Перевал Дятлова Согрин, часть 4

ЧАСТЬ ЧЕТВЁРТАЯ

Итак, версию ракеты-НЛО отбросили. Остальное в книге Согрина очень даже ценное. Но разбираться с этим надо.

Отбрасывая версию ракеты, я даю одним предположением объяснение ТРЁХ самых больших загадок – свою версию.

Почему разрезали палатку и спешно её покинули?
Почему не взяли вещи, одежду, обувь?
Почему спустились не туда, откуда пришли, где был лабаз с продуктами и спасение, а намного правее, чуть ли на девяносто градусов в сторону.


Разрезали и покинули – потому что половину палатки накрыло снегом, решили, что идёт лавина, побоялись быть полностью засыпанными.

Не взяли вещи – потому что побоялись, что лавина ещё не закончилась, что она вот-вот продолжит своё движение, и что попытка забрать вещи может её стронуть.

Спустились не туда – по одной из двух причин. Либо ошиблись, не верно оценили направление (хотя имели четыре компаса!), либо побоялись, что лавина пойдёт именно туда, откуда они пришли, так что решили пойти в сторону, где лавины можно не опасаться.

Все эти три объяснения можно описать тремя словами: «Ошибочно оценили обстановку».

А на что это указывает? На то, что Игорь Дятлов вовсе не соответствовал той роли, которую на себя взял. Из этого отнюдь не следует, что он не был самым лучшим, одним из двух самых лучших туристов и даже руководителей туристической группы в туристической секции при Уральском политехническом институте. Я не оспариваю этого. Допустим, что Дятлов был лучшим. Первым или вторым номером среди всех. Не спорю. Согласимся. Но каким бы он ни был лучшим, он всё-таки не соответствовал взятой на себя задаче, вот что выходит из этого предположения.

Не удивительно, что Согрин никак не может с таким выводом согласиться и никогда не согласится с ним. Но мы-то не Согрин. Мы можем и должны рассуждать объективно.

И между прочим ради объективности сначала я сниму несколько обвинений с Дятлова, которые сформулировала следственная комиссия. Вот именно так.

Первое обвинение. Комиссия утверждает, что палатка была ветхая. Я это обвинение снимаю. Палатка не порвалась. Экспертиза доказала, что она разрезана. Возможно даже, что она была ветхая. Факт, что на каждом привале её зашивали. Но даже если она была ветхая, ведь её ветхость никак не была причиной трагедии! Ведь она не порвалась! Её разрезали. Ну не будь она ветхой, чтобы изменилось? Ровным счётом ничего! И не только при лавинной версии, а в любом случае. Палатка не порвалась, следовательно, Дятлова обвинять в том, что палатка была ветхая, нельзя. Не справедливо. Один-ноль в пользу Дятлова. Я его оправдал в отношении одного обвинения.

Второе обвинение в том, что коллектив не лучшим образом подобран, есть источники конфликтов. Я это обвинение тоже снимаю. Потому что у нас нет никаких доказательств, что отсутствие слаженности в коллективе привело к трагедии. Напротив, у нас есть доказательства того, что все туристы приняли одно и то же решение – покинуть палатку и уйти в направлении знаменитого кедра, в лесок, вниз, пройти 500 метров. И искать спасения там. Правильное решение было, или не правильное, в этом абзаце я не обсуждаю, а я говорю, что доказательных оснований утверждать, что причиной трагедии были отношения в группе нет. Есть доказательства, что отношения были не простые, но нет доказательств того, что именно непростые отношения были причиной трагедии. Два-ноль в пользу Дятлова. Моими усилиями.

Третье обвинение. В том, что Дятлов сбился с пути. И это третье обвинение я тоже снимаю. Да, они отклонились на полкилометра. Вместо того, чтобы пройти по перевалу, поднялись выше. Метров на тридцать, наверное. По склону. И даже можно сказать, что это частично стало причиной трагедии. Более того, можно точно сказать, что если бы они пошли по перевалу, тогда того, что с ними случилось, точно не случилось бы. Следовательно, трагедии бы не было, группа в полном составе вернулась бы домой. Итак, это было одним из фатальных решений. Но мы обсуждаем иное – было ли это явной ошибкой Дятлова? То есть можно ли сказать, что ни в коем случае не следовало бы так идти? Нет, нельзя. Я уже отмечал, что там, где они шли, был крепкий наст, по всей видимости. А внизу был, опять-таки по-видимому, очень рыхлый глубокий снег. В этой ситуации выбрать путь с подъёмом, но по крепкому насту, предпочесть его пути с меньшим подъёмом, но с глубоким рыхлым снегом – это решение может оказаться вполне обоснованным. И, предположительно, если бы у группы был другой руководитель, например, Сергей Согрин, то возможно, что и он выбрал ты точно такой же путь. Итак, три-ноль в пользу Дятлова.

