Гралия Часть 7 Глава 13

Глава 13. В поисках смыслов

Разные мысли, цели зависли,
Срок обозначен, время пошло.
Выбор бессмыслен, когда осмыслен,
Час роковой твой, все решено.
Знал, жизнь конечна, но верил, что вечно
Будешь ходить ты по бренной земле,
Обувь стирая, рассветы встречая,
И в путь провожая, кто вышел уже.
Каждый вздох ценен, но ты не уверен,
Может, ошибка и час не настал?
И продолжаешь, вздохи теряешь,
Цену сбиваешь, ты опоздал.
Знаешь, бывает смотришь на звезды,
Кажется, вот они, все забери.
Только обман то, звезд тех уж нету,
Мертвые звезды живым не нужны.

– И не смей меня упрекать, – холодно отрезала Итель. – Да, мне известно, что вокруг комплекса храмов Башни Драхмаала есть особые преграды: незримая стена, полоса удушья и черта страха, которые задействуются по воле Совета старейшин. Именно поэтому каменное ограждение им ни к чему. Они и так неплохо защищены. Но откуда мне было знать, что какие-нибудь из этих преград можно перемещать? Я была абсолютно уверена, что они привязаны к конкретному месту – храмовой долине.
Кара порядком устал после сражения. К воспалившейся ране на боку прибавилось болезненное рассечение ноги. Тело требовало передышки, но разум желал действовать и в первую очередь немедленно получить ответы на все вопросы, накопившиеся по итогу дневного сражения.
– Итель, – потухшим голосом, меж тем, все еще таившим в себе угли недавнего гнева, облокотившись о центральный опорный шест своего походного шатра, обратился к союзнице зерт гральцев, – перестань пытаться казаться обычной женщиной, списывая свои просчеты на девичью память. Тебе это не идет. Можешь не натягивать на лицо очередную маску, ты для меня открытая книга.
Она недовольным взглядом посмотрела в его сторону, заметив:
– В этот раз, компаньон, ты не прав. Я не жрица велторан, чтобы предсказывать, а знать всего не дано никому. Впрочем, думай обо мне, что хочешь.
Кара Рок махнул рукой, смиряясь с упорством обворожительной собеседницы, видя, что в шатер входит лекарь.
– Оставим этот разговор до лучших времен, – подытожил командующий, – сейчас мне нужно немного времени, чтобы восстановиться.
– Я могу помочь, – неожиданно предложила она, останавливая жестом вошедшего лекаря.
– И что же это за помощь, что за средство? Постой, да-ка я догадаюсь. Мне нужно будет немедленно оставить мое войско и отправиться с тобой в очередной храм какого-нибудь божества, где есть колыбель. Нет уж, уволь. Сейчас надо развивать успех, достигнутый в минувшей битве.
– Зачем же колыбель. Можно прибегнуть к иным способам. Есть другие надежные средства, что в твоем случае, когда раны не столь критичны, подействуют очень быстро.
Лекарь, пожилой, сутуловатый, седовласый мужчина, не спешил приступать к своей работе, быстро поняв смысл разговора, явно опасаясь Итель, не желая хоть в чем-то ей не угодить.
– И что конкретно ты предлагаешь? – волей-неволей попавшись на уловку девушки, поинтересовался Кара, желая поскорее встать на ноги.
– Лекарство в виде бесцветной жидкости, которое вводится в рану.
– Вводится?
– Да, легкий укол, и снадобье в тебе. Ты погрузишься в сон наяву, наполненный головокружительными видениями. Пару часов, и ты снова на ногах и полон сил, – весело подмигнув зерту, описала действие снадобья плутовка.
– Звучит многообещающе, – отозвался Рок, но в его голосе явно читалось недоверие. – И что это за снадобье?
– Тебе действительно хочется услышать длинное, скучное, наполненное неизвестными словами объяснение? Скажу наперед, понимания от услышанного не прибавится. Не лучше ли просто довериться? Ну так как, партнер?
– Довериться тебе? – скептически протянул Кара Рок.
– Да, мне. В конце концов мы же союзники. Мое лекарство необыкновенно хорошо. Не сомневайся. Оно будет столь же благотворно для тебя, как то особое питье, которое ты и твои люди испили недавно, чтобы восстановить силы после боев и перехода сквозь око Алиры. Никому хуже от него не стало. А чтобы тебе было спокойнее, я тоже приму его, а то вымоталась совсем.
