Края Безмолвия 33 Заговорщики

С вечера второго дня пребывания на базе Южного Флота жизнь Вольфганга стала очень суетной и напряжённой. После неудачной прогулки его и Иствуда пригласил на обед адмирал Магнус фон Кроденбург. Ну, как пригласил? Когда миноносец "Блиц" ошвартовался у пирса и подтянул ялик к борту, Иствуда выдернули из него два дюжих матроса. Командир миноносца обложил вице-директора МАПО такими словами, что Энвельд с Волечкой одобрительно покачали головами, а Вольфганг и десятой части не понял. Но "отодранная тридцатью спрутами безмозглая каракатица" ему понравилась.

Затем обер-лейтенант шагнул к борту и подал руку принцу, сделав приветливое выражение лица. Прочим же офицер велел "валить на свою посудину, и чтобы не чиха, ни пука там"!

База Сьюденсфлота напоминала затопленный термитник. На части кораблей красовались Красные Драконы, а на других ещё реял Аргандский Орёл. Но стычек не наблюдалось. Матросы перемещались по базе строем, под командой офицеров, на верфях кипела работа. Грузовики и паровозики не превышали установленную скорость в двадцать лиг за час, а у бонов дымил тремя трубами дежурный крейсер.

На пирс подали маленький старый автомобиль с матросом за рулём. В нём приехал адъютант адмирала - фрегаттен-капитан Матцель. Иствуда с Вольфгангом усадили назад и машинка довольно бодро покатила вглубь порта.

Сама база была построена как небольшой городок. Кроме заводов и казарм тут имелись свои магазины, различные частные мастерские и пекарня. В распоряжении семей офицеров и унтер-офицеров имелись школа и театр, организованный Обществом Жён Офицеров Флота.

Адмирал ждал их в своей резиденции - премилом домике на холме над оконечностью мыса. Он тоже высказал неудовольствие Феликсу, но не в столь резкой форме, сколь давешний командир миноносца.

- Его Высочество следует беречь! - напоследок заявил старый моряк. - Он последнее наше спасение от проклятых ушанов!

- Простите, герр адмирал, я полагал нас никто не узнает, - оправдывался Феликс.

Фон Кроденбург взмахнул пачкой телеграмм:

- Это только за последние четыре дня перед непогодой! И о чём вы думали, герр Иствуд! Приметы принца разосланы во все концы! Если бы Мюнце не был таким болваном... Так! - телеграммы грохнулись на стол. - Всё это вторично! Первым делом надо пристойно одеть молодого человека! Матцель!

И понеслось. Пока взятый в плен Иствуд беседовал с адмиралом, Вольфганга окружили заботой штабные офицеры. На пошив костюма ушло бы слишком много времени, а потому костюм-тройку, сорочки и галстук подобрали в магазинчике готовой одежды. Подбором занимался не сам адъютант, а его подчинённый, обер-лейтенант Мазурка со своей женой, пани Брехтой. Дородная мобишка перевернула пол-магазина, пока её супруг прикидывал, как сидит на принце очередной пиджак или брюки. Затем юношу отвезли к цирюльнику, где его чуть остригли после грубой подрезки Тиннендорфом и уложили волосы в аккуратную причёску. Хуже было с обувью, пришлось выдать принцу сапоги, в каких ходила морская пехота. Они были тяжеловаты, но это лучше, чем оказаться босым.

Уже вечером Вольф оказался в госпитале. Двое врачей в халатах поверх мундиров попросили "его высочество" раздеться до пояса, долго слушали хрипы холодными медными трубками, стучали по груди, дали выпить сладкого густого настоя, что успокоил саднящее горло.

- Запущенный туберкулёз! - выдал вердикт старший врач. - Прогревания, морской воздух.

- Может быть, попробуем горячие ванны? - предложил его коллега чуть младше годами.

- И пригласим чародейку, фройлян Ясмин.

