Сословный быт и картина мира русского человека в X

XVII век в России — это эпоха больших перемен. После Смутного времени страна переживала процесс восстановления и консолидации. В 1613 году на престол взошёл первый царь из династии Романовых, Михаил Фёдорович, и начался новый этап в истории государства. Россия начала выходить из изоляции, расширяя контакты с Западной Европой и азиатскими странами. Это оказало влияние на восприятие мира русскими людьми, ранее привыкшими к более замкнутому и традиционному взгляду.

I. Мир русского человека XVII века.

В XVII веке изменилось восприятие русскими людьми окружающего мира и своего места в нём.

Ключевые события, повлиявшие на мировоззрение русского человека XVII века:

• Смута потрясла сознание людей, заставила остро ощутить ценность стабильности и сильной, законной власти. 
• Церковный раскол стал серьёзным испытанием веры, заставил многих глубоко задуматься о роли религии в жизни. 
• Соборное уложение 1649 года, которое поставило точку в закрепощении крестьян. Это во многом изменило жизнь, как крестьян, так и помещиков.

Основные черты картины мира:

1. Глубокая религиозность.

Русского человека XVII века отличали глубокая религиозность и приверженность патриархальным устоям.
 Оставшись после падения Константинополя в 1453 году единственной непокорённой страной православия и впитав учение о Третьем Риме, Московское государство осознавало свою миссию как хранителя истинной веры и непреклонного воителя против врагов православия. Подобный взгляд находил подтверждение в событиях Смуты, когда иноверцы терзали тело России, и в то же время он стал той решающей идеей и духовным огнем, вокруг которого объединились защитники отечества, воины Кузьмы Минина и Дмитрия Пожарского.
Православие было фундаментом жизни.
Религиозная обрядность пронизывала русскую жизнь XVII столетия от рождения до смерти.
Важную роль играли церковные обряды:
• Крестины (крещение считалось жизненно важным, некрещёного даже не хоронили на кладбище),
• «постриги» (обряд через год после крещения, когда кум или кума выстригали у ребёнка прядь волос и дарили рубль),
• празднование именин (отмечали не день рождения, а именины — день святого, в честь которого человек был назван),
• венчание,
• поминки.
Они считались важнейшими событиями в семейном быту. На них приглашали гостей, старались подать к столу самое лучшее.
Церковный календарь стал основой хозяйственной деятельности. К дням определённых святых приурочивали различные работы в поле. К важным церковным датам привязывали природные приметы, важные решения, всевозможные договоры.
Самым главным и почётным местом в русской избе был «красный угол» (от слов «краса», «красивый», как и Красная площадь), где на специальной полочке в определённом порядке устанавливались иконы. Располагаться этот угол должен был напротив двери: когда человек входил в дом, то сразу кланялся и молился иконам.
Просыпаясь, русский человек сразу же устремлял свой взор на святые образа и крестился. После умывания и одевания приступали к утренней молитве. Благословясь, начинали любую трапезу.
Если день был праздничный — шли в церковь к заутрене. Благочестие требовало приходить в церковь со звоном колоколов, до начала служения. Обязательной была и вечерняя молитва, после которой рекомендовалось не пить, не есть, не разговаривать. Перед сном следовало совершить три земных поклона, а в полночь, «тайно встав, со слезами, прилежно» вновь молиться Богу «о своём согрешении».

• Посты и пищевые ограничения.
Наряду с молитвой важнейшее место в жизни людей занимал пост.
 Многодневные посты (особенно Великий пост перед Пасхой) серьёзно влияли на рацион и распорядок: ограничивали еду, усиливали молитвы и исповеди, меняли характер досуга.
Великий пост длился 7 недель. Есть во время него рекомендовалось только один раз в день. А по субботам и воскресеньям разрешалось принимать пищу два раза в день. При этом по понедельникам, средам, пятницам всем мирянам можно было есть холодную постную пищу, в остальные дни недели — горячую. Помимо воздержания в пище, Великий пост сопровождался усиленными молитвами и покаянием. Также нужно было обязательно причаститься и исповедаться.

В каждом самом маленьком селении была собственная церковь. Чаще всего её строила крестьянская община, потом туда приглашали священника.
На все православные праздники верующие ходили в церковь.
Самым торжественным праздником считалась Пасха. В ней слились и доисторические взгляды на весеннее пробуждение, и благочестивые намерения верующих.
К самым большим праздникам относились Рождество, Троица, Михайлов день.
Праздники начинались колокольным звоном и торжественным богослужением во всех церквах.
Затем все жители села собирались на братчину – совместную трапезу членов деревенской общины, устраивавшуюся вскладчину.
Возле церкви ставили столы, выносили иконы и, помолившись, приступали к пиршеству.
 На братчинах царила атмосфера христианской любви и братства, здесь мирили поссорившихся и творили общинный суд.

• Запрет на работу в праздники.
В большие церковные праздники (Рождество, Пасха, Троица) работать было нельзя. Утро начиналось с богослужения, затем шли встречи с родными, угощения, гуляния.

 Повсеместное распространение на Руси получил культ святого Николая. Никола-угодник считался защитником униженных и оскорблённых. Особое уважение оказывалось ему в крестьянской среде.
Среди небесных покровителей также высоко ценились:
• Св. Георгий – покровитель православного воинства,
• архистратиг Михаил – глава всех ангелов и архангелов,
• грозный пророк Илия, занявший место Перуна и «заведовавший погодой».
В XVII веке широкое распространение получило почитание местных святых подвижников – Сергия Радонежского, Серафима Саровского, Пафнутия Боровского и т.д. Учрежденные ими монастыри стали местом паломничества, в т. ч. и царских богомолий. В число наиболее почитаемых монастырей того времени входили Троице-Сергиев, Соловецкий, Николо-Угрешский, Пафнутьево-Боровский

Одним из ключевых факторов, влияющих на картину мира русского человека, стало религиозное реформирование.
В середине XVII века патриарх Никон начал реформы, направленные на унификацию церковных обрядов в соответствии с греческими образцами.
 Затеянная в 1653 году с намерением исправить некоторые ошибки и огрехи перевода греческих богослужебных книг, поправить некоторые обряды – прежде всего, заменить двуперстие на трёхперстие – реформа неожиданно для власть предержащих вызвала шквал возмущения и привела к трагическому расколу общества.
Старообрядцы, отвергшие реформы, столкнулись с преследованиями. Угрозы и репрессии против упрямцев – архимандрита Иоанна Неронова, протопопа Аввакума, боярыни Феодосьи Морозовой – только укрепили в своих убеждениях староверов, или, как их называли в официальной пропаганде, раскольников.
Между никонианами и староверами разгорелась горячая полемика. Сложно оценить, какое количество населения держалось древних обрядов, с учетом, что свои убеждения приходилось скрывать, однако по документам той эпохи складывается впечатление, что таковых было до 25%. Непримиримое отношение официальной церкви к старообрядцам, поддержанное центральной властью, породило среди них эсхатологические настроения. Ощущение конца света, подогреваемое страстными проповедниками двуперстия, охватило сотни тысяч человек. В 1670-е – 1690-е гг. по стране прокатилось несколько волн массовых самосожжений старообрядцев (гарей). В крупнейших из них погибало по несколько тысяч человек.
Эти события обострили религиозные споры и заставили людей задуматься о сути веры, правильности традиций и границах власти церкви.

Изменение церковного ритуала после раскола в Русской православной церкви не поколебало у большинства верующих отношения к вере и Церкви. Он лишь заставил часть из них задуматься над сущностью веры и её ролью в своей жизни.

2. Осознание роли государственного порядка, единства и обширности земли.

После Смуты русский человек впервые остро осознал роль и значение государственного порядка и стабильности. И это было характерно не только для русских, но и для других народов страны. Преодоление Смуты укрепило в сознании людей идею необходимости прочной, стабильной государственной власти.
В то же время расширение территории государства способствовало ощущению единства с огромной родиной и принадлежности к единому народу. Именно с этого времени русский человек в большей мере, чем прежде, ощущал свою принадлежность к огромной единой стране и русскому народу, составлявшему её основу.
Даже не имея специальных географических познаний, русский человек впервые осознал бескрайние просторы своего Отечества, территория которого достигла Тихого океана.

3. Сословные различия (Формирование сословности бытовой культуры, социальной психологии и повседневной жизни).

Картина мира сильно зависела от социального статуса. 
• У крестьян основой жизни была община. Она регулировала землепользование, взаимопомощь («помочи»), распределение податей и решение важных вопросов на сходе. 
• В городах зажиточные посадские люди жили в более благоустроенных домах, чем крестьяне, и постепенно перенимали некоторые новшества. 
• Бояре и дворяне демонстрировали статус через роскошь: каменные палаты, дорогая посуда, иностранные вещи (зеркала, часы, карты). При этом они начинали проявлять интерес к европейским новшествам. 

Именно в XVII веке начинается складываться проблема «нескольких Россий», формирования социально-культурных общностей (иной раз ещё и с этнической составляющей), которые по мере развития всё больше отдалялись друг от друга.
В социуме возникала трагедия непонимания, а его главными объединяющими началами выступали:
• центральная монархическая государственная власть (причём в контексте «бунташного века») и
• Русская православная церковь (в контексте раскола).
Между тем нарастание различий в повседневной жизни, бытовой культуре и социальных стратегиях было неизбежно как в силу общего вектора сословной политики, так и по причине слабой коммуникации между разными частями огромной страны.
В этих условиях единственным способом интеграции разнообразного социума оказывается имперская модель. Именно в XVII веке закладываются все предпосылки к воплощению этой модели в жизнь, что в начале следующего столетия в интенсивном режиме было реализовано Петром I.

4. Настороженное отношение к новшествам.

 Проникновение иностранных новшеств, особенно в конце века, отмечали все современники. Некоторые из новинок носили модный и преходящий характер, другие имели важное практическое значение.
Например, при Алексее Михайловиче появились первые аптеки и рецептурные книги, получили распространение очки. Многие годы царя лечил англичанин Самуэль Коллинз. Пользу грамотного лечения сложно было отрицать даже ярым приверженцам старины.
Неотложная необходимость ещё более заставляла перенимать западные образцы в военном деле. Речь, конечно же, о полках иноземного строя.
Однако «заморские диковинки», не имеющие прямого практического значения, воспринимались с гораздо большим недоверием.
 К примеру, табак, получивший определённое хождение в конце XVI – начале XVII вв. через голландских и английских торговцев, встретил полное неприятие династии Романовых. Едва взойдя на престол, Михаил Фёдорович запретил это «разорительное зелье».
Но чай, шедший из Китая, был принят радушно, и уже к концу века стал повседневным напитком дворянства и купечества, а веком позже – и крестьянства.
Тогда же большое распространение получили восточные специи – корица, перец, гвоздика, мускат и т.д.
 Среди кухонных приборов в употребление стали входить стаканы, тарелки и сковороды.
Всё непривычное — от иностранных обычаев до технических изобретений — воспринималось с опаской.
Заморские гости вызывали острое любопытство, и в то же время пугали своей необычностью – от внешнего вида до повседневных привычек. В иностранце видели не только хитроумного специалиста или преуспевающего торговца, но еще и «латинянина», потенциального врага русской веры.
В XVII веке, как никогда прежде, появилось много новшеств в культурной, экономической и политической жизни России. Они не всегда получали поддержку правящего слоя. Новое казалось непривычным и странным, а следовательно, воспринималось с большой осторожностью.
Однако именно эти новшества готовили Россию к тем переменам, которые наступили в конце XVII века.
 
5. Зарождение светских тенденций (Культурные изменения).

Развивалось книгопечатание, что способствовало распространению знаний.
Появлялись новые жанры литературы, такие как сатира, историческая проза, а также первые драматические постановки.
Архитектура стала более разнообразной за счёт западных влияний, что проявилось в таких стилях, как «нарышкинское барокко». Эти изменения повлияли на восприятие красоты, гармонии и творчества в мире. Русские люди начали видеть мир более сложным и разнообразным, чем раньше.
Во второй половине XVII века усилились процессы обмирщения культуры — постепенного освобождения от жёсткого церковного влияния. В литературе, искусстве и науке стали проявляться светские мотивы, росло внимание к человеческой личности. Это проявлялось, например, в появлении сатирических произведений, в интересе к географии и истории, в развитии портретной живописи. 

