Перевал Дятлова о книге Точинова и о часах

Интересный момент в отношении часов.

Принято считать, что часы остановились в момент преступления. А почему, собственно?

ЦИТАТА

«Вот что написано о часах и их показаниях в актах судебно-медицинского исследования.
Рустем Слободин:
«На руке часы "Звезда", которые показывают 8 часов 45 минут».
Игорь Дятлов:
«На левом предплечье в нижней трети одеты часы марки "Звезда", стрелки часов показывают 5 часов 31 минута».
Николай Тибо-Бриньоль:
«На левом предплечье двое часов: спортивные часы, которые показывают 8 часов 14 минут 24 секунды. Часы «Победа» показывают время 8 час.39 минут»».

КОНЕЦ ЦИТАТЫ

Это нас детективы научили по времени остановки делать выводы о времени преступления? А почему, собственно?

Остановка часов указывает на преступления лишь в том случае, если установлено, что они остановились одновременно вследствие той же причины или связанных причин. Например, удар и падение, или падение в воду. А так – человек замёрз. Ещё вопрос, могли ли часы идти на холоде, или нет? При какой-то температуре, наверное, не могли, а в каком-то другом диапазоне вполне могли. Поэтому большой вопрос в том, от чего именно остановились часы? От удара? От холода? Или от того, что завод кончился?

Если кончился завод, то либо два туриста забыли завести часы сутки назад по какой-то общей причине, что маловероятно, либо они выработали свой ресурс завода и остановились после этого. Например, если часы показывают 8 часов, они могли остановиться и после гибели туриста в 8 часов утра, например, а могли в 20 часов в тот же день, то есть в восемь часов вечера, а могли остановиться в 8 часов утра следующего дня и, наконец, в 20 часов вечера следующего дня. Чтобы часы прошли более суток – маловероятно, но не исключено. Если же часы остановились от удара, тогда пружина оставалась на взводе. Эксперт-часовщик мог бы и должен был бы указать причину остановки часов – удар или завод кончился?

Виктор Точинов говорит о часах с подзаводом. Ну сомнительно, что у студентов были такие в 1959 году. Помню, отец купил такие, когда мне было уже не менее десяти лет, а то и позже, и очень радовался, что они такие продвинутые! Заводить не надо, они заводятся от того, что машешь руками, двигаешься. То есть это уже 1969-й год, ка не 1959-й. Но если такие часы лежат на тумбочке или на столе, то всё-таки заводить надо. Итак, время остановки часов документами экспертизы не установлено – в какое именно время, соответствующее 8-45 для одних часов, 8-39 для других и 5-31 для третьих остановились каждые из этих часов? Если бы было показание часовщика, что они остановились вследствие удара или замерзания, это одна ситуация, если вследствие окончания действия завода (пружина раскручена полностью), это другая ситуация, может быть они прокрутились 12 часов, и время остановки не утреннее, а вечернее. Странно, что экспертизу не сделали. Если не сделали экспертизу, зачем тогда показания часов вносить в протокол, ведь не установлена причина остановки, и, следовательно, эти показания ни о чём не говорят, а могли бы! И ни одного разбитого стекла на часах говорит о том, что версия об остановке вследствие удара недостаточно убедительна.

Виктор ссылается на ГОСТ на часы от 1979 года и утверждает, что поздние ГОСТ писались на основе ТУ, так что указанный ГОСТ может иметь информационную ценность.

Не согласен. ГОСТ на техническое устройство, написанный через 20 лет после использования такого устройства, а куплено оно было ещё раньше, никакой информации к делу не добавляет.

ГОСТ 1979 года явно не составлялся на основе ТУ 1959 года. В те времена ошибка часов на 5 минут допускалась. Это даже нашло отражение в законе – опоздание на 5 минут не считалось провинностью даже в жестокие сталинские времена именно по той причине, что массово производимые часы не обеспечивали требуемую точность. А в 1979 году часов с погрешностью хода 5 минут уже не было, самые плохие часы не врали больше чем на полминуты. Так как же можно ГОСТ 1979 года рассматривать при обсуждении часов, произведённых ранее 1959 года? Вообще ТУ – технический условия – составляет производитель. Только на собственные изделия. Или исполнитель ОКР, то есть разработчик изделия. А ГОСТ составляют для всей страны государственные структуры. Технических условий может быть много. По количеству видов изделия. На каждые часы свой ТУ. А вот ГОСТ – один на все изделия этого типа в стране. Нарушение ТУ – служебная нерадивость. Наказывается выговором или штрафом. Нарушение ГОСТ преследовалось по закону во времена СССР. Наказывались виновные, включая руководителей государства. И не только штрафом. В зависимости от тяжести последствий. Во время Великой Отечественной войны существовали командирские часы. Понятно, что и ранее существовали. Они явно должны были быть рассчитаны и на отрицательную температуру. И точность выше, и концы стрелок а также и цифры светящиеся в темноте, или хотя бы точки рядом с цифрами. Но у дятловцев были простые часы. Кстати, даже если позолоченный корпус – по тем временам это не делало часы особо дорогими. Точность важнее была, герметичность, светящаяся шкала, подзавод и прочее. Даже были с будильником – тихое жужжание, но достаточное. И отельная стрелка для будильника и отдельная пипочка для завода пружины будильника. Хотя какая-то корреляция между покрытием корпуса и ценой, конечно, имела место. Тема сложная, я не могу быть компетентным в ней, но по ГОСТ и по ТУ эту тему не решить, необходима была экспертиза причин остановки часов по каждому изделию.

