Незабываемая первая любовь

 (На фото: Вид на Нардом, в котором размещались: театр, танцевальный зал, универмаг и гостиница; улица Ленина и трамвай пришедший из крепости.)




                «Что так сердце, что так сердце растревожено,
                Словно ветром тронуло струну?
                О любви немало песен сложено,
                Я спою тебе, спою еще одну.»

      В далёкие 1958-1961 гг. учился в Даугавпилском военном авиационном радиотехническом училище (ДВАРТУ). В течение трёх лет учили нас армейской жизни и эксплуатации радиотехнического оборудования самолётов. По выпуску нам присваивалось воинское звание лейтенант. Мы в свои 20-22 года становились завидными женихами. Так было в наше время.

      Все три года мы находились в настоящей крепости с настоящими крепостными стенами. Жили в казарме на 150 курсантов, естественно, между собой общались, и с некоторыми дружили. В редкие увольнительные, по субботам и воскресеньям, бежали из крепости в увольнение в расположенный в двух километрах город Даугавпилс. Одним из основных развлечений в городе были танцы, называемые нами танцы-обниманцы, на которых мы танцевали и знакомились с девушками. Некоторые знакомства заканчивались женитьбой, некоторые разочарованием и, порой, некоторой трагедией.
 
      Среди моих друзей был Анатолий Р., ставший спустя более 50 лет одним из главных героев настоящего повествования. Анатолий был старше меня на 2 года, родом он из Херсона. Окончив 7 классов, поступил в мореходное училище. По его окончании три года плавал по Чёрному морю. Ловил рыбу. Пришёл в училище с большим жизненным опытом. Благодаря этому, компанейскому характеру, замечательной внешности, просто красавец, он сразу же завоевал авторитет среди нас, курсантов, большинство которых, пришедших в училище со школьной скамьи, были желторотыми цыплятами. Авторитет его стал ещё большим, когда он был назначен помощником командира взвода.
 
     На первом курсе мы с Толей практически не знались. Вёл я себя прилежно, претензий у него ко мне не было. Я же, по своему скромному характеру, не навязывался ему в друзья.
     На втором курсе, когда меня назначили командиром классного отделения в его взводе, наше общение стало тесным в личном и служебном плане. Иногда мы с Толей спорили, порой мне не нравились его «бонапартийские» замашки. Когда у него аргументы заканчивались, он, как старший по возрасту, имеется в виду больший жизненный опыт, и по должности, ставил меня на место, на которое мне становиться было неприятно, так как считал себя правым. Но, несмотря на это, мы с ним поддерживали нормальные личные отношения. Многое я от него почерпнул на всю жизнь. Он рассказывал о необыкновенном вкусе скумбрии, которую они ловили и солили для себя в море. Позже я нашёл рецепты, солил её и коптил. Когда меня хвалили за её вкус, то вспоминал Толю Р. Анатолий был педантом, на уроках по слесарному делу замечал мне, что у меня инструмент бессистемно разбросан по всему верстаку. Много лет спустя, замечая подобную картину на даче, и долго разыскивая нужный инструмент, корил себя за это, одновременно вспоминая Толю Р.
В 1960 году, после второго курса обучения, во время летних каникул, решил поехать в гости к Володе В., живущем в Херсоне. Он накануне, несколько дней гостил у меня в Минске. В Херсон мы приехали, когда уже там был Анатолий Р. Он встречал нас на вокзале, что было приятно.
 
     Погостив несколько дней у Владимира, втроём пароходом река-море поехали в Одессу. У нас была предварительная договоренность с одесситами о встрече. На пароходе Анатолий узнавал своих бывших сослуживцев. В Одессе мы разбежались. Меня приютил однокурсник Дима Б. Перед отъездом из Одессы в Херсон, мы пару дней провели с Романовым. Возникла форс-мажорная ситуация, у нас кончились деньги. Мы ходили по друзьям и подругам Анатолия, с целью одолжить деньги. На жалкие денежные остатки мы питались пирожками и томатным соком.
По окончании училища Толя попал в авиационный полк, дислоцированный недалеко от Кубинки, в Подмосковье. Здесь в 40-50-е годы дислоцировалась авиационная дивизия под командованием Василия Сталина. Когда, в 1962 году, я приехал в Кубинку на переучивание, то разыскал Толю. Мы с ним пару раз встречались, естественно, за бутылкой спиртного.

