Хранители порога 2. Глава 9

Так и не сумев сомкнуть глаз до самого рассвета, Антон поднялся с кровати, когда небо за окном только начало сереть. Всю ночь он пролежал, глядя в потолок и прокручивая в голове события вчерашнего дня: крыша, падение, её голос, её слёзы. Едва первые лучи солнца окрасили горизонт, он натянул куртку и вышел из дома, цепляясь за последнюю, тонкую, как паутинка, надежду — своего старого знакомого Олега, который работал в архиве городского исторического музея.

Улицы были пустынны и безмолвны. Город ещё спал, укутанный предрассветной дымкой, и только редкие машины проносились по мокрому асфальту. Антон почти бежал, не чувствуя холода.

Он настиг Олега у самого входа в музей — тот как раз отпирал массивную дубовую дверь, позёвывая и кутаясь в вязаный шарф. Увидев Антона, Олег изумлённо уставился на него поверх запотевших очков:

— Антон? Чего это ты в такую рань? На тебе лица нет. Случилось чего?

— Долго объяснять, Олег. Помоги, по-братски. Очень нужно. Вопрос жизни и смерти — я не преувеличиваю. — Антон говорил сбивчиво, глотая слова, и никак не мог справиться с дрожащим голосом. — Нужно найти данные о потомках Хранителей. Помнишь, я как-то обращался к тебе с просьбой нарыть информацию о тех символах, и ты мне здорово помог?

Олег внимательно всмотрелся в его лицо, и, чуть помедлив, сказал мягко, но настойчиво:

— Идём внутрь. Сперва выпьешь кофе, успокоишься и расскажешь мне всё с самого начала. По-человечески. Договорились?

Антон покорно кивнул, чувствуя, как напряжение немного отпускает.

Олег провёл его через полутёмный вестибюль музея, мимо зачехлённых экспонатов и витрин, затем по длинному коридору в служебное помещение архива. Там, среди высоких, до самого потолка, стеллажей, заставленных книгами и картонными папками, он указал Антону на продавленный стул, а сам подошёл к старенькому шкафчику, где хранились чашки и банка растворимого кофе. Включил видавший виды электрический чайник, и через минуту Антон уже держал в замёрзших руках дымящуюся, обжигающую чашку.

И, сам не зная зачем — возможно, просто потому, что больше не мог держать это в себе, — Антон начал рассказывать. Сбивчиво, перескакивая с одного на другое, он выложил Олегу всё: про возвращение Вики, про домик в лесу и жуткое видео, про ритуал, про одержимых и Гордыню, про отчаянную битву у зеркала и про то, как тьма перекинулась в тело той, кого он любил.

Олег слушал молча, не перебивая. Выражение его лица медленно менялось: от скептического недоверия — к растущему изумлению, а затем и к самому настоящему, неподдельному испугу. Когда Антон закончил, Олег долго молчал, глядя в свою чашку.

— Антон, ты хоть понимаешь, как всё это звучит со стороны? — наконец спросил он тихо.

— Как бред сумасшедшего, — удручённо ответил Антон, не поднимая глаз от пола.

— Я, конечно, сам верю во всякую мистику, и ужастики не дурак посмотреть по ящику, но тут… — он осёкся и покачал головой. — Ты пугаешь меня, приятель. По-настоящему пугаешь.

— Я не псих, Олег. Я понимаю, что в такое трудно поверить, но скажи честно: ты сам не замечаешь, что с этим городом в последнее время творится что-то… ненормальное?

Олег поднял на него глаза. Он был всего на пару лет старше Антона и устроился работать в архив не так давно — тихий, замкнутый парень, которого всегда влекло всё таинственное и непознанное. Именно на этой почве они когда-то и подружились.

— «Ненормальное» — это мягко сказано, — согласился он с горькой усмешкой. — Массовое безумие и вакханалия какая-то. Я уж думал, может, в воду чего подсыпали. Но то, что ты рассказываешь… Демоны? Одержимые? Это уже слишком даже для меня.

— Но ты же помнишь символы, которые я тебе присылал? Ты сам говорил, что они принадлежали реально существовавшему ордену. «Хранители порога». Это всё правда, Олег. Всё, что я рассказал — правда. И сейчас Вика заперта в собственном теле, а я должен найти способ её спасти.

Олег долго смотрел на него, потом вздохнул, снял очки и потёр переносицу.

— Ладно. Допустим, я тебе верю. Допустим. Что именно ты хочешь найти?

— Потомков ордена. Нам нужен наследник — настоящий, по крови. Без него ритуал не сработает. Вика была единственной, кого мы знали, но она… она теперь одержима. Должен быть кто-то ещё.

— Я помогу, — сказал Олег после паузы. — Покопаюсь в бумагах. Может, завтра…

— Нужно сегодня, — твёрдо перебил Антон. — Время уходит, Олег. Ты просто скажи, где искать — я сам пороюсь.

Олег задумался, глядя на стеллажи. Затем кивнул — скорее своим мыслям, чем Антону.

— Пятый стеллаж, третья полка. Там — всё, что у нас есть по тому ордену. Дела, переписка, списки членов.

Антон решительно поднялся со стула, чувствуя, как надежда снова загорается в груди.

— Слушай, ты ужасно выглядишь, друг, — сказал Олег сочувственно, забирая у него пустую чашку. — Ты вообще спал? Ел что-нибудь? Нельзя так. Угробишь себя раньше времени.

— Позже высплюсь, — бросил Антон, уже направляясь к указанному стеллажу. — Когда спасу её.

Олег только покачал головой, глядя ему вслед.

Антон добрался до пятого стеллажа и замер. Полки были забиты старыми папками, перевязанными бечёвкой, и тяжёлыми книгами в кожаных переплётах. Пахло пылью, старой бумагой и временем. Он провёл пальцами по корешкам — «Протоколы собраний», «Списки посвящённых», «Устав ордена», «Переписка с губернией»… Документы громоздились друг на друге, словно пласты древней породы, хранящие в себе тайны столетий.

Он стянул с полки первую папку, сдул с неё толстый слой пыли и принялся листать. Сердце колотилось все чаще. Где-то здесь, среди этих пожелтевших страниц, возможно, скрывался ответ. Имя. Адрес. Зацепка. Хоть что-нибудь, что приведёт его к наследнику. Он сел за стол, заваленный бумагами, и погрузился в чтение.