Парадоксы антимира продолжение Гл. 7

Глава 7  Прогулки в Антимире

- Таких знаменитостей эти стены и приборы ещё не видели! – приветствовал его радушно Колька, или доцент кафедры экспериментальной физики, Сазонов Николай Николаевич.


- Здорово, господин Доцент, – светило науки! – в том же духе ответствует Феликс.


Он оглядывается с любопытством. Сегодня он впервые в его лаборатории. В большой комнате происходят основные события. Стандартный стол, пара больших мониторов. Справа, рядом со столом, стойка вровень со столешницей. На ней какие-то приборы диковинного и знакомого вида, одновременно. Он вдруг вспомнил, что видел подобные агрегаты многократно, в фильмах жанра «фэнтези». На правой стене в углу, ещё одна дверь, видимо в соседнее помещение. Над приборами, плакат Мадонны, а на столе бронзовый бюстик какого-то старика с надменным взором и узкой, азиатской бородкой. Помещение довольно большое и в свободной его части, справа от входа невысокая ширма. За ней виднелись два больших кресла, удобный диван у стены и невысокий, но основательный, тёмный стол. У стены, возле дивана, шкаф с бронзовыми ручками сложного, вычурного литья. С другой стороны, от дверей - большой холодильник. На полу мягкий тёмный ковёр, глушащий звуки. Всё это создавало в углу большого кабинета, свою микрокомнату, полную домашнего уюта и доверительности. Именно такие определения пришли ему на ум, пока он осматривался.


Феликс уселся в кресло, напротив дивана и уставился на плакат с Мадонной. Это был снимок с её скандального шоу. На глазу у Мадонны чёрная повязка. Это шоу безумно нравилось ему в каждой детали, от стилистики, до содержания. Таким высотам вкуса и стиля можно лишь восхищаться.


Николай проходит к шкафу, некоторое время копошиться в нём, чиркая зажигалкой, а потом усаживается на диван.


- Слышал, касатик, дело у тебя ко мне потустороннее? – прошамкал, по старушечьи, Колька, и, сложив руки на животе, склонил голову набок.


Феликс открыл, было, рот, чтобы отбрить одноклассника по-свойски, но пока не может подобрать слов.


- Ладно, ладно! – успокаивающе машет Колька, рукой. – Я уже представляю, что тебя интересует и что мы, конкретно, можем тебе предложить. Ты, уж, не обессудь, но вначале я изложу общие параметры и границы наших возможностей, а потом ты поведаешь о границах твоих дерзаний. Ты, вот что, подожди три минутки, я быстро заварю свежего кофе. И потом уже, под божественный аромат, приступим к приятной беседе.

 Колька поднялся и, открыв дверцу шкафа, достал бежевые, в пастельных тонах, широкие кружки с гнутыми ручками.


Феликс услышал, как заворчала кофейная машина, и вскоре запах кофе стал смешиваться с медленно возгорающимися благовониями, а к этим двум ароматом прибавилось негромкое воркование ситара и индийских барабанов.


Кофе был великолепен, а Колька ещё поставил на стол огромную пепельницу и коробку с сигарами.


- Я предпочитаю окутываться дымом, - сказал он и беспечно взмахнул сигарой.   


- Я тоже! – согласился Феликс, не зная пока, как реагировать.


Колька, сделав пару глотков кофе, выпустил облако густого дыма и заговорил:


- Ты наверняка слышал, что в Ай Ти технологиях происходят невероятные открытия. Всё развитие цивилизации восходит по экспоненте, выход на новый уровень происходит не только быстрее, но и с ускорением.
 
Феликс осторожно кивнул, остро сознавая своё невежество в этом вопросе.


- Только в общих чертах, а так, ничего определённого…  - обтекаемо ответил он, но Николай даже не обратил на его заминку, внимания. Его глаза сверкали сквозь дым и, похоже, доктора Николая сейчас понесёт.


