Борзый минус. Глава 25. Вне очереди

        После присяги родители разъехались по домам, а для нас началась настоящая учеба. Почему-то нас не перевезли в училище, как мы мечтали, а учат прямо в лагере в Перевальном. Преподаватели сами приезжают к нам из Симферополя.
– Рота, подъем! – командует старший лейтенант Дядченко, он сегодня ответственный по роте.
– Рота, подъем! – вторят ему дежурный и дневальный по роте.
Все, кто еще секунду назад спали, сопели и похрапывали, теперь вскочили и торопливо натягивают брюки и сапоги. И только Алеша, хотя уже и проснулся, лежит с блаженным видом.
– Курсант Марковский, а вы, почему не встаете? – опешил от изумления взводный.
– Меня мама учила, что сразу вставать нельзя, ни в коем случае нельзя. Надо хотя бы пять минут полежать. Товарищ старший лейтенант вы видели, как просыпаются грудные дети? Они сначала долго потягиваются…
– Малыш Марковский! Наряд вне очереди! А если на построение выйдете позже меня, или не по форме одетым – получите еще один! Вот так! Большой и пламенный привет маме!
По тому, как темпераментно Алеша вылетел из-под одеяла и стал одеваться, ясно, что лишний наряд ему ни к чему. Рома Журавлев от того, что непривычно много и громко командовал, сорвал голос и теперь хрипит.
– Что, Рома, приболел? – смеется Веня. – Лаял сильно?
– Я не только лаял, – сиплым голосом отвечает Рома, – я еще и кусался!
– Что я вижу? В смысле, что я слышу? Товарищ Нагорный, – грозно говорит командир роты, – за то, что обращаетесь к командиру отделения на «ты» да еще и насмехаетесь над ним, тем самым нарушая субординацию, объявляю вам один наряд вне очереди.
– Товарищ капитан, но он, же не мой командир отделения? – искренне недоумевает Веня.
– Два наряда вне очереди, – неумолимо говорит ротный.
– Есть два наряда вне очереди, – плаксивым голосом отвечает Веня и негромко добавляет, – эх, жизнь моя – жестянка.
– Три наряда вне очереди, – демонстрируя абсолютное спокойствие, констатирует ротный. – Старшина, сегодня же курсант Нагорный должен заступить в наряд по роте!
– Есть! – радостно отозвался старшина роты. – Сегодня же и заступит!
– Есть, три наряда вне очереди, – с задержкой промямлил Веня.
Остальные курсанты в сторону командира роты даже не глядят, чтобы не попасть тому под горячую руку.
– Лопух ты, Веня, – вразумляет Нагорного «замок», – нельзя с командирами быть запанибрата, даже если еще на абитуре вы были на «ты», понял? Хоть сейчас уже это запомни! Честно говоря, давно надо было уже это уяснить! Дошло?
– Да, – внешне соглашается Веня, на самом деле, думая о чем-то, о своем, – как-то все не очень лепо вышло.
– Чего-чего? – удивленно переспрашивает «замок».
– Я говорю, что нелепо как-то все получилось, – объясняет Веня.
– А-а, – только теперь понял смысл сказанного Степанов.
Перед первой парой мама Жора решил то ли пошутить, то ли наставить нас на путь истинный.
– Товарищи курсанты, к занятиям нужно готовиться серьезно. Так что за десять минут до начала занятий – перышки почистили, губки накрасили и готовы к занятиям!
Третьей парой сегодня английский язык. Мы уже знаем, что преподавать этот предмет нам будет женщина, и мы в нетерпении ожидаем ее прихода.
Действительность превзошла все наши даже самые смелые ожидания. Несмотря на то, что «англичанка» старше любого из нас лет на двенадцать-четырнадцать, она вызывающе красива. Причем у нее красиво все: тело, личико, одежда, манеры и голос. И имя у нее непривычное – Альбина Норбертовна.
Раньше она работала переводчиком и гидом, сопровождала по союзу иностранных туристов, а потом она вышла замуж, родила ребенка, и теперь вот ей захотелось оседлой жизни, и она работает в нашем училище.
Самое сильное впечатление она произвела на Валерку Леонтьева, он сидит, словно в ступоре, не сводя глаз с груди и бедер Альбины, и ничего не слышит. «Англичанке» наше внимание и восхищение определенно льстит.
