Ивановский 4

В ряду беспоповщинских сект старообрядческого раскола есть немало таких, которые расходятся в одном из общих существенных признаков с описанною беспоповщиною, получившею свое начало в Поморье и потом раздробившеюся по разным вопросам. Все означенные секты держались и держатся тех основных убеждений, что за неимением священства возможно и неосвященному лицу отправлять церковное богослужение и совершать два «потребнонуждные во спасение» таинства: крещение и покаяние. Но это многим из беспоповцев же, показалось святотатством, присвоением прав, не принадлежащих мирянину. Мирянин, говорили они, действовать священная не может: доказательство они на это видели и указывали другим в Кормчей книге, второе правило св. апостол: «Восхищающая недарованная им раздражают Бога, якоже сывове Кореови и Озиа царь. Ни диакону убо приносити жертвы несть достойно, ни крестите кого, ни благословления мала или велика сотворити ... Дерзнувый таковая не с вами борется, но свеликим Архиереом Христом (Кормч. гл. 4, л. 30). К тому же и 6-е правило собора в Гангре говорит, что проклят тот, кто собирается кроме церкви и церковная хощет творити, не сущу с ним пресвитеру по воли епископли.»

Таким образом, не только те или другие частные вопросы, вытекающие из основного учения беспоповщины, но и самая положительно раскрытая догматика беспоповщинская не удовлетворяла всех старообрядцев, неимущих священства; сама она вызвала критику и произвела новыя дробления раскола. Эти недовольные беспоповщинскою догматикою люди разделяли учение о царствовании антихриста, но делали из этого учения более строгие выводы, в сравнении с другими беспоповцами. Последние удержали при этом идею о церкви, хотя и бессвященнословной, – призвали возможность совершения двух таинств и отправления общественного богослужения; по их верованиям церковь представляется существующею, только не в полном виде. Первые, не допустив возможности замены в деле совершения таинств о богослужени лиц освященных простецами, естественно должны были остаться совершенно без таинств, без общественно-церковной молитвы, должны были отказаться от самой мысли о существовании истинной Христовой церкви на земле. И вот является в расколе убеждение, что теперь не может быть спасительных тайн, не может быть и общественного богослужения, – благодать улетела на небо. Поэтому отрицательному признаку держащиеся такого взгляда беспоповцы именуются нетовцами.

Но при этом возникал вопрос: как же возможно получить спасение, при отсутствии таинств и общественного богослужения? Ответом на этот вопрос послужило какое-то смутное, неопределенное упование, что один Спас знает это, остается только молитва к Спасу, остается одна надежда на эту частную молитву, да на «крест», т. е. на двуперстное сложение. Поэтому положительному признаку нетовцев называют последователями «Спасова согласия» или «Спасовцами». Общим признаком последователей нетовщины служит то, что переходящих от православия они не перекрещивают.

Начало образования Спасова согласия в точности неизвестно; но о нем упоминают православные писатели еще первой половины 18 столетия (Питирим в «Пращице» л. 11 об. и Феофилакт Лопатинский в «Обличении неправды раскольническия» л. 4 об.). Протоиерей Иоаннов производит начало «Спасова согласия» от какого-то Козьмы, безграмотного мужика. Историческая жизнь этой секты точно также почти неизвестна. Тогда как беспоповцы-перекрещенцы оставили довольно богатую и разнообразную письменность, знакомящую с происходившими в ней движениями и внутренними раздорами, – последователи нетовщины не оставили, можно сказать, ничего о своей исторической жизни. Поэтому характеризовать ее и сродные ей другия секты можно только по современному состоянию.

Положительное требование одной только молитвы «Спасу» и одно безотчетное упование на эту молитву естественно не могло казаться достаточным для получения спасения. Вера христианская непременным условием спасения поставляет, прежде всего, таинство крещения. Аще кто не родится водою и духом не может внити в царствие Божие (Иоан. гл. 3, ст. 5). Таким образом, пред последователями «Спасова» согласия стал трудный вопрос о крещении. Отвергнуть это таинство значило бы идти прямо против Христовых слов и навлечь на себя нарекание в том, можно ли даже именоваться им и христианами. Допустить возможность обдержного совершения этого таинства лицу неосвященному, – как поступили поморцы и другие беспоповцы, – значило бы отказаться от своего основного учения о невозможности действовать священная мирянину. Последователи «Спасова» согласия избрали для решения этого вопроса иной, совершенно своеобразный путь, похожий на тот, какой избрал федосеевец Иван Алексеев для решения вопроса о браке: они признали возможным совершать таинство крещения в православной церкви. Они это объясняют так: «хотя и еретик крестит, да поп, а не простой мужик; дорого три погружения». Но не считая это крещение православным по его совершителю и месту совершения, они молятся, чтобы Господь вменил оное за истинное и святое, и таким образом и здесь удерживают свое основное учение о важности и необходимости молитвы. Кроме крещения, и за совершением брака они также обращаются в прав. церковь.