- Ладно, неважно, - отмахнулся он и пыхнул сигарой. – Я постараюсь быть предельно внятным и кратким, насколько возможно… Начну с дуальности нашего мира. Назовём её абстрактно – бинокулярный стерео-взгляд в тройном измерении. Да, наше осознание мира – двоичный код. Мы смтрим на плоский экран и воспринимаем трехмерную реальность. Если в двойную кодировку времени: прошлое-будущее, добавить настоящее, то тогда и возникает осознанность, или то, что мы называем настоящим. В реальности, при этом возникает свечение. Это и есть образ троицы, превращающей наш двоичный код – плюс – минус, в огромный космос третьего измерения. Наш глаз, вооружённый телескопами, способен дотянуться до дальних галактик, и масштабы поражают.


Кофе был отменный! Поначалу, захваченный его ароматом и вкусом, Феликс особенно не вникал, куда несёт доцента Николая. Феликс отпил не торопясь, ещё пару глоточков, пыхнул сигарой и постарался сосредоточиться.


-  А насколько эта необъятность вселенной реальна, даже в том виде, в котором преподносят людям описание мира? – спросил Колька, опять же, не ожидая ответа. - В современных компьютерах и различных вычислительных системах и по сию пору используют двойной код. По сути, всё, те же – точка-тире. Просто современные технологии позволили ускориться в триллионы раз, что породило новый информационный взрыв, который находится, всё-таки, в локальных пределах. Пусть и весьма обширных. – Он наклонился к нему, – то, что я тебе сейчас скажу, покажется тебе ересью, но это только на первый взгляд. Наш мир – двухмерен. Считаем: вверх – вниз, это одно измерение, и в стороны по кругу – второе измерение. Ньютоновская система, которую вдалбливают нам с младых ногтей – иллюзия матричной голограммы, рисующая нам трёхмерное пространство коробчатого типа. Кроме того, в трёхмерном мире скорость света является константой и летит свет по прямой. И вообще в нашем трёхмерном мире слишком много прямых линий и прямых углов. Если же обходиться двумя пространственными измерениями, то потенциальное пространство сразу обретает одухотворённый объём замкнутых сфер. И когда в эту условную конструкцию добавляется время, то пространство мгновенно расширяется, создавая эффект бесконечности, но это, опять же, иллюзия. И этот простор, вечных сфер. Текучести и неопределённости, неизмеримо богаче измерения трёхмерной коробки, в которую упаковали современную цивилизацию. Мы – меркантильная цивилизация упаковки.


Но современная вычислительная техника, даже в двоичном коде творит чудеса. По крайней мере, ей уже можно ставить серьёзные задачи. К примеру – как используя двоичный код, выйти из третьего в четвёртое измерение. Современное развитие технологий, невероятное ускорение вычисления, позволяет достигать фантастических результатов. Но всё меркнет, по сравнению с возможностями квантового компьютера. - Николай помолчал, как бы, обдумывая, стоит ли продолжать. – Впрочем, неважно, какое описание мира можно соорудить, с его помощью – важны вычисления и опыт.


Феликс, вдруг отчётливо осознал, что без труда улавливает полёт мысли Николая. И, мало того, понимает всё мгновенно и без слов. Николай замолчал ненадолго, и в повисшей паузе, как-то, по- особому, воспринимались необычная музыка, казалось, льющаяся со стен. Он ощущал музыку, как движение звуков, полных странной гармонии и непонятных смыслов.


Звуки текли электрической рекой, где каждая струя была мелодией, полной чудесных оттенков. Это был другой мир, отличный от его мира, зацикленных мелодий, примитивных ритмов и навязчивых припевов. То, что создавал он и его коллеги по цеху, и музыкой назвать трудно.


Но и эта река чудесных звуков, плывущих в акустике пространства, тоже, в его понимании, не была просто музыкой. И тут он понял! Так звучит осознанная энергия, текущая во всех направлениях в бесконечности сущего. Феликс задохнулся в сладком ужасе, лишь краем глаза уловив отблеск непознаваемого.


