Чёрная-белая дыра. Часть 1. Глава 13

Глава 13
Чтиво

«Навыдумывают же», - пробубнил себе под нос Лео. Книга повествовала о предполагаемой эпохе, даже более ранней, чем время, в котором жил он. И сейчас ни о каких полётах зондов к центру галактики не шло и речи. Миссия на Марс, которую осуществили по официальным данным в конце 21-го века, была прекращена за отсутствием практической выгоды в ней. Даже простые зонды, доставлявшие снимки и разные данные с ближайшего соседа перестали функционировать, потому что вся информация, интересовавшая учёных, была собрана, и дальнейшие затраты на освоение «Красной Планеты» считались нерентабельными. Да и далеко не все вообще верили в то, что миссия «21» была реальной; многие изобличали официальную информацию во лжи и убеждали других, что это предприятие было фейком, устроенном для отвлечения внимания населения от гораздо более важных и насущных свершений теневого мирового правительства. «Научные» представления о космологии, изложенные в этой книге, были наивными, неграмотными и уже давно не соответствовали всем последним открытиям, сделанным в этой области за последние века. Всё это несколько разочаровывало Лео; он подумывал о том, чтобы вообще прекратить чтение этого романа, но, может быть, в силу привычки, или повинуясь внутреннему принципу доводить всё до конца, или из-за любопытства, он всё же продолжал его читать, правда, уже не так внимательно. Большие фрагменты как бы ускользали от его взора и не застревали в его памяти. Периодически он обнаруживал, что читает книгу автоматически, думая в то же самое время совершенно о чём-то другом. И не было ясности в том, о чём он сам собственно и думал?
Единственное, что чётко высветилось в его голове, было упоминание в романе о Книге Еноха. «Нужно бы её найти и почитать», - дал он себе такую установку, но в настоящий момент он не слишком спешил её выполнять. Лео ещё далее развил эту мысль и сказал сам в себе, подразумевая героев романа: «они говорили о Библии, наверно мне следует прочитать и Библию также».
Лео установил «Библию» у себя на планшете и запустил чтение. Вступление было посвящено истории написания, различным последним открытиям текстологии и описаниям переводов. Оказалось, что старые версии Библии были совершенно не верны. Современные данные истории и текстологии демонстрировали, что изначальный текст Библии подвергался многочисленным исправлениям. Как оказалось, оригинальный текст был вдвое короче позднейших его копий, которые своими привнесениями полностью изменили первоначальный смысл этих книг. Во вступлении к каждой книге приводились массивные исследования, подвергавшие критике авторство той или иной части Библии. Делались выводы, что таких пророков, как Исаия, Иеремия, Даниил вовсе не существовало в истории, что они были вымышленными персонажами. В подтверждение тому приводились многочисленные факты археологии и истории, заключения ведущих текстологов и теологов, отмечавших множественные противоречия. При этом маргиналами и невеждами выставлялись все, кто осмеливался как-то сопротивляться официальной науке. Далее следовал библейский текст, который был составлен на основании всех этих данных в качестве наилучшего и наиболее приближенного к изначальному. Для того, чтобы прочитать все «позднейшие вставки в текст» нужно было искать специальную, сравнительную версию Библии, которая не содержалась в данном контенте. В 1-й книге отсутствовал рассказ о грехопадении и о всемирном потопе, а также родословные до Авраама; они были выведены из текста как «позднейшие вставки». Особого отклика в сердце Лео не нашло это чтение, и всё это несколько охладило его пыл, поэтому он отложил на будущее и изучение Библии, и снова вернулся к своей фантастике.
В его памяти отложились лишь незначительные фрагменты последующих глав, в которых описывалась частная жизнь героев, некоторые истории их взаимоотношений, политические интриги, то, как Соломон всё же присоединился к проекту, предложенному ему Грегом, как велась разработка зондов и андроидов. Внимание читателя сосредоточилось на том, как герои начали осуществлять попытки поиска зондов в запланированных местах их нахождения:

«…Этот важнейший вопрос, которой вызывал сердечный трепет всех посвящённых в дело участников проекта, которому в гораздо большей степени можно было приписать легендарное высказывание: «это лишь небольшой шаг для человека, но гигантский скачок для человечества», обсуждался на небольшом закрытом совещании, проводившимся на частной загородной вилле. На встрече присутствовали представители меценатов, Ротшильда, спецслужбисты, директор проекта Барух Лейб, Грегори Фишер, как один из ведущих его идеологов, два, входящих в группу историка, геолог, географ, два биолога, антрополог, биохимик и генетик в одном лице, археолог, два астронома, инженеры-конструкторы роботизированной и космической техники, химик, палеонтологи - все ведущие представители в своих областях, но тем не менее, всесторонне образованные, избранные и всецело преданные проекту люди. Соломон Вольский также присутствовал в качестве консультанта по идеологии и социологии. Всего на этом совещании собралось 33 человека.
