Рука неба

Пролог
Рука неба ведёт вперёд - 
Сквозь прозрачность, сквозь тонкий свет, 
Словно знает наперёд: 
возврата не было и нет. 

Если надолго присесть на траву 
и в небо глазами впиться, 
увидишь, как белое облако плывёт, - 
а есть ли в лесу чудеса, и птица? 

И там, за горою, встаёт стена - 
лес, где правит закон природы, 
его высота до небес доплетена, 
и, может быть, там - кровавые всходы. 

Правды коснётся небесный перст, 
большим пальцем укажет путь, 
как найти ту лесную версту - 
волнами Бог расскажет, как вёсла, по верст. 


Глава 1
За небом, за солнцем - вперёд, 
за тот небесный рай, 
и кто-то делает главный ход -
Раф очутился за край. 

Но важно дойти до лесной черты, 
в пути не сдаться усталости, 
какой же дорогой идти, 
чтобы не заблудиться в пространстве? 

Он смотрит на запад, на юг, на восток - 
везде одинаковы дали, 
и только над головой - как венок -
облака его шаги венчали. 

Раф тянет ладонь к горизонту, 
словно берёт у неба билет, 
и ветер шепчет: «Помни о фронте, 
но фронт твой - внутри, а не внешний скелет». 


Глава 2
И стоит Раф на своём -
хмур, решителен, строг, 
в нём живёт внутренний закон, 
и Раф был бы волен, как мог. 

Судьба неба тверда и ясна, 
как распахнутый купол -
сначала идёшь и не знаешь: куда? 
держишь в руке рупор, и гул твой глупый. 

Но с небом Раф говорит в тишине, 
словно рукой по нему проводит, 
и с телегой лошадь стоит на стерне -
она в путь отправится, если погодит. 

Он гладит ей гриву, шепча ободренье: 
«Ты вывезешь, милая, в этот туман». 
И где-то вдали - как предзнаменованье - 
звучит перестук деревянных колёс, как обман. 


Глава 3
Ведёт неба рука - то ввысь, то обратно, 
надломленная лежит скрипка, 
на которой Раф не играет - невнятно, 
и раненная рука заживает так зыбко. 

Всегда ли можно увидеть небо? 
Есть ли альтернатива земле? 
Уходят поезда куда-то, без гнева, -
останется Рафу свести ли узлы на шпале? 

У Рафа уже был застой -
когда не знал, за что браться, 
и всё же хотелось действовать с мечтой, 
чтобы настрой был цепким, как пальцы. 

Он был артистом - сносным, не более, 
потом со сцены ушёл, не простившись, 
в деревню перебрался, в поле, 
а затем коня приобрёл - и ожил. 

Теперь он не тот, кто кланялся в зале, 
он тот, кто кланяется ветрам, 
и струны души его не молчали - 
они гудели по утрам. 


Глава 4
Ведут не только облака 
они раскрывают двери, 
какой поворот из двух берегов? 
ключей от железных ворот нет в потере. 

Пути облака укажут верно, 
небеса на смысл наставят, 
слова прольются, как ливень, наверно, 
и с высоты к Рафу пристанут. 

Широка лесная полоса, 
телега достойна колеса, 
и скрипки слышны голоса - 
починит Раф, и она заиграет. 

Но телегу Раф не чинил -
он пустился в долгую дорогу, 
дождь лил, и лошадь в грязи хрипела, 
тащилась в гать, молясь подпругу. 

У мастера починить скрипку Гати 
хотел он – ему дали средств в долг, 
и другу обещал: «Я смогу, кстати, 
играть, когда выйду на этот порог». 


Глава 5
Переходил дорогу лось - 
в телеге скрипела ось, 
остановилась она на пути, 
дала зверю спокойно уйти. 

Лось ушёл в сторону леса, 
а над ним сгустились тучи, 
и телеги, увы, сломались колёса - 
пришлось сесть на кучи. 

Но вдруг пролились лучи 
золотыми пряниками, 
где не нужно стучать ключами, 
где молотки - ни к чему, ни к чему. 

Раф поднял лицо - и свет обжёг, 
он понял: поломка - не крах, 
а знак, что пора сбросить груз с ног, 
и идти по земле, как по облакам впотьмах. 


Глава 6
А в жизни - что бывает лучше, 
чем та рука, что ведёт? 
И как настроить свою душу, 
чтобы мука не свернула в обход? 

Светла свыше судьба - подруга, 
поднимет ли облака? 
Ведёт она из-за поворота, 
отныне нет молотка -
есть только слух и работа. 

Раф вспомнил, как в детстве он слушал 
скрипку деда - и плакал втихомолку, 
теперь он сам стал этим ухом, 
и небо играет на нём, как на ёлке. 