Соблазн быстро поправиться был слишком велик, поэтому Кара, пусть и не без опасений, но сдался и, отказавшись от услуг лекаря, прибег к помощи Итель.
Она ненадолго покинула его, оставив страждущего ожидать чуда. Однако в одиночестве Року побыть не довелось, в гости пожаловал Олий. В его серых глазах читалась усталость и удовлетворенность от свершенных дел.
– Разрешите, мой зерт? – оказавшись уже внутри шатра, напросился в гости подчиненный.
Кара призывно махнул рукой и тут же пожалел об этом. Резкое движение отозвалось болью в его ранах, заставив скривиться.
Не обращая внимания на выражение лица своего зерта, Олий подошел к нему и сухо доложил:
– Ранеными и убитыми мы потеряли сегодня десятую часть наших воинов. Хоть победа за нами, но наши люди напуганы. И это я говорю о самых преданных и проверенных из них. Горцев так и вовсе объял ужас. Чтобы гордые жители высокогорья не разбежались ночью, я распорядился выставить вокруг места их расположения оцепление из арбалетчиков. Вроде как охраняют лагерь, стоя у костров, но задача у них держать оборону не только и не столько от внешнего нападения, а от удара в спину.
Олий сделал небольшую паузу, ожидая реакции зерта. Тот одобрительно кивнул. Лишь после этого подчиненный продолжил:
– Все отряды преследования вернулись. Грилотцы разбиты наголову. Пленных более пяти тысяч. Убитых врагов пока не считали, но, думаю, их столько же. Тимер Флат и часть его младших зертов ушли от погони.
– Жаль, что не удалось обезглавить эту змею.
Олий развел руками.
– Если бы мой зерт доверил мне управлять не катапультами, а конницей, что я делаю куда лучше, всю жизнь провел в седле, ручаюсь, голова гарла Грилота сейчас бы торчала на пике перед въездом в наш лагерь.
– Чтобы вести вперед конницу, нужно быть здоровым, а ты, как я погляжу, еще не восстановился после бойни на площади варта Зенеш-тиль. Поэтому под твоим началом не те, кто желанны, а те, кто возможны. Придет время, поведешь в бой свою любимую конницу. Пока же оно не настало, будешь там, где от тебя больше пользы. В конце концов мне виднее, как и что следует делать. Ты мой младший зерт, а не наоборот, твое дело не упрекать, а подчиняться.
Олий склонился, давая понять, что он абсолютно покорен.
– Завтра, – стараясь говорить твердо и уверенно, распорядился Кара Рок, – после восхода Ченезара построишь войска на смотр. А остаток сегодняшнего дня посвятишь нашим раненым и пленным грилотцам. Всех следует отправить на заставу Кембри. И не забудь закончить с захоронением всех павших на поле боя. Все. Теперь оставь меня. Я должен немного отдохнуть.
Не успел Олий покинуть шатер, как явилась Итель. Кара, еще не видя девушку, моментально почувствовал ее духи с таинственными древесными нотками.
– Вижу, заждался меня, – мягко, как всегда умело ведя свою игру, промурлыкала гостья.
– Не тяни.
В руках у нее возникло странное приспособление, немного походившее на сильно уменьшенную копию аока.
– Решила меня пристрелить? – не совсем удачно пошутил Кара.
Она лишь неопределенно дернула бровями, направляясь к нему.
Видя недоверчивый взгляд мужчины, подойдя вплотную, девушка снизошла до объяснений:
– Эта штука не стреляет. Она предназначена для введения в тело лекарства. Немного неприятно лишь в момент укола.
Рок стоял, ожидая, когда Итель сделает, что нужно.
Девушка вопросительно посмотрела на него и сказала:
– И чего ты ждешь? Раздевайся. Или тебе в этом нужна моя помощь?
Кара, морщась от боли, снял рубаху и штаны. Но, как оказалось, живительный укол было необходимо делать в саму рану. Снять самостоятельно перевязь у него не вышло. Итель снисходительно помогла ему, отложив маленькое подобие аока в сторону.
Вот и все готово. Девушка было уже хотела сделать укол, но Рок жестом остановил ее.
– Ты же сказала, что тоже воспользуешься лекарством. Раз так, то сделай это первой.
Она укоризненно улыбнулась ему и, не прерывая контакта между их взглядами, откинув заплетенные в косу волосы, поднесла подобие аока к своей шее. Раздался короткий шипящий звук. Итель слегка сморщилась, но тут же снова надела маску пушистой мурлыки, шагнув к мужчине.
