100 казнённых еретиков. Алёна Арзамасская

4 декабря 1670 года

Арзамас, Московское царство

Нет никакого сомнения в том, что Алёна Арзамасская была казнена (заживо сожжена в срубе) по чисто политическим причинам – за участие в вооружённом мятеже против царской власти в качестве командира вооружённого отряда. Однако формально её сожгли как ведьму, колдунью… и потому еретичку (колдовство совершенно справедливо считается ересью, ибо представляет собой де-факто поклонение демонам).

Алёну часто некорректно называют «русской Жанной д’Арк» … некорректно потому, что (а) Жанна была марионеткой Иоланды Арагонской; (б) была духовным лидером не мятежников, а одной из сторон в войне между государствами; и (в) ни ведьмой, ни колдуньей не была… да и обвинение в ереси высосано из пальца. Кроме того, Жанна избежала костра – подробнее её приключения до и после описаны в главе «Руанский Феникс».

Алёна родилась в казачьем селе Выездная Слобода под Арзамасом. Дата её рождения неизвестна; скорее всего, она появилась на свет около 1640 года. Известно, что ещё в юности её насильно выдали замуж за пожилого крестьянина (обычное дело в те времена), но тот прожил недолго (аналогично), и вскоре она стала вдовой. Детей у неё, видимо, не было.

От крайней нужды она постриглась в монахини (и это не было редкостью) в Арзамасском Николаевском монастыре. Здесь она обучилась грамоте, узнала народное врачевание. Разработала лекарство от гнойных ран. Видимо, была талантливой народной целительницей, а такую было легко обвинить в колдовстве при определённом желании (которое, несомненно, было).

В 1669 году, когда началось крестьянское восстание Степана Разина, Алёна покинула монастырь и… нет, не присоединилась к восставшим (с Разиным она ни разу лично не встречалась). Просто подняла свой собственный мятеж – обычное дело во время крупных восстаний.

Ей удалось собрать отряд из 300—400 человек, и с ним она направилась к городу Темникову, расположенном на притоке Оки Мокше. Информации о том, почему люди решили последовать за ней, не сохранилось (скорее всего, роль сыграла синергия идей, харизмы и прирождённых лидерских качеств).

Она отрезала волосы, носила доспехи и продолжала одеваться, как мужчина. Поэтому есть версия, что отряд бывшей монахини просто не знал, что их ведет в бой женщина, потому что Алена скрывала свой пол. Она отличалась недюжинной физической силой, поэтому вполне могла быть трансгендером (мужчиной в женском теле).

В 1670 году её отряд объединился с отрядом Фёдора Сидорова и разбил отряд воеводы Арзамаса Леонтия Шайсукова. После этого она повела отряды численностью до 700 человек от Арзамаса к Шацку, затем повернула и взяла Темников. Алёна более двух месяцев управляла городом и войском. На пике её активности в её отряде насчитывалось более двух тысяч повстанцев.

Как градоначальница, Алена заботилась о горожанах, в частности организовала лечение раненых. Были установлены новые городские порядки: все вопросы решались сообща, во время общих собраний. По сути, Темников на короткое время превратился в вольную республику с Аленой Арзамасской во главе.

Алёна лично участвовала в сражениях и фактически играла роль казачьего атамана. Вплоть до XX века Алена оставалась единственной женщиной, которой приписывали атаманский статус. Утверждалась, что она «превосходила мужчин своей необычной отвагой» … и физической силой.

Ходили слухи, что на самом деле Алена — ведьма. Рассказывали, будто она носила с собой особые «заговорные письма и коренья» и побеждала с их помощью. Как сказал бы товарищ Сухов, это вряд ли – просто она была прирождённым талантливым военным лидером.

Правление Алены, однако, было недолгим. 30 ноября 1670 года царские войска атаковали восставших, находившихся в тот момент в 15 километрах от Темникова. Повстанцы потерпели поражение, и город остался фактически без защиты.

