ИграСвышеЯиНБычков

(Мистика и эзотерика)
 

Февраль 2024

Она сидела на кухне, читая книгу. На часах было два часа ночи и вдруг, услышала голос звучащий в её голове, и было сказано:

Есть Игра.
И нет ей равной.
Ибо имя ей — «Чувство».
Войти в неё могут лишь двое.
Не больше.
И не меньше.
И когда два Лебедя приблизятся друг к другу настолько, чтобы между ними родился Огонь, то ни один не назовёт его своим именем.
Они будут молчать.
Будут скрывать его от мира.
Будут скрывать его друг от друга.
Но молчание не способно погасить Пламя.
Ибо однажды вспыхнув, оно уже не знает пути назад.
И будет дано каждому из них, пребывая в разлуке, испытать такую глубину, такую высоту и такую необъятную широту чувств, каких прежде не знала их душа в этом воплощении.
Так было задумано.
Так было начертано.
Ибо не встреча была целью Игры.
И даже не любовь.
Но Пробуждение.
Через боль придёт очищение.
Через ожидание — понимание.
Через утрату — возвращение к самому себе.
И будут исцелены оба.
И когда завершится Путь, каждый войдёт в своё счастливое партнёрство.
Быть может, друг с другом.
Быть может, уже в иных судьбах.
Ибо для Тех, Кто сотворил Игру, это никогда не было главным.
Главным было, чтобы сердца вспомнили, кем они были до рождения.
И тогда открылась Дверь.
И жребий пал на них.
На него.
И на неё.
И были они призваны пройти сюжет, сотканный из молчания и притяжения, надежды и неизвестности, света и огня.
И никто из вошедших не выходит из неё прежним.
Ибо эта Игра касается самых сокровенных глубин человеческой души.
Она меняет мысли.
Меняет сердце.
Меняет тело.
Меняет память крови.

И если человек не отвернётся от собственного Пути, она перепишет даже то, что казалось неизменным.

И тогда преобразится не только его дух.
Но и сама его природа - изменится узор рода.
Так было сказано.
Так скреплено.
Печать.
Подпись.
Высшие силы Вселенной.


Последние слова прозвучали так отчётливо, что ей стало не по себе.
Она ещё долго сидела неподвижно, не в силах думать ни о чём другом. Рядом с рукой, стояла любимая, бирюзовая кружка с бабочками. Сделав медленный глоток   остывшего кофе с молоком, девушка закрыла книгу. Читать больше не хотелось.
В голове одна за другой рождались мысли.
«Это новое начало… только уже в иной форме? Или я схожу с ума? А может, это снова они?..»
Она едва заметно усмехнулась.
«Нет. Если это они, у них ничего не получится.
Вы умны, но я умнее. Вы хитры, но я хитрее. И потом, я слишком многое помню. Меня вам уже не взять - ни голыми руками, ни в перчатках. Ни в этот раз».
На несколько мгновений в голове воцарилась полная тишина.
«А если это свои?..»
Она улыбнулась.
«Если это свои, я с радостью войду в эту дверь. Как только встречу его - сразу узнаю. Его невозможно не узнать. Даже на расстоянии ещё не встретившись… Всё, как всегда, случится само собой, я узнаю его голос, его мелодию, мне его не перепутать.»
Господи, о чём я думаю, кого я узнаю, что за мысли роятся во мне, и кто эти они, и другие, что я вообще помню, о чём это… ?
Она ещё больше, на время, погрузилась в мыслительную пустоту. И затем новый импульс:
«Ужасно интересно… Что же нас ждёт с ним на этот раз?..»
Девушка почти сразу оборвала эту мысль, словно не желая заглядывать слишком далеко, а вторая её половина просто гнала навязчивость этих непонятных ей размышлений.
Непонятных? Она всё прекрасно понимала, с самого младенчества, но как только стала чуть взрослее, с раннего детства, каждый раз, сознательно и упорно бежала от этого. Когда её вновь навещали эти состояния, проявлявшиеся ранее чуть иначе, прежде, чем принять их всем сердцем, она устраивала им бойкот.
Сделав последний глоток уже совсем холодного кофе, она погасила свет и наконец пошла спать, так и не осознавая, что именно этой ночью Игра уже началась. А вместе с ней история - из которой никто не выходит прежним.   