Вступительное слово было предоставлено Грегу Фишеру. Он не стал распираться, воспевая дифирамбы этому дню, и, отбросив всякую сентиментальность, лаконично, по-деловому объявил повестку дня, не потому, чтобы его красноречие вдруг лишилось силы, а потому, что все присутствующие вполне отдавали себе отчёт в том, что здесь происходит. Всё и без того были сильно взволнованы, и даже те, которым это совсем не подобало ни по их положению, ни в силу их характера.
Совещание требовалось для окончательного согласования и утверждения плана действий, который был уже давно разработан. Всё присутствующие должны были ратифицировать предварительные договорённости и дать свои одобрения или высказать замечания по поводу предложенной стратегии. Также требовалось оповестить о следующих шагах группы всех важных лиц, бывших, по-сути хозяевами этого проекта.
Вся эта программа проводилась в полной секретности, но руководства ведущих государств были оповещены о данной стратегии и, выделенные от этих стран специалисты также принимали участие в ней. Таким образом проект имел характер международного предприятия, без огласки его целей и методов работы. Ореол секретности сохранялся благодаря прикрытиям различных параллельных проектов. При этом для привлечения меценатов и сотрудников требовалось и обнародовать в ограниченном масштабе данное начинание, которое при огласке преподносилось в качестве различного свойства гуманитарных, научных и исследовательских миссий. Суть же этого проекта разъяснялись нужным и проверенным людям в приватных беседах и в закрытых сообществах.
И вот, вся эта колоссальная работа приблизилась к своей кульминации.
«Мы пришли к решению, что прятать зонды на морском дне нерентабельно», - продолжал свою речь Грегори, - «к тому же это создаёт дополнительные риски. Самым рациональным является размещение их в сухих, пустынных местностях с малой сейсмоактивностью, с труднодоступностью для людей, в пустынных областях юго-запада США, в Австралии, в Аравийской пустыне, в Египте и в Иордании. Часть зондов было решено скрыть в материковых породах Антарктиды.
Маячки в модулях будут реагировать только на наш специальный сигнал. Также на каждом из них устанавливается система погашения любого электромагнитного и радиационного излучения. Мы задали координаты для каждого из 23-х зондов, которые мы планируем скрыть на земле, а также для 12-ти космических зондов, для перехвата которых мы ведём разработку космической программы, которая должна завершиться в течение полутора лет. Мы запрограммировали их так, чтобы они выходили на дальнюю орбиту Солнца. Во избежание дополнительных рисков их разрушения или обнаружения, мы решили перехватывать их в космосе. Это более затратно, но это более надёжный путь.
Некоторые наши руководители, благодетели и представители госструктур предъявляли нам требования проверки официальной версии естественной истории, которую лично мы считаем неверной, поэтому мы обязались отправить несколько зондов в ранние эпохи от, т.н. Архея, до Кайнозоя. Эти ранние зонды мы посчитали нерентабельным оставлять на земле, предпочитая их отправку к внешней границе Солнечной системы, так, чтобы солнечное излучение могло бы им нанести минимальный ущерб.
На земле будут оставлены только зонды, миссия которых будет относиться к периоду не ранее 15-го тысячелетия до н.э.. 1-й такой зонд, который мы собираемся запустить через 5 лет, мы готовы уже сейчас извлечь. Он должен находиться по имеющимся в ваших пособиях координатам в горном хребте Невады. Мы готовы приступить к его поиску и ожидаем вашего на то согласия».
Многие из присутствующих сомневались в необходимости так форсировать события. Если первый зонд не будет обнаружен в силу любой неудачи, то это может привести к разочарованию и резко ослабить позиции проекта, который может лишиться финансирования и поддержки. Вся работа рискует таким образом быть остановленной. Часть членов совета настаивала на необходимости извлечения зондов только после их отправки. Грегори готов был рискнуть; его эмоции зашкаливали от близости часа «Х».
После продолжительных дискуссий и после получения заручения в том, что неудача ни в коем случае не скажется на продолжении работы над проектом, было принять решение начать поиски 1-го зонда…
…Час «Х» настал. В Неваду была отправлена экспедиция геологов-разведчиков, под прикрытием военных. Сначала был запущен сигнал, долженствовавший запустить маячок искомого зонда. Ответного сигнала не последовало. После этого в дело вступили специалисты, которые при помощи радиочастотных и акустических локаторов метр за метром просканировали весь участок предполагаемого места захоронения зонда. Никаких инородных предметов в породе обнаружено не было, кроме нескольких окаменелостей динозавров.
Грегори «сидел на ножах» у себя дома, впрочем, как и другие, ожидая сообщений от экспедиции, готовый в любую секунду самолично вылететь к месту раскопок, но пока - ничего обнадёживающего. Его нетерпение сменялось нервозностью с каждым новым часом.