– Ну что же, товарищи курсанты, – говорит она грудным, волнующим голосом, от которого мурашки по телу бегут и температура повышается, – приступим к занятиям. Уверена, что вы уже знакомы с мудростью, гласящей, что, сколько языков ты знаешь, столько раз ты и человек?
– И сколько раз вы человек? – несколько вызывающе говорит Чингиз Нуралиев из первого отделения нашего взвода.
– Не поняла? – до чрезвычайности удивилась Альбина Норбертовна. – Это вы мне?!
– Курсант Нуралиев, – поднялся наш киргиз. – Так точно, вам. Сколько языков вы знаете и, соответственно, сколько раз вы сами человек?
– Я, собственно, знаю два языка: немецкий и английский, – еще не опомнившись от такого вопроса, ответила Альбина Норбертовна. – Ну, и русский, конечно.
На лице красивой женщины явная растерянность. Похоже, за все годы ее работы в училище еще никто не осмеливался задавать ей подобные вопросы и ставить ее в такое неудобное положение.
– Позвольте, товарищ курсант, – спохватилась Аля, – позвольте узнать, а сколько раз вы человек?
– Давайте считать, – чуть заметно улыбнулся Чингиз уголками губ, и выразительно посмотрел на Алю, – киргизский, узбекский, туркменский, таджикский, казахский и русский. Это те языки, которыми я владею в совершенстве. А еще я неплохо говорю и понимаю хинди.
– Ну-у, – протяжно сказала Аля, – это же языки народов СССР.
– И что? Они от этого перестают быть разными языками? Вы, например, сможете понять меня, если я стану разговаривать с вами на киргизском языке? Конечно, все мы знаем главный язык – русский, который позволяет нам понимать друг друга, но все остальные языки …
Королев ворчит что-то о том, что любые излишества пользы не приносят. Это он, конечно, от зависти.
– Ну, хорошо, хорошо, – очень нерадостно согласилась, и торопливо перебила его Аля, ей явно не понравился ход разговора, и ей даже сначала было немного стыдно, – садитесь, молодец. Вот видите, товарищи курсанты, среди нас есть человек достойный всяческого уважения и восхищения, настоящий полиглот. Тема нашего сегодняшнего занятия…
Я сижу и думаю, что хорошо все-таки, что я знаю два языка, пусть даже народов СССР – русский и украинский. Королев как нос не задирает, а знает только один!
– Однако, – хмыкнул Сергей Королев, – умыл наш киргиз Альбину Норбертовну, что и говорить. Вот уж никак не ожидал этого от нашего тихони!
Умыл наш киргиз не только красавицу Алю, но и Королева, все это хорошо понимают, хотя вида и не подают. Перед всеми Чингиз сегодня предстал, прямо скажем, в новом свете. Все сильно прочувствовали его преимущество над нами. С другой стороны, если у кого есть или возникнет желание для общего развития или для дальнейшей офицерской службы изучить какой-либо из языков, на которых говорит Чингиз, это великолепная возможность. Правда, лично у меня такого желания пока не возникло.
– Все хорошо, – грустно зевает Алеша Марковский, – только я еще со школы не дружу с этими английскими иероглифами.
Про себя я подумал, что Марковскому предстоит немало потрудиться, если он хочет поехать домой в отпуск. В противном случае вместо того, чтобы поехать домой, придется ему сидеть в училище. Мои мысли перебил «замок», который подошел к Алеше и сильно ударил того по затылку.
– За что? – возмутился тот, и тут же получил еще удар кулаком в челюсть.
– Занимайся, давай, – недовольно сказал Степанов. После этого он обратился к Чингизу
– Слушай, Чина, так ты владеешь сразу семью языками? И как это тебе только удается? У меня один язык и тот во рту еле помещается!
Тут к нам пришли ротный и наш взводный.
– Значит так, – снял фуражку и протер лысину платочком ротный, – в каждой роте должны быть запевалы. Сейчас мы будем выявлять таланты в вашем взводе.
Смотр талантов оказался комедией, так как большинство курсантов петь либо не умеют, либо не хотят быть запевалами и дурачатся. Мы насмеялись вместе с офицерами до одури. Короче, из нашего взвода ни одного запевалу так и не отобрали, зато время мы провели весело.