Все три обвинения в некомпетентности Дятлова я снимаю.

И всё же я выдвигаю собственные предположения, указывающие на недостаточную компетентность Дятлова. И они состоят совсем в другом.

Первое. Неправильный выбор места для палатки, так как не оценил опасность схода лавины именно в этом месте. Согрин не согласен, он считает, что место выбрано правильно. Но если место под возможным сходом лавины – то неправильно. На этом месте побывал доцент гляциолог и сказал, что в этом месте вполне возможен сход лавины «снежная доска». Сделал такой вывод на основе замеров толщины снежного покрова и на основе анализа. Кстати, в УПИ имелись металлические зонды для замеров толщины снега. То есть такие работы в УПИ велись! И кстати, одной из целей экспедиции группы Дятлова записано «Замеры толщины снега» по заданию метеорологов. А замеры делаются для анализа возможности схода лавин. Зонды так и называются – «лавинные». Их было много, ими осуществляли поиски. На фото мы видим тридцать человек, у каждого такой зонд. Так что Дятлов даже должен был проводить такие замеры для того, чтобы понять, возможна ли лавина или невозможна. Замеров он не делал, зондов не брал, Что касается возможности схода лавины, то на неё он либо не обращал внимания, либо не сумел достоверно оценить таковую. Пошли «исследовать возможности лавины» и пострадали от лавины. Если это так, тогда обвинение в некомпетентности именно для такого сорта походов – весьма основательное, на мой взгляд.

А если там лавины невозможны, тогда зачем писать о замерах уровня снега? А если замеры не делались (ведь зонды они не брали!), тогда зачем такую задачу себе писать? Чтобы деньги оправдать от профкома? Ну, знаете ли…

И вот ещё. Эта задача записана в официальном документе о целях похода. Но эту задачу Дятлов не озвучил перед группой. Вот такая ситуация. Три - один, пока ещё в пользу Дятлова. Не оценил опасность лавины, это первое. Но есть и второе.

Второе. Неправильно установил палатку. В его записях говорится, что палатку можно ставить на склоне с любым уклоном, достаточно только выровнять площадку. И он не принял к сведению того факта, что на лавиноопасном склоне очень опасно делать подобные подкопы. Потому что именно такие подкопы могут привести к сдвигу снежной доски. Полагаю, если бы не было подкопа снежного склона для установки палатки, то, возможно, лавина и не сошла бы. Так что три – два, пока ещё в пользу Дятлова.

Третье. Сильный ветер, низкая температура, имеется печка, но дров недостаточно, и на ночь печку не затопили, палатку не прогрели. Не это привело к трагедии, но многие специалисты отмечают, что в таких условиях благополучно проснуться утром всем – это большое везение. Да, существуют холодные ночевки, но не при таком сильном ветре, который выдувает тепло очень быстро. Даже более низкая температура в безветренную погоду была бы менее опасной. Лучше всего было бы спуститься обратно или туда, куда они спустились потом – к кедру. Пройти надо было всего-то пятьсот метров. Это бы их достоверно спасло. Там и надо было ставить палатку. Если бы поставили палатку там, были бы все живы. Три – три, уже не в пользу Дятлова, пока ничейный счёт.