Глаза его были закрыты, но жуткие и прекрасные картины светились на дисплее его личного восприятия. Эта единственная мысль пробилась, наконец, в его разум, но не успела захватить его, как музыка изменилась. Барабаны вдруг ушли вдаль. Осталось лишь загадочное бормотанье там-тамов.


Феликс чуть напрягся, ожидая услышать голос, начинающий песню. И в голове тут же возник этот голос, напевающий прекрасный мотив. Мотив попсовый, что ещё могло родить подсознание попсового продюсера? Но он мог поклясться, что в этой стандартной мелодии была искра того острого чувства, что цепляет за душу и трогает сердце.


Всё это промелькнуло мгновенно в его мыслях, и когда зазвучала песня, он нисколько не удивился, услышав то, что уже звучало в его голове.


- Это состояние называется повышенным осознанием.


Феликс, услышав эти непонятные слова, сразу ясно проник в их смысл. И тут же следом или одновременно с этим – другая мысль: - а кто говорит?!


- Это состояние ума, несмотря на свою необычность, довольно естественное для трёхмерного восприятия, но забытое и подавленное суетой мира, осознанно используется редко. В основном мир пребывает в особом состоянии осознания, которое можно представить, как сон. Человек всегда может вернуться в первородное и чистое осознание, но не хочет даже понимать этого, потому, что большая часть его осознания блокирована.


Феликс понимал каждое слово, но понимал уже на другом уровне.


- Знание, не обременённое, словами проникает в самую суть вещей. Кто это сказал?


Феликс задумался на секунду, и сказал полувопросительно:


- Пифагор?


- А ты молодец! – похвалил Колька. – Чувствуется, схватываешь всё на лету.


Феликс почувствовал, как его переполняет необычайный восторг. Что он и выразил с жаром.


- Твой восторг обусловлен изменившимся восприятием. Ничего не изменилось вокруг. Просто твоё восприятие переключилось на новую волну. Точнее – оно вышло за пределы кубического формата. Ну, и как ощущение?


Феликс понимал, что на такой вопрос, так просто он ответить не может.


- Восторг! – повторил он. - Жуткий восторг!


Феликс закрыл глаза и откинулся в кресле.


- Это необычное состояние - твоя личная сила, твоё чистое восприятие и никто не может посягать на это. Всё твоё и при тебе. Но вот для того, чтобы выйти на этот уровень, точнее, выйти из кубического восприятия, помочь можно и нужно. Я считаю, что, если кто-то обладает силой, он должен помочь ближнему, и научить его смотреть на мир правильно. Мир в повышенном осознании становиться неизмеримо богаче, оставаясь при этом миром привычной трёхмерной реальности.


Но даже в этих границах, если их расширить, можно увидеть немало чудес. И путешествие во времени – одно из таких. Хотя путешествием в полной мере это назвать сложно. Но вполне возможно поместить часть личного восприятия человека в будущее, сохранив способность к осмысленной фиксации происходящего. Скажем так, стало возможным, воспринимать радиоволну из будущего. Ну, ты меня понял.


Феликс и в самом деле воспринимал и понимал всё предельно чётко и ясно. Ну, как же! Надо просто скользнуть по одной из ветвей будущего и там настроить восприятие. Как настраивают радиоприёмник. Выбрать музыкальную волну и определить в потоке прокрутки радио-новинок, знаковые темы. Это и есть хиты из будущего. Сможет ли он распознать их потенциал, запомнить ноты и мелодию? Сможет ли он зафиксировать всё в сознании и перенести в настоящее?


Феликс честно не мог на это ответить, но дух захватывало от таких перспектив. А фантастический голос пел прекрасную мелодию, под плавающий ритм вкрадчивых барабанов. О боже, откуда у меня такие дикие мысли и бредовые идеи?! Это включилось на секунду его обычное сознание. И оно тут же выдало другую мысль, паническую и быструю: - «Это не мои мысли! Это не мой разум!!


Видимо, на лице у него отразилось нечто, и Николай, приблизив лицо, сказал с улыбочкой:


- Что, обратно в кубик захотелось? Неуютно как-то в бесконечном сферическом пространстве?


