Намид

На пятом этаже нашего студенческого общежития все жители знали друг друга, здоровались и общались при встрече. Но наши соседи вели себя немного странно. В отличие от нас, они жили в двухместной комнате, а не в четырёхместной. Они приходили в общежитие позже большинства студентов и не готовили еду на общей кухне, как мы. Правда, иногда мы сталкивались, когда они ставили чайники на газовую плиту, чтобы вскипятить воду. Они были неразговорчивы, их лица выражали безучастность и бесчувственность. Наш товарищ, спортсмен Даглар, даже сделал замечание одному из них — Намиду. Но, как говорится, «сколько в колодец ни лей, он полнее не станет». Позже мы узнали, что и Намид, и его друг были «общественниками» — оба состояли в бюро комсомольского комитета своего факультета…
Однажды холодной зимней ночью, когда мы уже собирались спать (было около 11 вечера), в дверь постучали. Я открыл. Это был Намид, и по его виду было заметно, что он мёрз, потому что на улице было холодно.
— Добрый вечер, — сказал он, выглядя весьма взволнованным. — У моего соседа по комнате, Алибахыша, умер отец. Он спешно уехал в район и забыл оставить мне ключ.
— Соболезную. Заходи, не волнуйся, Октая не будет два дня, он уехал к дяде, можешь спать на его месте, — сказал Вагиф.
Я приготовил чай. Выложил на блюдце вишнёвое варенье, которое приготовила моя мама, и поставил на стол. Мы выпили по стакану чая. Намид попросил ещё один, и я налил ему. Мы немного поговорили. Мне показалось, что он не такой, каким мы его себе представляли. Он был приветливым, разговорчивым, возможно, даже более сердечным, чем мы.
На следующее утро мы встали на полчаса раньше обычного. Пока я готовил чай, Вагиф сходил за свежим хлебом, маслом и сыром. Мы приняли гостя и проводили его, как полагается.
Есть друзья-одногруппники, а есть такие знакомые, которых не забываешь долгое время, а может, и навсегда. Хотя мы учились на разных факультетах и на третьем курсе съехали из общежития на съёмную квартиру, мы иногда встречались с Намидом, весело здоровались и общались.
Прошли годы, мы окончили вуз, и судьба разбросала нас по разным местам.
В начале сентября я приехал в командировку в Баку со своей работы в районе. Воспользовавшись случаем, я пошёл навестить младшего брата в техникум, куда он только что поступил. У входа в здание собралось много родителей. Кто-то принёс справку, кто-то хотел встретиться с ответственными лицами техникума, чтобы прояснить какую-то проблему. Я же просто хотел увидеть своего брата. Скоро должна была начаться перемена. Охранник ходил взад-вперёд, не давая людям войти. В этот момент дверь открылась, и появился опрятный молодой человек в чёрном костюме, белой рубашке и галстуке. Я сразу узнал его — это был Намид, и я так обрадовался… Когда он подошёл к людям, я почувствовал, что он меня узнал, и хотел подойти, чтобы поздороваться.
Он сердито сказал:
— Расходитесь, все уходите, сегодня приёма не будет.
Я сказал:
— Намид, привет! — но он сделал вид, что не слышит. Он сказал охраннику:
— Выведите их за ворота.
Я узнал, что Намид работает преподавателем в техникуме, а также является секретарём комсомольского комитета. Он был близок с директором.
На втором курсе моего брата привезли в нашу деревню на сбор хлопка. Так как старшеклассников привлекали к сбору урожая, студенты и преподаватели временно разместились в классных комнатах школы.
Отец пригласил преподавателей моего брата в гости, и, поскольку я поздно пришёл с работы, гости уже были у нас. Я вошёл, поздоровался с гостями. Я не удивился, увидев среди них Намида. Он тоже работал преподавателем, и в этом не было ничего необычного.