      В марте 2012 года Толя нашёл меня в Одноклассниках.
«Юра! Салют! Очень рад был встретить тебя в одноклассниках. Бывший зам. командира нашего 2 взвода, а сейчас подполковник в отставке, киевлянин».
Мы стали с ним общаться по Интернету и по Скайпу. Жизнь у него сложилась нормально. У него, как и у меня, два сына, первый родился в 1962 году, второй, кажется, в 1976-ом. Я женился сразу же по окончанию училища в сентябре 1961 года. Сын у меня родился в июне 1962 года. Значит и Анатолий, у которого сын родился в октябре 1962 года, когда мы с ним встречались, женился вскоре после окончания училища.
 
     Службу Анатолий окончил в 1987 году, в Киеве, где и остался жить. Толя изменился. Потерял часть своих чудесных волос. Когда-то он с гордостью зачёсывал свой чудесный кок. Жаловался на сердце и сахарный диабет. Похоже, имел инвалидность. Периодически, планово ложился в госпиталь, ездил в санатории.
      «Отец сейчас находится в госпитале на профилактическом лечении. Готовит ответ на письма. Позже я их передам. Сын Павел».

     К сожалению, наше общение и переписка в 2013 году прекратилась. Попытка с помощью украинского друг из Хмельницкого, Валерия К. её возобновить, хотя бы с сыном Павлом, не увенчалась успехом.

      С этого момента продолжением будет другая история, не столько историческая, сколько романтическая, связанная Анатолием Р. Я в этой истории наблюдатель, которому спустя более полувека придётся рассказать о ней.
Только зимой 1959 года, после первого семестра, нас начали пускать в увольнение в город. Дни увольнения: суббота и воскресение. Как правило, мы ходили на танцы в Народный дом, называемый Нардомом, с огромным, хорошо освещённым танцевальным залом, с паркетным полом и оркестром.

     Обстановка в зале была дружелюбная. Не помню, чтобы когда-нибудь были драки или какие-либо разборки. В зале было масса курсантов, молодых офицеров и, конечно, много девушек и молодых женщин на любой вкус. Хотя меня в Минске ждала девушка, я позволял себе ходить на танцы-обниманцы, чтобы развеяться, отвлечься от службы, просто потанцевать.

     Конечно, появились знакомые девушки, с которыми танцевал, беседовал, в меру любезничал, но никогда их не провожал, не целовал и ничего не обещал. Мою непорочность подтверждает следующий случай. Зимой 1961 года, во время зимних каникул, ко мне из Минска приехала моя девушка Лариса. Я смело повёл её в Нардом на танцы. Хотелось потанцевать и одновременно показать наш Нардом, где мы проводим своё свободное время.

     Для нашего развлечения командование также устраивало нам встречи с женскими коллективами. Для нашего курса было выделено какое-то медицинское училище. Нас всей ротой, строем, через весь город водили к ним в гости. В училище, после небольшого совместного концерта самодеятельности, начинались танцы-обниманцы и знакомства. Помню, как какая-то девушка мне слёзно жаловалась на свою судьбу. Она хотела найти у меня понимания. Я её успокаивал, как мог. Но, видимо, она хотела от меня большего. Я же делал вид, что ничего не понял.

     В увольнении, на танцах и подобных вечерах некоторые встречали своих боевых подруг. Одни здесь же женились. Были такие случаи в роте и даже в нашем классном отделении. Так мы женили Володю В. Он, правда, был старше нас на 2-3 года (1938 г.). Некоторые свою женитьбу откладывали на окончание училища. Некоторые же, давая обещания жениться, не собирались этого делать. По окончании училища они старались незаметно скрыться. Их отлавливали прямо на КПП училища или на вокзале бдительные тёщи со своими беременными дочерьми. Я уезжал по окончании училища с чистой совестью, возможно, не оправдав ожиданий местных девушек, в первую очередь ту, с которой чаще всего танцевал и любезно общался во время танцев. В родном Минске, меня ждала любимая и верная подруга, как позже оказалось, настоящая офицерская жена.