Четвёртое. Конечно, очень хочется сказать, что если есть неприкосновенный запас – НЗ – то его надо держать на теле даже когда спишь. Ибо мало ли что может случиться? Но я допускаю, что никто такого не ожидал, что произошло. Отличный инструктор предвидит всё. И ожидает всё, что возможно. Отличный инструктор объяснил бы, что спички в непромокаемом пакете, кусочек бересты и пресловутые кусочки сахара (которые входят в это НЗ) – это не просто где-то там в рюкзаке спрятанное НЗ, а именно на теле, такое НЗ, с которым не расстаются. Потому что рюкзак в походе можно потерять – уронить и т.п.  А потерять НЗ недопустимо. Но это мы говорим про отличного инструктора, а к Дятлову таких требований предъявлять не будем. Пусть он «хороший инструктор». Но вот о, о чём я умолчать не могу. Остались они без серьёзной одежды, без хорошей обуви, без продуктов, без инструмента, посреди снега в лесочке. И у меня вопрос к «хорошем инструктору». Были ли при этом у них шансы продержаться дольше двух часов? Мой ответ: «Безусловно, были». Использовали ли они эти шансы? Мой ответ: «Безусловно, не использовали». Вот то-то и оно! 

Я могу допустить, что если они не смогли вернуться к палатке, то шансов дождаться спасателей, которые явились через четыре недели, у них было немного. Но если учесть, что к палатке они всё-таки вернуться могли, шансы спастись у них были 100%. Да, именно так - гарантированное спасение.

Но они к палатке не вернулись.

Далее, если бы они пошли к лабазу, то шансов спастись у них было хотя и не 100%, но шансы продержаться там, имея запасы продуктов, инструмент, дрова и хотя бы одну пару лыж и две пары обуви были бы намного выше. А продержаться несколько суток шансы были бы 100%. А с учётом возможности набраться сил, согреться и успешно вернуться к палатке и взять всё необходимое шансы в той ситуации спастись у них были 100%. Гарантированное спасение.

Итак, перед ними три варианта. Остаться у палатки – выжили 100%. Вернуться к лабазу – выжили 100%. Спустились вниз к кедру, но при этом использовали все ресурсы, чтобы не замёрзнуть, после чего вернулись всё-таки к палатке. Шансы от 50% до 80%.

Поправьте меня если я ошибаюсь, но прежде я вам изложу все факты, которые я нашёл в книге Согрина.

Факт первый. У них были ножи, которыми они, предположительно, могли нарубить тонкие ели, пригодные для костра, и тонкие берёзки, также пригодные для костра.

Факт второй. Кое-кто из них был обут. Вроде бы было две с половиной пары обуви на всех. У других были носки. На некоторых было надето несколько носков на каждую ногу. Была кое-какая одежда. Немного, но была.

Факт третий. Как минимум, у троих из них были спички, береста и бумага. А также как минимум у одного из них был блокнот.

И вот я спрашиваю вас. Могли они со всем этим в лесочке, где есть молодые кедры и берёзки, и где есть большой кедр, ветки которого они смогли сломать, толщина веток оценивается до восьми сантиметров – продержаться более двух часов? Ваше мнение?

Напомню – из снега можно делать препятствия ветру. Если снег твёрдый, его можно резать ножом и складывать стену, об этом писал Дятлов в своих инструкциях. Если снег очень рыхлый, его можно утаптывать и получить яму, где нет ветра, и в ней разводить костёр, это тоже у них в инструкциях было. Если спички есть у трёх человек, то, как минимум, при бережном обращении с ними можно не только один раз разжечь костёр, но и если даже за ним не уследили и его задул ветер, то можно учесть все ошибки, исправиться и зажечь костёр заново. Это – при условии высококвалифицированного руководства группой. Напомню также, что девять человек могли ещё согревать друг друга телами, так что если бы это было не девять существ весом 50-70 килограммов, а одна сплочённая группа весом 550 килограммов, то такая группа даже без костра могла бы продержаться чуть дольше часа. А с костром – намного дольше.

Да, ветер, мороз, снег, выбились из сил, я всё понимаю. Но при этом – укрытие, настил, спички, бумага, береста, ножи, одежда!

Если распоряжаться по-хозяйски, тогда спички не исчезнут через час. Спички в этой ситуации дороже алмазов. Огонь – это жизнь! Что должен был сделать Дятлов, как только они прибыли в лесок к кедру? Выяснить, у кого есть спички, сколько их вообще, и установить диктатуру расходования спичек. В идеале огонь следовало разжечь с одной спички, а остальные – НЗ. И не допускать, чтобы огонь потух.

