Зеркало для Снежной королевы Гл. 9

Родной аэропорт встретил их холодным промозглым ветром и дождём. Мама привезла тёплую куртку, и это было очень кстати. Эту яркую курточку она купила накануне свадьбы, бегая по рынкам и магазинам, затовариваясь к свадебному столу. Ярко-сиреневая, она выглядела большой не по размеру, слишком объёмной, но Лара прилипла к ней намертво. Цыганка, торговавшая куртками, сразу заметила её взгляд и начала нахваливать и зазывать примерить.

- Красавица, прямо на тебя эта курточка смотрит! Примерь, и сразу к сердцу ляжет. Дело говорю, счастливая вижу ты, так не жалей для себя денег!

Куртку она купила, хотя не очень любила такие бесформенные, но в том сезоне было модно, да и счастье хотелось продлить. Вот сейчас, вернувшись с курорта, где им было скучно, она вдруг поняла, что именно там могла быть счастливой, если бы не копалась в себе и не дулась на мужа. Ну почему она не может легче смотреть на жизнь? Быть такой же легкомысленной шалавой, как Ирочка? Флиртовать с первым встречным или хотя бы с друзьями мужа? Все они были одинокие, молодые и симпатичные.

- Танька-то пока вас не было несколько раз забегала в гости!

Они заночевали у её родителей, на съёмное жильё ноги не шли. Утром муж отправился на работу, а она проспала до десяти утра. Ей на работу только завтра идти, так чего ради подниматься чуть свет?

- Чтобы завтрак мужу приготовить и накормить! – заметила мама от плиты, где что-то привычно жарила и варила.

- Вот ещё! Он не младенец, сам себе яичницу может пожарить, – пробормотала Лара, намазывая булку маслом. – А что там Таня, говоришь? В гости заходила? С чего бы это?

- Так кавалера завела, а встречаться негде! Маленький такой, щуплый! У вас на свадьбе свидетелем был.

- Женька, что ли? Ну и дела! Да ведь он её младше лет на десять!

- Ну, может, у них любовь? – резонно заметила мама и перевела разговор на капусту, которую пора было квасить и требовалась помощь Лары. Но она не слушала про капусту, размышляя про любовь Таньки к молодым паренькам.

Вечером она с сожалением ушла на квартиру родственников, которую так и не полюбила, несмотря на всё благоустройство. Обживать её не хотелось, и под любым предлогом Лара сбегала к родителям. Сергей работал по сменам и приходил с работы поздно; к этому часу она старалась уже быть в квартире и что-нибудь приготовить на скорую руку.

- Ты в курсе, что твой друг Женька ухаживает за моей родственницей Таней? Да, той самой, что была свидетельницей на нашей свадьбе! Да! И не делай такие глаза. Они к маме моей заходили! Может, пригласим их к себе, пока не выпили вино и не съели все фрукты?

Ей было смертельно скучно, праздник остался далеко позади, в лето уже не вернуться. Так может, хоть отвлечься в приятной компании? Она позвонила Тане и пригласила её в гости. Та не удивилась и сказала, что захватит Женьку. Им, как свидетелям, даже положено разведать, как обстоят дела у молодой семьи.

Отстояв в магазине очередь после работы, она поняла, что уже не успевает пожарить картошку. Скоро придет голодный муж, да и эти свидетели их счастливого семейного будущего наверняка придут голодными, чтобы не только засвидетельствовать, но и вкусно поесть. Мама дала ей несколько банок с домашними закрутками, но к ним нужна хотя бы картошка, раз уж бифштекса ей не досталось. Повязав фартук, она встала у мойки, вода в которой скапливалась и никак не хотела уходить.

В этот момент позвонили в дверь: явилась Танька. При макияже и в нарядном платье. Мрачно оглядев её не по сезону лёгкий наряд, Лара спросила:

- Картошку жареною будешь?

- Ага! Я с работы, только на минуту домой заскочила переодеться!

Лара молча сняла фартук и протянула Тане:

- Надень тогда и помогай чистить картошку. Ты чего так вырядилась, как будто на праздник какой?