6. Влияние внешних контактов (Расширение кругозора. Рост влияния зарубежной бытовой культуры).

В XVII веке Россия испытала несколько мощных инъекций западной культуры.
Смута начала столетия сопровождалась польской и шведской интервенцией со всеми вытекающими из этого последствиями.
Часть территории страны находилась под иностранной оккупацией несколько лет. Войны середины и 2-й половины столетия обеспечили знакомство русских воинских людей с жизнью шведской Прибалтики (войска дошли до Дерпта и Риги), Речи Посполитой (бывшая столица Великого княжества Литовского Вильно несколько лет была под властью Алексея Михайловича). Присоединение Украины сопровождалось серьёзнейшим культурным влиянием бывших земель Речи Посполитой на Россию.
 Наконец, развитие общества и экономики (полки нового строя, рост числа служилых иноземцев, мануфактурное строительство под началом иностранных специалистов и т.д.) резко расширили горизонты контактов и взаимодействия с западноевропейской культурой.
Всё перечисленное способствовало распространению элементов западной бытовой культуры (европейское платье, посуда, пища, предметы украшения жилища, первая газета – «Куранты», придворный театр и пр. – все эти элементы западной культуры появляются в России в XVII веке, ещё до петровской эпохи), а также европейских научных знаний, переводных книг, памятников литературы.
Западное влияние пока не имело такого концентрированного характера, как в годы петровских реформ в начале следующего столетия, но все культурно-бытовые тенденции будущих преобразований были заложены именно в XVII веке.
Контакты с Западной Европой и развитие внешней торговли способствовали изменению восприятия мира.
В XVII веке в Россию начали проникать западные научные и философские идеи.
 Например: через западных специалистов в Москву приходили новые представления о природе, космосе и технике.
 Появление первых книг светского содержания, в том числе переводных, знакомило людей с более широким мировоззренческим горизонтом.
Усилился интерес к картографии и географии, благодаря чему русские люди начали лучше понимать, как устроен окружающий мир.
Расширение связей с Европой и Азией позволяло узнавать о других укладах жизни. Иностранные специалисты (врачи, ремесленники, дипломаты) приезжали в Россию, а представители православного духовенства с присоединённых территорий (например, с Левобережной Украины) способствовали распространению новых культурных веяний.
Чтение античных трудов и европейской литературы повлияло на появление прогрессивно мыслящих чиновников.
Отдельные русские вельможи становились сторонниками европейской культуры, европейского просвещения, европейского образа жизни. К первым западникам принадлежали князь Иван Хворостинин, воевода Василий Измайлов, боярин Артамон Матвеев, дьяк Григорий Котошихин, князь Василий Голицын, Афанасий Ордин-Нащокин.

Рост контактов с европейскими и азиатскими государствами поставили жителей России перед необходимостью понять и осмыслить не столько политический, сколько повседневный опыт других людей, уклад жизни которых сильно отличался от общепринятого в России.

7.  Социальные сдвиги.

Постепенное усиление централизованной власти и начало бюрократизации государственного аппарата также повлияли на картину мира. Для многих людей появление новых должностей, служб и обязанностей означало новый взгляд на роль государства в жизни человека.
 
8. Усиление внимания к человеческой личности.

Оформление и развитие сословий, установление границ между сословиями вызывали к жизни повышенное внимание человека к собственной идентичности. Отсюда обостренное восприятие вопроса о месте личности в этом мире.
Американский историк Н. Коллманн обратила внимание на необычайно важную роль, которую играло для русских людей XVII века понятие личной чести.
 Причём для данного феномена была характерна социальная широта: считалось, что честь в том или ином виде свойственна всем социальным группам. Внимание к вопросам чести – это внимание к личности, её статусу, её социальным ролям.
В Московской Руси, пишет Нэиси Коллманн, честь была способом разрешения и предотвращения конфликтов, как она была дискурсом, определявшим способ взаимодействия людей в доме, семье, деревне.
Она давала людям способ отношения к властям; сознание того, что их честь была частью большого социального резерва, связывавшего их с царём и, таким образом, и с Богом через официальных лиц и другие репрезентации государства.
Защита чести предоставляла институты и нормы, связывавшие людей с обществом, а равно и стратегию достижения единства в окружающем мире. Это станет особенно полезным по мере того, как бюрократия и реформы будут всё больше связывать индивидов с «воображаемой общиной» абсолютистского государства.
Это был социальный код, способствовавший социальному подчинению и порядку.
Он подчёркивал:
• нерушимость брака и семьи,
• уважение социальной иерархии,
• уклонение от насилия словом и делом, как в семье, так и в сообществе,
• верную службу государству,
• идентификацию с тем социальным положением, в котором человек рождён.
Это не был социальный код, который бы способствовал переменам, инновациям и социальной мобильности, но это было как раз то, что требовалось государству.
Он был особенно суров по отношению к женщинам, предписывая им полное подчинение власти мужчин и жёсткий контроль за сексуальной активностью. Смирение и послушание считались ценностями, дававшими женщине честь.

9.   Включение человека во множество корпоративных связей.
 
Например, возьмём городового стрельца.
Он:
 –    государев служилый человек по прибору,
–   боец городского гарнизона,
–   житель конкретной слободы, сотни, улицы,
–  прихожанин своей церкви,
–  член городской общины,
–   выборщик должностных лиц городского и слободского самоуправления,
–   кормилец своей семьи,
–  член определённого рода (клана). Отсюда и значительная роль в социальной жизни понятия «двор», где человек жил вместе со своими родственниками и домочадцами. Двор являлся единицей налогообложения, создавал материальную основу существования члена социума.

10. Образ царя в народном сознании.

Весь мир русские крестьяне воспринимали как единую общину, главой которой был царь - выразитель правды и справедливости. В нём православные люди видели опору и защиту, к нему обращались с жалобами.
Святой обязанностью царя было:
• молиться за Русь и
• совершать паломничества по монастырям.
 Например, Иван Грозный ходил босиком в Троице-Сергиев монастырь (60 вёрст).
Алексей Михайлович посещал всенощные – богослужения в церкви, совершаемые накануне воскресных дней и христианских праздников. Он стоял на всенощных по шесть часов и отбивал по тысяче поклонов. При его дворце жили юродивые, калеки и нищие. Перед Пасхой Алексей Михайлович обходил тюрьмы, разговаривал с арестантами, миловал тех, кто искренне раскаялся, платил за тех, кто попал в тюрьму за долги.
Православный человек XVII столетия наделял царскую власть божественным смыслом, считая царя помазанником Божьим. Поэтому воля государя воспринималась как обязательный закон. И даже если царь ошибается, то в этом виноваты только хитрые и корыстные советчики, бояре и вельможи, и не вправе простой человек осуждать своего государя. За все свои деяния, по представлениям русского человека, царь нёс ответственность только перед Богом. Божья кара может прийти в виде стихийных бедствий, неурожайных лет, следствием которых является голод, болезни, народные бунты.
В то же время в народном сознании складывается мечта о добром царе-батюшке, справедливом и милосердном, который заботится о своём народе как родной отец, разрешающий все конфликты, прекращающий все распри и споры.


***

Картина мира русского человека в XVII веке представляла собой сложное переплетение традиций, веры и зарождающихся изменений. На неё повлияли как глубокие исторические события (Смута, церковный раскол), так и расширение контактов с другими странами. При этом уклад жизни сохранял патриархальные черты, но в разных сословиях проявлялись свои особенности. 
Таким образом, картина мира русского человека XVII века была переходной: основы традиционного уклада сохранялись, но под влиянием внешних контактов и внутренних процессов в мировоззрении постепенно пробивали себе дорогу новые идеи.
 От традиционного, замкнутого восприятия с акцентом на религиозные и общинные ценности русские люди начали двигаться к более сложному мировоззрению, которое включало элементы западной культуры, науки и философии. Эти изменения подготовили почву для ещё более масштабных преобразований, которые произошли в петровскую эпоху в XVIII веке.

II. Повседневная жизнь русских людей «бунташного века».

Если обратиться к повседневной жизни русского человека XVII века, то она отличалась от сословия к сословию, сохраняя при этом нечто общее – почитание старины и уважение к церкви.

• Из книги Николая Костомарова «Быт и нравы русского народа, XVI-XVII вв.»:
«Предки наши, как знатные, так и простые, вставали рано: летом с восходом солнца, осенью и зимой за несколько часов до света…
Вставая ото сна, русский тотчас искал глазами образа, чтобы перекреститься и взглянуть на них; сделать крестное знамение считалось приличнее, смотря на образ. В дороге, когда русский ночевал в поле, он, вставая от сна, крестился, обращаясь на восток. Тотчас, если нужно было, после оставления постели надевалось белье и начиналось умыванье; зажиточные люди мылись мылом и розовой водой. После омовений и умываний одевались и приступали к молитве.
Если день был праздничный, тогда шли к заутрене, и благочестие требовало, чтобы встать ещё ранее и придти в церковь со звоном ещё до начала служения заутрени. Если же день был простой или почему-нибудь нельзя было выходить, хозяин совершал должное богослужение по книге, если был грамотен. В комнате, предназначенной для моления, – крестовой – или когда её не было в доме, то в той, где стояло побольше образов, собиралась вся семья и прислуга, зажигались лампады и свечи, курили ладаном. Хозяин, как домовладыка, читал перед всеми вслух утренние молитвы; иногда читались таким образом заутреня и часы, смотря по степени досуга, уменья и благочестия; умевшие петь пели. У знатных особ, у которых были свои домашние церкви и домовые священнослужители, семья сходилась в церковь, где молитвы, заутреню и часы служил священник, а пел дьячок, смотревший за церковью или часовней, и после утреннего богослужения священник кропил святой водой. Окончив молитвословие, погашали свечи, задергивали пелены на образах, и все расходились к домашним занятиям. Там, где муж жену допускал до управления домом, хозяйка держала с хозяином совет, что делать в предстоящий день, заказывала кушанье и задавала на целый день уроки в работах служанкам. В таких домах на хозяйке лежало много обязанностей. Она должна была трудиться и показывать собою пример служанкам, раньше всех вставать и других будить, позже всех ложиться: если служанка будит госпожу, это считалось не в похвалу госпоже. При такой деятельной жене муж ни о чём не заботился по домашнему хозяйству; жена должна была знать всякое дело лучше тех, которые работали по её приказанию: и кушанье сварить, и кисель поставить, и бельё выстирать, и выполоскать, и высушить, и скатерти и полавочники постлать, и таким своим уменьем внушала к себе уважение. Но уделом не всех жен была такая деятельная жизнь; большей частью жёны знатных и богатых людей по воле мужей вовсе не вмешивались в хозяйство; всем заведовали дворецкий и ключник из холопов. Такого рода хозяйки после утреннего моления отправлялись в свои покои и садились за шитьё и вышивание золотом и шелками со своими прислужницами; даже кушанье к обеду заказывал сам хозяин ключнику. Ключник не всегда спрашивал об этом хозяина, а знал наперёд, что следует готовить по годовой росписи; обыкновенно в таком случае ключник получал от хозяина деньги на известный срок и по истечении срока давал отчёт. В утреннее время считалось нужным обойти службы. Хозяин навещал конюшню, ходил по стойлам, смотрел – наложена ли под ногами лошадей солома, заложен ли им корм, приказывал перед своими глазами давать лучшим лошадям овса, а страдным (то есть рабочим) овсяной муки или невейницы, приказывал проводить лошадей перед собой к желобам, устроенным вблизи конюшни для водопоя; потом заходил в хлевы – коровий, свиной, птичий, приказывал скотникам пригнать несколько отборных штук скота, кормил их из своих рук и посыпал зерно курам и гусям, потому что, когда сам хозяин из своих рук кормит их, то от того плодородие умножается. Иногда, воротившись после такого обзора, хозяин призывал дворецкого, заведовавшего всеми кладовыми и надворными строениями, и слушал его доклады; когда нужно было, то осматривал с ним что-нибудь, давал распоряжения к домашним работам, разбирал дела между слугами. После всех домашних распоряжений хозяин приступал к своим обычным занятиям: купец отправлялся в лавку, ремесленник брался за свое ремесло, приказные люди наполняли приказы и приказные избы, а бояре в Москве стекались к царю и занимались делами. Приступая к началу дневного занятия, будь то приказное писательство или чёрная работа, русский считал приличным вымыть руки, сделать перед образом три крестных знамения с земными поклонами, а если предстоит случай или возможность, то принять благословение священника.

