Полет приложение 5

4.
Время шло. Василий уже соломой накрывал крышу. К бабке Марики он больше не ходил. Маланью тоже не видел. Он старался о ней не думать. Но она постоянно была у него в голове. Особо ночами тоска его съедала. Маруся приходила с подругами. Они обещали навести порядок внутри дома. Дом был небольшой: коридор, дальше кухня с русской печью, сделана так, чтобы отапливала и просторную комнату.
Подходила осень, началась уборка урожая. У Василия уже был построен не только дом, но и сараи, подвал возле дома.




Маруся была у Василия почти каждый. Ему было хорошо, когда она была рядом, она много помогала по хозяйству. У него было полкоровы – это когда одна корова на два хозяина, неделю у Василия, другую у Алексея. Было три свиньи, одна коза и двенадцать кур.




Василий обходил свое поля, где уже почти поспела пшеница, урожай обещал быть хорошим, и он с удовольствием и с особой нежностью смотрел на будущий урожай. Он даже не заметил, как к нему подошел Алексей.
- Будь здоров, Вася, - подавая руку в знак приветствия, сказал Алексей, - любуешься?
- Да, урожай на славу будет, если успеем до дождей собрать.-
- Тю, чего говоришь.
- А ты что, Леха, как не в своей тарелке, переминаешься, глазки горят, а во рту уже какое-то признание, и вот сейчас вылетит, словно птичка со рта. Говори, - посмотрев на Алексея, улыбаясь своей загадочной улыбкой, сказал Василий.
- Да я тут...
- Ой, ой, ты словно засватанный кавалер.
- Жениться решил! – выпалил Алексей, - фу, легче стало.
- Поздравляю, и на ком? Стой, догадаюсь, Камелия! Да она же маленькая, спину поломаешь каждый раз нагибаться, чтобы целовать, - задорно рассмеялся Василий.
- Спина привыкла сгибаться, а вот стульчик всегда с собой носить, можно надорваться, - в отместку сказал Алексей.
- Умница, смешно, но я женюсь на Марусе. Она хозяйственная. Но про ту, которую ты сказал, она, если хочешь, даже ниже меня. Но она меня не волнует. Я женюсь на Марусе, всё!
- Да ладно, женись, на ком хочешь, - примирительно сказал Алексей. - Я что, пошли свататься.
- Вот только штаны подтяну, и пойдем, - шутливо сказал Василий.
- Переоденься, и идем.




Алексей ходил тревожно-тревожно по комнате, он уже помылся, побрился, несколько раз примерял новый костюм, купленный на базаре в Ольшанке. Они тогда с Василем за хорошую цену сдали одному купцу мясо и на вырученные деньги обулись и оделись.
Ребята к нему зашли раньше намеченного часа, смеялись, подшучивали над ним, и время пролетело. Когда вышли во двор, там стояли еще несколько ребят. Время поджимало, он глазами искал Василия, но его не было видать.
- Не смотри, ушел наверняка. Он любит один ходить. Наверняка ждет тебя там, — сказал Иван.
- Нет, не мог он так без меня, побегу гляну, — сказал Алексей, подбежал к двери, дернул ее. Она была закрыта.
- Єства, тобі ж говорили, немає його, запізнимося, виженуть таких сватів, виставлять кавун, ганьба яка. Пішли, — потягнув за рукав Олексія, сказав Федот. — Він вже, напевно, перед Маланкою стрибає. (Тебе же говорили, нет его. Опоздаем, выгонят таких сватов, выставят арбуз, позор какой. Пошли, — потянул за рукав Алексея, сказал Федот. — Он уже, наверное, перед Маланкой прыгает.)
Шло сватовство, все веселились шутки со всех сторон шли, только жених был мрачен, говорил невпопад, все решили, что он сильно волнуется. Но он чувствовал неладное, да так, что под лопаткой пекло.




Маланья тоже не могла понять, у лучшего друга судьба решается, а его нет. Да и брат с Иваном странно себя ведут. «Если я сейчас уйду, Федот догонит меня и уже точно насильно заставит выйти замуж за своего непутевого дружка. Алексею тоже нельзя идти его искать. Маруська, как ни в чем не бывало, стоит, даже не переживает, где Василь. Может, знает, где он? Нет, ничего она не знает. Что делать?» — размышляла Маланья.
Тут забегает босой в латаных штанах с густыми кудрявыми, неизвестно когда мытыми волосами мальчишка лет двенадцати и, шустро пробежавшись через толпу любопытных, кричит:
— Дядька Василь, погреб у тебя горит, дым уже через дверь валит.

Первый выскочил Алексей, перегоняя его, бежала Маланья. Следом за ними сельчане. Кто-то уже стучал по железу, звон разносился по селу. Вот уже зазвонили колокола в церкви.
Маланью еле утащили от ворот погреба, трое ребят ее едва удерживали, она отчаянно вырывалась.
Алексей с двумя ребятами пробили цель в воротах, пламя сразу охватило ворота, и вот взрыв.
Едкий густой дым валил изнутри и клубнями с прорезами огня поднимался вверх.
У Маланьи ноги стали ватные, она упала в обморок.
Алексей с двумя парнями, облившись водой, забежали внутрь. Парни сразу выскочили назад. Подбежал Федот и, облившись водой, тоже заскочил внутрь. Остальные кто воду лил, кто землей засыпал огонь.
Маланья очнулась и рванула внутрь, но у ворот столкнулась с Алексеем и Федотом, которые вытаскивали бездыханного Василия.
По толпе собравших людей прошел стон.  Некоторые стали молиться, мужики сняли головные уборы, женщины завыли, как волки в лесу. Жуткая картина проплыла перед глазами Маланьи. Она с диким криком закричала:

- Не-е-е-ет, не может быть такого! Я не дам тебе умереть, Василь, слышишь, Васька, я же еще тебе не сказала, как сильно я тебя люблю. Я жить без тебя не буду! Василь, вставай.
Федот отвел в сторону сестру. К Василию подошел врач и поп.
Врач развел руками, поп перекрестил Василия.
- Где ж вы видали такого врача?! – отодвинув врача в сторону, тихо сказала Маланья. – Федот, иди сюда. Никому, видно, дела нет. Живого парня хоронить! Давай, как Петра выручали, давай, братик, век буду за тебя молиться.
- Алексей, помогай, — подозвал Федот Алексея, расстёгивая Василию верхние пуговицы рубахи, снимая с него пояс и опуская штаны. — Ложи его на правый бок спиной вниз с согнутой левой рукой и ногой. Да не бойся, быстрее двигайся и делай, что я говорю. Ему надо освободить дыхательные пути и исключить западания языка в гортань. Маланья, следи за рвотной массой. Так вы, Иван Петрович, не стойте столбом, вы врач, действуйте. Засужу вас за халатное отношение, быстро!
- Чего раскомандовался, — с легким раздражением сказал врач.

 В толпе зашумели на врача, и он быстрыми и четкими профессиональными движениями начал приводить в чувства Василия.

Все устали и поняв, что все усилия напрасны, отошли от Василия. Маланья от безумия схватила его за левую руку, таща его по земле не зная зачем. Василий закашлял.

Алексей стал всех отстранять подальше от Василия, говоря, что ему нужен свежий воздух. Маланья кинулась на Федота, обнимая его в благодарность, что он спас Василия.

5.

Василий быстро пошел на поправку, через семь дней он почувствовал силу. Он вышел во двор, голова еще кружилась. Не спеша подошел к сожженному погребу и дохнув еще не ушедшей гарью его тут же стошнило.

Тут же подбежала Мария.

- Нельзя тебе еще вставать да еще сюда подходить, давай домой, — сказала она так, будто хозяйка.

- Что-то я тебя не замечал, когда ухаживать за мной надо было. А сейчас смотрю, заботиться стала. Чего боялась, что умру, или как это оценить?

- Пошли домой, там разберемся. Видел он, ты видел, что сам себе придумал, ты меня называл Маланьей.

- Ладно, иди, Маруся, до дому своего, я уже сам справлюсь, — тихо сказал Василий.

- Давай покормлю и пойду.

- Иди, иди домой.

Во дворе послышались шаги, Василий сразу понял чьи, он их не перепутает ни с чьими их – это шаги Маланьи. Он быстро лёг на постель и притворился, что спит.
Маланья подошла к нему, пощупала лоб, вздохнула и подошла к иконе, перекрестилась, стала на колени и шёпотом читала молитву.
Василий смотрел на неё, и сердце сладко щемило. Он думал: «Маруся говорит, любит меня, а вот я никогда не видал, чтобы она молилась, просила Бога, чтобы дал мне исцеления. Если кто любит меня, так это Маланка».

Маланья встала с колен, подошла к Василию, перекрестила его и собралась уходить.
- Маланья, подойди ко мне, ты давно здесь? – чтобы не смущать Маланью, как будто только проснулся, спросил Василий.
- Васька, дорогой, ты очнулся? – подбежала к нему Маланья и от восторга положила голову ему на грудь.
- Тихо, тихо, а то подумаю, что правда дорогой, вот теперь придется сватов вести к твоим родителям.
- Чего это? От благодарности не надо. Веди сватов к Маруське.
- Твое желание для меня свято, - улыбаясь, шутя, произнес Василий. – Хорошо, сейчас встану и зашлю к ней сватов.
- Сейчас не надо, сейчас четное число, надо по нечетным числам, тогда счастье будет. Ты скажи, когда пойдешь, я хлеб, каравай спеку и рушник принесу. А хочешь, место свахи буду? - говорила Маланья с провоцированием вызова.
- Хочу, да, хочу, чтобы не место свахи была, а невестой моей была.

Маланья не смогла сдержать довольную улыбку, смутилась и хотела убежать. Василий встал, удерживая ее за руку, сказал:
- Что ты меня на куски разрываешь, что душу с меня вытаскиваешь наизнанку. Люблю тебя, ты это знаешь. Что за характер. - Пришлю сватов после уборки, только не смей тыкву преподнести, ты тогда меня больше не увидишь, уеду, забуду и не ищи потом. Братцу скажи, всё ему прощу.
- Он же тебя спас.
- Да сначала поджег, а потом спасать при тебе кинулся. Мне всё люди рассказали, и вот улика, — Василий вытащил из-под матраца пояс Федота.
- Дай мне, Василь, брат он мне. Я выйду за тебя замуж…
- Что, за брата испугалась? Я еще сватов не присылал к тебе, чтобы ты соглашалась, вот когда задумаю, пришлю, тогда ответ дашь. А сейчас уходи, жалостливая такая, иди, не стой как вкопанная. Иди.


продолжение следует