Держащихся такого учения и называют в строгом смысле «спасовцами», а также последователями «глухой нетовщины», так как открытыми, записными раскольниками они не бывают, как крещенные и брачившиеся в церкви, а иногда (напр. перед браком) и другия тайны приемлющие. Посему даже приходскому священнику их трудно бывает отличить от православных.

Не имея общественного богослужения по церковному уставу, спасовцы молятся по домам, читая псалтирь и каноны, любят повторять «Исусову» молитву; исповедь совершают пред иконою, вычитывая скитское покаяние, состоящее из некоторых молитв и перечисления грехов. Исповедь эта совсем не то, что таинство покаяния, и есть не что иное, как покаянная молитва52.

Рябиновщина. Решение вопроса о крещении естественно не могло казаться всем удовлетворительным. И вообще отношения спасовцев к православной церкви очень неопределенны и двусмысленны. Посему и в сектах с направлением «нетовщины» должно было произойти разделение. Во 2-й половине 18 стол. появилась секта, известная под названием «Рябиновщины». Название это она получила от того, что последователи оной поклоняются кресту, сделанному из рябинового дерева; это дерево, по их мнению, в Писании именуется певгом (по преданию, – одно из древ креста Христова). Сами себя они называют «по кресту», потому что поклоняются только крестам без изображения на оных Спасителя. В общем, они держатся правил нетовщины, но в решении вопроса о крещении отступают от этих правил: именно они признали возможным крещение совершать и мирянину. Сначала они совершали крещение без всякого чина и молитв, а потом стали вводить и чтение некоторых молитв; этим они стали приближаться к поморской беспоповщине. Близость эту они показали и тем, что переходящих к ним стали перекрещивать, а браки заключать по благословению родителей. В последнее время рябиновцы пошли еще дальше по этому направлению. Они стали устроять молельни и совершать общественное богослужение: при исповеди они завели и духовников, которые в отличие от духовников поморцев, являются только свидетелями при исповедании грехов, но не духовными отцами, могущими, если не преподать разрешение грехов, то совет дать или епитимью наложить. Посему с поморцами они и не сливаются. Но особенно резко отличаются рябиновцы от поморцев тем, что не поклоняются иконе Господа Саваофа на том основании, что Бог-Отец не принимал человеческой плоти. Не поклонялись они прежде и другим иконам, на коих изображаются лица и предметы непокланяемые: напр. изображению входа Господня в Иерусалим, иконе Воскресения, где изображается разрушение ада, – и даже распятию Христову, где пишутся и воины – распинатели. Но в последнее время некоторые рябиновцы стали поклоняться таким иконам.

Самокрещенцы. Решение рябиновцами вопросов о крещении и о браке слишком приближало их к поморцам-перекрещенцам, – если не иметь в виду указанных внешних отличий, – и очень удаляло от коренных правил нетовщины. Посему иные, желая более следовать основному правилу о невозможности совершать тайнодействия лицу неосвященному, решили вопрос о крещении в смысле самосовершения, т. е., что можно крестить лишь самому себя. Образование самокрещенства относится также, по всей вероятности, к концу 18 столетия. Сначала самокрещенцы уподобляли свое крещение крещению бабушкину (т. е. повивальной бабки), без всякого чина; они совершали только троекратное погружение, но со временем появился у них и чин крещения. В этом чине формула крещения, «крещается раб Божий»... изменена применительно к мысли о самокрещении: «крещаюсь аз, раб Божий»... В этом же смысле решается и вопрос о совершении брака. Брак совершает брачущий сам над собою, также изменяя слова бракосовершения: «обручаюся аз, раб Божий» (имя рек)..., «рабе Божией» (имя рек); «венчаюся аз, раб Божий» (имя рек).... и раба Божия (имя рек)53... Но так как рождающиеся младенцы сами себя крестить не могут, то их обыкновенно крестит, повивальная бабка; при погружении она полагает руку не на голову крещаемого, а только на плечо. Переходящие же из православия и других сект и перекрещиваются сами в озере или в реке. Таким образом, и в учении самокрещенцев замечается, хотя и меньшая, чем у рябиновцев, наклонность к поморству. Притом, в последнее время они стали совершать и общественное богослужение, хотя без пения, дабы лишить оное всякой торжественности в настоящее, антихристово время.

В учении об антихристе самокрещенцы отличаются от других нетовцев. Они учат так же, как бегуны, что антихрист царствует в лице царей, начиная с Петра I. Только в отличие от бегунов они не делают из этого учения практических выводов, т. е. – что нельзя жить в обществе и исполнять общественные обязанности: платить подати, брать паспорт и т. п., а нужно бегать и скрываться от антихристовой власти.

Самокрещенство имеет лишь небольшое число последователей по среднему Поволжью.