…(в шестом часу дня) служились обедни…
В полдень наступало время обеда. Холостые лавочники, парни из простонародья, холопы, приезжие в городах и посадах наполняли харчевни; люди домовитые садились за стол дома или у приятелей в гостях. Цари и знатные люди, живя в особых покоях в своих дворах, обедали отдельно от прочих членов семьи; жёны с детьми трапезовали особо; но незнатные дворяне, дети боярские, посадские и крестьяне – хозяева оседлые – вместе с жёнами и с прочими членами семьи; впрочем, иногда семейные члены, составлявшие со своими семьями одно семейство с хозяином, обедали от него и особо; во время же званых обедов особы женского пола никогда не обедали там, где сидел хозяин с гостями. Стол накрывался скатертью, но не всегда это соблюдалось: очень часто люди незнатные обедали без скатерти и ставили на голый стол соль, уксус, перец и клали ломтями хлеб. Двое домашних служебных чинов заведовали порядком обеда в зажиточном доме: ключник и дворецкий. Ключник находился в поварне при отпуске кушаний, дворецкий при столбе и при поставце с посудой, стоявшем всегда против стола в столовой. Несколько слуг носили кушанья из поварни; ключник и дворецкий, принимая их, разрезали их на куски, отведывали и тогда уже отдавали слугам ставить перед господином и сидевшими за столом.
В обычном царском быту кушанье прежде всего отведывал повар в присутствии дворецкого, который являлся за каждой переменой с толпой жильцов; сдав кушанье жильцам, дворецкий шел впереди их в столовую и передавал кравчему, который также отведывал и ставил перед царем. Обыкновенно кушанье подавали разрезанное на тонкие куски, так что можно было взять их в руки и понести в рот; от этого тарелки, поставленные в начале обеда перед обедавшими, не переменялись, потому что каждый брал руками со стоявшего перед гостями блюда куски и клал в рот, касавшись своей тарелки только тогда, когда случалось бросать на неё обгрызанную кость. Жидкое кушанье иногда подавалось на два или на три человека в одной мисе, и все ели из неё своими ложками…
Прежде всего пили водку и закусывали хлебом, потом подавали в скоромные дни холодные кушанья, состоявшие из вареного мяса с разными приправами, потом ели горячие, потом жареные, а далее разные взвары, за ними молочные кушанья, лакомые печенья и, наконец, овощные сласти. В постные дни тем же порядком подавали холодную рыбу или капусту, потом жидкие кушанья, далее жареную рыбу, взвары и, наконец, овощи. На званых обедах было иногда чрезвычайное множество кушаний – до сорока и до пятидесяти перемен. Слуги, подававшие кушанья, назывались стряпчими, несли блюда голыми и притом нечистыми руками.
После обеда хозяин пересматривал посуду и, находя всё в порядке, хвалил дворецкого и стряпчих, потчевал их хмельным, иногда всех дарил, и вся прислуга обыкновенно обедала после господского стола…
После обычного обеда ложились отдыхать. Это был повсеместный и освящённый народным уважением обычай. Спали, пообедавши, и цари, спали бояре, спали купцы, затворив свои лавки; уличная чернь отдыхала на улицах; тогда-то в Москве на Вшивом рынке собиралась толпа мужчин, которые там стриглись, и от этого рынок был постоянно устлан волосами, будто полстью. Не спать или по крайней мере не отдыхать после обеда считалось в некотором смысле ересью, как всякое отступление от обычаев предков…
Вставши от послеобеденного сна, русские опять принимались за обычные занятия…
Вечер в домашнем быту был временем развлечения; зимой собирались друг к другу родные и приятели в домах, а летом в палатках, которые нарочно раскидывались перед домами. Русские всегда ужинали, а после ужина благочестивый хозяин отправлял вечернее моление. Снова затепливались лампады, зажигались свечи перед образами; домочадцы и прислуга собирались на моленье. После такого молитвословия считалось уже непозволительным есть и пить; все скоро ложились спать…
Русские вообще ходили в баню очень часто; она была первой потребностью в домашней жизни, как для чистоплотности, так и для наслаждения. Почти в каждом зажиточном доме была своя мыльня, как уже говорилось; сверх того, для простонародья и для приезжих везде по городам существовали общественные или царские мыльни, где за вход платили деньги, составлявшие во всем государстве ветвь царских доходов…
Обыкновенно ходили в мыльню после обеда, не страшась от этого вредных последствий. Жар был нестерпимый. На скамьях и полках постилалось сено, которое покрывали полотном. Русский ложился на него и приказывал себя бить до усталости, потом выбегал на воздух и бросался летом в озеро или реку, подле которых обыкновенно строились мыльни, а зимой катался по снегу или обливался холодной водой на морозе. Всегда, кто ходил в мыльню, тот и парился: это было всеобщим обычаем. В общественных мыльнях было два отделения – мужское и женское; они отделялись одно от другого перегородками, но вход и в то, и в другое был один; и мужчины, и женщины, входя и выходя в одну дверь, встречались друг с другом нагишом, закрывались вениками и без особенного замешательства разговаривали между собой, а иногда разом выбегали из мыльни и вместе катались по снегу…  Баня была главным лекарством от всяких болезней: коль скоро русский почувствует себя нездоровым, тотчас выпьет водки с чесноком или перцем, закусит луком и идет в баню париться…В русском образе жизни было соединение крайностей, смесь простоты и первобытной свежести девственного народа с азиатской изнеженностью и византийской расслабленностью. В то время как знатный человек одевался весь в золото и жемчуг, ел на серебре и заставлял подавать себе десятки кушаний зараз, деревенский бедняк во время частых неурожаев ел хлеб из соломы или из лебеды, коренья и древесную кору. В то время как знатные женщины и девицы не занимались даже хозяйством и, осужденные на бездействие, только для того, чтобы убить томительную скуку своих горниц и повалуш, брались за вышивания убрусов и церковных облачений, крестьянские женщины работали вдвое больше своих мужей. С одной стороны, достоинством всякого значительного человека считалось безделье, изнеженность, неподвижность; русские женщины нередко пили особого рода водку, чтобы растолстеть, с другой стороны, русский народ приводил в изумление иностранцев своей терпеливостью, твердостью, равнодушием ко всяким лишениям удобств жизни, тяжелым для европейца, умеренно трудолюбивого, умеренно терпеливого и знакомого с правильным и рассчетливым комфортом. С детства приучались русские переносить голод и стужу. Детей отнимали от груди после двух месяцев и кормили грубой пищей; ребятишки бегали в одних рубашках, без шапок, босиком по снегу в трескучие морозы; юношам считалось неприличным спать на постели, а простой народ, как уже было замечено, вообще не знал, что такое постель. Посты приучали народ к грубой и скудной пище, состоявшей из кореньев и дурной рыбы; живя в тесноте и дыму, с курами и телятами, русский простолюдин получал нечувствительную, крепкую натуру. На войне русские удивляли врагов своим терпением: никто крепче русского не мог вынести продолжительной и мучительной осады, при лишении самых первых потребностей, при стуже, голоде, зное, жажде. Подвиги служилых русских людей, которые открыли сибирские земли в XVII веке, кажутся невероятными. Они пускались в неведомые края со скудными запасами, нередко еще испорченными от дороги, истратив их, принуждены бывали по нескольку месяцев кряду питаться мхом, бороться с ледяным климатом, дикими туземцами, зимовать на Ледовитом море, а по возвращении из такого тяжелого путешествия нередко в благодарность были обираемы и оскорбляемы воеводами. Но как ни противоположным кажется образ жизни знатных и простых, богатых и бедных, натура и у тех, и у других была одна: пусть только бедному простаку поблагоприятствует счастье, и он тотчас усвоит себе неподвижность, тяжеловатость, обрюзглость богатого или знатного лица; зато знатный и богатый, если обстоятельства поставят его в иное положение, легко свыкнется с суровой жизнью и трудами. Прихоти были огромны, но не сложны и не изысканны. С одинаковым воззрением на жизнь, с теми же верованиями и понятиями, как у простолюдинов, знатные люди не успели отделиться от массы народа и образовать замкнутое в себе сословие. Посты имели в этом отношении благодетельное влияние на нравственность и на поддержку основ равенства в народе; посты не давали богачу утопать в обжорстве и сластолюбии до невозможности низойти к убогому столу простолюдина. В посты царь ел одну пищу с крестьянином. Небезопасное положение края, частые войны, неудобства путей и затруднительность сообщения между частями государства не допускали высшие слои русского народа опуститься в восточную негу: они всегда должны были ожидать слишком внезапной разлуки со своими теплыми домами и потому не могли к ним пристраститься; слишком часто приходилось голодать им поневоле, чтобы быть не в силах обходиться без пряностей и медов; слишком повсеместно встречали смерть, чтобы дорожить вялой жизнью. С другой стороны, в простолюдине даже в его нищете проглядывала наклонность к восточной изнеженности и вялости, одолевавшей богачей: русский мужик любил поспать, покачаться на печке, понежиться и, если удивлял иностранцев терпением, то не отличался сознательным трудолюбием…
Все иностранцы поражались избытком домашнего деспотизма мужа над женой. В отношениях между двумя полами русские видели одно животное влечение. В Москве, замечает один путешественник, никто не унизится, чтобы преклонить колено перед женщиной и воскурить перед нею фимиам. По законам приличия, порожденным византийским аскетизмом и грубой татарской ревностью, считалось предосудительным даже вести с женщиной разговор. Вообще женщина считалась существом ниже мужчины и в некоторых отношениях нечистым; так, женщине не дозволялось резать животное: полагали, что мясо его не будет тогда вкусно. Печь просфоры позволялось только старухам. В известные дни женщина считалась недостойной, чтобы с ней вместе есть…  Русская женщина была постоянной невольницей с детства до гроба. В крестьянском быту хотя она находилась под гнетом тяжелых работ, хотя на нее, как на рабочую лошадь, взваливали все, что было потруднее, но по крайней мере не держали взаперти. У казаков женщины пользовались сравнительно большей свободой: жены казаков были их помощницами и даже ходили с ними в походы. У знатных и зажиточных людей Московского государства женский пол находился взаперти, как в мусульманских гаремах. Девиц содержали в уединении, укрывая от человеческих взоров; до замужества мужчина должен быть им совершенно неизвестен; не в нравах народа было, чтобы юноша высказал девушке свои чувства или испрашивал лично ее согласия на брак. Самые благочестивые люди были того мнения, что родителям следует бить почаще девиц, чтобы они не утратили своего девства. Чем знатнее был род, к которому принадлежала девица, тем более строгости ожидало ее: царевны были самые несчастные из русских девиц; погребенные в своих теремах, не смея показываться на свет без надежды когда-нибудь иметь право любить и выйти замуж, они, по выражению Котошихина, день и ночь всегда в молитве пребывали и лица свои умывали слезами. При отдаче замуж девицу не спрашивали о желании; она сама не знала, за кого идет, не видела своего жениха до замужества, когда ее передавали в новое рабство. Сделавшись женой, она не смела никуда выйти из дома без позволения мужа, даже если шла в церковь, и тогда обязана была спрашиваться. Ей не предоставлялось права свободного знакомства по сердцу и нраву, а если дозволялось некоторого рода обращение с теми, с кем мужу угодно было позволить это, то и тогда ее связывали наставления и замечания: что говорить, о чем умолчать, что спросить, чего не слышать. В домашнем быту часто ей не давали права хозяйства, как уже сказано. Ревнивый муж приставлял к ней шпионов из служанок и холопов, а те, желая подделаться в милость господину, нередко перетолковывали ему в другую сторону каждый шаг своей госпожи. Выезжала ли она в церковь или в гости, неотступные стражи следили за каждым ее движением и обо всем передавали мужу. Очень часто случалось, что муж по наговору любимого холопа или женщины бил свою жену из одного только подозрения. Даже и тогда, когда муж поручал жене смотреть за хозяйством, она была не более, как ключница: не смела ни послать чего-нибудь в подарок другим, ни принять от другого, не смела даже сама без позволения мужа съесть или выпить. Редко дозволялось ей иметь влияние на своих детей, начиная с того, что знатной женщине считалось неприличным кормить грудью детей, которых поэтому отдавали кормилицам; мать впоследствии имела над ними менее надзора, чем няньки и дядьки, которые воспитывали господских детей под властью отца семейства. Обращение мужей с женами было таково: по обыкновению, у мужа висела плеть, исключительно назначенная для жены и называемая дурак; за ничтожную вину муж таскал жену за волосы, раздевал донага, привязывал веревками и сек дураком до крови – это называлось учить жену; у иных мужей вместо плети играли ту же роль розги, и жену секли, как маленького ребенка, а у других, напротив, дубина – и жену били, как скотину. Такого рода обращение не только не казалось предосудительным, но еще вменялось мужу в нравственную обязанность. Кто не бил жену, о том благочестивые люди говорили, что он дом свой не строит и о своей душе не радит, и сам погублен будет и в этом веке и в будущем, и дом свой погубит. «Домострой» человеколюбиво советует не бить жену кулаком по лицу, по глазам, не бить ее вообще железным или деревянным орудием, чтобы не изувечить или не допустить до выкидыша ребенка, если она беременна; он находит, что бить жену плетью и разумно, и больно, и страшно, и здорово. Это нравственное правило проповедовалось православной церковью, и самим царям при венчании митрополиты и патриархи читали нравоучения о безусловной покорности жены мужу. Привыкшие к рабству, которое им было суждено влачить от пеленок до могилы, женщины не имели понятий о возможности иметь другие права и верили, что они в самом деле рождены для того, чтобы мужья их били, и даже сами считали побои признаком любви…»

