Ивановский 4

 пунктами поповщины на первых порах были Ветка и Керженские скиты. Первое разделение поповцев произошло на Керженце по совершенно случайному, хотя весьма важному, обстоятельству. Известный расколоучитель протопоп Аввакум, находясь в Пустозерском заключении, писал сочинения, в коих высказывал еретическия мысли о св. Троице, что она имеет разные три естества или существа, и что Христос сидит на четвертом престоле, соцарствуя св. Троице, что в воплощении Сын Божий сошел во утробу св. Девы не существом, а только благодатию, и что Христос в ад сходил с телом, по воскресении из мертвых. Мысли эти были изложены в грубой обличительной форме в письмах к заключенному вместе с ним диакону Федору. Федор писал на них возобличения55. Письма свои Аввакум послал в Керженские скиты старцу Сергию, с припискою: «прими сие вечное евангелие, не мною, но перстом Божиим писанное». Особенным приверженцем этих писем оказался, впрочем, не Сергий, а начальник одного скита, Онуфрий. Онуфрий и его последователи читали эти письма за церковною службою, написали икону Аввакума и начали ей молиться. Большинство же керженцев говорили, что в письмах содержится «зловерие», а не православие, и убеждали Онуфрия отложить их. Таким образом, по поводу Аввакумовых писем возникли горячие споры и произошла взаимная вражда. Керженцы списывались с Москвою; собирались соборы и на Керженце и в Москве; но Онуфрий упорствовал, а последователи его раз, во время собрания выбежали даже с ружьями против своих противников. Один из самых жарких приверженцев Онуфрия, Иерофей, ходил по деревням, по базарам и там читал Аввакумовы письма. Авторитет писем поддерживался тем, что их писал страдалец; вникнуть же в еретическое их содержание приверженцы оных не хотели, а только кричали: «за три разные существа умру; у меня и огнем из души не выжжешь!» «Ежели оставить письма Аввакума, то надо оставить и евангелие». Таким образом, от тех Аввакумовых писем учинялось на Керженце «великое рассечение»; последователей этих писем стали называть онуфриевцами. Но согласие Онуфриевское не могло иметь будущности, так как еретичество писем для большинства было очевидно, и сам Онуфрий при конце жизни дал обещание не держать спорных писем. В 1717 год, по смерти Онуфрия, керженцами был подписан мировой свиток, в котором они отрекались от Аввакумовых писем. После этого волнения прекратились, а несколько лет спустя, раскольнический писатель Семен Денисов в своем сочинении «Виноград Российский» (ст. об Аввакуме) старался опровергнуть даже самую подлинность Аввакумовых писем.

Вопросы о принятии попов и о способе каждения
Ист. прот. Иоаннова; Истор. раск. преосв. Макария. «Раскольнич. дела» Есипова, т. I, стр. 636 и дал.

Соответственно существенным чертам учения поповцев, их занимали главным образом два вопроса: 1) вопрос о чиноприеме беглых попов и 2) вопрос о приобретении епископа. Неодинаковое решение этих вопросов и сопровождалось разделением поповщины на частные секты.

1) Во главе образовавшейся беглопоповщины как особой секты, приемлющей новорукоположенных священников, уклонявшихся от прав. церкви, на первых порах стоял ветковский черный поп Феодосий. Устранив перекрещивание переходящих из православия, как несоответствующее признанию действительности хиротонии беглых попов, Феодосий стал принимать вторым чином, т. е. чрез миропомазание. Но так как древнего мира на Ветке не было, то сам Феодосий святотатственно сварил миро. Сваренное миро на Керженце не принимали, а употребляли якобы древнее миро, которое мешали с деревянным маслом. Кроме того, там не держались и определенного чиноприема беглых попов непременно посредством миропомазания, а иногда принимали их и чрез одно проклятие ересей, т. е. третьим чином. Известно, по крайней мере, что один из настоятелей керженских скитов, диакон Александр, писал попу Феодосию послание о прекращении древнего мира56. Но вопрос о способе принятия переходящих вторым или третьим чином на этот раз не произвел дробления среди поповцев, – хотя впоследствии он сделался главным предметом взаимных споров. Как и в беспоповщине, первым поводом к разделению поповцев послужил также совершенно неважный, обрядовый вопрос о способе каждения. Разделение это произошло между диаконом Александром с его последователями и другими керженцами, на стороне которых оказался и поп Феодосий.

Александр был диаконом в пригороде Костромы, называемом Нерехта; он был совращен в раскол какою-то старицей Елизаветою, ушел в керженские скиты, поселился в Лаврентьевском скиту и после смерти попа Лаврентия, был избран настоятелем скита (не ранее 1709 г.). Александр стал вводить иной способ каждения, чем какой до него употреблялся, именно, он стал кадить крестообразно, тогда как, прежде употреблялось троекратное каждение, дважды прямо, а третий раз поперек. Однажды, когда Александр, во время крестного хода на воду в день Богоявления, стал кадить крестообразно, то «новокадильника» едва не лишили жизни. Так началась вражда на Керженце: одни стояли за Александра, другие же называли его еретиком, и жаловались ветковскому попу Феодосию. В 1717 г. Феодосий писал керженцам послание, в котором убеждал оставить «мятеж» и кадить по прежнему, а в случае непослушания угрожал отлучением. Но послание не произвело уже надлежащего действия. Последователи диакона Александра стали выделяться в особое согласие, названное дьяконовским: другие стали именоваться согласием ветковским. Отличительным признаком дьяконовцев было также и то, что они признавали за истинный Христов крест и крест четвероконечный, а также считали спасительною молитву «Господи Иисусе Христе Боже наш». Таким образом, они сделали новый шаг к сближению с православною церковью.

Ветковцы и дьяконовцы, хотя и обособились, но на первых порах уживались довольно мирно и анафем друг на друга не произносили, пока их окончательно не разделил вопрос о чинопринятии. – Это последовало уже в царствование императрицы Екатерины II.

Вопрос о принятии беглых попов в царствование Екатерины II
Исторические известия о раскольниках, прот. Иоаннова, стр. 263 и дал. изд. 1831 г. Истор. раск. преосв. Макария, стр. 306 и дал. Сбор Попова вып. I.109–317. Русск. Вестн. 1861 г. т. 51. Прав. Собес. 1857 г. «Иргизские монастыри до обращения в единоверие». «К истории Рогожского кладбища». Н.И. Субботина. Москва, 1882.

Во второй половине 18 столетия главные пункты поповщины частью переместились, частью образовалась новые; один Керженец остался при прежнем значении. Поселившиеся на Ветке русские старообрядцы два раза были возвращаемы в отечество: в первый раз при императрице Анне Иоанновне, в 1735 году, когда с Ветки было возвращено до 40,000 человек, и во второй раз,