Как осёл рога искал

Долго сидел Ишак в луже и всё смотрел на плывущие облака, думал ослиную думу: «Почему такова моя жизнь? Для чего голова моя обращена к солнцу, а зад в руинах?»

Подлетела к нему шаловливая Майна, почирикала и решила подшутить:

— Эй, Осёл! — говорит она. — Ты куда рога девал?

Удивился тот, захлопал глазами:

— Иа? Какие ещё рога?

— Как какие? — засмеялась птичка. — Те, что у тебя на голове всегда были. Вчера были, с неделю назад я мимо тебя пролетала, хорошо помню — загляденье, а не рога. Были, а сейчас нет. Куда ты их дел?

Наклонил Осёл голову, стал себя рассматривать в мутной воде:

— Иа... в самом деле, рогов нет...

— Ну вот видишь! Потерял, небось, — давясь со смеха, журчала Майна.

Огорчился Ишак пуще прежнего: «Какой же я теперь Осёл без рогов? Выходит, никудышный. Как жить-то дальше? В чём теперь смысл?»

— А ты не причитай, — чирикнула она, — вылезай из лужи да иди ищи рога!

Задвигал Ишак боками, неуклюже забаламутил копытами воду, вылез, отряхнулся и вздохнул:

— Ну что ж, беда моя такая... Пойду рога искать.

Побрёл он по пустыне, а Майна за ним. С веточки на кустик перелетает. Тут и вторая Майна подоспела, третья, четвёртая... Шебуршат язычками, свищут, смеются над беднягой.

— Ох, не найти теперь рога! — чирикают прохвостки.

— Ох и не найти... — соглашается Осёл, свесив голову.

— Ты их, верно, в озере утопил, когда на водопой ходил. Так? Было дело?

— Ходил, как не ходить. Лакал воду. Неделю тому назад уж как...

— Ну вот, вот и нашлись. В озере они теперь по дну плавают. Поди достань!

Видят Майны, что Осёл совсем духом пал, а им всё мало, говорят:

— Ладно, слушай, не печалься. Поможем твоему горю. Знаем мы местечки заветные. Раздобудем тебе новые рожки. Хочешь обломок рога винторогого козла или джейрана? Ты только скажи. Ну а попроще, так рогов маральих сколько угодно, они их каждый год сбрасывают. Так что найдём!

Взмолился Осёл:

— Сделайте милость, найдите мне рожки!

— Только вот что, — говорит одна хохлатая Майна, подмигивая подругам, — уши тебе подстричь придётся. Что-то уж больно они у тебя большие выросли. Твои рожки-то аккуратненькие были, а для новых рогов эти лопухи не к месту. Мешать будут.

— Что же делать? — вздохнул Осёл.

— Ну, мы тебе чуток пообстрижём. Вот всласть и будет тебе житьё.

— Ну, раз всласть, то стригите.

Подвели его Майны к большому утёсу, велели положить уши на плоский камень. Сами стайкой взлетели ввысь, ухватили кто клювом, кто лапками острый булыжник — да и скатили его со всего маху на ослиные уши.

Только и успел Осёл подумать о новых рожках, блестящих на солнце, мелькнула мысль, что надо бы самому ему острить камень, чтобы голову косой не отсекло... Но тут уши его полетели в одну сторону, а он укатился в другую. Взревел он от боли: — И-а! И-а! И-а-а-а! — побежал, обезумев, по пустыне прочь, роняя капли крови.

А Майны долго ещё пекли на жарком солнышке ослиные уши, приманивали золотобрюхих мух и, стреляя их на лету своими клювиками, весело подпевали:

"Пошёл Осёл рога искать, да без ушей остался".