Борзый минус. Глава 20. Рождение подхалима

     «Красная Армия создала невиданно твердую дисциплину не 
     из-под палки, а на основе сознательности, преданности,
     самоотверженности самих рабочих и крестьян».
                В. И. Ленин
У нас занятие по знанию уставов, а это значит, что мы не бегаем, не прыгаем, не маршируем, не роем окопов, а сидим в классе – редкое счастье для курса молодого бойца.
– Воинская дисциплина – есть строгое и точное соблюдение всеми военнослужащими порядка и правил, установленных законами и воинскими уставами. Она основывается на глубоком сознании каждым военнослужащим воинского долга и личной ответственности за защиту своей Родины – Союза Советских Социалистических республик.
Взводный сегодня злой – его все раздражает, и он шипит, как змея. С самого утра он придирается буквально ко всем и ко всему. Многих терзает вопрос: что это с ним? Настоящей причины никто не знает.
– Может, его на службе выдрали? – высказывает свое предположение Веня. Странно, что сегодня у него только одна версия происходящего: обычно их у него в изобилии. Почему-то многим даже не приходит в голову мысль, что лучше просто не ломать себе голову над этим вопросом.
– Нет, мы бы об этом точно знали, – шепчу я.
– Тогда остается одно: фронтовые дела идут неважно, – тихо говорит Королев. И, поймав на себе недоуменный взгляд Зоны, счел нужным разъяснить: – Ну, на семейном фронте – бои местного значения, а может и серьезнее чего.
– Сразу нельзя было по-людски сказать, что он с женой поссорился? – отчего-то обижается Зона.
– Очень похоже на правду, – задумчиво говорит Миша Кальницкий. – А я-то все гадаю, чего это он так часто пьет, да еще в немереных количествах, а радости это ему не приносит? А он не пьет, просто он дезинфицирует свои душевные раны!
– Каждый военнослужащий обязан строго соблюдать законы, выполнять требования военной присяги и воинских уставов, – заучено говорит мама Жора. – Коренное требование воинской дисциплины – беспрекословное повиновение подчиненных своим начальникам, быстрое и четкое выполнение их приказов, приказаний и распоряжений.
Прибежал дневальный по роте и доложил взводному, что нужно срочно направить двух человек в наряд на хлораторную станцию, так как предыдущий наряд сняли из-за того, что они, вместо несения службы, спали.
– Курсанты Журавлев и Захаров! Марш в наряд по хлораторной!
– Есть! – в один голос выкрикнули довольные Рома и Зона.
– Не забудьте набрать с собой газет, пирожков и яблоков, – советует им Олег Зернов. Ему завидно, что не ему подфартило вместо занятий отправиться в такой «шаровый» наряд, подальше от начальства.
Взвод дружно смеется, а Королев громко посоветовал не забыть взять с собой воды.
– Ну, что вы, товарищ Зернов, не дураки же они, в самом деле, – удивляется взводный. – А этим, которых сняли, передайте: пусть бегом сюда мчатся! Тем более с горы это легко делается, а я засекаю время.
Сомневаться не приходится, сейчас здесь будет лужа дров. Судьба нарушителей на сегодня будет, прямо скажем, незавидной.
– По своему характеру преступление отличается от дисциплинарного проступка значительно большей степенью общественной опасности.
Сменившийся наряд – Третьяк и Розовский прибыл на удивление быстро даже для проштрафившихся. У взводного вид непреклонный и суровый, у штрафников вид понурый.
– Курсант Розовский, это вы там, жмурясь на солнышке, выгревали свой неприлично толстый зад? Не смотрите вы на меня с таким угрюмым портретом своего собственного хамского лица. Еще военной присяги не приняли, и вообще неизвестно – будете ли вы здесь учиться, а нате вам, пожалуйста, они уже готовые члены Национальной лиги «шары!»
Настроение взводного не сулит ничего хорошего. Розовский это чувствует и так беспомощен, что на него жалко смотреть.
– Что, «шаровики»-затейники, скажете? Ну-ка, внятно восстановите-ка мне всю хронику событий на хлораторной.
– Виноваты, товарищ старший лейтенант, – за обоих ответил сержант Третьяк.
– Знаю, что виноваты, это и так всем понятно, – как нечто само собой разумеющееся, сказал взводный. – Вы вот что мне скажите: а кем это, интересно, вы себя здесь возомнили? Один, похоже, шишкой на ровном месте, а другой так вообще пупом земли, да? Угадал? Взвод, а вы чего головы поопускали? Что, всем сразу стало стыдно? Курсант Розовский, вы чего все время молчите, вы что, контуженный?
Юлька, у которого прямо на глазах растет чувство вины, долго униженно оправдывался. Мол, он и сам не понимает, как его там совершенно незаметно стало клонить в сон. Третьяк тот напротив, больше не решался что-либо сказать в свое оправдание. Взводный помолчал, и мы по наивности понадеялись, что гроза уже прошла, однако, не тут-то было! Взводный отчего-то совсем рассвирепел.
– Ну, я вам всем сейчас развею тоску и сонливость, – кричит он не своим голосом, – взвод, встать!
И вместо занятий по уставам он повел нас на занятия по строевой подготовке.
– Сумасброд, – только и сказал на это Третьяк.
Взводный на протяжении всего занятия продолжал разоряться и все больше не по Уставу – я в этом уверен, хотя Уставы пока знаю не очень. Его речь оказалась длинной. Мне на ум пришла мысль: а что я здесь делаю? Развить ее не дал Рома, который подмигнул мне и посоветовал, чтобы я запоминал, мол, пригодится! Лично мне все происходящее показалось безумным сном.
К окончанию занятий много раз высмеянный Розовский, без всякой надобности, всячески демонстрировал свою неуверенность и преданно смотрел на взводного, готовый исполнить любое его поручение.
– Вы только посмотрите, – пренебрежительно кивнул головой Королев в его сторону, – как быстро он разросся буйным цветом подхалимства. Прекрасный пример того, как просто из человека сделать…
– Курсант Королев, закройте рот, – тут же отреагировал мама Жора, ему так спокойнее. – Внимание, взвод! Завтра я буду принимать зачет по знанию Уставов. Буду спрашивать по всем темам, которые мы с вами проходили.
Зачет мы благополучно завалили. Ночью готовиться никто не смог, потому что за день так набегались, что глаза сами слипались, и в голове из прочитанного ничего не откладывалось. Как сказал Зона, голова уже ничего не варит. Махнув на все рукой, мы легли спать.
– Вы чего это, спать собрались? – удивился «замок». – Мама  Жора нам этого не простит.
– Хорошо, хорошо, – не раскрывая глаз, с кровати ответил за всех Зернов, – об этом у нас еще будет время подумать. Завтра. А сейчас всем спать.
Как я уже сказал, зачет мы завалили. Даже наши вояки, которые должны знать Уставы со службы и те нас поддержали, и на вопросы взводного вместо того, чтобы отвечать, стоически молчали. Взводный, когда понял, что мы абсолютно не готовы к его зачету, осерчал больше прежнего.
– Неужели никто не готов? Такого не бывает, потому что такого быть не может. Вы это что, специально? Сговорились все? – задохнулся он от злости и твердо пообещал: –
Ну, вы сейчас об этом быстро пожалеете!
К счастью, как мы уже не раз убеждались, что далеко не все свои обещания мама Жора выполняет. К тому же отсроченное наказание мало кого пугает.