Царский воевода Долгоруков вошел в город. Оставшиеся в городе мятежники сдаваться отказались. В их числе была и Алена, которая спряталась в церкви и стала обороняться. Она не сдавалась до последнего, а за небывалую силу и редкое мужество ее даже сочли за ведьму.

Она продолжала столь упорно сопротивляться, что сперва расстреляла все свои стрелы, убив при этом еще семерых или восьмерых, а после того, как увидела, что дальнейшее сопротивление невозможно, отвязала саблю, отшвырнула ее и с распростертыми руками бросилась навзничь к алтарю.

В таком виде ее и нашли прорвавшиеся в храм царские солдаты. Перед ними (к их великому изумлению) предстала молодая женщина в военных доспехах поверх монашеской рясы. Когда солдаты Долгорукова нашли лук Алены, никто из них не смог его до конца натянуть — такой тугой оказалась тетива.

При ней нашли некие коренья, которые посчитали ведьмовскими снадобьями, и к прочим обвинениям прибавилось еще одно — в колдовстве. Считается, что в России, в отличие от Европы, не было охоты на ведьм, но на самом деле борьба с колдунами все же велась, а ведуний так же сжигали на кострах, как и в Европе… правда масштабы гонений были существенно меньшими (ибо они представляли собой существенно меньшую опасность).

«Женским» колдовством считались ворожба и знахарство — последним как раз занималась Алена. Народный страх перед колдуньями хорошо описывает миф об Иване Грозном. Ходило предание, что царь хотел избавить страну от безбожия и решил уничтожить ведьм и якобы приказал сообщать о ведуньях.

Многие женщины оказались жертвами доносов. Их привезли в Москву со всех концов страны и посадили в тюрьмы. Затем колдуньи были собраны на одной из площадей и сожжены. Учитывая, что Ваня Ужасный был уникальным (даже по тем временам) садистом-танатофилом, это вполне могло иметь место.

В 1653 году, уже при Романовых, был введен прямой царский запрет на колдовство, в котором говорилось: «Хто учнет коренья держать и травы держать и траву чинить и костьми ворожить, хто учнет к ворожом ходить, того б государь велико и жестоко казнил без пощады».

В Московском государстве в XV–XVII веках колдовство считалось одним из наиболее опасных религиозных преступлений. По этой причине уличенные в любом из видов чародейства женщины наравне с мужчинами подвергались преследованию со стороны как духовной, так и светской власти, а наказание виновных отличалось особой суровостью (жгли в срубе, проще говоря).

За государственные преступления женщин на Руси обычно не казнили, поэтому обвинения в колдовстве нередко становились способом «законной» расправы с опасными государственными преступниками, включая женщин. Что и имело место в данном случае.

Долгоруков ожидаемо приказал пытать Алёну (на Руси в этом плане было гендерное равенство), считая, что ей известно и о других отрядах повстанцев. Пытали как заведено – били кнутом, подвешивали на дыбу-страппадо, жгли огнём… но безрезультатно. Ибо отряд Алёны действовал сам по себе – без какой-либо координации с другими повстанцами.

Как ведьму, ей приговорили к сожжению заживо в срубе (по русскому способу). Утверждается, что после прозвучавшего на площади приговора, Алена смиренно приняла свою участь, спокойно взошла на край хижины, сооруженной по московскому обычаю из дерева, соломы и других горючих вещей, и, перекрестившись и свершив другие обряды, смело вошла в неё в нее, захлопнула за собой дверь и, даже когда все было охвачено пламенем, не издала ни звука.

Последнее никак не связано с её несомненным мужеством – ибо русский способ был существенно более милосердным, чем западный. Ибо на Руси сожжение осуществлялось в закрытом пространстве (внутри четырёх стен высотой до двух метров), поэтому смертники быстро умирали (или, по крайней мере, теряли сознание) от отравления угарным газом (моноксидом углерода).

Общепринятое описание казни Алёны неточное – в реальности смертников связывали и привязывали к углу сруба… что ещё более ускоряло смерть.