***

А) Жилище.

Богатые и бед¬ные жилища очень отличались друг от друга.
 Богатые дома имели расписные потолки и стены, ковры, гравюры, зеркала, люстры.
 Основным типом бедного русского жилища был срубный дом – изба.
 Иностранцы отмечали некомфортабельность избы: отопление «по-чёрному», маленькие оконца и двери, отсутствие кроватей, освещение лучиной, содержание в избе зимой молодняка скота, дымный и спёртый воздух.
 «Что касается построек этой страны и образа жизни этих людей, – писал Г. Айрман – побывавший в России в 1669 г. в составе шведского посольства, – их жилища можно скорее сравнивать со стойлами для скота и свиней, чем с домами...»

Домашний быт соответствовал «Домострою».
Семейные разводы были запрещены церковью. За XVII век известны лишь два решения церковного суда о разводе.
 Велась борьба с курением: людей, уличённых в курении, секли кнутом и ссылали в Сибирь.

Б) Одежда  русских людей XVII века.

Для изготовления одежды в XVII веке по-прежнему использовались меха, шкуры, шерстяные, льняные, сермяжные (грубая шерсть) и посконные (конопляные) ткани.
Постепенно распространяются иностранные ткани: дорогие сукна, атлас, бархат и т.п. Цена платья из такой ткани могла равняться стоимости деревни.
Как показал Г. Г. Громов, в XVII веке одежда оставалась в бытовом плане высокой ценностью.
Одеждой (дорогим платьем, шубами) награждали героев, отличившихся на войне.
«Платьем» и сукнами давали жалование.
Платье крали: в описаниях многочисленных разбоев и бандитских нападений в XVII в. часто фигурирует такой факт, как снятие с потерпевшего одежды.
Наконец, любую одежду занашивали до дыр, а обноски хранили и пускали на заплаты для новой одежды.

 Мужская одежда.

• Рубаха (сорочка). Туникообразная, длиной до колен или середины бедра, с длинными рукавами. Носили навыпуск и обязательно подпоясывали плетёным шнуром (опояской). Ворот часто украшали небольшим стоячим воротником — ожерельем (ожерелок). На кисти рук надевали запястье — широкую полосу ткани.
• Порты (штаны).  Это штаны с узлом, так, что их можно было делать шире или уже. Простолюдины носили порты из холста или грубой шерстяной ткани,
у зажиточных крестьян или ремесленников они были сшиты из сукна. Состоятельные или знатные люди часто надевали две пары — нижние из белёного льна, верхние из сукна или из тяжёлых шёлковых тканей малинового, красного, жёлтого цветов. Зимой носили порты на меху.  Поверх штанов надевали рубашку.
• Зипун. Короткая куртка, плотно облегающая тело. У рядовых горожан и селян доходила до колен, у щеголей — до середины бедра. Застёгивался встык, часто с поясом на талии. К зипуну, как и к рубахе, могли прикреплять ожерелье, а рукава у кисти застёгивались на пуговицы. Считался домашней одеждой.
 У простых людей зипуны делались из холста или из сермяги. Богатые люди носили зипуны, сшитые из белого шёлка или атласа. Рукава атласного зипуна были расшиты серебряными нитями. Иногда ради красоты к зипуну пристёгивали воротник украшенный жемчугом.
• Кафтан. Наиболее распространённая верхняя одежда, которую носили все сословия — от крестьян до бояр. У дворян кафтаны шили из бархата, парчи, расшивали золотом, серебром, жемчугом и драгоценными камнями. В XVII веке под влиянием польской моды появился польский кафтан: отрезной по талии, плотно сидящий наверху и расклёшенный книзу, с широкими у плеча и сужающимися к кисти рукавами.
Эту верхнюю одежду заимствовали наши предки у татар. Рукава у кафтанов были длинные, так, что доставали до земли и собирались в складки, можно было ладонь по желанию закрывать или оставлять открытой. В холодное время концы рукавов заменяли перчатки, а также давали возможность взять в руки горячее . В нарядных кафтанов концы рукавов были расшиты серебряными или золотыми нитями , самоцветами и жемчугом. Впереди был разрез на кафтане отороченный тесьмой и серебряными. золотыми кружевами.
• Епанча.
Эта дорожная одежда была двух видов. Простолюдины в дорогу надевали епанчу из грубого сукна, а у знатных она была из меха или дорогой ткани, подбитая мехом для красоты. Она делалась без рукавов и без прорех для рук. Её просто накидывали на плечи и закрепляли на шее с помощью завязок или пуговиц.
• Парадная одежда. Для торжественных случаев поверх кафтана надевали распашную одежду: опашень, охабень, ферязь. Её тоже богато украшали.
• Шуба. Была самой нарядной одеждой. Шуба это был признак зажиточности и богатства. Иногда русские для того, чтобы показать своё богатство в шубах принимали гостей у себя в доме.
У крестьян и ремесленников были шубы овчинные или зайчьи. В основном простолюдины носили зимой тулупы.
Представители торгового сословия ходили в куньих или в беличьих шубах.
Бояре и князья красовались в в собольих или в лисьих шубах.
 Щёголи носили шубы сделанные из горностая.
Шубы обычно покрывались сукном или шёлковыми тканями. На них помещались по бокам разреза нашивки из другого материала, на которые пришивались петли и пуговицы. Царь Михаил Фёдорович предпочитал нагольную шубу. Часто государь в нагольной шубе сидел за парадным столом во время пира или принимал в ней иноземных послов.

Женская одежда.

• Рубаха. В отличие от знати, где рубаха была нижней одеждой, в крестьянском костюме она часто служила верхней. Праздничные рубахи богато украшали вышивкой.
• Сарафан. В центральных районах в XVII веке стал популярен сарафан. Были разные типы: косоклинный, прямой (из нескольких полотнищ, собранных на груди и спине под обшивку и державшихся на лямках) и с лифом. Сарафаны шили из холста, шёлка, парчи и украшали вышивкой или тесьмой.
• Понёва. В южных районах преобладала понёва — юбка из трёх полотнищ шерстяной или полушерстяной ткани, стянутых на талии узким пояском (гашником). Её носили только замужние женщины.
• Передник (занавеска). Важная и часто богато украшенная часть костюма. Он прикрывал место вынашивания и вскармливания ребёнка, а также сердце — центр жизнедеятельности. Передник делали из холста и декорировали вышивкой, тканым узором, цветными вставками, шёлковыми узорными лентами.
• Душегрея. Короткая верхняя распашная одежда, которую надевали поверх сарафана. Её шили из узорчатых тканей и обшивали по краю декоративной каймой.
• Головные уборы. У замужних женщин были сложные, скрывающие волосы уборы: кокошник (твёрдый каркас, обтянутый тканью и расшитый золотом, серебром или жемчугом), подубрусник (повойник — шёлковая шапочка). Девушки носили венцы, повязки, обручи — такие уборы оставляли макушку открытой.

• Писатель Иван Иванович Лажечников, автор романов из русской старины, так представлял читателю праздничный наряд барышни XVII века:
«Вот статная красивая девушка из Торжка, с жемчужным венцом, наподобие отсечённой сахарной головы; он слегка прикрыт платком из тончайшей кисеи, которого концы, повязав шею, прячутся на груди. На лоб спускаются, как три виноградные кисти, ряски из крупного жемчуга, переливающего свою млечно-розовую белизну по каштановым волосам, слегка обрисованным; искусно заплетённая коса, роскошь русской девы, с блестящим бантом и лентой из золотой бити, едва не касается до земли. Ловко накинула девушка на плечи свой парчовый полушубок, от которого левый рукав по туместной.
 Рубаха-«рукава» составная, с длинными широкими рукавами, собранными у кисти, из тонкой льняной ткани и батиста, украшена вышивкой белыми нитями тамбурным швом, «решётками», настилом, по краю рукавов пришита кружевная оборка. Сарафан косоклинный, распашной, украшен золотым зубчатым галуном из рубчатой узорной шёлковой ткани русской фабричной работы второй половины XVIII века. Платок кисейный, с вышивкой золотыми и серебряными нитями, украшен розовым зубчатым кружевом моде висит небрежно; из-под него выказывается круглое зеркальце, неотъемлемая принадлежность новоторжской красоты. Богатая ферязь её как жар горит. Легко ступает она в цветных сафьяновых черевичках, шитых золотом...».

 Общие черты и детали.

• Многослойность. Часто надевали несколько одежд друг на друга: нижние, затем те, в которых принимали гостей дома, и только сверху — выходную одежду. 
• Украшения. Вышивка, шитьё жемчугом, золотые и серебряные нити, драгоценные камни, меха — всё это делало костюм очень декоративным. В народе украшения и узоры также воспринимались как обереги.
• Пояс. Играл важную роль: считался оберегом. Мужские пояса были витыми, плетёными или ткаными.  Женские — плоскими с геометрическим узором. Считалось неприличным ходить без пояса. Также пояс выступал показателем положения, чем пестрее и ярче он был расшит, тем богаче и знатнее был его хозяин.
• Обувь. Крестьяне носили лапти (из лыка), зажиточные — кожаную обувь, в том числе сапоги. Зимой надевали валенки. 

 Влияние иноземных мод.

 В XVII веке в русский костюм проникли элементы из Польши (польский кафтан) и Турции (турецкие шубы). При этом в 1675 году царь Алексей Михайлович издал указ, запрещавший московским дворянам следовать «иноземным обычаям» в одежде.
 
Как видим, костюм чётко делился по статусу: у крестьян он был практичным и домотканым, а у знати — многослойным, из дорогих привозных тканей и с обилием украшений.

В) Питание.