Укол оказался довольно болезненным. Результат не замедлил себя ждать. Пульсирующая боль ран стала на глазах слабеть, в месте с этим благом зерта гральцев с головой накрыл вал усталости, который присоединился к изнеможению, что уже присутствовало.
– Теперь ты мой навсегда, – сообщила девушка, а потом посоветовала:
– Сейчас лучше прилечь.
Кара, самостоятельно натянув на себя снятую одежду, сев на свою походную кровать, не спешил принимать горизонтальное положение.
– Скоро ты, вернее, мы заснем, – облизывая губы, описала грядущее Итель, – и это нормально, не сопротивляйся. Позволишь лечь с тобой? Боюсь, мне далеко отсюда не уйти.
Сил сопротивляться становилось все меньше.
– Как хочешь, – ответил он. – Я сейчас чувствую себя, как вареный овощ. Это нормально?
– Более чем, – слегка подталкивая Рока, чтобы он наконец-то лег и, пристраиваясь возле него на постели, терпеливо пояснила Итель.
Кара Рок почувствовал, как ее руки опустились ему на плечи, и она прижалась к его спине своим телом.
Он чувствовал тепло дыхания девушки, оно щекотало ухо. Это успокаивало.
– Я ошибалась в отношении тебя, – вдруг сообщила она. – Сильно ошибалась. Мне важно, чтобы ты знал, я сожалею, что желала тебе зла, пыталась причинить вред. Этого больше не повторится. Теперь ты мой, красавчик.
– Это ты меня называешь красавчиком? – припоминая отталкивающий вид отражения своего лица в зеркале, заплетающимся языком промямлил Кара Рок.
– Тебя, тебя, – бескомпромиссно отрезала она, немного игриво и при этом с легкой грустью пропев: – Кому как не мне знать, каков ты внутри. Красавчик.
Рок хмыкнул.
– Только ты сможешь помочь мне, спасти меня. Сейчас я это ясно понимаю, – продолжила свою игру в кошки мышки Итель.
– Ага, – многозначительно, не вкладывая какого-то определенного смысла в слова, протянул он, борясь со смыкающимися непослушными веками.
– Такие, как мы, знающие, обладающие дарами, должны объединиться, чтобы победить, – заявила она.
«Опять пытается управлять мною, то, что нужно ей, выдает за то, что необходимо мне. Аплодисменты», – подметил Кара Рок, но ему не хотелось осаживать Итель.
– Ну, да, ты это Тимеру Флату скажи и другим, кто подчиняется избранным.
– Всех убедим, не сомневайся. Но начать следует со свободных одаренных, таких, каким был ты, до тех пор пока тебя не распознал и не прибрал к рукам Т'Арк. В варте Толос скоро соберутся интересные наделенные талантами люди. Там я приготовила ловушку для наших будущих союзников.
Она склонилась над его ухом и поцеловала его в мочку, в завершение слегка прикусив ее.
По телу Рока пробежала волна дрожи. Ее поступок не вызвал в нем гнева или раздражения.
– Опасная ты женщина, Итель.
– Я знаю, – нежно прошептала она, запуская свою бархатную ладонь под его рубашку.
«Мы просто компаньоны, партнеры, попутчики», – настоятельно убеждая себя, Кара провалился в сон и каким был этот сон, полный ярких красок, причудливых образов и видений, таинственных символов и пророчеств!
***
Очнулся он почти мгновенно. Его рубаха была насквозь сырой от пота, который, что казалось странным, практически не пах. Кара сел, стягивая с себя одежду, липнущую к телу, и осмотрелся.
В шатре, скудно освещенном светом готовой вот-вот погаснуть лампы, никого кроме пробудившегося не наблюдалось. Полог был откинут. За ним царили сумерки, предвещающие то ли рассвет, то ли наступление ночи. Но первое было более вероятно, правда, это означало, что он проспал не пару часов, о которых говорила целительница, а значительно больше.
«А Итель была права», – вставая, направляясь к выходу и совершенно не чувствуя боли или жара в местах ранений, заметил Кара Рок.
Легкий ветерок, врывающийся в шатер, обдул вспотевшего зерта гральцев, словно обтер его полотенцем.
Кара сделал глубокий вдох и сладко потянулся. Усталость осталась во вчерашнем дне, грядущий открывал простор для бурной деятельности.
Тело было полно сил. Боевой задор, было угасший вчера к вечеру, вновь переполнял Рока.
В памяти всплыли нереализованные планы отмщения трусам и самоуправцам, которые чуть было не лишили зерта гральцев вожделенной победы.