Танька жила в однокомнатной квартире со своей мамашей. Они жутко мешали друг другу и постоянно ссорились, а потом жаловались друг на друга родственникам. Все уже привыкли к этому, и рецепт тут был один: кто-то должен выйти замуж и съехать к мужу. Легче, конечно, съехать было матери Таньки - найти старичка с квартирой, которому нужен уход и доброе слово, но она не желала никого облагодетельствовать. Даже родную дочь.

- Ой, раковина засорилась, вода не уходит! – заметила Таня.

- Да она и была такой, Сергей пробовал прочищать – без толку! Надо заменять, а это всё чужое. Вот так и живём!

- В смысле?

- В том смысле, что поздно пить боржоми, если почки отказали! Иди в ванную и помой картошку там. Да не пугайся, ванная выглядит ещё страшнее, чем кухня!

Лара сунула глубокую миску с картошкой в руки Татьяне и толкнула её в сторону ванной. В этот момент хлопнула входная дверь. Это пришёл муж, а с ним Женька. Лара быстро сгребла посуду на пол, освободив кухонный стол, и велела мужчинам тащить его в комнату.

- Ого, у вас тут минимализм! – ехидно заметил Женька.

- В комнате немногим лучше, но зато там есть диван. Стульев всего два, так что поставьте стол так, чтобы кто-нибудь мог разместиться на диване.

В этот момент из ванной выплыла Таня с миской и начала со всеми здороваться, а с Женькой целоваться.

- Фу, Таня, давай сюда картошку и фартук и идите в комнату. Там вам будет удобнее!

Ларе некогда было любоваться на то, как воркует влюблённая парочка. Она отправилась на кухню срочно жарить картошку. Там уже Сергей крутился коршуном над вазочками с салатами.

- Чего? Я с работы: устал и жрать хочу! – объявил он.

- Я тоже с работы! Бери тарелки и неси салаты в комнату.

Картошка уже сердито шкворчала на сковородке, а Сергей открывал бутылку марочного вина, рассказывая, как они ездили на дегустацию в Туапсе на винзавод, где и закупили несколько бутылок в подарок родне. Ну и себя не забыли.

- Здорово! – вздыхала Таня, не спуская влюблённого взгляда с Женьки.

- Вот фрукты, тоже с югов, угощайтесь пока. Сейчас картошка готова будет, - хлопотала Лара, таская закуски с кухни и косясь на Сергея. Он поймал её косой взгляд, кивнул и поплёлся в кухню.

- Тебе помочь? – уныло спросил он.

- Стулья в комнату отнеси и можешь отдыхать!

Лара потыкала и поворошила картошку на сковородке, которая, сердито огрызаясь маслом, никак не хотела дожариваться. Одновременно она прислушивалась, о чём там говорят в комнате. Женька ей не нравился. И даже не потому, что ухаживал за её родственницей явно без цели жениться на ней. Был он весь какой-то скользкий в словах и липкий во взглядах, которые иногда бросал на неё исподтишка. Она, конечно, не грузилась - своих проблем через край, - но невольно прислушивалась к тому, что он говорил и как манерно растягивал слова.


Сейчас, вспоминая тот промозглый октябрьский день, она сожалела, что не предостерегла Татьяну. Надо было позвонить её матери и рассказать, что дочь её просто используют. Тогда она была ещё наивна, верила в силу чувств и не верила в голый расчет. Как любой советский человек, судила слишком поверхностно и плоско, не прозревая скрытых глубоких мотивов. Тогда она ещё не заглядывала в бездну человеческой души и считала, что все люди хорошие в какой-то мере. Мера эта одна: не желай зла другому. Исподволь наблюдая, как развиваются отношения между Таней и Женькой, она и мысли не допускала, что тут может быть какой-то расчет. Конечно, только чувства, что вполне было понятно и не подлежало сомнению. Хотя она сомневалась, но у неё не было времени, чтобы понаблюдать за ними и оценить. Картошка требовала внимания, бокалы надо было протереть – пустые хлопоты любой молодой девушки, которая изо всех сил старается играть роль примерной хозяйки.

Сергей тоже играл роль и пытался показать, что он глава семьи и это он отдает указания, а вовсе не Лара командует им и решает все бытовые вопросы. Разливая вино по бокалам, он скупо, но забавно повествовал, как прекрасно они отдохнули на нежарком юге, давая понять, что, если бы не он, отдых был бы провален и испорчен нытьём Лары по каждому пустяку, что, впрочем, в какой-то мере так и было.