Крыша

Крыша
(кое-что о современниках)


У меня на веранде потекла крыша. Она и не могла не потечь, учитывая, что крыл её Ахмет и сотоварищи по своему азербайджанскому стандарту, то есть, тяп-ляп. Предупреждал меня приятель, бывший одноклассник Колька (недавно скоропостижно и безвременно ушедший) не связываться с этой бригадой бракоделов. Но я его ослушался. И потом несколько лет во время дождя подставлял тазики под потолком веранды.

Сын озаботился проблемой. Решил не латать крышу, а всю переделать заново. Он парень рукастый. На его «боевом счету» уже три полностью отремонтированные квартиры, от электропроводки до сантехники.

Фронт работ встал большой. Одному не осилить. Сын пригласил трёх своих товарищей. С меня толку – как с козла молока. Плохо работает левая рука (спасибо уроду в ржавых Жигулях, сбившему меня на пешеходном перекрёстке), разболелась неизвестно по какой причине правая нога (хожу с палкой). Возможно, это возрастное, ибо мне уже под восемьдесят. Да и с практическими навыками у меня дело швах. Я - гнилой интеллигент, переводчик. Гвоздь толком забить не умею. Забью туда и так, откуда никто и никак его не вытащит. А ремонт крыши - процедура сложная, это вам не японский патент по офтальмологии перевести. Короче, не рассчитывая на мою подмогу, сын вызвал трёх своих товарищей.

Три молодых и очень разных человека. Виктор Савушкин, невысокий бритоголовый крепыш с окладистой чёрной бородкой, рыжий весельчак Миша и Лёнька Воробьёв, длинный, тощий малый в очках, ну, вылитый ботаник, только чуток постарше. 

Транспортные средства, на которых прибыла троица, тоже очень разные. Виктор приехал в почти новой белой Toyota Camry. Лёнька в недавно купленном огромном чёрном Haval, Миша – на мотоцикле Suzuki со слегка поцарапанным бензобаком (где-то нечаянно зацепил).

Кажется, здесь их различия кончаются. Всё остальное у них очень схоже.

Им всем по сорок с небольшим. Все с высшим образованием. Все женаты. У Виктора три дочери, у Миши два сына. У Лёньки один сын (родился с трудом, после чего он решил с женой процесс деторождения остановить). Все – небедные ребята, квалифицированные специалисты с хорошей зарплатой. Все разбираются в финансах и термины  типа депозит, дебет, акция и облигация им хорошо знакомы. Все с компьютером на «ты». (Лёнька – программист экстра-класса). Все за рулём. Естественно, никто не пьёт и вредных привычек не имеет. Все имеют свои увлечения, так называемое хобби. Виктор обожает велосипедные туры, у него парк велосипедов на каждое время года и на особый случай. (Было дело, объехал на велосипеде всю Норвегию с юга на север). Лёнька ходит в одиночные походы на байдарке. Миша бренчит на гитаре. Все обеспечены жильём. Виктор недавно купил трёшку. Лёнька – построил дом за городом. Про Мишу не знаю, но квартирный вопрос перед ним не стоит.

С сыном они дружны давно. Знаются ещё с института, вместе в походы ходили.
В случае чего – помогают друг другу. Когда сын строил гараж, прибыла вся троица, плюс другие ребята – нужно было заволакивать наверх тяжеленные железные балки. Обошлись без подъёмного крана. В свою очередь, когда Лёнька строился, сын ходил к нему на стройку помогать.

Тук-тук – стучат молотки на крыше. Доносятся обрывки фраз. «Подтяни на себя. Ещё, ещё. Мы туда брус вобьём. Так будет лучше держаться».

Странное дело. В перекличке строительной бригады я не слышу русского мата. Это так же неестественно, как пытаться есть суп вилкой. Ведь, как известно, в строительной работе крепкое словцо часто скрепляет конструкцию крепче любого цементного раствора.

Я смотрю и думаю – вот они современные молодые мужики. Наше мутное капиталистическое время и падение нравов породили множество аферистов, жуликов всех мастей, бездельников, алкашей и даже наркоманов, но вот глаза мои видят другой типаж.

Можно сказать, что эти ребята – становой хребет России. Они молоды и здоровы. И они – первейшие кандидаты на так называемую специальную военную операцию, которую Россия проводит пятый год в соседнем государстве. Страна замерла в тревожном ожидании мобилизации на войну, с которой эти ребята с высокой вероятностью могут вернуться в гробу или инвалидами. Это будет не только неизбывное горе для родителей, жён и детей. Это будет потеря драгоценного человеческого капитала и разящий удар по демографии.

Тук-тук – стучат молотки на крыше...