Вольфганга поразила одна деталь в разговорах моряков и их домочадцев: они легко использовали все виды вежливых обращений, ничуть не стесняясь и не заморачиваясь. В одной фразе собеседника могли именовать как "паном", так "уром", что ставился после имени, а не впереди, как мобешское обращение или аргандское. Адрия повлияла на этих людей больше, чем Мобеш на аргов, живущих в её пределах.

- Но герр доктор, - робко начал Вольф. - Мне предстоит ещё путешествие, так надо. И чем больше я остаюсь в пределах Арганда, тем более высока вероятность...

- На базе Южного Флота Ваше Высочество в полной безопасности, - заявил молодой врач. - Всё больше кораблей поднимают Красного Дракона, что станет нашим знаменем в войне против захвативших Родину нелюдей и их выкормышей!

И тут Вольф понял, на что упирал Иствуд. Дико рискуя сам оказаться в жерновах праведного гнева, он сыграл на  ненависти к МАПО и эльфам! Конечно, собственноручно написанное Вольфом послание сразу расставило точки над i, но наверняка и Феликс блеснул своим красноречием. Иствуду могут припомнить и его должность, и кто создал треклятую Магише Полицай!

"А вот это и будет якорем, который удержит вас, герр Иствуд, от желания диктовать мне свою волю"! - подумал принц.

- Лервуд ур, вы решили, как помочь Его Высочеству? - сунулся в дверь изрядно замученный Матцель.

Старший врач обернулся:

- Да, герр фрегаттен-капитан. Сейчас отвезите, битте, наш маленький бриллиант отдыхать, но завтра к полудню прошу вас привезти герра фон Ромма к нам.

И маленький автомобильчик живо доставил полусонного Вольфа в дом адмирала, где его ждали обильный горячий ужин и тёплая мягкая постель. Фрау фон Кроденбург, она же тётушка Эльза, решительно заявила мужчинам, что "Герр Вольфганг нуждается в заботе и отдыхе, а все ваши игры - это на потом оставьте"!

Иствуду, которого выставили ночевать в офицерскую гостиницу, всё же удалось убедить адмирала, что завтра принца просто обязаны сопровождать "лучший стрелок Юга и резистант". Адмирал подумал и согласился - всё же на базе было неспокойно, добавочная стража никогда не помешает.

Той же ночью, когда Вольфганг уже спал, буксир подвёл "Чёрную Молнию" к причалу - наутро должна была начаться разгрузка проволоки, а затем предстояло снаряжение старого брига в долгий путь.




Ласло Надь, даже будучи жандармом и унтер-офицером, в душе оставался адришем. Причём адришем того толка, что ценит волю и честь превыше всего. Пока Сливовиц и Мардер трясли несчастных обывателей, "Кардфоргато Кезе" в лице Надя и Питешти свила гнездо прямо под носом этих двух аргандских псов. Питешти вёл дела хитро: он разок поговорил с трусливым стукачком Баложи, и тот начал писать доносы на тех, кто мог помешать "Делу Адрии". При Сливовице это было непросто, зато при Мардере два подпольщика недурно почистили как бургомистрат, так и гарнизон от оголтелых и не в меру умных сторонников кайзера.

Только направленность кляуз изменилась. Сливовиц искал именно заговоры, тогда как Мардер предпочитал не трогать политику, занимаясь преступлениями вроде контрабанды как обычной, так и артефактной, магической. Кон-Трайн под боком, что же вы хотите? Дальше, разумеется, чем в Порт-Сабаре, но за день на шлюпке с парусом или шхуне добежать можно. Смотря какой ветер. Пароход и вовсе пересекал узкое море за несколько часов.

Так вот, недурно разбираясь в городских делах и имея под рукой порядка двух сотен "братов-мечников", Ласло Надь быстро выяснял, кто так или иначе замешан в нехороших делах. Он сообщал Имре "какой суслик выставил башку", тот давал ценные указания Баложи, последний проводил пару ночей в творческих муках, и на стол Мардеру падал очередной рапорт старого агента.