Питание русского человека в XVII веке продолжало развивать традиции предыдущего столетия, и здесь сложно говорить о каких-то серьёзных новациях, кроме проявления уже упоминавшихся тенденций: роста разнообразия, расширения иностранного влияния на столах знати и т.д.
Хлеб оставался основной пищей. По будням ели хлеб из ржаной муки, к которой иногда добавляли ячную (ячменную). Ржаной хлеб обходился дешевле пшеничного и к тому же его считали более питательным. В зависимости от сорта муки, из которой пекли хлеб, ржаные хлеба различали ситные и решетные, а пшеничные калачи – тёртые, коврищатые, крупичатые.
По внешнему виду хлеб различали гладкий, или обыкновенный, и «изразчатый», т. е. украшенный и выпеченный в формах. Трудно представить полный перечень, изготовлявшихся в XVII в. хлебных изделий: калачи, караваи, ковриги, папошники, басманы, колабы, сайки и т.д.
Калачи, например, делались в зависимости от муки и формы нескольких сортов. Самыми лучшими считались калачи печеные из пшеничной крупичатой муки в форме витых колец... Калачи в виде круглых булок назывались «братскими», их пекли из толченой муки. Другой сорт – «смесные» калачи – получил такое название потому, что пеклись они из равной смеси пшеничной и ржаной муки. Такой хлеб, имевший особый вкус, подавался даже к царскому столу...
Среди изделий из теста особое место в русской кухне занимали пироги...
 По форме русские пироги были чаще всего продолговатые: долгие, косые, «караси» (но форме напоминающие карасей), реже пекли круглые пироги, пироги «копытцами» (в виде ватрушек). Величина пирогов была различной – от больших до самых маленьких, которые называли пирожками. Начинка для пирогов была весьма разнообразной: мясо, рыба, творог, каши, овощи. Источники XVII века отмечают не менее 50 видов пирогов...
Помимо пирогов следует отметить караваи. Они были нескольких видов: «битой», «яцкий», «брацкий», «с сыром», «с сахаром»...
Из других мучных изделий популярны были оладьи и котлома (разновидность оладий), которые подавались на стол с мёдом.
Блины пекли как из пшеничной муки, так и из просяной, овсяной, гречневой (последние называли «красными»). Блины делали тонкими или с «припеком», для припека брали лук, яйца, снетки.
Хворосгы, сладкие пироги и коврижки, медовые пряники составляли праздничное лакомство. Изготовление пряников, испеченных «на меду» и украшенных различными узорами, что достигалось при помощи специальных «пряничных досок», было особой ремесленной специальностью.
По-прежнему распространенным видом хлебной пищи всех слоев населения были каши (ячменные, гречневые, овсяные, пшенные) и кисели.
Так, в монастырских обиходниках перечисляются самые разнообразные каши: “каша пшенная с медом”, “каша с головизнами”, “каша с рассолом и сельдями”, “каша гречневая с горохом”, “каша с отваром”, “каша тертая с соком”, “каша овсяная со снетками”, “каша ячная с огурцами”...
По скоромным дням в пищу употребляли молочные продукты: молоко (свежее, кислое, топленое), сливки, сметану, творог, сыр. На молоке варили кашу, его добавляли в лапшу; из смеси творога, яиц, молока и муки делали сырники...
Мясные блюда приготовлялись из баранины, свинины, говядины и птицы. Мясо яловых коров солили осенью на зиму; сердце, ноги, печень, языки впрок не заготовлялись... Свиному мясу перед говяжьим отдавалось явное предпочтение. Свинину солили на зиму; из сала варили щи и добавляли его в кашу.
Щи так же, как и в XVI в., оставались важной горячей пищей. Их варили обязательно на кислой основе, из разного мяса с капустой, репой, борщом.
Молодых поросят зажаривали целиком и ставили на стол “под хреном и чесноком”.
Из свиных голов делали студень. Кишки начиняли смесью из мяса, гречневой каши, муки и яиц; часть желудка (рубец) – луком и гречневой кашей. Эти блюда, как и большинство мясных вареных и жареных кушаний, подавались “под взваром” (соусом).
Рыбная пища была распространена в XVII веке, по-видимому, более, чем мясная. Объяснялось это в первую очередь тем, что Московское государство было богато рыбой, промыслом которой занималось население от Белого моря до Каспийского. Определённую роль в распространении рыбной пищи играла церковь, которая ограничивала потребление мяса, разрешая два дня в неделю (в среду и пятницу) питаться только рыбной или растительной нищей...
Наиболее распространёнными напитками в XVII в. оставались квас, мед и пиво.
 Пиво варили из ячменя, ржи, овса, пшеницы, хмеля.
Было несколько сортов пива: простое, легкое, мартовское, малиновое, поддельное (чем-нибудь приправленное), приварное...
Одним из самых любимых и популярных напитков оставался мёд. Трудно перечислить все его сорта: мёд сыченый, простой, пресный, красный, белый, ягодный, яблочный, вишнёвый, смородинный, можжевеловый, малиновый, черемховый, мёд “с гвоздицы”, обарный, приварный, белый паточный, боярский, княжой, старый, светлый, легкий, выкислый, “брацкий”. По технологии приготовления все сорта различали на вареные и ставленые...
В это время в России появляется чай. Впервые его прислали в дар Михаилу Романову из Монголии. Во 2-й половине века чай в расфасованном виде (“в бумажных пакетах, в каждом фунт веса”) привозят русские купцы из Китая. Чаю приписывали лечебные свойства и употребляли больше как лекарство, чем просто напиток.

В XVII веке известны первые случаи употребления табака (попал на Русь в годы Смуты вместе с европейскими наемниками). Однако распространения табак не получил, да и власти относились к курению отрицательно: при Михаиле Федоровиче курильщикам отрезали нос.

1.   Домашний быт русских царей

Быт российских царей в XVII веке: царский быт отличался необыкновенной пышностью и богатством. Всё в нём - роскошные дворцы, дорогие одежды, огромный штат придворных и прислуги - подчёркивало особое положение «Государя вся Руси», стоящего высоко не только над простым народом, но даже и над дворянами и боярами.
Знаком монаршей власти соответствовали царские регалии.
 В XVII веке в состав регалий входили: бармы, венец, держава, скипетр, крест, золотая цепь, трон, а также «шапка Мономаха».

С окончательным оформлением самодержавия в России в XVII веке  изменились обычаи, нравы и быт царского двора.

Прежде всего, он стал необычайно многолюдным - увеличилось количество людей, относящихся ко двору.
 День и ночь в царских покоях, конюшнях, подсобных помещениях суетились сотни людей — как обслуживающих двор, так и искавших царских милостей.
 Представьте, что только охраной царя занимались 2 тысячи стрельцов и дворян.
• Несколько десятков ближайших лиц — спальников — одевали царя по утрам после сна. Они следили за спальнями, подавали одежду, заправляли кровать.
• Стольники занимались организацией трапезы,  обслуживали за столом, подавали еду и вино.
• Чашники — подносили напитки.
• Казначеи и ключники следили за сохранностью личных вещей царя, хранили ключи от кладовых, ведали припасами.
• Конюшие, псари, сокольничьи готовили для царской охоты лошадей, собак и соколов.
• Каретники следили за исправностью царских экипажей.

Дворцы, в которых жили первые Романовы, отличались большим великолепием в сравнении с царскими хоромами XVI века.
 Кроме царской резиденции в Кремле, появились летние дворцы в Измайлове и Коломенском. Самым большим дворцом был Теремной в Кремле.
Дворцы не были единым зданием, а представляли собой комплекс отдельных построек — хоромов, которые соединяли переходами и холодными сенями.
У каждого члена семьи (царя, царицы, детей) были свои отдельные покои.
Например, в Теремном дворце в Кремле на верхних этажах располагались парадные комнаты (передняя для приёмов, Крестовая для совещаний, кабинет, парадная опочивальня), а на нижних — служебные помещения, включая мыльню (баню). У царицы и царевен тоже были свои хоромы, часто с отдельным крыльцом и переходами к другим частям дворца. 
Каменные постройки, в которых жил государь, покрывались внутренними росписями, утеплялись деревянными полами, покрытыми войлоком и коврами.
 Если в XVI веке отдельные части дворцовых помещений отделывались разноцветным сукном, то теперь для этого использовались атлас и кожа.
В окна, как правило, вставлялись слюдяные пластины, в отдельных случаях — стекло, которое было большой редкостью.
В 1-й половине XVII столетия главным украшением дворцовых помещений были печи, выложенные изразцами – керамической плиткой для облицовки печей и стен. А во 2-й его половине, по мере усиления западного влияния на Россию, появились голландские и немецкие картины, гравюры, венецианские зеркала, напольные часы.
Как и прежде, царские дворцы состояли из жилых комнат для государя и его семьи, парадных залов и хозяйственных помещений.

Распорядок дня.
День начинался рано утром. К царю приходил постельничий: помогал помыться и одеться.
Раннее утро заставало государя в Крестовой, с богато украшенным иконостасом, в котором уже до появления государя зажигались лампады и свечи.
По совершении молитвы, которая длилась обычно около четверти часа, выслушав заключительное духовное слово, читавшееся дьяком, государь шёл в приёмную.
Между тем в Передней собирались окольничие, думные, бояре, ближние люди «челом ударить государю».
Поздоровавшись с боярами, поговорив о делах, государь в сопровождении придворных шествовал в девятом часу в одну из придворных церквей слушать позднюю обедню. Обедня продолжалась около 2-х часов.
 После обедни в Комнате (кабинете) царь слушал в обыкновенные дни доклады и челобитные и занимался текущими делами.
После того, как бояре разъезжались, государь (иногда с особо приближенными боярами) шёл к столовому кушанью, или обеду.
 Несомненно, праздничный стол разительно отличался от обычного. Но даже обеденный стол не шёл в никакое сравнение со столом государя во время поста. Набожности и аскетичности в соблюдении постов государями можно было только удивляться.
 Например, царь Алексей во время поста ел только 3 раза в неделю, а именно в четверг, субботу и воскресенье. В остальные дни ел по куску чёрного хлеба с солью, по солёному грибу или огурцу и пил по полстакана пива. Рыбу он ел только 2 раза за весь семинедельный Великий пост. Даже, когда не было поста, он не ел мясного по понедельникам, средам и пятницам.
 Впрочем, несмотря на такое постничество, в мясные и рыбные дни, за обыкновенным столом подавалось до 70 разнообразных блюд.
 После обеда государь обычно ложился спать и почивал до вечера, часа три.
Вечером во дворе снова собирались бояре и прочие чины, в сопровождении которых, царь шел к вечерне.
 Иногда после вечерни также слушались дела или собиралась Дума.
Но чаще всего время после вечерни до вечернего кушанья царь проводил в кругу семьи. Царь читал, слушал бахарей (рассказчики сказок и песен), играл.
День царя оканчивался обычно также в Крестильной 15-минутной вечерней молитвой.

Пиры.
Во дворце часто устраивались пиры.
Пировали в христианские праздники, в дни семейных торжеств.
 Богатые столы устраивались по случаю венчания на царство, избрания патриарха, приемов иностранных послов.
Царские пиры чаще всего проходили в Грановитой палате Кремля - самом большом зале Дворца.
Для приёма гостей использовались парадные залы.
На пирах за стол одновременно садилось от нескольких десятков до нескольких тысяч человек. Царский стол поражал воображение своим изобилием и разнообразием. Разнообразие напитков на царских пирах поражало не меньше, чем еды. На Руси издревле пили пиво, меды, квасы. На одном из «простых» обедов у царя Алексея Михайловича его участникам было подано 500 различных блюд.
Стол накрывали богато: скатерти из золотого бархата, поставец с дорогой посудой (из золота, серебра, хрусталя, полудрагоценных камней).
Блюда подавали в несколько этапов: холодные закуски, жаркое, супы (тогда все супы называли «ухой»), пироги, десерты.
Слуги к каждой подаче переодевались в богато украшенную одежду.
Ложки были, а ножами почти не пользовались — еду часто ломали руками.
Вместо салфеток поначалу использовали бороду или рукава, но при Алексее Михайловиче стали подавать специальные расшитые платки.
Меню различалось в зависимости от дня — скоромного или постного.