«Казнить всех, чтоб другим не повадно было! – поддаваясь разгорающемуся в нем гневу, решил Кара. – Посадить всех на колья, поставив их вдоль земельного тракта. Это станет запоминающимся уроком для своих, а чужие ужаснутся, подумав: «Раз он ближнего не щадит, то что сделает с врагами?» – Именно так и следует сделать».
– Рада, что мои труды не прошли даром, – услышал он голос Итель, донесшийся откуда-то из-за спины Рока.
Он обернулся, ища ее, а найдя, удивился. Девушка стояла в глубине шатра, то есть при пробуждении Кара ее просто проглядел. Воспользовавшись этим, она молча наблюдала за ним.
Итель находилась в относительной тени, видимо это и позволило ей оставаться какое-то время незамеченной.
– Ты прямо, как твой хозяин, – заметил Кара, поднося руку к лицу, заслоняя неверное, дребезжавшее пламя лампы, – и другие, подобные ему, избранные, появляешься из ниоткуда в полумраке и начинаешь разговор.
Теперь он смог лучше разглядеть ее. Тело красавицы укрывала лишь прозрачная пурпурного цвета ниспадающая с головы на плечи и доходящая до ее колен вуаль. Ткань ничего не скрывала, а предназначалась исключительно для того, чтобы подчеркнуть достоинства прелестницы, пробудить в Кара Роке желание обладать ею.
Мужчина ощутил, как приливная волна особого тепла резко и всецело наполняет его тело. В висках запульсировала кровь, сердце объяло пламенем, воздуху стало не хватать и вдохи сделались более глубокими, сопровождаясь зыбью мурашек, поселившихся на сгибах рук и ног.
– Я все еще сплю или вижу это наяву? – выпалил он, не отрывая взгляда от Итель.
– Подойди и проверь, – предложила она, слегка качнув бедрами.
Кара сорвался с места и устремился к ней. Приблизившись, он мгновенно заключил ее в объятья, утопая в блаженном сладостном беспамятстве.
В какой-то момент он ненадолго очнулся, но это было необходимо лишь для того, чтобы сорвать с себя остатки одежды. Как только с этим было покончено, она тут же прильнула к его губам, обвивая шею мужчины руками, а левую ногу закидывая ему на бедро. Рок слился с ней воедино, снова всецело отдаваясь бурному потоку чувств.
Он горел в сладостном вожделенном пламени, и она была подстать ему. Время остановилось для них обоих. Где они? Где верх, где низ? Что правда, а что ложь? Все смешалось в блаженной агонии.
Он вожделел ее и добывал, как охотник свою добычу. Она была то внезапно строптивой, то податливой, как теплый воск.
Кара не желал останавливаться.
Внезапно неверный свет лампы на мгновение померк. Разом взрыв чувств ослепил Рока, заставив откинуть голову назад. Все ощущения соединились, запечатлевшись в состоянии нереального блаженства.
Вожделение более не властвовало над ним, разум возвращал в свои руки бразды правления. Трепещущий свет вновь наполнил собой пространство шатра.
Легкая усталость сгладила острые углы бескомпромиссных порывов и кровожадных решений, нахлынувших на Рока в момент утреннего пробуждения, когда голод плоти еще не был удовлетворен.
«И все же горцам предстоит преподать урок послушания», – вернувшись к размышлениям о насущном, решил мужчина.
Кара склонился над девушкой и поцеловал ее в шею.
Она застонала, взывая к продолжению, но тут же осеклась, понимая, что он уже пробудился от дурмана, всецело владевшего им мгновение назад. Итель откинулась и, глядя куда-то в темноту, принялась поглаживать рукой упругий живот Рока.
«Просто компаньоны, партнеры по опасному делу», – без какой-либо цели повторял про себя Кара Рок, при этом не замечая, что улыбается.
***
Легкий дразнящий ветерок гулял среди рядов воинов, построенных на смотр. Ласточки и стрижи резвились в небесной выси, соревнуясь, кто быстрее и больше наловит мошкары. Их полет предвещал безоблачный жаркий денек, что было на руку Року, желавшему сегодня успеть все и сразу.
Зерта гральцев окружали его младшие командиры, среди которых были как те, что проделали с ним долгий путь из столицы, так и стали частью его команды уже на заставе Кембри.
