Хранители порога 2. Глава 13

— Какие комиксы, Антон?! С твоей-то успеваемостью! — мама негодовала, следуя за ним по пятам, пока он метался по комнате, скидывая в дорожную сумку вещи — футболки, джинсы, зарядку, блокнот. Руки дрожали, мысли путались, но он заставлял себя сосредоточиться. — Ты хоть понимаешь, что ты творишь? Ты завалил две контрольные подряд! У тебя тройка по алгебре, тройка по физике! Ты прогулял четыре дня! А теперь ты мне говоришь про какой-то конкурс?!

— Мам, я всё подтяну, честное слово. Позже. Сейчас мне правда нужно, — ответил Антон, не поднимая глаз и заталкивая в сумку толстовку. Он не мог смотреть на неё — боялся, что она увидит в его глазах ложь.

— До каникул осталась неделя! Неужели нельзя подождать? Куда ты так несёшься, Антон? Что вообще с тобой происходит в последнее время?!

— Конкурс не ждёт, пойми. Это большая удача, что меня вообще позвали. Ты знаешь, какой там призовой фонд? — он на мгновение поднял глаза и встретился с её взглядом, полным тревоги и непонимания. — Огромная сумма. Около двух миллионов рублей. Победитель получает контракт с крупным издательством. Это шанс всей моей жизни.

Он мысленно проклинал себя за каждое слово. Ложь была отвратительна, как яд на языке, но правда была ещё страшнее.

Мама только покачала головой, явно пытаясь подобрать новые доводы, но в этот момент хлопнула входная дверь, и в коридор вошёл отец. Он замер на пороге, снимая ботинки, и уставился на Антона, застывшего с сумкой в руках.

— И куда это ты, сынок, собрался на ночь глядя?

— На конкурс едет, Вить! — ответила мама, всплеснув руками. — Представляешь? Со своими комиксами. В Москву.

— Сдурел совсем? — отец медленно шагнул к нему, прищурившись, и всмотрелся в лицо сына так, словно пытался прочитать там что-то, скрытое от посторонних глаз. — А школа? Ты вообще о чём думаешь?

Антон поставил сумку на пол и тяжело вздохнул, чувствуя, как к вискам подступает тупая, ноющая боль. Ему казалось, что он балансирует на канате над пропастью.

— Катастрофы не случится, пап. Я пропущу всего пару дней. Скоро и так каникулы.

— А на какие шиши ты поедешь, позволь спросить? Билеты, еда, транспорт — это всё деньги. Или ты думаешь, в Москве бесплатно живут?

— У меня есть накопленные. С прошлого лета, когда я подрабатывал. Мне хватит на билет и на еду.

— А жить ты где там будешь, сынок? — снова встряла мама, и в её голосе уже звучало не негодование, а самый настоящий, животный материнский страх. — У тебя там кто-то есть? Ты вообще знаешь, куда едешь? Это же Москва — огромный город, там с людьми что угодно может случиться!

— У приятеля одного, — Антон наконец поднял глаза и посмотрел на родителей по очереди, стараясь искренне поверить в собственную ложь. Этому трюку он научился давно: если сам веришь в то, что говоришь, голос не дрогнет. — Он сам из наших мест, переехал пару лет назад. Предлагает пожить у него. Всё нормально, мам. Я не пропаду.

Родители переглянулись. Между ними состоялся тот самый безмолвный, понятный только им двоим разговор, который всегда происходит между людьми, прожившими вместе много лет. Отец пожал плечами и махнул рукой:

— Да пусть проваливает, если приспичило так. Не маленький уже. Сам разберётся.

— Но, Вить… — мама шагнула к нему и схватила за рукав. — Если с ним что-то случится? Это же Москва! Там вокзалы, толпы, да кто угодно может…

— Он не ребёнок, дорогая. Хватит. — Отец мягко высвободил руку, повесил куртку на вешалку и направился в кухню, но на пороге обернулся и бросил на Антона короткий, пронзительный взгляд. — Но если что — звони. В любое время. И не дури там.

Мама вздохнула, поджала губы и, коротко кивнув Антону — в этом кивке смешались и боль, и тревога, и нежелание отпускать, — пошла вслед за отцом накрывать на стол.

Антон остался в прихожей один. Он глубоко, прерывисто выдохнул и привалился спиной к стене, чувствуя, как напряжение понемногу отпускает плечи. Одно препятствие он обошел, но впереди ждало еще намного более трудное.