Развлечения.
Зимой цари часто проводили время в Потешной палате, где выступали скоморохи, шуты, музыканты (домрачеи, гусельники и другие).
 Популярны были настольные игры: шахматы (для них при дворе держали специальных мастеров-шахматников), шашки (саки), тавлеи (аналог нард).
Также слушали рассказы «верховых богомольцев» — почтенных старцев, которые делились воспоминаниями.
При Алексее Михайловиче появился придворный театр.
Первые театральные представления состоялись в 1672 году в придворном театре царя Алексея Михайловича, где ставились пьесы на античные и библейские сюжеты.
Основоположником русской драматургии явился С. Полоцкий, пьесы которого (комедия «Притча о блудном сыне» и трагедия «О Навуходоносоре – царе») поднимали серьёзные нравственные, политические и философские проблемы.
 Царю понравились  театральные представления.
В  дощатом театре представляли  перед царём балеты и драмы,  сюжеты
которых были заимствованы из Библии. Эти библейские драмы были приправлены грубыми шутками; так, в «Олоферне» служанка, увидев отрубленную Юдифью голову ассирийского воеводы, говорит: «бедняжка, проснувшись, очень удивится, что у него унесли голову». Это была по существу, первая театральная школа в России.
В 1673 году в постановке  Н. Лима был впервые представлен  «Балет об Орфее Эвридике» 
при дворе Алексея Михайловича,  положивший начало периодическим  показам
спектаклей в России, возникновению русского балетного театра.

Охота.
Основным царским развлечением была псовая или соколиная охота.
Михаил Фёдорович и Алексей Михайлович любили охотиться на медведей, лосей, лис и волков.
Выезд на охоту сопровождался особенным церемониалом, участие в котором принимало около 3-х тысяч человек.
Это не только развлечение, но и ритуал, иногда с приглашением иностранных послов. Для охоты разбивали шатры, организовывали процессию с обозом.

Баня (мыльня).
 Баня была важной частью быта. В Теремном дворце мыльня находилась рядом со спальней государя. Служители тщательно готовили помещение: выстилали пол сеном, раскладывали целебные травы, ставили чаны с горячей и холодной водой.

Несмотря, однако ж, на расстояние, которое отделило каждого земца от «пресветлого царского величества», несмотря на порядки быта, по-видимому, столько различные и чуждые преданиям древности, великий государь, при всей высоте политического значения, на волос не удалился от народных корней.
 Важно понимать, что, несмотря на высокий статус, в основе своей домашний быт царя оставался очень «народным», патриархальным.
Царь воспринимался как «хозяин» дома, и многие бытовые привычки, обычаи и нравы были схожи с теми, что существовали в боярских или даже крестьянских семьях.
Одни и те же понятия и даже уровень образования, одни привычки, вкусы, обычаи, домашние порядки, предания и верования, одни нравы — вот что равняло быт государя не только с боярским, но и вообще с крестьянским бытом.
Различие заключалось в масштабе, богатстве и количестве драгоценностей, в которых, по мнению века, несравненно достойнее представлялся всякий сан, а тем более сан государя.

***

Домашний быт русских царей XVII века — это синтез традиционного уклада и новых, усложняющихся реалий эпохи. С одной стороны, сохранялись древние обычаи и патриархальные устои, с другой — двор становился всё более пышным, появлялись новые формы досуга и предметы роскоши, что постепенно меняло привычный уклад жизни.

2. Боярский и дворянский быт.

Изменения в быту коснулись и первого сословия.

Боярский быт отличался пышностью и демонстрировал возможности хозяина.
В XVII веке у высшей знати вошли в обиход каменные палаты, хотя и деревянные хоромы тоже имели место.
По своему укладу дворы бояр и богатых дворян представляли собой подобие царского двора, только в миниатюре.
Это был целый комплекс деревянных строений — изб, подклетей, сеней, чердаков и крылечек. Все они соединялись между собой переходами. В богатых домах в окна были вставлены слюдяные пластины. Наличники, балконы, крыльцо были отделаны богатыми резными украшениями. Дома раскрашивали в разные цвета.

Как выглядел дом боярина.
1-й этаж боярского московского дома (подклеть) занимали хозяйственные службы. Там находились баня, кухня, печь, кладовые, комнаты для прислуги.
2-й этаж предназначался для хозяина.
Женская часть располагалась на 3-м этаже – в тереме, либо в специальном пристрое-светелке.
На 2-й этаж вело парадное крыльцо.
 Покои боярина состояли из горницы, где обедали и принимали гостей, рабочей комнаты (кабинета), служившего также спальней, и крестовой – комнаты для молитвы хозяина и его семейства.
 Стены оббивали тканями: чем богаче был владелец, тем дороже выбиралась ткань.

Более разнообразным стало и внутреннее убранство боярских и дворянских домов.
В центре стояла печь, богато украшенная изразцами и росписями, а порой и узорами из камня.

Самое главное украшение дома — иконы. Они заполняли стены и создавали ощущение, будто ты находишься в церкви.
Только в конце XVII века богатые бояре начали вешать картины, но исключительно на религиозные темы.

Меблировка отличалась простотой – крепкий стол, лавки вдоль стен, большие сундуки (они богато украшались росписями, резьбой), стольцы (вроде табурета), скамьи. Последние были достаточно широки и имели приголовники, чтобы можно было прилечь после сытного обеда.
Только в последней трети века в подражание западной моде появились стулья и обитые кожей или парчой кресла.
Парча – это ткань на шёлковой основе с золотым шитьём, имеющая сложные узоры.
К концу века появляются первые кровати в западном стиле.
Обязательными предметами быта стали многочисленные ковры, привезённые из Персии, Османской империи, Крымского ханства.
Как и в царском дворце, в домах бояр и дворян появилась мода на зеркала и часы, привозившиеся из-за границы.
 Дома просвещённых государственных деятелей (В. В. Голицына, Б. И. Морозова) украшали также картины, географические карты.
Стали создаваться и первые частные библиотеки.

• Историк Ю. В. Готье:
«В жилищах богатых людей украшения стали играть роль своеобразного социального «паспорта», свидетельствуя о знатности хозяина. Ворота дома, выходившие на улицу и первыми «представлявшие» владельца миру, превращались в целое сооружение с надвратной кровлей, а иногда и с башней или «вышкой» над ними. Чем шире и узорнее были ворота, тем богаче и знатнее считался владелец двора. Так же обильно и красочно убиралось крыльцо (на котором или возле которого встречали гостей) с одним или двумя «переломами», а над каждой площадкой перелома – шатровая кровля с флагом или флюгером, перила забраны внизу точеными балясниками. Столь же пышно украшали и кровли высоких зданий, далеко видные за заборами двора. И сами-то крыши крылись «бочкой», расписным лемехом или лещадью, венчал крыши резной гребень. По свесам и внизу пускали узорчатые причелины и карнизы. Если хватало достатка, то детали крыш золотили или серебрили. Впрочем, царь весьма ревниво относился к таким «излишествам» и облагал владельцев слишком роскошных жилищ дополнительными поборами. Дворцы самого царя, действительно, поражали приезжих сказочной роскошью внутреннего и внешнего убранства».

Обилие икон, дорогая посуда, богатый стол с деликатесами ассоциировались с престижем и достатком.
Огромное количество мяса и рыбы, разнообразие заграничных пряностей, редкие фрукты вроде лимонов, а также арбузы и виноград доказывали, что домовладелец не простой человек.
Одежда также подчеркивала высокий статус боярина и его семьи.
 Наибольшую известность получили боярские шубы из соболиного меха с серебряными пуговицами и широким воротником, украшенным золотым шитьём и жемчугами, высокие «горлатные» шапки, красные сафьяновые сапоги с загнутыми носами.
Яркое зрелище представлял собой боярский выезд, когда на верховом коне с дорогой сбруей или в карете (они вошли в моду во 2-й половине века) важный сановник в окружении многочисленной свиты отправлялся по своим делам. Это азиатское великолепие неоднократно описывалось иностранцами, поражёнными диковинным зрелищем.

Дворянский быт, особенно провинциальный, заметно уступал боярскому.
Как правило, дом провинциального дворянина, особенно на юге, представлял собой крепкий двух-трехэтажный дубовый сруб, расположенный внутри четырехугольного двора-крепости.
 Внутреннее убранство жилого провинциального дворянского дома отличалось от крестьянского комфортом и достатком: деревянными, а не земляными полами, стенами, обитыми тканью, печью с трубой.
На стенах дворянских покоев часто как свидетельство храбрости владельца красовались кольчуга, шлем, пищаль, сабля.
Кухонная посуда в дворянских домах XVII века была преимущественно медной, повседневная посуда для приёма пищи изготовлялась преимущественно из олова. Ложки предпочитали серебряные, позолоченные, фигурные с именной надписью. Ножи и вилки употреблялись редко – их подавали по особым случаям и только самым чтимым гостям. Ели непринужденно. Мясо брали и ломали руками, которые потом обтирали полотенцем, либо краем скатерти.
На столе всегда присутствовали солонка и перечница, уксусница и горчичница. С помощью этих приправ каждый подбирал вкус под себя.

Посуда в боярских домах была преимущественно золотой и серебряной. Однако в XVII веке возникла мода на стеклянную посуду, привозившуюся из-за границы. Тонкое венецианское стекло ценилось не меньше, чем изделия из драгоценных металлов.

Одежда сохраняла традиционный покрой. Увеличился только выбор тканей. Бояре и дворяне носили суконную и шерстяную одежду. Популярной была тафта – плотная хлопчатобумажная или шёлковая ткань.

Представители знати в XVII веке стали пользоваться новым средством передвижения – каретами. Они заменили привычные закрытые сани.

Как бояре XVII века проводили день.
Жизнь боярина подчинялась строгому распорядку.
• Утро начиналось с молитвы в специальной моленной комнате. Затем краткие распоряжения по хозяйству.
• Днём боярин отправлялся на службу в царский дворец.
• Обед проходил дома, часто с гостями.
• После обеда полагался обязательный сон.
• Вечером — снова служба или отдых с семьёй.
Кстати, трапеза была особой церемонией.
Тарелки, вилки и ножи были скорее экзотикой. Всё подавали на больших блюдах уже разделанным. Мясо ели руками, супы деревянными или серебряными ложками. Причём на ложках часто были гравировки, имя владельца, чтобы не спутать.

На столах бояр и дворян можно было увидеть:
• Супы: щи (в том числе «полные» с грибами), рассольники, солянки.
Русские щи обязательно готовились в глиняном горшке, специально под них изготавливаемом. Позже, на смену глине пришёл чугунок. Но самые Русские щи – томлёные, с яблоком или кислой капустой и мучной заправкой. Щи были сборные, постные, суточные, рыбные, рассадные и богатые. Постные щи исключают в своём составе мясо. Крапива, щавель, грибы, яблоки, капуста – основные компоненты. Сборные щи готовили из всего, что найдётся из мяса. Бульон может содержать в себе, как крупные куски, так и обрезки колбас и прочей мясной продукции. Именно в XVII веке такие щи стали всё чаще называть «селянскими» или «селянкой» (она же «солянка»).
Суточные щи готовились ночь в остывающей печи или же оставлялись вымораживаться на холоде и после разогревались.
Рассадные или серые щи – готовили из молодых капустных листьев. Чаще всего такие листья солили или квасили впрок.
Щи рыбные готовили только из определённого сочетания сортов рыбы. Рыба должна быть солёной и лучше всего породы осетровых.
• Жаркое: баранина, свинина, птица, а также дичь (лебеди, тетерева, рябчики). Зайцы в рассоле, лебедь медвянной, журавли под зварном с шафраном, спинка осетровая, лососина с чесноком, белужина, икра и т. д.
• Рыбные блюда: уха из разных видов рыбы (щучьей, стерляжьей), тельное (рыбные котлеты), балык, икра.
• Пироги и выпечка: кулебяки, курники с разнообразными начинками (грибы, рыба, мясо).
• Десерты: печёные яблоки с мёдом, пряники, цукаты из овощей (моркови, огурцов), варенье на меду.
• Из напитков предпочитали квас, медовуху и даже вино. А вот водку пили реже, она считалась напитком простого люда.