Кара задержал взгляд на Таске. Саваат, сильно осунувшийся в последнее время, рассеянно смотрел себе под ноги, словно желая что-то найти. Его явно не радовала перспектива, которую только что безапелляционно предрек ему его зерт. Таску предстояло отправиться на заставу Кембри, став на какое-то время ее хозяином вместо почившего в ходе вчерашнего противостояния прежнего властителя цитадели Тагифа О'Дола. В глазах Саваата так и читалось: «Ничто так не постоянно, как временное». Помимо почетной должности, на Таска разом сваливалась тьма проблем: забота о раненых, рекрутирование новобранцев, снабжение основного войска всем потребным, содержание пленных, при всем при том не забывая всматриваться в бескрайние просторы Западной пустыни, выискивая скаргартов. И это далеко не все дела, что требовали внимания нового зерта заставы Кембри. Саваат никак не мог взять в толк, почему именно его оставляют на хозяйстве, а не Т'Одла, который в войске традиционно ведал вопросами снабжения и обеспечения.
Рок перевел взгляд на следующего своего подчиненного. Внимания удостоился коренастый задира Хоил.
Каиль Хоил возбужденно сжимал кулаки, время от времени разминая предплечья.
«Похоже, – предположил Кара Рок, – этот желает новой драки, выходит, не удовлетворился вчерашним боем».
Зерт продолжил оценивать своих младших зертов.
Кеслон Атои, отличающийся пристрастием к горячительному, был закономерно навеселе. Он или еще не протрезвел после вчерашнего спонтанного празднества победы, или уже успел опрокинуть кружку нынешним утром. Атои стоял довольно близко к Року, поэтому специфичный аромат употребленного довольно легко улавливался на таком малом расстоянии.
Олий время от времени бросал настороженные, оценивающие взгляды в сторону командующего.
Смуглый, седовласый великан Т'Одл находился немного в стороне, возглавляя отборный отряд ветеранов с заставы Кембри. Недалеко от него построились немиторы, люди Итель и несколько входящих в состав ее соединения воинов, обязанных своей свободой Кара Року.
Похвала и награды героям были уже розданы, воины, убаюканные победой, были внутренне расслаблены, что, однако, никак не отражалось на их внешней выправке. Теперь же пришло время крутого поворота.
– … каждый получит по заслугам, – подытожил Кара, недобро смотря в сторону горцев. – За трусость, проявленную в бою одними, а также за самовольный срыв в атаку другими зертов провинившихся соединений казнить через отсечение голов, то же наказание постигнет каждого десятого воина из их отрядов. К исполнению приступить немедленно!
Улыбки на лицах всех присутствующих резко пропали, на смену пришло замешательство. Да, виновных следовало наказать, но большинство из присутствующих явно не ожидали подобного поворота событий.
Избранные ветераны Кембри незамедлительно выступили вперед и направились к провинившимся. Они знали еще до начала смотра, что им предстоит сегодня нелегкая работа. Никто о ней не взболтнул, и все как один были готовы исполнить приказ зерта.
Горский строй всколыхнулся.
– Без боя с наказанием не смирятся, – высказал свое мнение Кеслон Атои, выжидательно взглянув на зерта гральцев, готовый исполнить любой приказ своего командующего.
И он был прав. До ушей Рока и людей, его окружавших, дошел металлический лязг извлекаемых из ножен мечей.
– Огонь под ноги! – выкрикнул зерт гральцев, обращаясь к Итель.
Последовавший за этим треск аоков моментально остудил пыл вот-вот готовых взбунтоваться горцев. Предупреждение возымело толк.
Казнь не заняла много времени, но она, бесспорно, омрачила день всем тем, кто ее лицезрел, в том числе и ратовавшему за наказание Кара Року. Тень нависла над радостью победы над врагом. По завершении расправы кровь обильно обагрила землю.
– Т'Одл! – окликнул Кара одного из своих командиров. – Наведи порядок, приберись тут. И присмотри за горцами, когда я всех распущу, чтобы их горячие головы не надумали воплотить в жизнь какие-нибудь глупости.
Младший зерт кивнул в ответ.
– Зря вы так поступили, – сблизившись с зертом, негромко высказался о происшедшем Олий. – Недальновидно резать горцев, как баранов. Это серьезное унижение для них. Они затаят обиду, будут ненавидеть вас и стремиться отомстить.
– Пусть ненавидят, – отрезал Рок. – Ненавидят и боятся. Я не ищу их любви. Мне нужно подчинение. Теперь же, после казни, я уверен, что впредь никто из моих подчиненных не осмелится самовольничать и выполнит все в точности, что мною будет приказано. И вот еще что: мстят слабому, сильному покоряются.