    Среди нас были и донжуаны. Им я считал Толю Р. Иногда он, в минуты откровения, вернувшись из увольнения, с придыханием рассказывал о своей девушке, о её красоте, фигуре, развитии, о том, как она его сильно любит. А он, к сожалению, не может в полной мере ответить ей взаимностью. Она, естественно, от этой неразделённой любви страдает.
     Девушку его на танцах не видел, возможно из-за того, что мы ходили в увольнения в разные дни. По окончании училища молодой лейтенант Анатолий уехал в Херсон по-английски, не попрощавшись и не объяснившись. Позже узнал, что пережила от такого поступка его девушка.

      Ох! Эта любовь – окаянная. От неё и радость, и разочарование, порой оставляющее след на всю жизнь. С помощью интернета попробовал привести свои знания в порядок по этому важнейшему чувству. Интернет дал мне следующее пояснение.

    «Любовь — чувство глубокой привязанности и симпатии, устремлённость к другому. Она включает в себя ряд сильных и позитивных эмоциональных и психических состояний, от самой возвышенной добродетели и до самого простого удовольствия. Любовь выступает важнейшим индикатором счастья. Любовь является необычайно трудной для определения по сравнению с другими эмоциональными состояниями. Различают любовь родителей к детям, детей к родителям, между братьями и сёстрами, между мужчиной и женщиной, любви ко всем людям, любви к Богу Чувство, противоположное любви– ненависть, равнодушие. Древние греки различали несколько типов любви: семейную, дружескую, романтическую, жертвенную, неразделённую, платоническую.

     Платоническая любовь — это ощущение духовной общности между двумя людьми, при котором исключается сексуальный контакт».

     Да, пояснение пояснением, но оно человека, переживающего неразделённую любовь, не может успокоить. Одновременно задумался: почему любовь связывают с сердцем. Ведь все переживания у нас как бы в голове. Подумав, понял, что любовь, как счастливая, так и неразделённая отражается на работе нашего сердца, оставляя в нём, порой, настоящие рубцы, остающиеся на всю жизнь.

     У одних она удалась, и они поют от счастья:
                «Сердце, тебе не хочется покоя!
                Сердце, как хорошо на свете жить!
                Сердце, как хорошо, что ты такое!
                Спасибо, сердце, что ты умеешь так любить!»

      Другие обижены на весь свет:
                "Теперь и сам не рад, что встретил,
                Что вся душа полна тобой…
                Зачем, зачем на белом свете
                Есть безответная любовь?"

     Но как бы то ни было, счастливы люди, так или иначе пережившие это замечательное чувство:
                «Пускай любовь сто раз обманет,
                Пускай не стоит ею дорожить,
                Пускай она печалью станет,
                Но как на свете без любви прожить?!»

     Ну всё! История на этом как бы закончилась. Но не тут то было.

     В 2011 году, имея общий стаж работы 53 года, из них 31 года службы в армии, окончательно ушёл на пенсию. С этого года с мая по октябрь месяц жили, и в меру трудились с женой Ларисой на даче. Изредка, по неотложным делам, приезжал домой, в город. При этом, в первую очередь, просматривал письма и сообщения, поступившие на электронную почту и в Одноклассниках.

     Вдруг, получаю от совершенно неизвестного автора просящее, умоляющее, напечатанное неуверенной рукой, сообщение.
 
     "25.06.2014 Вы знаете Анатолия Р.? Если да, то, сообщите, что вы знаете о нем?
    Юрий! Сообщите мне, если вы что-то знаете об Анатолии Р. Это не грозит ему никакими неприятностями.
    Юрий! Ну, будьте мудрыми! Сколько той жизни!"

     Юрий, привыкший в жизни всем помогать, стать одновременно при этом «мудрым», оценив, что, действительно, «жизни осталось не много», здесь же с осторожностью ответил:

      "8.07.2014 Вначале хотелось бы узнать кто Вы. Сейчас живу на даче и дома бываю наскоками. Не ждите быстрого ответа".

Ответ не заставил долго ждать.

     "12.07.2014 Здравствуйте, Юрий! Я подруга Майи. Анатолий Р. в 60-х годах учился в военном училище в Латвии, и у них была компания из 4-х человек: Марины К., Майи, Толика и Славы Г. Майе очень хотелось бы узнать, как сложилась судьба их "неразлучной четверки" и, в частности, Толика".
 