Намид так приветливо со мной поздоровался, будто встретил самого родного человека. Хотя я слегка намекнул на то, что он «не узнал» меня в техникуме, но не стал развивать тему. Всё-таки он был нашим гостем. Намид с таким воодушевлением рассказывал о студенческих годах, о жизни в общежитии, о наших общих знакомых…
Прошло 3-4 года. В конце восьмидесятых я поехал в Москву на курсы повышения квалификации. После занятий мы с моим товарищем по курсу стояли в очереди в одном из универмагов, чтобы купить рубашку. В это время подошёл Намид с каким-то человеком, они попытались протиснуться вперёд, вклинившись в середину очереди. Я очень устыдился, когда увидел, как представители разных народов ругали их и бросали на них ненавидящие взгляды за неуважение к очереди. Я громко спросил:
— Намид, что случилось?
Он сделал вид, что не слышит и не видит меня. Он продолжал двигаться вперёд. Не прошло и десяти минут, как я увидел, что они, хихикая, отошли от кассы с рубашками в руках.
Позже я не встречал Намида. Я слышал, что во время правления Народного фронта он занимал ответственную должность. Затем, когда только создавались муниципалитеты, он стал председателем муниципалитета одного из крупных посёлков. Он проработал там недолго, был наказан за незаконные действия и получение взяток от жителей, и был отстранён от должности. Один из моих друзей, который жил в том посёлке, рассказывал мне, что Намид — очень плохой, жадный и меркантильный человек.
Однажды мне позвонил телефон. Я ответил:
— Привет, да, это я.
— Как дела, дорогой брат, прекрасный человек, как настроение?
— Спасибо. Извините, я не узнал…
— Как не узнал… Разве можно забыть те прекрасные времена, друзей студенческих лет?
Сколько я ни думал, я не мог вспомнить «моего друга». Почувствовав моё замешательство, он сказал:
— Это я… Намид.
— А, Намид, большое спасибо. Как хорошо, что позвонил. Что-то случилось?
— Идёт месяц Рамадан, я звоню старым друзьям, интересуюсь их делами. Ведь в этом месяце люди должны совершать только добрые дела.
Честно говоря, я очень обрадовался звонку Намида. И даже немного упрекнул себя… Мы долго разговаривали, обсуждали нашу жизнь и детей. Когда мы уже собирались прощаться, Намид неожиданно обратился ко мне с просьбой:
— Мой сын в этом году заканчивает среднюю школу. Я хочу, чтобы он получил образование за границей. Он ходит к хорошим учителям. Слава Богу, он хорошо готовится. Но в школе, где он учится, требуют, чтобы он посещал уроки каждый день. Я слышал, твой брат в деревне работает директором школы. Поговори с ним, пусть он запишет моего сына в свою школу. Когда мальчик поступит в вуз, это и на показатели школы повлияет, и я твоего брата как следует отблагодарю, и тебя хорошо угощу.
— Что ты говоришь? Такое невозможно, я даже слова не могу сказать брату об этом.
— А что тут такого?
— Нет, Намид, это не пойдёт.
— Тогда скажи, что не смог.
— Намид, это же незаконно.
— Хорошо. Ладно. — Он, не попрощавшись, бросил трубку.
После этого я больше ничего не слышал о Намиде. Да и, по правде говоря, я им не интересовался…
Недавно я смотрел сюжет по одному из телеканалов. Он назывался «Примерный человек».
— Сколько я себя помню, я жил правильно, никогда ни к кому не был несправедлив. Я был далёк от зависти, лицемерия и эгоизма. Причина моих успехов — моё трудолюбие, непритязательность, простота, честность и, самое главное, любовь к людям. Я счастлив, что всегда приходил на помощь людям и заслужил любовь каждого, кто меня знал.
Намид с таким воодушевлением рассказывал о своём «жизненном пути»… Не знаю, верил ли он сам в то, что говорил. Но если бы я не знал его, я бы поверил.

23.03.2025

Перевод с азербайджанского Ниджата Мамедова