Олий, выслушав слова своего зерта, поклонился и с непроницаемым выражением на лице отошел в сторону.
Смотр был окончен. Зерт гральцев, удаляясь с поля, желал заняться рутиной, подготовкой к предстоящему походу на Саури, еще одного союзника Башни Драхмаала. Но в его планы вмешалась Итель.
Она догнала Рока и, поравнявшись с ним, завяла разговор:
– Я успела переговорить через зеркало с Львом Тебоном, гарлом Саури. Помнишь мое уверение, что он перейдет на нашу сторону?
– И?
Девушка сделала небольшую паузу, наслаждаясь моментом.
– Он готов осуждать это, но ему нужны гарантии лично от тебя!
– Что за гарантии?
– Он их не озвучил, но на сделку гарл Саури точно готов, – заверила зерта гральцев самодовольная Итель.
– Где и когда я с ним встречусь?
– Он желает предварительно переговорить через зеркало Леокаллы.
– Я готов.
– Тогда идем в твой шатер, – многозначительно улыбаясь, предложила девушка.
Кара машинально, не желая того, улыбнулся в ответ. Тень, нависшая над его хорошим настроением после свершенной казни, в мгновение ока рассеялась.
Страже на входе в свою обитель зерт гральцев строго-настрого запретил впускать кого-либо внутрь, после чего, пропуская Итель вперед, проследовал за ней в шатер.
– У велторан, что живут на болотах во владениях Замнитура, – сказала она, доставая из походной сумки зеркало Леокаллы и начиная задействовать его скрытые способности, – женщин в дом первыми пускать не принято.
– Да, я слышал что-то об этом.
– Велторане боятся, что духи мертвецов, а усопших они порой хоронят под порогом, могут вселиться в тело девушки. Одержимые девушки начинают творить всякие козни. Отравить могут или еще чего похуже.
– То есть ты меня упрекаешь за мою учтивость?
– Что ты, просто вдруг на ум пришло. Вот и сказала. Ах, как же сильно разнятся обычаи народов. Вроде все мы одинаковые, а глядим на мир по-разному.
«Что у женщины в голове, то и на языке», – рассудил Кара Рок, меж тем, уточняя:
– А мужские тела мертвецам для перевоплощения не подходят?
– Велторане темный народец, не смотри, что их жрецы горазды предсказывать будущее, они считают, что у мужчин нет отверстий, через которые дух снизу способен проникнуть внутрь, – она красноречиво указала в сторону «места входа», используя свое тело для наглядности иллюстрации слов, после чего рассмеялась.
Кара тоже усмехнулся, но не дал эмоциям волю, предстоящий разговор требовал быть серьезным и сосредоточенным.
– Не напрягайся ты так, – будто прочитав его мысли, предложила Итель, которая пребывала в несколько несвойственном ей расслабленном состоянии. – Со своей стороны я уже приперла его к стенке, а твоя победа над войском Грилота во главе с ее гарлом и самим Дай О'За посеяла в сознании Льва Тебона сомнения. Он серьезно задумался о своих перспективах в противостоянии с тобой. Лев боится проиграть. Тебон всегда выбирает сторону победителя. Вот и сейчас, когда чаша весов качнулась в твою сторону, он спешит обезопасить себя. Мой тебе совет, прими его полную и безоговорочную сдачу и переход в наш стан.
– Послушай, – не питая иллюзий в отношении предстоящих перспектив военной кампании, обратился к союзнице Кара. – Вчера мы чудом одержали верх над Грилотом, который может быстро собрать новые силы. Это мы на их земле, а они у себя дома. К тому же в бой еще не вступили основные силы Башни. На этом фоне безапелляционная сдача Саури видится мне маловероятной. И главное! Даже если Лев Тебон решится на такой шаг, пойдут ли за гарлом его люди? Как не крути, гарл Саури лишь подданный Дай О'За. А от последнего совсем не ясно, чего ожидать. Он, к слову, вообще может нас перебить поодиночке, появляясь из ниоткуда и растворяясь во мраке, словно его и не было.
