Совет игрушек. Начало

Друзья! Я начинаю публикацию своей новой сказки.
Как обычно, по главам. Приятного прочтения!

- Итак, - председатель постучал деревянным молотком по столу, - все в сборе. Предлагаю начать заседание.

До этих слов шушукающиеся собравшиеся, подобрались и превратились в слух.

- Начать хочу собственное обличающее виновника нашего сбора заявление вот с чего... - Председательствующий пожевал деревянными губами и продолжил. - Я считаю, что наш сказочник нам изменил.

В детской сначала повисла гнетущая тишина, а затем изо всех уголков начали раздаваться приглушённые шепотки:

- Так и есть
- Не может быть.
- Верно.
- Он меня три дня в руки не брал.
- И ко мне не подходил.
- Правда-правда.

- Тихо! - Председатель снова стукнул молотком по письменному столу. Предлагаю высказываться по одному. Начинай, кот. - Он ткнул в сторону плюшевой игрушки. - М… Мартин, кажется? – И кивнув словно сам себе, добавил громче. - Предоставляется слово коту Мартину.

Названный неуютно поежился и выскоблился из коробки.

- Гх-хым... - Прокашлялась игрушка, начиная свою обличительную речь. - Ганс с самого раннего детства со мной не расставался. Даже спал всегда в обнимку. Но с недавних пор... - Кот развел плюшевыми лапами. - Теперь уж несколько дней, как обо мне и не вспоминает.

В зале снова послышались недовольные шепотки: игрушки, предметы обстановки и прочие представители детского мира мальчика обменивались кто возмущёнными, кто недоумевающими репликами.

- Тишина! - Снова прервал гул в комнате деревянный Пиноккио – именно он взял на себя роль председательствующего на экстренном собрании. - Кто ещё желает высказаться?

Вперёд, расталкивая сгрудившуюся возле письменного стола живую... пардон, игрушечную толпу, выдвинулась Книга сказок.

- Позвольте мне. - Скромно прошелестев замусоленными страницами, проговорила она.

- Пожалуйте. - Пиноккио посторонился, пропуская Книгу. Что ни говори, а она была старейшей обитательницей жилища, доставшись мальчику от бабушки. Ходили слухи об о-очень древнем и славном происхождении, как бабушки Ганса, так и самой Книги. И даже сам председатель – с самого рождения не имевший никаких авторитетов – уважал Книгу и невольно преклонялся перед мудростью собраний её сочинений со всего света.

- Ганс. Он… действительно… - начала таинственным шепотом вещать Книга, - весьма изменился последнее время. – Ранее помнится не выпускал меня из рук, читая и перелистывая… мусолил страницы и порой даже орошал их слезами… Ах, как это было трогательно. – Она пошелестела страницами, издавая звуки, похожие на вздохи. – А недавно… недавно я застала его за чтением… вы только подумайте! Приключенческого романа.

По комнате пронёсся вздох всеобщего ужаса.

- С чем подобное может быть связано по Вашему, высокоуважаемому, мнению? – Вежливо поинтересовался председатель у Книги.

- Я полагаю, - в раздумье начала та, - это произошло… в следствии некоего события…

Книга сказок загадочно замолчала. Явно работая «на публику», она тем самым пыталась привлечь к себе повышенное внимание игрушечного собрания.  Что поделать? Сказочное собрание сочинений привыкла быть в центре всеобщего по-читания.

Продолжение скоро...