Во 2-й половине XVII века стал известен чай. 
Начали употребляться восточные приправы и пряности (перец, корица, гвоздика, шафран, базилик), лимоны, изюм, миндаль, рис, сахар.
Одной из любимых новинок на столе знати стала колбаса, обычно подававшаяся с гречневой кашей.
Званные и праздничные обеды отличались не утончённостью кушаний и невиданным разнообразием, а большим их количеством. Впрочем, на пирах больше пили, а не ели. Здравицы начинались с царя и его семьи, далее шли хозяин и его семья, знатные гости. Неудивительно, что после стольких тостов обстановка нередко становилась раскрепощенной. Случались и шутки, и обиды, порой драки.
По церковному календарю менялось и содержание стола: в пост блюда постные, в праздники изобилие.
После обеда обязательный отдых, затем возвращение на службу.
Вечером ужин и вечерняя молитва.

Что делала боярыня.
Женщина боярского круга либо управляла хозяйством, либо занималась рукоделием. В богатых семьях, скорее второе. После молитвы боярыня уходила в женскую половину дома, где шила, ткала, вышивала, общалась с детьми и служанками. Особое место занимали вечера: пение, слушание гуслей, шуты, чтение житий.
На праздниках хозяйка встречала гостей с вином и приветствием. Затем женщины удалялись, и застолье продолжалось в мужской половине.
Судьба барышни – жить взаперти. Ей не дозволено ездить в гости, ходить в церковь, даже просто выйти из дома, без ведома отца, а потом мужа.
Удел её -  «теремной образ жизни». Даже супруга ей выберет батюшка.

Досуг бояр и дворян:

• Пиры. Пышные пиры с обилием блюд и угощений были излюбленным развлечением.
Пир у боярина — это не просто обед. Это акт представления своего богатства и власти. На таких приёмах гости занимали места строго по чину. Меню включало десятки блюд. Перед едой звучали молитвы. За пиром следовали тосты, рассказы, песни, игры. Бояре могли похвастаться заморскими диковинками: винами, фарфором, турецкими сладостями. Всё это выставлялось на полки или подавалось к столу.
Но уже в конце века стиль менялся: западные привычки умеренность, вежливость, даже разговоры за столом постепенно проникали в московский быт. Особенно у тех, кто бывал в Европе.
• Охота. Церемониальная охота на диких зверей (медведей, волков) считалась благородным увлечением. Особой любовью пользовалась соколиная охота.
• Шахматы. Игра в шахматы была популярна и среди знати. 
• Представления шутов. При дворе содержали шутов и скоморохов, которые развлекали гостей.
• Наблюдение за кулачными боями.

***

Жизнь боярина XVII века была строга, богата, размеренна и наполнена ритуалами. Он жил в пределах двора, окружённый слугами, традициями, иконами и властью. Его дом — это замкнутая вселенная, где каждый предмет и каждое действие имели смысл. Боярин был не просто частью системы — он был её опорой.
К концу XVII века многое начало меняться. Бояре стали ездить за границу, перенимать европейские привычки и даже учиться более сдержанному поведению за столом. Но главное оставалось неизменным: они продолжали оставаться элитой Руси, пусть и с жёсткими правилами.

3. Быт горожан.

Быт горожан был более скромным.
 Подворье включало жилой дом и хозяйственные постройки.
Основой мебели были столы, лавки, сундуки.
Основным украшением считался красный угол с иконами.
В домах богатого посадского населения обязательно были иконы, украшенные серебряными окладами, самоцветными камнями, речным жемчугом.

Особенностью XVII века стало сооружение зажиточными посадскими людьми каменных домов и вспомогательных построек.
Семьи же обычных посадских людей жили в более скромных деревянных домах, и их быт мало отличался от крестьянского.

Дом горожанина был устроен очень практично, со всеми удобствами тогдашней цивилизации. Горожане строили свои дома из леса, они хорошо держали как тепло, так и прохладу.
Простые горожане строили одноэтажные дома, зажиточные – 2-х, 3-х этажные.
Дома называли хоромами или теремами. Они имели очень затейливый сказочный вид. Их украшали башенками, фигурками, узорами, особенно кровли.
Дома в России от своих европейских собратьев отличались множеством окон – больших и маленьких.
 Вместо стёкол использовали решётки из железа со слюдой.
Первый этаж назывался подклетью. Здесь хранили продукты, вещи, что-нибудь ценное. Он всегда строился каменным.
Двор обносили забором.
Во дворе был сад, огород, амбар, хлев, сарай, мастерские, ледник, мельница, баня (мыльня), поварская, колодец.
Таким образом, двор даже небогатого горожанина был достаточно большим. Вход в дом всегда делали с юга. С крыльца попадали в сени – парадное прихожее помещение. В Европе сени соответствовали залам, где ждали аудиенции.
Затем в доме были горницы, где жили хозяева дома, светлицы – где обычно девушки и женщины работали – вышивали, ткали, пряли.
Важным элементом внешнего архитектурного убранства дома в XVII века становятся лестницы, крыльца и галереи. Поскольку горницы и светлицы обычно размещались на подклете, т.е. фактически на втором этаже, то вход в них делался с помощью лестниц, которым стремились придать художественное убранство.
 Была в доме и повалушка – кладовка для хранения продуктов.
 Рядом с ней, как правило, находился кабинет хозяина дома.
Впервые в XVII веке дома горожан (и в частности, купцов) стали разделять на «избы белые» и «горницы белые», в которых в отличие от «изб чёрных» дым из печи стал выводиться через трубу, а не через отверстия в крыше.

Света, к которому мы привыкли, не было. Дома освещались светцами, маленькими светильниками, слюдяными фонарями и лучинами.
И конечно в доме не могло не быть печи. Печь играла огромную роль в жизни людей. Она кормила, обогревала, лечила, в ней мылись, на ней спали.
 
4. Быт и обычаи крестьян.

Жизнь крестьян в XVII  веке состояла из того, что они зарабатывали на пропитание работой на земле и отдавали весомую часть своего урожая в качестве оброка для барина.  Крестьяне большую часть дня были заняты тяжёлой работой на своем земельном наделе и на отработке барщины на землях помещика. 

В XVII веке крестьянская жизнь была пронизана традициями — они касались и труда, и праздников, и семейных обрядов.

А) Общинные и трудовые традиции.

В 1649 году после принятия Соборного уложения крестьяне лишились свободы передвижения. Однако они сохраняли права на занятие торговлей, распоряжение имуществом и собственностью.
Личная и общественная жизнь русского крестьянина определялась в это время ещё не столько волей помещика, сколько нормами и правилами, существовавшими в крестьянской общине.
 Её традиционными основами были:
• совместное владение землёй;
• взаимопомощь,
• выборность руководителей;
• гласное решение возникавших вопросов на крестьянском сходе;
• равноправие всех членов общины.

Согласно взглядам русских крестьян общинное управление основывалось на идеалах справедливости и христианских заповедях.
 Крестьяне были убеждены в том, что земля — это Божье достояние и к ней нужно относиться уважительно, а использовать её бережно.
 Община должна была делить землю между крестьянами поровну, а в случае необходимости перераспределять.
Крестьянин не представлял себя вне общины. Без её поддержки он чувствовал себя изгоем.

• Решение на сходе.
 Важные вопросы — когда начинать сев, покос, жатву, как делить землю, как распределять подати — решали на общем сходе. Община («мир») выступала как коллективный регулятор жизни деревни.

В поле выходили, как правило, все вместе, но каждая семья работала на своём участке земли и на себя.
Все виды работ сопровождались особыми традициями.

• Традиции перед началом работ.
Перед севом крестьянин мылся в бане и надевал чистую белую рубаху: считалось, что это принесёт хороший урожай.
Кроме того, перед началом посевных работ часто приглашали священника освятить поле. Он совершал молебен и кропил поле святой водой.

• «Смотр невест» на покосе.
 На сенокосе девушки приходили в лучших своих нарядах: это был своего рода деревенский праздник и возможность показать себя. Это был своеобразный смотр невест.

• «Помочи».
Одним из самых устойчивых явлений крестьянской жизни были «помочи»: добровольная и бескорыстная помощь соседу или родственнику в срочной и большой работе (постройка дома, жатва, покос, вывоз леса, вывоз навоза на поле и т. п.).
Семья, нуждавшаяся в помощи, заранее обходила все дома, прося людей прийти в назначенный час.
Каждый житель деревни считал своим долгом принять участие в «помочи».
Отказ от работы воспринимался как оскорбление, нанесённое всей общине. Да и жизненный опыт подсказывал, что помощь рано или поздно может потребоваться и твоей семье.
«Помочи», как правило, устраивались в воскресные или праздничные дни.
Помогавшие приходили в назначенное время со своими орудиями труда, инструментами, если нужно — лошадьми и телегами.
Работали весело, скоро, много шутили, пели песни.
После работы следовало непременное угощение, которое состояло из нескольких блюд.
Перед застольем все переодевались в нарядные одежды, специально принесённые с собой.
 После трапезы затевались игры, пляски, молодёжь каталась по деревне на лошадях, распевала песни и частушки.

Особенно заботилась община о вдовах, сиротах, больных, погорельцах.

Жизнь общины основывалась на идеалах православия. Как правило, община одновременно была и церковным приходом.
Именно община строила и содержала приходские церкви, а священник, служивший в них, назначался после одобрения мира. Мирской сход, по сути, являлся и органом религиозной общины.

Б) Жилище.

Типичный крестьянский двор включал:
• деревянную избу (часто с соломенной крышей),
• клеть для хранения имущества,
• хлев для скота и
• сарай.

Сени — это неотапливаемая часть дома, что-то вроде прихожей, несущее несколько функций: разделительный барьер между основным, жилым помещением и улицей, выполняющий роль теплового тамбура.
Крестьянский  быт совсем простой. Вся семья живёт в избе, состоящей из одной жилой комнаты, которая отапливается печкой, путём окуривания.
Зимой единственным источником тепла в избе была русская печка, которую топили по «чёрному».
Интересный нюанс: из-за топки «по-чёрному» (когда дым выходил прямо в помещение, а не в трубу) внутренние стены и потолок избы были чёрными от сажи и копоти. Зато такой способ помогал бороться с насекомыми-паразитами.
Печной угол считался грязным местом, в отличие от остального чистого пространства избы. Поэтому крестьяне всегда стремились отделить его от остального помещения занавесом из пёстрого ситца, цветной домотканины или деревянной переборкой. Он являлся исключительно женским углом в избе: здесь женщины готовили пищу, отдыхали после работы. Во время праздников, когда в дом приезжало много гостей, у печи ставился второй стол для женщин, где они пировали отдельно от мужчин, сидевших за столом в красном углу. Закрытый дощатой перегородкой печной угол образовывал маленькую комнатку, имевшую название «чулан».
Окна затягивали рыбьим пузырём или кусками промасленного холста.
Освещали избу лучиной, которую вставляли в печные расщелины.
Обстановка в избе была скудной. Стол посреди избы и по стенкам широкие лавки, на которых на ночь укладывались домочадцы. Спальным местом могли служить, как лавки, так и печь, на которую в холодную погоду взбирались от мала до велика. Ещё одним спальным местом служили полати (специальные настилы под потолком). 
Зыбка – короб, подвешенный к потолку с помощью жерди - для маленького ребенка.
 В зимние холода в избу переносили молодняк скота (поросят, телят, ягнят). Сюда же переселяли домашнюю птицу (кур, гусей, уток). Здесь же хранились топоры, лопаты, конская сбруя и т. д.
Готовясь к зимним холодам, крестьяне конопатили щели бревенчатого сруба паклей или мхом, чтобы меньше сквозило, и чтобы мох забирал лишнюю влагу.

В) Одежда.