– Все так, да не так. Дай О'За действительно опасен. На сегодня он самый серьезный наш враг, архипротивник! Однако угроза не только для нас, но и для всех людей в принципе. Это видят сведущие, знающие и избранные со всех сторон. По-моему, он просто безумен: убивает и своих, и чужих, у него хитрых орудий убийства хоть отбавляй, но вчера на поле боя Дай О'За был необычайно скромен. Наверняка тому есть веские причины, о моих догадках по этому вопросу пока умолчу. Как есть причины и его отказа убивать своих врагов поодиночке. Он медлит, потому что банально боится умереть. Дай О'За смертен, перевоплотившись в теле человека, ему передались и все людские несовершенства, в том числе главное из них – конечность жизни. Переносы в пространстве сами по себе опасная штука, так еще можно угодить в ловушку или оказаться не в том месте. Такие дела долго просчитываются и занимают массу времени и сил. Да и потом тебя, к примеру, в принципе сложно убить. Поранить – да. Лишить жизни… Если ты не заметил этого, то вот я тебе об этом напрямую говорю. Мы же на одной стороне и поэтому можем быть откровенны.
«Да, да, да, конечно, конечно», – меж тем, подумал Рок.
– Дай О'За нарушил самое главное правило игры в пирамиду власти, – продолжила свои объяснения распалившаяся чертовка. – Обретя власть, он сознательно отказался властвовать. Почему…? Можно только догадываться. Мне об этом он ничего не говорил. Поэтому теперь все игроки борются не за власть, а в первую очередь за выживание. Дай О'За несет не порядок, а хаос и нестабильность. Никто – ни власть имеющий, ни последний раб – не хочет непредсказуемости и неопределенности. А ее становится все больше и больше. Гралия и Замнитур успели устать от войны. На землях обоих стран, как и их соседей, словно грибы после дождя множатся поселения, заполненные одержимыми демонами людей, то последствия каури, ритуала, приведшего в мир Дай О'За. Но есть и другие опасности. Во владения королевства пришли чудовищные создания. Их называют упырями. Им подвластна сила богов. Они сеют смерть как на земле, так и на море. Замнитурцы чудом смогли дать им отпор, о чем народ уже успел сложить небылицы, и волна завоевателей откатилась на земли свободных городов-республик Рельталгохолькла. Думаешь угроз больше нет? Не обольщайся! Не забывай про извечную опасность, исходящую из Западной пустыни. Добавь сюда всякие восстания, гражданское противостояние, борьбу за власть гарлов, стремление обрести независимость горцами и еще тьму конфликтов. Так что никто не будет спешить объединяться и вставать под знамена Дай О'За, особенно на фоне его вчерашнего громкого поражения.
Девушка замолчала и выжидательно посмотрела на Рока.
– Теперь скажи мне, мудрый зерт, – выдержав паузу, продолжила она, – с кем будет Лев Тебон и его люди, с тем, кто несет хаос, или с тем, кто дарует порядок?
Вместо ответа Кара хмыкнул и наигранно раздосадованно бросил:
– Да что ты за девушка такая, Итель!
– Я рада, что убедила тебя, – довольная результатом доложила она.
Итель отвела руку от зеркала и из молочного марева, царившего в нем, возникла комната в неком здании. Посреди нее находился краснощекий брюнет, одетый в расшитый золотыми нитями серого цвета севетор. По затравленному и усталому выражению лица мужчины, привыкшего приказывать, а не подчиняться, можно было понять, насколько для него тяжел грядущий разговор. Он пригладил аккуратную бородку и поприветствовал Итель и Кара Рока.
– Так какие твои условия перехода на нашу сторону? – приступая к делу, тут же взяла кнеза за рога девушка.
Лев Тебон как-то странно посмотрел на нее, будто что-то пошло не по плану, после чего перевел взгляд на Рока и предостерег:
– Не надо на меня давить. И давайте сразу проясним! Я не собираюсь сдаваться или становиться вам союзником. Кто вы такие вообще? Двое наделенных даром или сторона огня в игре? Думаю, у вас нет четкого ответа на эти вопросы. Я желаю только одного – мира. Поэтому и вышел на связь.
Рок вопросительно посмотрел на Итель, которую нисколько не смутили слова гарла Саури.
– Хорошо, – протянул готовый вспылить в любую минуту зерт гральцев. – Давай так. Есть я – это Гралия и ты – это Саури, мятежная провинция Гралии. Мои войска наголову разбили армию твоего хозяина Дай О'За. Теперь я стою перед дилеммой: или пойти за тобой, разоряя земли Саури, или, если ты присягнешь мне перед строем гральцев, приведя свое войско под мою руку, прибыв в мою ставку, став моим младшим зертом, продолжить свое дело во владения Грилота. Так что ты выбираешь?
У Льва Тебона задергалось в тике веко. Он начал было говорить, но подавился слюной и закашлялся.
«Сильно боится, сильно, – истолковав действия гарла Саури как проявления страха, решил зерт гральцев. – Вопрос только в том, кого он больше боится, меня или того, кому служит сейчас?»