Когда Мардер послал его с пакетом, Ласло подмигнул Имре, открыл регулятор мотоциклетки и резво запетлял в городских улочках, живо обогнав Тибальда Груне на его рыжей кобыле. Но путь унтер-офицера закончился быстро - он свернул в переулок и затормозил у трактира "Свинья и Чарка", что принадлежал его брату. Именно здесь расположился штаб бунтовщиков. Подходы к трактиру охраняли крепкие парни из городских низов, вооружённые чем Вечный послал. Над входом болталось сине-зелёное знамя.

Мундир жандарма никого из головорезов не смутил: Ласло прекрасно знали в этом квартале и вообще в Арг-Кроче. Унтер передал мотоциклет на попечение "Гвардии Свободы" и вошёл в трактир.

- Мардер послал меня за подкреплнием! - провозгласил он, смеясь и размахивая конвертом.

- Нашёл кого! - живо отозвалась невысокая женщина в тёмном платье с вороном на плече.

- Здорово, брат! Проходи! Снимай этот бесов мундир! - всплеснул руками лысый толстяк-трактирщик. - Твои уже здесь! Ну-ка, ну-ка, давай-ка за стол! За наше дело надо выпить!

- Это ты верно мыслишь, Ференц! - одобрил трактирщика мрачный худой великан в простой грубоватой одежде - кузнец Омри Кеш. - Сейчас разошлём патрули, должен прийти ещё капитан из гарнизона, тот, одноглазый.

- Вакушка? - уточнил Ференц Надь.

- Он, - кивнул кузнец. - Выпьем, закусим, да заодно обсудим где перекрыть перевалы, чтобы дождаться подкрепления, которое обещал нам друг из  Меррианора!

- Я бы не очень надеялась на меррианцев, - заметила женщина с вороном. - У них свои интересы. Как бы нам не сменить хозяина!

- Уж лучше мерриане, чем арганды! - зло возразил кузнец. - У них хотя бы страной правит добрый король, а не эта остроухая сволочь! Слыхали про эскадру-то, други?

- Вот сейчас и расскажешь нам, что там случилось на эскадре, - заявил выходящий из каморки Ласло Надь. Он переоделся в белую рубаху с широким поясом.

По лестнице сверху спускалась статная женщина с поистине орлиным взглядом:

- Ну, почти все в сборе! - воскликнула она. - Ласло, смотри сильно не пей! Где Дише ур?

- Ну что ты, мать! Такое дело делаем, - прогудел бравый унтер-офицер Ласло Надь, всегда немного побаивавшийся своей решительной властной жены. 

- Скоро придёт и Дише, - заверил Фружину Надь трактирщик Ференц, в котором мало кто мог бы заподозрить главу тайной организации "Кардфоргато Кезе", что за неполных двадцать лет протянула корни своего дерева по всей Адрии.

Через сорок минут Ласло уже изрядно принял на грудь, а потому спохватился только поздним вечером. Тем более, что негоциант Дише и капитан гарнизона мобеш Вакушка, пришедшие позже, вовлекли всех в обсуждение слишком многих вопросов. Их надо было решать быстро, а потому комитет работал, как проклятый.

Но когда разгребли большую часть неотложных дел и опустошили добрую дюжину бутылок под славную закуску, Ласло неожиданно схватился за голову:

- Вот я болван! - с досадой заявил он. - Ведь Мардер послал ещё и  Груне!  Верхом. Как бы эта аргская скотина не привела псов!

- Да Вечный с вами, Надь ур, - лениво бросил гауптман Вакушка. - Взгляните на улицу - ветер стволы гнёт!   Сейчас через перевал и волчард не проберётся. Утром я возьму вашу мотоциклетку и пару своих стрелков. Уверен - мы его перехватим не далее Тимья-Бере!

- Не переживай, Лас, - Фружина обняла мужа за пояс. - Никуда этот балбес не доедет. В такие ночи и главный рогуль на три засова запирается.

- Во-во, точно, - поддержал братову жену Ференц, сосредоточенно разливающий вино.

Но на душе Ласло Надя всё же было неспокойно.