Феликс напрягся: это было именно то ощущение, что владело им в данный момент.


- Проблема кубического восприятия обусловлена не защищённостью от внешнего мира, а отгороженностью от истинного мира. Это вопрос ограниченного восприятия. Было бы полбеды, если бы это стремление обособиться, отгородиться от остального мира, заключалось в постройке стен без окон и дверей. Беда в том, что они добились того, что люди не имеют даже представления об огромности и разнообразности мира, и мир этот совсем рядом, за тонким прямоугольником стены.


Эта встреча с Николаем, столь необычная, закончилась с виду вполне обыкновенно. Перед уходом Николай напоил его чаем, заявив, что кофе злоупотреблять не стоит, а лёгкий ароматный чай будет в самый раз. Они пили чай, всё было так мило и по-домашнему. И мир снова выглядел твёрдым и основательным, как будто и не было ничего.


- Ты полагаешь, наверное, что я, как-то воздействуя, ввёл тебя в трансцендентальное состояние? – спросил Николай и тут же ответил. - Вовсе нет. Точнее, не совсем так. В определённый момент ты вошёл в повышенное осознание. Заметь, своего личного осознания. Вошёл сам, легко и естественно, достигнув восприятия более высокого диапазона частоты вибраций осознанности.


Приборы, созданные мной, меняют в этом помещении частоту волны, и восприятие автоматически настраивается на неё. Подходящий аналог этому – настройка радиоприёмника. Только тут не просто радиоволна, тут другие миры. А теперь, по существу. Уже сегодня, с помощью современных технических условий, можно часть осознания превратить в волну, и по специальной программе направить в конкретную дату ближайшего будущего.

- А в прошлое? – спросил Феликс.

- Для перемещения осознания в будущее, скажем, недалёкое будущее, достаточно, образно говоря, прыжка. Это образное определение, но в общем, принцип понятен. Раз – и ты в будущем. С прошлым совершенно иначе.  Там до каждого временного отрезка надо буквально докапываться, медленно и скрупулёзно. Будущее вариативно и неопределённо. Прошлое, конкретный и уже сложившийся плотный опыт. Эта плотность и создаёт проблемы. Возможно, в будущем будет много быстрее и дешевле копаться в прошлом. Сейчас же взгляд человечества устремлён в будущее.


Феликс замер, забыв про чай. Он чётко понимал каждое слово.


- Так вот, - продолжил Николай. – Вся загвоздка в том, что никак не удаётся толком зафиксировать результат. Я имею ввиду сделать, к примеру, видеозапись… Но, есть серьёзные основания полагать, что можно записать голос будущего. Понимаешь, со звуковой волной проще работать, чем со световой. Точнее визуальной. – Колька сделал многозначительную паузу, а потом спросил, - а кто может лучше выделить и записать мелодию из будущего, как ни музыкальный продюсер?

- Это ты про меня? – уточнил Феликс, на всякий случай.

- А про кого же? Готов стать продюсером во времени? – Колька смотрит весело и строго, а Феликса словно охватило пламя авантюризма.

- Всегда! – воскликнул он.

- Тогда, скажем, в четверг, это послезавтра, сможешь выкроить пару часов? – спросил он.

- Думаю, что смогу. А что намечается?

- Это будет первый опыт под запись.

- А как это будет выглядеть?

- Очень просто. Ты начнёшь слышать определённую звуковую волну из будущего, одновременно снимая и проигрывая её под запись. Сможешь?

- Думаю, да, - ответил Феликс после короткой паузы.

- Какой инструмент предпочтёшь?

- Клавиши, - уверенно ответил Феликс. – Настройку сделаю сам.

- Отлично!

Так, сам того толком не осознавая, Феликс начал своё участие в научном проекте. Но сам он так не думал. Он решил, что можно просто воспользоваться случаем, и при помощи креативных физиков попытаться отыскать в электромагнитных волнах мелодию мирового хита из будущего. Чем чёрт не шутит.

(продолжение следует)