Одежду шили из домотканых холстов, а также из шкур домашних и диких животных (овчина, шкуры зверей, добытых на охоте).
Мужская одежда. Рубаха (часто короткая), порты (штаны), зипун (узкая домашняя одежда). Для выхода надевали кафтан.
Крестьянская одежда шилась из домотканого холста, либо из грубого сукна. Холщовые рубахи любили украшать вышивкой.
Важным элементом был пояс: считалось неприличным ходить без него, а его яркость и вышивка указывали на достаток хозяина.
 Женская одежда. Рубаха, сарафан, передник, платок.
Обувь. Чаще всего носили лапти (из липового или вязового лыка). Осенью или зимой ноги обували в поршни, которые представляли собой два куска кожи, собранные вокруг щиколотки. Зажиточные крестьяне могли позволить себе кожаную обувь, например, сапоги.

Г) Посуда.

Посуда была разнообразной. Использовали кувшины, горшки, кружки различной формы. Очень популярны были кувшины, чаши и блюда. В XVII веке в обиходе появляются сковородки, которые сразу полюбились русским хозяйкам – в них удобнее всего было печь русские блины.
Посуда была, как правило, либо деревянной, либо керамической – из глины.
Редкостью для крестьян была металлическая посуда, так как стоила она очень больших денег. Ели крестьяне из деревянных тарелок деревянными ложками, а готовили в глиняных горшках.

Д) Питание.

Главное отличие рациона питания русского крестьянина от знати в семнадцатом веке - это преобладание растительной пищи на столе. Крестьяне редко ели мясные продукты. Существует даже поговорка: «Щи да каша - пища наша».
Основу рациона составляли зерновые культуры: рожь, овёс, пшеница, просо, горох.
 Из ржаной муки пекли хлеб (повседневный), из пшеничной — хлеб и пироги (по праздникам).
Из овса мололи толокно, которое шло на приготовление киселей, кваса и пива.
Большим подспорьем для стола были овощи с огорода, за которым приглядывали и ухаживали женщины. Много ели: капусту, морковь, свёклу, редьку, огурцы, репу. Капусту и огурцы солили в больших количествах.
 У зажиточных крестьян были садовые деревья (яблони, вишни, сливы, груши).
В северных районах собирали клюкву, бруснику, чернику.
В центральных — землянику.
Также в пищу шли грибы и лесные орехи.
 Еда была простой, но разнообразной и в большом количестве, в отличие от Европы.
 Это обязательная похлёбка, пироги с кашей, капустой, рыбой, яблоки мочёные, солёные грибочки, кисели, вареники с репой, отварные яйца, лук и, конечно же, щи.
Мясные блюда появлялись на столе редко, в основном по праздникам.
Более частым продуктом была рыба.
Ели из деревянной посуды деревянными ложками.
Стол был покрыт вышитой скатертью.
За стол садились по старшинству.
 Одеты все по-домашнему – в рубахи: у мужчин до колен, у женщин и девушек до пят.
Ужинали в доме, когда заходило солнце на юге за горизонт.
 Еда называлась южной, отсюда и название ужин.
Если сравнить стол боярский и крестьянский по характеру меню, то должны отметить богатство и разнообразие блюда на боярском столе, наличие мяса и рыбы. И скудность крестьянского стола, представленного кашей, хлебом, пирогами, используемой утвари.
Но крестьянки  не сожалели о бедности стола. Зато жизнь ихняя была куда более разнообразная - в занятиях, труде и развлечениях. Она не сидит запертой в своей светлице. А проводит время на свежем воздухе, трудится в поле, по дому.
Может испечь хлеб, соткать ткань, сшить одежду, занимается вышивкой, прядением.
А в праздники полно игр, весёлых танцев, забав.
Любыми праздниками сельских жителей были колядки, масленица, ночь на Ивана Купала, выступления скоморохов и петрушек.
Зимой гадания и колядки:
Тётушка, матушка!
Хлебца кусочек,
Лучинки пучочек,
Кокурочку с дырочкой,
Пирожка с начиночкой,
Поросячью ножку,
Да жарену лепёшку.
Не подашь лепёшки –
Разобью окошки.
Не подашь пирога –
Корову за рога.
А потом и масленица с блинами, да катаниями, хороводами, да гуляниями, состязаньем и призывом весны – ожиданием природы пробужденья:
Прошла Масленица,
Наступил Великий пост.
Свою беленькую кофточку
Повесил на гвоздь.
А там уже и летние гулянья.

Е) Развлечения.

Развлечения крестьян были тесно связаны с православным календарём и народными традициями.
• Народные гулянья и праздники. Важную роль играли церковные праздники (Рождество, Пасха, Троица, Масленица) и даты, связанные с сельскохозяйственным циклом. Во время них устраивали хороводы, пели песни, водили хороводы, устраивали игрища. 
• Ярмарки. Посещение ярмарок было не только торговым, но и развлекательным событием. Здесь можно было увидеть выступления скоморохов с дрессированными медведями, акробатов, послушать шутки и сатирические сценки.
• Игры и состязания. Популярны были кулачные бои (мужское развлечение, часто с определёнными правилами), борьба, состязания в силе и ловкости. Зимой устраивали катания на санях, игру в снежки, строили снежные крепости. Также играли в лапту, городки, играли в кости.
• Вечерние посиделки. В избах собирались, чтобы петь песни, рассказывать сказки, былины и предания.
• Посещение церквей и монастырей. Участие в религиозных обрядах и паломничества к святым местам также были формой досуга.

Стоит отметить, что церковь нередко осуждала некоторые формы развлечений, которые считала «бесовскими», например, выступления скоморохов или народные песни. Это создавало определённое напряжение между народной традицией и церковными установлениями.

 Ж) Семьи.

Семьи были большими и многодетными (количество детей достигало 10 человек). Приветствовалось рождение сыновей, которые могли стать для главы семьи опорой.
Девочки считались «отрезанной частью» так как в замужестве они становились членом семьи мужа. Дети с ранних лет помогали родителям по хозяйству, так как тяжёлый труд требовал много рабочих рук.
Браки заключали рано. Девушек нередко выдавали замуж в 12–13 лет, юношей женили примерно с 15-ти лет.
 Решение о браке принимали родители: они заранее подбирали пару, устраивали смотрины, договаривались между собой (сговор), и этот договор имел юридическую силу. Венчание обязательно проходило в церкви. Свадьбы чаще играли осенью или зимой, когда заканчивались самые тяжёлые полевые работы.
Семейные устои были патриархальными. Женщины подчинялись мужчинам, дети воспитывались в строгости.
 
III. Русский мир глазами иностранцев.

Впечатления иностранцев (европейцев) о русских порядках и обычаях весьма ценны для отечественной истории. Нам доступны десятки рассказов о России того времени, принадлежащих самым разным людям – солдатам, послам, путешественникам, врачам.
Наиболее интересные записки о России XVII века оставили Жак Маржарет, Адам Олеарий, Энгельберт Кемпфер, Ганс Мориц Айрманн, Петр Петрей, Джон Перри и другие.
Что больше всего поражало иностранцев в русских, так это:
-   хлебосольство, причём как в боярских, так и в крестьянских семьях,
-   непривычные блюда – блины, щи и каши,
-  необычные песни и танцы,
-  обряд сватовства и свадебные торжества,
-  красивая резьба на домах.
Многие отмечали русскую религиозность, почитание икон, строгие посты, частое посещение церквей.

• Джона Перри потрясла русская зима – трескучими морозами и той лёгкостью, с которой местные жители её переносили.

• Ганса Морица Айрманна – русская баня, о которой он отзывался как о пылающем пекле:
 «Простые люди, которые сообща строят бани на проточной воде, лишь только они сильнее разогрелись, выходят в холодную проточную воду и усаживаются в неё на долгое время, безразлично, будь то летом или зимою. Летом спускаются в воду подобием лесенки из двух длинных брёвен. А зимой пробивают во льду большие отверстия и так бросаются в ледяную воду. Они считают это очень здоровым. Так как у нас обычай подобным образом мыться неизвестен, а я сам часто участвовал и мне очень понравилось, то захотел рассказать об этом».

• Жака Маржарета – русские крестьяне, умудряющиеся собирать хорошие урожаи в условиях сурового климата.

• Из «Описания путешествия в Московию и через Московию Персию» А. Олеария:
«[Русские] мужчины вообще великорослые, плотные и крепкие люди, А кожею и естественным цветом похожие на остальных Европейцев. Они придают большое значение длинным, окладистым бородам и толстым брюхам, и потому обладающие ими пользуются большим почётом от других... Усы Русские отпускают длинные, висящие через уста. Волосы на голове только одни их... Священники носят длинные, распущенные по плечам, все же остальные коротко подстриженные... Женщины в России среднего роста, вообще стройны, нежны лицом и сложением, но в городах все румянятся... Брови и ресницы они также подкрашивают чёрною, а иногда коричневою краской. <...>
У детей моложе 10 лет, как у девочек, так и у мальчиков, волосы стригут на всей голове, оставляя только по локону по обеим сторонам; девочки же, в отличие от мальчиков, носят в ушах большие серебряные или медные кольца [серёжки]. <...>
Русские не привыкли ни к каким изысканным кушаньям и сластям: ежедневная пища их состоит из каши, репы, капусты, свежих и солёных огурцов, а в Москве из крупной, большею частию солёной, рыбы...
Главным напитком у простого народа служит квас... также пиво, мёд и водка. Знатнейшие Господа, кроме пива, пьют также Шампанское, Рейнское и Французские вина, всякого рода меда и двойную водку. <...> Русские умеют варить превосходный и превкусный мёд из малины, ежевики, вишен и других ягод...
Ремесленники, по простой жизни своей не требующие многого, добывают трудами рук своих весьма достаточно для того, чтобы иметь надлежащее неприхотливое содержание... Люди эти очень способны к разным ремёслам, легко перенимают всё, что увидят у Немцев, и в немного лет они научились и переняли у последних много такого, чего прежде совсем и не знали. Поэтому в настоящее время они улучшенные изделия свои продают уже за гораздо высшую цену в сравнении с прежними ценами. <...>
Русские все, как высшего, так и низшего сословия, имеют обыкновение отдыхать и спать в полдень, после обеда; поэтому в это время и запирается большая часть лучших лавок... В это же время нельзя добиться до свидания или переговоров с кем-либо из знатных Бояр или купцов, потому что они отдыхают или спят после обеда. <...>
Вообще в России люди здоровые, доживающие до глубокой старости и редко болеющие; если ж заболеет кто, то в простом народе самым лучшим лекарством, даже в горячке, считается водка и чеснок; знатные же Бояре начинают уже теперь обращаться за советами к Немецким Врачам и употреблять известные, прописываемые ими, лекарства».
«Русские все носят на головах шапки. Князья и Бояре, или Государственные Советники (Царские Думные), когда выходят на торжественный собрания, из черной лисицы, или соболя, вышиною с локоть; в другое же время бархатныя... шапки, подбитыя черною лисицей, или соболем с небольшою опушкою из того же меха, и по обеим сторонам обшитыя золотым, или жемчужным снуром. Простой народ носит летом белыя войлочный шляпы, а зимою суконныя, подбитыя обыкновенным (бараньим) мехом шапки».
 
***

Ход исторического развития, события, произошедшие в XVII столетии, повлияли на изменение картины мира русского человека. Однако основы мировоззрения и традиции повседневной жизни русских людей сохранились в неизменном виде.
XVII век в России — эпоха перемен, когда страна переживала Смутное время, восстанавливалась после кризиса и постепенно вступала в новый этап развития. Это был век контрастов: с одной стороны, сохранялись традиционные устои, с другой — появлялись первые признаки модернизации. Жизнь российского человека в этот период определялась его социальным статусом, местом проживания и влиянием исторических событий.
XVII век стал последним веком Древней Руси, когда, несмотря на сословные различия, и крестьянин, и боярин питались одними духовными началами, пронизанными религиозностью и патриархальностью. Дворянство ещё не заговорило по-французски и не искало истины в заморских далях. После безумных и ужасных событий Смуты русский человек больше стал ценить сильную власть, видя в добром, но строгом царе единственное ручательство спокойствия и безопасности. Однако уже тогда проявились признаки распада духовного единства народа, начало которому положил церковный раскол.