А не в идеале? Сложив неэффективный костёришко, шансов разжечь и поддерживать который практически нет, потратить все имеющиеся спички на тщетные попытки его зажечь. Хуже не придумаешь. Дятлов не мел право допускать подобное!

 И вот тут когда я узнаю из книги Согрина, что у замёрзшей Зинаиды Колмогоровой в кармане были найдены спички и береста, у замерзшего Рустема Слободина в кармане были найдены спички и береста (или бумага), что у них был найден, по меньшей мере, ещё и один блокнот, и что у следов нелепого костра, открытого всем ветрам и не догоревшего до конца (Согрин пишет, что ветки были скорее просто закопчены, нежели горели!), и при том, что рядом с Криванищенко и Дорошенко, двух Юриев, были найдены много горелых спичек, и при том, что на построенном для спасения настиле не было найдено никаких признаков попытки разведения костра, я делаю вывод, который единственно можно сделать в этом случае. Все возможности развести огонь на настиле теоретически существовали, но в результате несогласованных действий группы Дятлова этих возможностей уже не было, когда настил был сооружён!


Я вижу это так.

Первое. По-видимому, сначала пытались заготовить дров и бересты. Утомились, результат не слишком хорош, но был всё-таки результат! Ведь как-то Криванищенко и Дорошенко получили ожоги рук и ног! То есть огонь был, но им неправильно воспользовались. Уже замерзали и не чувствовали ни рук, ни ног. Но огонь был, а значит, что дрова какое-то время всё-таки горели. И получается, что Согрин слишком пренебрежительно отзывается о костре. Всё-таки какое-то время он горел достаточно, чтобы получились ожоги. Надо было только довести его до такого состояния, чтобы он не обжигал, а согревал.


Второе. Предположительно, Слободин и (или) Колмогорова всё-таки решили вернуться к палатке. Дятлов их не останавливал.

Слободин и Кломогорова имели спички, то самое НЗ. Дятлов, вероятно, знал об этом, но решил, что поскольку костёр уже имеется, то спички у них можно не забирать, оставить им. Кроме того, он, по-видимому, полагал, что у Криванищенко и Дорошенко спички ещё остались. Но он не предупредил их, что если костёр погаснет, то расходовать все имеющиеся у них спички ни в коем случае нельзя, пока не будет уверенность, что новый костёр не погаснет. Хотя бы сколько-то спичек из их запасов необходимо было оставить как НЗ. Или хотя бы сколько-то спичек взять у Колмогоровой или Слободина, прежде чем отпускать их назад к палатке. При подъёме им спички не могли помочь, если бы они дошли до палатки, тогда там были и спички, и дрова. На всякий случай, если бы они спички не нашли, надо было им сколько-то спичек оставить. Но все – не обязательно.

Три запаса спичек были. Один бездарно израсходовали Криванищенко и Дорошенко. Два другие унесли с собой Слободин и Колмогорова.

Полагаю, что остальные пятеро – сам Дятлов и четверо других – стали искать убежище, нашли его и начали обустраивать. Они копали или утаптывали снег, устраивали настил.

Тем временем Слободин упал и получил тяжёлую травму. Дальше идти не смог. Замёрз. А Колмогорова прошла почти половину пути до палатки. Но выбилась из сил, и тоже стала замерзать, или уже замёрзла.

Тут пятеро, которые обустраивали убежище, вернулись к Криванищенко и Дорошенко и обнаружили, что костёр потух, все спички израсходованы, Криванищенко и Дорошенко замёрзли насмерть.

Дятлов распоряжается взять одежду Криванищенко и Дорошенко, идти в убежище на настил, а сам берётся добраться до Колмогоровой, у которой остались спички. Или до Слободина. Но он уже устал и замёрз. Поэтому идти по глубокому снегу трудно, он хочет передохнуть, хватается за тонкую берёзку, чтобы опереться на неё, но берёзка хилая, сгибается, Дятлов падает и уже у него нет сил подняться. Четверо, которые ждут огня, так и не дождались его. Они, по-видимому, хотели использовать часть настила как дрова. Но без огня настил оказался бесполезен, он не спас их.

Вот такая картина.

Согрин рисует другую картину. В следующей части я объясню, почему картина, нарисованная им, не правильная.