Геологи тщательно исследовали местность и пришли к выводу, что в природных слоях не обнаружено никаких проходов или их нарушений, через которые зонд мог бы проникнуть под землю в место своего предполагаемого захоронения. Были проведены химические анализы почвы, использован радиоизотопный метод датирования геологических слоёв. Никаких следов инородного вмешательства обнаружено не было. Всеобщее возбуждение начало постепенно сменяться пессимистическим настроем.
Было решено провести полноценные раскопки во всей зоне предполагаемого размещения зонда. Раскопки продолжались более 3-х месяцев, и они также не привели ни к каким результатам.
Стали прорабатываться версии о возможных ошибках в привязке координат зонда. Был расширен круг поиска, тянувшегося в итоге более года. Все эти старания также ни к чему не привели.
После этого провала Грега вызвали «на ковёр». Для анализа сложившейся ситуации была образована специальная комиссия, которая должна была попытаться выяснить причины этой неудачи. Была тщательным образом проверена программа для модуля «Генезис-1». Предсказание и определение причины провала оказалось делом практически невозможным; оно было похоже на поиск «чёрной кошки в тёмной комнате». Нужно было «пойти туда – не знаю куда, и принести то – не знаю, что». Однако эта проверка пошла на пользу, потому что в гораздо высшей степени мобилизовала команду и выявила множественные недостатки разработанного проекта.
Грегори прибыл на назначенную встречу. Совещание носило конструктивный характер и было посвящено рассмотрению выявленных недостатков. Однако главный вопрос был связан с философским и теоретическим осмыслением ситуации.
- Мы пришли к решению, что отправка данного модуля с этой конкретной программой его миссии лишена смысла, раз мы имеем нулевой результат, - начал дискуссию по этому вопросу руководитель комиссии Краусс.
- Вы должны понимать, что именно это наше решение может оказаться той самой причиной, по которой нами не был обнаружен «Генезис-1» в условленном месте, - отвечал Грегори, - но мы считаем, что данная ситуация пошла только на пользу проекту, потому что она подтолкнула нас к более тщательной проверке нашей программы.
- Но, вы согласны с тем, что старая программа для «Генезис-1» не будет успешна в любом случае; по крайней мере в назначенном в ней для модуля месте схрона мы его точно не обнаружим, просто потому, что его там нет. Даже, если предположить, что единственная причина его отсутствия в условленном месте заключена в том, что мы сами отказались его направлять именно в это место, то если мы его всё равно направим в эту точку, то в ней мы его всё равно не найдём, опять же, просто потому, что его там по факту нет, - вмешался в разговор один из ведущих физиков современности, также участвовавший в проекте, Айзек Айк.
- Я понимаю это, профессор, - продолжил Грег, - я полностью согласен с этим, и, более того, осознание этого явления или феномена, возникающего при открытии возможности перемещения в прошлое, приводит нас к переосмыслению нашей концепции. Ранее мы склонялись к мысли о том, что поиск зондов следует начитать только после их отправки, но теперь складывается совершенно противоположное понимание, что их не нужно отправлять до того момента, как мы сможем обнаружить их. Это парадоксально, впрочем, точно также как парадоксальна сама идея возможности перемещения в прошлое. Если мы такую возможность признаём, то мы должны изменить наше мышление в новую парадигму.
Однако, верный путь мы видим в балансе. И потому, как мы приближаемся к моменту нашей готовности к отправке зондов в их миссии, мы считаем, что некоторые из них мы должны будем запустить до момента начала их поиска.
Что же касается зондов, которые мы планируем захватывать в космосе, то в этих случаях мы лишены гибкости, которую мы имеем в отношении схороненных на земле зондов, потому что их мы можем извлечь в любой удобный нам момент, в то время как космические модули должны будут нами захватываться только в конкретное время и в конкретных пространственных координатах. Мы не упоминаем здесь и о том, что перехват модулей в космосе – это дело куда более затратное и сложное, нежели поиск их на земле. Однако мы можем корректировать и это время и эти координаты, внося изменения в нашу программу. Если космический зонд мы не обнаружим в условленное время и в условленном месте, то мы должны будем точно также изменить программу и его миссии.
Баланс требуется для чистоты эксперимента, хотя и несёт в себе риски и колоссальные расходы. Однако, мы считаем нужным совершить отправку некоторых зондов до начала их поиска.
Комиссия согласилась с этими доводами Фишера.
Провал намеченной ранее миссии «Генезис-1», несмотря на все заверения, повлёк за собой крупные убытки всего предприятия и сократил его финансирование более чем на 30 процентов. Некоторые из сторонников его отпали от дела. В итоге пришлось отказаться от запуска 10-ти других зондов, сократив их общее число до 25-ти, но, тем не менее, инициативная группа решила твёрдо продолжать следовать до конца намеченному курсу. Поиски следующего модуля планировалось начать через несколько месяцев…»