Какие-то часы на холоде могли остановиться и раньше. Наличие двух часов у Тибо может говорить о том, что они чего часы остановились по иным причинам ещё при жизни, ему было дано поручение, которое потребовало точного знания времени, так что ему дали вторые часы. Собственные часы он не снял с руки. Чтобы не потерять. Утверждение, что с момента гибели каждого до момента остановки их часов прошло не более часа видится произвольным утверждением, не обоснованным. А вот предположение, что Тибо мог выиграть у товарища часы в какую-то азартную игру, например, «камень-ножницы-бумага», Виктор Точинов делает напрасно. Такого Дятлов бы не позволил.

Чьи-то конкретные часы могли остановиться раньше (если забыли завести, категорически исключать такое нельзя), и позже. Экспертиза должна была показать причину остановки. Ведь это относительно просто. Без знания причины всё это «гадание на кофейной гуще».

Очень интересен тот факт, что Точинов, разбирая сведения о часах, открыто ставит цель: «состыковать с моей версией».

У него   есть версия, появляются новые факты или сведения. Какие задачи ставит данный «исследователь»? Состыковать эти новые сведения с уже сделанными предположениями, вылившимися в законченную версию. То есть внести уточнения в детали версии, если это потребуется, такое допускается, а отказаться от версии, если она не стыкуется с фактами – такое даже не обсуждается. Тело должно быть втиснуто в прокрустово ложе, и никак иначе.

Это – характерное поведение любого так называемого «дятловеда», то есть человека, пытающегося разгадать все загадки трагедии.

Ради стыковки с версией Точинов делает немало. Он ввёл хождение Тибо к лабазу – совершенно невероятное допущение! Как может быть, что восемь человек не смогли, спустившись к кедру, вернуться обратно к палатке, им помешала стихия, во всяком случае, пятерым – точно, а другой студент, не отличающийся богатырским сложением, в то самое время успел сходить к лабазу, не взял оттуда ничего нужного для спасения себя и товарищей, кроме пресловутого «золота», три килограмма, как мы установили, и с ним в руках вернулся к палатке, а затем спустился к тому самому кедру, где и окончил свой путь? А я напомню, что от палатки до кедра пол километра, а от палатки до лабаза полтора километра. То есть Тибо осилил три километра с половиной, из них полтора – обратный подъём, а остальные не смогли осилить один километр, и даже меньше, половину километра вниз прошли, а обратно вверх только трое на уровне сто пятьдесят - триста метров. Похоже, этот Тибо просто «жидкий терминатор» какой-то! Без лыж такие подвиги! Один только подъём в 1,5 километра вся группа (правда с вещами) ранее днём прошла за три часа! А Тибо туда-сюда мигом сбегал, в ночь, в метель, в ураган. Чудеса, да и только!

В этой версии Точинова все участники послушно действуют так, чтобы в итоге оказаться там, где их нашли. Роботы какие-то, выполняющие заданную Точиновым програму. Но обоснованности их действий кроме какого-то предопределения, нет, не видно. Неубедительно всё. Фатализм торчит из каждого действия каждого действующего лица. Золотодобытчики с двумя ружьями и пистолетом идут по следу туристов, чтобы вернуть себе золото, но стреляют исключительно так, чтобы не оставить никаких следов выстрелов – ни гильз, ни пуль, ни дроби. И не по целям, а в воздух. Гуманисты. И после того, как перетряхнули все вещи в палатке, перерыли, перешерстили, они наводят идеальный порядок с вещами, чтобы никто не заподозрил криминальной версии. Серьёзно?! Для чего это им, если они не собирались возвращаться назад, собирались скрыться, и понимали, что поиски начнутся не ранее чем через три недели? И при этом оставили у жертв довольно приличные суммы денег – более двух тысяч рублей – тоже для того, чтобы никто не заподозрил криминала? При том, что им для того, чтобы скрыться, нужны были именно деньги, а не золото. На золото билеты на поезд не купишь. На самолёт – тем более. В те времена билеты на самолёт можно было купить без паспорта. А им желательно было бы скрыться подальше, пока их не начали разыскивать. И при этом они так всё оставили, что, с одной стороны, криминальная версия не рассматривалась, но лишь до времени, пока нашли последних четверых, с другой стороны – осталось множество загадок, с третьей стороны именно исчезновение человека по имени Борода явилось одной из загадок для следствия? Разве не проще было бы имитировать несчастный случай? Поскользнулись на камнях, упали, ушиблись, замёрзли, засыпаны снегом. Камни соответствующие рядом положить, чтобы следователю была понятна причина травм. Всё можно было бы оставить в состоянии, по которому следствие сделало бы соответствующие выводы.

Нет, Виктор Точинов является послушным рабом своей версии. Прибыв на место действия осенью он всё, что нашёл и всё, что узнал от других людей и из сообщений всяческих корреспондентов, использовал только для подгонки своей версии в то, с чем он согласился, и для опровержения всего, что в его версию не укладывается. А версия у него очень корявая, кривая, не правдоподобная.

При этом, повторю: критическая часть у Виктора Точинова очень интересная и сильная. То, как он положил на обе лопатки версию Ракитина, просто превосходно. А затем он стал сам новым «Ракитиным».

Невольно вспоминается китайская сказка «Дракон». Витязь побеждает дракона, а затем сам превращается в нового Дракона. Точинов победил фантастическую версию Ракитина чтобы выдвинуть собственную не менее (если не более) фантастическую версию. У Ракитина было неудачная операция КГБ, у Точинова – тайная добыча золота, воровство одним из туристов этого золота, разборки и трагический финал.

Почти все аргументы, которыми Точинов высмеивает Ракитина, применимы к его книге с таким же точно успехом.