    Подруге Майи, Валентине О., владелице интернета, была отведена ответственная, доверительная роль посредника.
 
      Ох! Эти социальные сети! Сколько простофиль в них, коварных, попадало! Сколько проблем из-за связи с ними возникало! Но я доверился. И позже не пожалел об этом.

     С Майей с ноября 2014 у меня завязалась доверительная эпистолярная переписка. За прошедшие десять лет получил от Майи более сорока откровенных, доверительных писем о её прошлом, начиная с детства, и до настоящей повседневности. По ним для себя нарисовал образ Майи. Он по содержанию писем, присланным фотографиям, превзошёл характеристику, данную товарищем Сааховым Нине в фильме «Кавказская пленница»:
    «студентка, комсомолка, спортсменка и, просто, красавица».
    К этому следует добавить, что Майя была ещё артистка кордебалета опереточной труппы, играла в театре, пела, успешно окончила и институт и стала преподавателем английского языка.
 
    Я, в свою очередь, послал Майе первую книгу своих Воспоминаний, в которой в первой главе описал своё детство и юность, а во второй учебу в ДВАРТУ, в том числе описал свою связь и дружбу с Анатолием Р. Майя откликнулась о книге приятными для меня словами:

     «Спасибо за Ваши "Воспоминания". Я как будто окунулась в мои счастливые 60-ые. Я воочию увидела нашу крепость, улицу Ленина с ее каштанами. Раньше она казалась такой широкой, а, когда в 2007г. я ездила в Даугавпилс в гости к родственникам, то эта улица оказалась такой узенькой, как наш жизненный опыт в те годы, но такой бесподобной».

    «Чем больше читаю и перечитываю твою книгу, тем больше удивляюсь, насколько жизнь нашего поколения была трудна, и интересна, и, главное, одухотворена. Насколько мы все похожи».

    «Я вашу книгу дам почитать своим внукам, будущим мужчинам, пусть учатся жизненной стойкости».

     Вспоминая об Анатолии Р. говорит: «Чувство к Анатолию – удар молнии, от которого душа куда-то улетела». «Я не знаю, что это было за чувство. Но это было, и Слава Богу». Что здесь можно сказать?! ПЕРВАЯ ЛЮБОВЬ!

                P.S.

     Хочется отметить мудрость моей Ларисы. Как могла «настоящая жена» отнестись к переписке с посторонней женщиной, можно только представить!? Но Лариса действительно была настоящей женой, доверяющей своему супругу, с которым к этому времени, думаю счастливо, прожила 53 года. За эти годы никогда у нас не было разборок из-за ревности.

     Майя, по характеру моих ответных писем, поняла, кто такая Лариса и уже с третьего письма пишет:
    
«Здравствуйте, мои дорогие виртуальные собеседники – Юрий и Лариса…»,      

     в следующем письме:
     «…мои незнакомые, но такие родные Юрий и Лариса…»
 
      Далее Майя, говоря о нас с Ларисой, продолжает:

      «Занявшись розыском старых увлечений, взамен мы получили прекрасные человеческие отношения с ранее совершенно незнакомыми людьми, ставшими такими необходимыми. Спасибо вам!»

     Сейчас, когда пишу эти строки, умиляюсь до слёз. Как она, Майя, за тысячу километров, знакомая с нами по нескольким письмам, смогла оценить, распознать нас с Ларисой.

     Можно было бы долго рассказывать о Майе, черпая информацию из её доверительных писем. Но они были доверены только нам с Ларисой.

      Майя волею судьбы из родного Даугавпилса переехала с мужем офицером, выпускником того же ДВАРТУ, жить в степной районный российский город. По окончании института она с 1969 года до пенсии преподавала в школе английский язык. Ей, как оказалось, педагогу от Бога, работа приносила удовольствие.
     Участливо относилась она к своим ученикам, не превращала экзамен в экзекуцию для детей. Дети отвечали ей взаимностью. И на пенсии Майя оказалась востребованной. Она успешно, несмотря на преклонный возраст, занимается репетиторством. Её ученики успешно поступали в ВУЗы.

     По характеру телефонных разговоров с Майей, по её письмам, отзывам подруги Валентины, понял, что это весёлый, задорный, оптимистичный человек. У неё дети и внуки. Она окружена признательными учениками, верными друзьями, среди которых оказался и я.