Глава 7
И облака - как те, в которых 
особый подъём и размах, 
они встали, как опоры в горах, 
как голубой небесный дом, без штор. 

Глядел Раф на это всё - 
и сверху, и сбоку, и в упор, 
там, где мировые вершины, 
там, где ручные неба склоны. 

Он чувствовал: время застыло, 
как смола на сосновой коре, 
и лошадь под ним застыла, 
и ветер затих на заре. 


Глава 8
Прикоснулся Раф вершины -
небесной долины краю, 
словно увидел себя со стороны 
на склонах быта и дня, где тает. 

Заря неба очерчена ярко, 
где значим ли яркий свет? 
Рафа рука - под ударом, 
в пыли и огне - сомнений нет. 

И лошади тёплое дыхание 
прёт из ноздрей, как пар, 
и трясёт уздечкой - желание 
двигаться, даже когда устал. 

Раф гладит её, успокаивает гриву, 
и небо отвечает ему тишиной, 
как будто они - одно в этом диве, 
и путь их - единой струной. 


Глава 9
Куда дорога приведёт -
пока он не знает, и это - отрада, 
и свыше ли призовёт, 
где облако, как парус, летает? 

Телега осталась без колёс - 
она теперь только тень на поляне, 
вскочил Раф на лошадь - и нёс 
его ветер в неведомые грани. 

Он скакал, не разбирая пороги, 
копыта высекали искры из камня, 
и лес отступал, как в тревоге, 
уступая дорогу огню и дыму. 


Глава 10
Нестись сломя голову - мило, 
но вдалеке всё тот же лес, 
подъехал он к оврагу - и стихло 
всё, кроме сердца, что лезет из крест. 

Как через него пролезть, 
не ведая брода и моста? 
Он смотрит - куда укажет неба перст, 
что подскажет? - звучит ли скрипка? 
Доехала ли до мастера? - пустота. 

Только ветер в овраге завыл, 
и лошадь прижала уши, 
Раф спешился, землю ушёл, 
и понял: здесь нужно слушать, 
а не искать колею. 


Глава 11
Наконец-то выбрался 
через крутой овраг - 
как нахлобучились тучи, 
и настал кромешный мрак. 

Выколоть можно очи 
этой чернотой бездонной, 
она слепит серые глаза, 
живой ли остался Раф? - вопрос законный. 

Овраг он преодолел, но душно, 
и чернь не стереть с одежд, 
сердце колотит, как колотушка, 
Рафу жутко, и страх - как нож. 

Тучи ходят ходуном, 
мрак по пятам и по стопам, 
лёд прильнул к ногам - как сон, 
и только где-то, далеко, звучала скрипка - 
смычком водила неба рука, 
и это было словно нитка, 
ведущая из темноты к огоньку. 


Глава 12
Свыше - светлая рука, 
не провалены лошади бока, 
и чудеса неба - рука крепка, 
в ней большая подсказка для века. 

Итог руки неба - свысока, 
но где же ты, скрипка? 
Как будто растворилась в песке, 
исчезла без следа и крика. 

Раф замер, прислушался к ночи, 
и вдруг он услышал не звук, 
а молчание - самое звонкое, что есть, 
и в этом молчании - весь его крест. 

Он понял: не нужно искать инструмент, 
когда сам стал струною, 
и небо теперь - его инструмент, 
а пальцы - ветер и зной. 


Глава 13
Опустил на землю Раф глаза - 
рука неба снизошла, 
превратилась в упавшую скрипку, 
но не деревянную - из звезды и смолы. 

Он поднял с земли дубовую ветку, 
кривую, сухую, с корой, 
и попытался извлечь из неё 
тот лесной звук, что живёт меж гор. 

И о чудо - ветка запела! 
Не скрипкой, но голосом трав, 
и лошадь заржала несмело, 
и небо ответило: «Прав». 

Раф улыбнулся - ведь мастер уже не нужен, 
вся музыка - в каждой коре, 
и он натянул свою душу, 
как струну на заре. 


Эпилог
Раф оглянулся - телеги нет, 
только след от колеса на камне. 
Рука ли неба дала совет, 
или лось указал в тумане? 

Но лошадь фыркнула: «Не гляди назад, 
где тень, там свет не водится. 
Какая разница - небо или ад? 
Важно, чтоб сердце с дорог не отвалилось». 

Раф кивнул и погладил её холку, 
и понял, что путь - это круг, 
где каждый шаг - это только пробелка 
между началом и концом, где друг. 

Рука неба ведёт вперёд - 
теперь он не спрашивал, куда, 
он просто слышал, как небо поёт 
в каждой травинке и в каждой звезде - навсегда. 

И лошадь пошла - не спеша, но твёрдо, 
и лес расступился, давая проход, 
и скрипка внутри него зазвучала гордо - 
не та, что упала, а та, что живёт.