Бабушки на лавочках

Марковна вышла из подъезда первой. Поверх ситцевого халатика в голубой цветочек – пуховая кофта, голова повязана платочком в коричневатых узорах. В руках – палочка. Примостилась на первую же лавочку, стоящую в тенёчке.

Лето в зените ароматов, в пышном цветении и жужжании пчёлок, пополнилось запахом чего-то резкого, инородного. Не то меновазин, не то диклофенак применяла Марковна для больных коленей.

Севериновна появилась позже. Платье из креп-жоржета в пол, тёмная, но прозрачная шляпа, серьги и браслет из малахита, аромат «Trussardi». И только она сама знала, что под платьем колено смазано непахучим гелем «Траумель», а сверху прикрыто эластичным наколенником с «Озона». В её руках, вопреки одеянию дамы,  незаменимыми помощниками оказались уже две скандинавские палки. И та же лавочка приютила и вторую гостью.

Две ножные страдалицы вышли подышать июльским деньком. А мимо пролегала пешеходная дорожка, покрытая брусчаткой, на подиуме которой не прекращалось движение в обоих направлениях следования.

Разглядывание прохожих – это тоже занятно. Бросалось в глаза, что модной тенденцией этого лета стали широкие штаны всевозможных вариаций: просто широкие, которые подметали тротуары, собранные книзу на резинку, укороченные, однотонные, цветастые. Кому-то это шло, особенно, высоким, стройным, на иных смотрелось комично. А вот обычные люди в привычных джинсах – базовых ли, концептуальных, в футболках, рубашках  или худи,  смотрелись, увы-увы, как-то скучновато и буднично. Глаза, отметившиеся на новом луке, уже не хотели привычной картинки.

И тут, как по заказу, быстрым и размашистым шагом проследовал потрясающий артист с узнаваемым лицом,  фамилию которого прикрыл Альцгеймер. Его широкие, шоколадного цвета штаны книзу были собраны в защипы, поверх белой футболки накинута широкая «блуза художника», развевающаяся при быстрой ходьбе высокого и статного мужчины. Воистину,  стиль его продуманного наряда завораживал. Ясно, что не ширпотреб, что всё подбиралось тщательно, создавая образ. И, скорее всего, пошив на заказ. Слишком дорогие ткани, яркая индивидуальность.

Что оставалось невольным «зрительницам», как не созерцать движение по коридору улицы.

Нежданно, распахнулось окно балкона первого этажа, так симпатично затенённого разросшейся вишней. Пришлось Севериновне встать с лавочки и подойти под это окно, чтобы принять от своего взрослого сына изящную чашечку кофе. Опираясь на 2 палки, перекинутые в одну руку, донесла ароматный напиток до лавочки. К тому времени, Марковна уже ушла домой принимать свои таблетки.

Наслаждение кофейным ароматом и вкусом на лоне природы, с видом на оформленные в лучших традициях ландшафтного дизайна лужайки, окрасили восприятие момента гораздо ярче  кофепития - на хоть и уютной, но уже такой привычной кухне. Что вовсе не помешало Севериновне мысленно обновить гардеробчик и себе, и Марковне. И она даже рассмеялась тихим смехом, представив их обеих обновлёнными последними веяниями своенравной моды.

Особая благодарность скамейке, так своевременно и мудро расположенной в тени лета, усилили желание и намерение вернуться сюда не раз.

А пока … прохожие оглядывались на женщину, скинувшую лёгкие сандалии ради земли-травы, принимающей недуги в обмен на заряд бодрости. Её руки обнимали крапчатый ствол берёзы, «природа никогда не спешит, но всегда успевает»*.

   
* - Хотя фраза прочно ассоциируется с Лао-цзы, возможно, это вольная интерпретация или более поздний афоризм, выросший из даосской мысли.

Фото из интернета.