– Ты понимаешь, что Дай О'За, возможно, слушает этот разговор и не оставит без внимания твои и мои слова?
– Не слышит, – лучезарно улыбаясь, заявила Итель. – Даже не сомневайся.
У Льва Тебона задергалось второе веко. Ему было лет пятьдесят, но в миг душеного смятения он выглядел значительно старше. Року даже показалось, что часть волос собеседника буквально на глазах поседела.
– Мне нужны гарантии моей жизни и сохранения за мною титула гарла Саури! – выпалил Лев Тебон.
«Дешево, однако, ты себя продаешь гарл», – подумал Кара, а потом процедил, испепеляя взглядом собеседника: – Явись ко мне и дай присягу на верность. Только так ты сможешь спасти свою жизнь и жизни твоих людей. Если сделаешь так, как велю тебе я, то не пожалеешь о выборы.
Лев Тебон взял себя в руки. Мучавшие его тики прекратились.
– Завтра, за пару часов до заката, я и мои люди будем у вас для принятия присяги.
Гарл Саури склонился в поклоне. После этого зеркало залило молоком, Лев Тебон отключил связь со своей стороны.
Последние слова гарла стали холодным душем для Кара Рока.
«Выходит, силы саурийцев в день сражения с Дай О'За стояли в паре переходах от поля боя. Если бы они поторопились или мы промедлили, то…»
От скверной мыслишки Рока отвлекла его спутница. Итель закрыла книгу с зеркалом и, игриво поглядывая на Рока, предложила:
– До завтра у нас тьма свободного времени, может, проведем его как-нибудь интересно?
Она провела рукой по своей шее, груди, животу, остановив ее на изогнувшемся бедре.
– Это подождет! – бесцеремонно заявил зерт гральцев.
– Спеши любить, – не обращая внимания на тон мужчины, посоветовала она. – Все может подождать, кроме любви.
Итель грациозно, как дикая кошка, скользнула к нему.
Но Кара не желал играть в ее игры. Он был слегка зол на нее за то, что обещанный ею легкий разговор, вылился в ультимативное противостояние. Да и к тому же он желал поглубже погрузиться в дела войска, пообщаться с людьми, дабы сблизиться с новыми младшими зертами, помогая в решении проблем, коих у походной армии было всегда пруд пруди.
Итель встала прямо перед ним и негромко, глядя в глаза, прошептала:
– Ты молод и горяч. Тебе нужна любовь, чтобы не наломать дров. Мы союзники и делаем одно дело. Я заинтересована в том, чтобы все шло как нельзя лучше. Поэтому помогаю тебе абсолютно во всем, даже в том, в чем ты не готов просить помощи, не отдавая себе отчета, что нуждаешься в ней.
– Не будь так самоуверенна, – смягчив тон, прореагировал на ее слова Кара.
– Я не самоуверенна, а очень расчетлива и зрю в корень, – подняв левую бровь, заметила она. – То, что не видишь ты, со стороны отлично заметно мне. И сейчас я тебе это докажу. Вот ты говоришь, что тебе всех дороже Гралия, поэтому борешься за нее. Меж тем, кто или что такое Гралия, не знаешь?
– Это моя страна.
– Гралия – это люди, гральцы и народы, живущие с ними. Теперь вспомни, что желал сделать с непокорными горцами и что сделал.
«Убить всех, – вспомнил о первом своем порыве и последующих поступках Кара Рок. – Убить всех, и точка. Но в итоге почему-то наказал лишь десятую часть из них».
Понимая ход мыслей мужчины, она продолжила, запуская свою руку в его волосы и поглаживая голову, чему он не стал противиться:
– Я утолила твой голод, смерила твою юношескую бескомпромиссность, тебе не утаить от меня свой истинный возраст, горячность и гнев, тем самым сберегла людей, помогла достичь твоей, а отныне нашей цели. Теперь понимаешь, красавчик, почему любить надо спешить? – пропела, а не сказала она, ее грудь призывно вздымалась от томных вздохов. – Так не тяни, промедление смерти подобно. Ведь ты ведешь, а я ведома.
Он ощутил легкое головокружение. Внезапно мужчина почувствовал искреннюю благодарность за все, что делала Итель, признавая мудрость и правоту своей спутницы. Его глаза смотрели на ее слегка приоткрытые губы, такие манящие, розовые и влажные. Он непреодолимо и страстно захотел их поцеловать и не стал сдерживать своего желания.