Согласие Новоспасово (отрицанцы и подначальники). В последнее время по вопросу о крещении произошло значительное движение и в среде последователей «Спасова» согласия и выделение многих из них в особое согласие, которое стали называть «Новоспасовым». Согласие это получило начало во Владимирской губернии, откуда занесено в губернию казанскую, и особенно распространилось в спасском уезде, а частию в тетюшском. Последователи его предоставляют право совершать крещение и браки лицам неосвященным, – своим, так называемым, «попам». Эти «попы» совершают и общественное богослужение. Новоспасовцы тем только и отличаются от поморцев, что отнюдь не допускают перекрещивания совращенных от православной церкви, на том основании, что крещенных во имя св. Троицы вновь крестить нельзя. Но в вопросе о приеме переходящих в их секту и между ними произошло разногласие. Одни учат принимать посредством отрицания от ересей, как положено это в Потребниках (отрицанцы); другие же, при приеме, требуют только положить, так называемый семипоклонный начал (подначальники). По этому поводу происходят между ними горячия прения, в коих каждая сторона сильно нападает на противную сторону, но защитить себя не может. Так, «отрицанцы» замечают «подначальникам», что положение «начала» никак нельзя считать чиноприемом. Подначальники, будучи не в силах защитить свою правоту, со своей стороны замечают отрицанцам, что чин отрицания от ересей, какой положен в Потребниках, можно совершить лишь лицу освященному; мирянин же совершить этот чин не может. На это замечание отрицанцы остаются безответными.

Так в раскольнических согласиях сама собою появляются неразрешимые вопросы.

В последнее время обнаружена новейшая отрасль Спасова согласия в среднем Поволжье. Последователи этого вида новоспасовщины детей совсем не крестят, а в замен крещения заставляют кого-либо из «невинных» детей надеть на новорожденного крест. Чаще бывает это так: в 8-й день по рождении повивальная бабка нарекает новорожденному имя и надевает на него крест, при чтении 50-го псалма, в коем читается: окропиши мя иссопом, и очищуся, и омыеши мя и паче снега убелюся54.

Движение в беспоповщине рационалистического характера. Самочинное священство
Прав. Собес. 1883 г. ноябрь и 1884 г. дек. «Из старообр. мира» «Краткое извест. о сектах», архим. Павла, стр. 70–71. «.Церк. Вед» 1890 г.

Неудовлетворительность коренного учения беспоповщины сказалась в недавнее время новым, небывалым в нашем расколе, движением чисто рационалистического характера. Учение всех беспоповцев о том, что можно достигнуть спасения и без таинственного причащения тела и крови Христовой, находится в прямом противоречии со словами самого Господа: аще не снесте плоти Сына человеческаго и ни пиете крове Его, живота не имате в себе, и: хлеб, егоже Аз дам, плоть Моя есть, юже Аз дам за живот мира (Иоан. гл. 6, ст. 51 и 53). Оправдание нуждою, да «огнепальным желанием» естественно не могло удовлетворять всех; учение же о конечном истреблении Христовой жертвы антихристом было совершенно произвольно, самими же беспоповцами придумано. Поэтому настояла потребность найти какой-либо другой выход из затруднения, дабы избегнуть прямого противоречия с учением Спасителя. И вот один брачный беспоповщинский наставник в Москве, да выходец из Прусской обители, монах Иаков задумали создать, ради этого, новое учение о священстве. Принимая за источник истины только евангелие и послания апостольския и отвергая значение соборов и отцев церкви, они, якобы на основании евангелия и апостола, стали учить, что священство может быть и без епископской хиротонии, что в нем не сообщается особенной от Бога благодати, что можно поставить кого-либо епископом или пресвитером чрез одно избрание общества, по подобию будто бы того, как Христос избрал апостолов (Марк. зач. 12), и апостолы избрали Матфея на место Иуды (Деян. зач. 16). Эти избранные старцы (епископы в пресвитеры) и могут совершать евхаристию и преподавать тайну причащения. Монах Иаков был избран первым епископом. Но в Москве он не нашел себе последователей и удалился оттуда. Учение его распространилось между казанскими брачниками, особенно же оно привилось в Уржуме (вятской губернии), где находился другой избранный старец-епископ, – сильный пропагандист этого учения, купец Нестор Соболев, теперь уже умерший. Самочинные епископы и пресвитеры совершают, – как рукоположенные священники, – литургию, читают над хлебом и вином молитвы и преподают народу, как св. причастие. Вместе с тем они стали совершать и все другия таинства и хвалятся, что у них существует полнота тайн.

Вопрос о причащении таким образом разрешался и противоречие со словами Христовыми, по-видимому, устранялось. Но, не говоря уже о том, что в писаниях апостольских несколько раз упоминается о рукоположении на священство апостолами или их преемниками – епископами (Деян.;5. ст. 2–6; 14, ст. 23; 20, ст. 17 и 28; 1Тимоф.;4,14; 2Тим.;1,;6), – признание за единственный источник свящ. Писания, отвержение церковного предания и авторитета церковных определений и писаний отеческих составляет уже основное учение немецкого протестантства и нашего молоканства и противоречит духу всего старообрядчества. Ибо где же в евангелии, или в посланиях апостольских последователя нового направления, – именующие себя также старообрядцами, – найдут указание на содержимые ими обряды, из-за которых и произошло отделение старообрядцев от церкви? Посему, держащиеся этого направления должны осудить своих предков, всех других современных нам старообрядцев и даже самих себя за исключительную приверженность к так называемым старым обрядам, или же расстаться с этими и с всякими другими обрядами и обратиться в чистых молокан-вольнодумцев.