись, если есть минутка. Ты потрясающе выглядишь, так похорошела!
— А ты возмужал. Да и костюмчик на тебе, смотрю, высшего пошива, — она присела напротив. В этот момент им подали кофе.
— Неужели ты теперь хозяйка этого заведения? Как тебе это удалось? — Джон смотрел на нее с искренним восхищением и удивлением.
— Уже три года, — Кэт на секунду опустила глаза. — Бывший владелец был ко мне милостив. На людях даже называл дочерью, что, впрочем, не мешало ему раз в неделю оставлять меня в кабинете после смены. Зато он полностью оплатил мою учебу в университете, назначил старшим администратором и прилично поднял оклад. А три года назад его не стало. И представь себе, наследницами кафе он указал меня и свою вдову — пятьдесят на пятьдесят. Но его жена далека от бизнеса, поэтому всеми делами заправляю я, а ей просто выплачиваю причитающуюся долю. — Она тихо вздохнула.
— То есть... ты продолжала жить с ним? — сорвалось с губ Джона.
— Самый худший и грязный — это первый раз, Джон. Потом привыкаешь. Сама бы я тогда не выкарабкалась, поэтому в чем-то я ему даже благодарна. Наверное, он меня по-своему действительно любил, иначе не отписал бы половину дела. Да, Джон, я заработала это кафе именно тем способом, о котором ты думаешь. Но это моя жизнь, и я сама согласилась на эти правила.
— Но скажи честно... ты хоть иногда вспоминала меня?
— Кто же забывает своего первого мужчину? — Кэт тепло и грустно улыбнулась. — Я до сих пор помню ту нашу ночь.
— А я тебя, — тихо вымолвил Джон. — В той ситуации мы просто не могли двигаться дальше вместе. Ранам нужно было затянуться. Нет, — он откинулся на спинку стула, — я ни в коем случае не виню тебя за всё, что тебе пришлось пережить. В какой-то степени я смотрю на тебя и восхищаюсь. Да, тогда нам обоим было невыносимо трудно. Ты пошла на огромный риск, опустилась на самое дно, но выжила. И теперь я не могу не восхищаться твоей силой. Знаешь... я ведь упал не меньше твоего. И тоже ради тебя. Хотя в итоге... я ведь тоже поднялся. И точно таким же способом.
— Я это вижу, — на глазах Кэт снова блеснули две чистые слезинки. — Расскажи о себе. Только честно.
— Моя связь с начальницей продолжилась. Как и обещала, она сделала меня своим заместителем, утроила зарплату, я начал получать хорошие премии. Года три назад её перевели с повышением в другой филиал, и она уехала далеко, в другой город. Наши пути разошлись, но Лиза мне очень помогла. Да, она по-своему тоже любила меня, а я платил ей за это теплом раз или два в неделю. После её отъезда меня назначили начальником отдела. Карьера пошла в гору. Я взял кредит, купил машину, квартиру... Но никто, Кэт, никто так и не смог заменить тебя в моей душе. Может, это звучит излишне вычурно, но ты до сих пор живешь в моем сердце. — Он тяжело вздохнул. — И вообще, давай забудем этот разговор. Забудем обо всем, что тогда случилось и как продолжилось у каждого из нас. Я просто несказанно рад снова видеть тебя. А ты? У тебя осталось хоть что-то ко мне? — Джон пристально посмотрел ей в глаза.
— Джон, наверное, я однолюбка, — Кэт грустно улыбнулась, и слезы вовсю покатились по ее щекам. — Я полюбила тебя тогда и так и не смогла изменить своим чувствам. Я до сих пор не замужем, и на примете у меня никого нет. И я тоже сейчас сижу здесь и просто любуюсь тобой.
Джон достал из кармана чистый носовой платок, поднялся и аккуратно вытер ей слезы. Знакомый, родной аромат её духов мгновенно ударил ему в голову. Сам не понимая, что делает, Джон наклонился и нежно поцеловал Кэт в губы. Это длилось всего мгновение, но, отпрянув, он едва не потерял равновесие от нахлынувшего головокружения.
— Где ты сейчас живешь? — спросил он, снова опускаясь на стул.
— Снимаю хорошую квартиру, — Кэт словно очнулась от гипноза. — Что это было, Джон?
— А ты помнишь, как мы когда-то хотели жить вместе в одной крошечной комнатке, чтобы экономить на аренде?
— Я всё помню, — она вытерла глаза и вернула ему платок.
— Вот моя визитка, — Джон достал карточку и положил её на стол. — Здесь адрес и личный телефон. Извини, мне пора бежать на совещание, да и ты, наверное, куда-то спешила. Если вдруг решишь воплотить наши давние планы в жизнь — переезжай ко мне. Мы нужны друг другу. И... прости меня за всё.
Джон поднялся, оставил на столе крупную купюру и быстрым шагом направился к выходу.
Ровно через месяц, в один из субботних вечеров, в его квартире раздался звонок. На пороге со множеством сумок стояла смущенная Кэт и робко смотрела на Джона.
— Пустишь? — дрожащим от волнения голосом спросила она.
Вместо ответа Джон подхватил её на руки и занес в прихожую. Затем быстро перетащил в дом её вещи. Кэт успела лишь скинуть плащ и туфли, как он снова бережно взял её на руки и прямиком направился в спальню.