Борзый минус. Глава 35. Нелюбимое занятие

        Старший лейтенант Туманов проводит со всей ротой занятия по физической подготовке с таким видом, будто мы должны радоваться занятиям спортом в сорокаградусную жару. Он привел нас в спортгородок и объявил:
– Форма одежды номер два – голый торс! Все, что останется от голого торса аккуратно сложить на скамейках.
Построив роту, он объявил, что тема занятий – бег на три тысячи метров. Я мысленно выругался, потому что это самая моя нелюбимая дистанция. Я очень хорошо (всегда в первой десятке) бегаю пять, десять и пятнадцать километров. На «хорошо» бегаю тысячу метров, но бежать три километра в таком, же темпе, как один километр, у меня не выходит. Конечно, я не получаю двоек за кросс, но это исключительно потому, что я бессовестно «срезаю», где только можно. А бегать на тройку не хочется. Ребята не обижаются, так как уже знают, что я не лодырь, а просто эту дистанцию плохо бегаю. Поскольку время засекают по первому и последнему, то всем только хорошо оттого, что я не прибегаю последним. Дима усиленно разминается. Уловив мой недоуменный взгляд, он объясняет.
– Хочу улучшить свой личный результат.
Веня негромко ругается, потому что он только вчера сменился с наряда и не выспался. Поэтому бегать ему совершенно не хочется.
– Ты что, перетрудился? – насмехается Леонтьев, который стоял в наряде вместе с Веней и тоже устал и не выспался.
– А вот ты в следующий раз тоже заступи на «дискотеку», – огрызается Веня, – все время на ногах и тысячи тарелок мыть! И почему, как только мне в наряд, так посудомоечная машина не работает?
– Потому что ее в лагере просто нет! А вот в училище, говорят, имеется.
Бежать предстоит повзводно, и взводный решил, что очередность заместители командиров взводов определят сами, путем жеребьевки.
– Ну что, – нетерпеливо интересуется старший лейтенант Туманов, – отжеребились уже?
– Товарищ старший лейтенант! Курсант Нагорный! Может, мы на следующем занятии кросс пробежим, а то мы после наряда устали и не выспались?
Но Туманов неумолим и говорит что-то на тему, а если война? Приходится бежать. Я не срезал и прибежал на тройку, но не последний. Это хорошо – никто на меня ворчать не будет. После того, как мы восстановили дыхание, нам было позволено сыграть в футбол. И мы гоняли самозабвенно и с удовольствием. Я играл на своей коронной позиции – правым защитником, а это значит – играл блестяще! Сразу после обеда я немного поспал сидя, подложив руки под голову, на подоконнике. Свободное время пролетело быстро, и нас подняли и повели на самоподготовку.
– Старший лейтенант Туманов, – улыбается ротный, – ну-ка, командуй своим командирским голосом!
У Туманова действительно очень сильный, выразительный, и я не побоюсь сказать, красивый командирский голос. Туманов рад стараться и без тени улыбки командует.
– Тридцать третья рота! Выходи строиться!
Поскольку наш взводный сегодня выходной, мы решили устроить себе сон-тренаж.
Веня о чем-то горячо рассказывал, но отвечали ему все реже и реже. Вскоре Венина болтовня превратилась в монолог, только сам Веня этого не замечает. Взвод спал, и некому было сказать: «Веня, хватит болтать!» Потом сон одолел и его. Через полтора часа явился старлей Туманов, и всех разбудил. Один Веня никак не может проснуться.
– Веня, встать! – периодически взывает «замок».
– Еще минуточку, – не открывая глаз, отвечает Веня.
– Не отвлекайте спящего разговором, – шутит Батя.
– Уже сорок раз по минуточке! Леонтьев, двинь-ка ему как следует по шее! – не выдержал, в конце концов, «замок», но тут, же передумал. – Впрочем, постой! Я сделаю это сам!
Веня, как и все остальные, уже хорошо изучил характер Степанова, и тут же поверил, что тот непременно наградит его увесистой оплеухой, и он, наконец, сел и стал бороться с дремотой. Он потягивается, отчаянно зевает и хрустит всеми суставами.
– Ну, прямо как телега по шпалам! – пошутил Володька, расточающий во все стороны запах одеколона «Северный», которым он запасся на тридцать лет вперед.
– Учитесь, давайте, – лениво говорит «замок», – кстати! А может и не кстати – за успешное грызение гранита науки предусмотрена повышенная зарплата.
– А внеочередное увольнение, случайно, не предусмотрено? – спрашивает Литин с надеждой.
После его слов все живо стали обговаривать этот вопрос, так как городское увольнение – это следующая, после поступления в военное училище, мечта. Тут подоспел мама Жора. Видно, его вызвали на службу, раз он появился в лагере в свой выходной день. Он услышал вопрос Литина и сам на него ответил.
– В увольнения вы начнете ходить не скоро.
– То есть как? – первым выкрикнул Миша Кальницкий.
– Очень просто. Вы учитесь в Крыму, и нельзя, проучившись в СВВПСУ четыре года, не познакомиться со здешними красотами! Так что нас ждут Байдарское водохранилище, Новый Свет, гора Дельфин, Скалистое побережье Атлеш, водопад Джур-Джур, мыс Тарханкут и еще много, много интереснейших мест и достопримечательностей!
– Это что же, – осторожно спросил Миша, – мы на неделю, на экскурсию поедем?
– Нет, мы будем путешествовать по Крыму по выходным дням! – радостно сообщил нам взводный.
– Курсант Иванов. Разрешите? Это единственная причина?
– Нет. До холодов, а они в Крыму, как вы уже догадались, наступят не скоро, – широко улыбнулся взводный, – вы будете жить здесь, в лагере. А отсюда в городское увольнение никого не отпускают. Так что ждите, пока мы переедем в училище, так сказать, на зимние квартиры.
– Товарищ старший лейтенант, – сообразил «замок», – а вы сегодня разве не выходной?
– Был выходной, – тяжело вздохнул мама Жора, – а теперь нарядный. Вызвали заступить в наряд.