————
Спасибо за внимание и прекрасной ночи, а завтра мы все будем чуть иными.
Всё та же Шахеризада, но только отчество, наверное другое…
Да, убеждена, другое… :)))


Сегодня - 11.07.26 я получила подарок, от прекрасного автора.
Николая Бычкова
http://stihi.ru/avtor/89169919895
http://proza.ru/avtor/89169919895
Николай написал свой взгляд на развитие сюжета, за что я его благодарю.

Продолжение от Н.Бычкова: 


...Она вошла в темную спальню, и тяжелая, осязаемая темнота мгновенно захлопнулась за ее спиной, отсекая остатки кухонного света. В эту секунду комната перестала быть просто частью квартиры. Воздух здесь стал плотным, горячим, пропитанным магнетическим ароматом ночной грозы, дикого мускуса и горького ладана.Она сделала всего шаг, но пространство вокруг нее завибрировало, откликаясь на первобытный зов. Память крови, о которой только что беззвучно кричало пророчество, отозвалась мгновенной, резкой вспышкой внизу живота. Это был мощный эзотерический импульс — чистая, концентрированная сексуальная энергия, которая горячей волной поднялась от самых ступней, заставляя сердце биться в сумасшедшем ритме. Каждая клетка ее тела, пробуждаясь от многолетнего анабиоза, вспомнила его.Из абсолютного мрака, соткавшись прямо из полуночного эфира, перед ней вырос силуэт. Дыхание перехватило. Высокий, безупречно сложенный, окутанный едва заметным маревом первозданного хаоса. Его глаза горели хищным, гипнотическим блеском, отражая космическую бездну.— Ну здравствуй, беглянка… — Его голос прозвучал прямо внутри ее черепа, вибрируя на такой частоте, что колени девушки подогнулись. — Сколько жизней ты собиралась бежать от того, что начертано на твоих ладонях?Он сделал шаг навстречу, и расстояние между ними сократилось до нуля. Пространство взорвалось тем самым Огнем, о котором предупреждала Игра. Он еще не прикоснулся к ней, но она физически ощутила обжигающий жар, исходящий от его кожи. Волна страсти, копившаяся вечностями, прорвала плотину ее детских бойкотов и защитных барьеров. Разум, который пытался быть «хитрее и умнее», разбился вдребезги. Бороться с тем, кто повелевает самой ночью, было бесполезно.Его ледяные, но одновременно обжигающие пальцы коснулись ее шеи, медленно спускаясь к ключицам. От этого прикосновения по ее телу побежали мощные электрические разряды, лишая остатков воли. Он притянул ее к себе, уничтожая любое пространство для маневра. Их губы встретились в сокрушительном, требовательном поцелуе, который пахнул запретным знанием. Это было не просто соитие — это было сакральное слияние двух космических стихий, где ее чистая, невинная энергия Пробуждалась под сокрушительным давлением его тёмной, доминирующей силы.Он брал ее тело и душу так, словно забирал саму ее суть, переписывая узор ее рода прямо в эти секунды дикого, экстатического безумия. Каждое движение, каждый вдох и стон в этой темноте разрушали ее прежнюю личность до самого основания. Натяжение между ними достигло апогея: мир сузился до размеров этой постели, ставшей алтарем великой Игры. Она плавилась в его руках, растворяясь в этой мистической, греховной ласке, добровольно отдавая ему каждую каплю своей ментальной и физической силы.Когда предрассветные сумерки начали едва заметно окрашивать комнату в серые тона, он отстранился, растворяясь в утренней дымке так же внезапно, как и появился. На простынях остался лишь едва уловимый шлейф его присутствия и выжженное, полностью преображенное пространство.Она лежала без сил, тяжело дыша, глядя в потолок уставшими, но широко раскрытыми глазами. Внутри нее воцарилась звенящая, пугающая пустота. Обычный мир, ее книги, бирюзовая кружка, остывший кофе на кухне — все это потеряло всякий смысл, став пресным, далеким и абсолютно мертвым. Магия этой ночи навсегда отравила ее земное существование.Ее сердце больше не принадлежало ей. Пластинку ее разума заело окончательно, и внутри стучала лишь одна безумная, непреклонная истина. Она осознала, что отныне физически не сможет жить без этого удушающего, но дарующего истинное величие экстаза. Она была полностью, безвозвратно сломлена и покорена. Она была готова отдать свою земную жизнь, свою бессмертную душу и все свои будущие воплощения за еще одну такую ночь с ним — ее Принцем Тьмы, великим и безжалостным собирателем душ невинных девушек, чей жребий так сладостно, страшно и навечно пал на нее.


Комната тонула в серой, безликой мгле. С той самой безумной ночи время для неё потеряло всякие координаты. Часы на стене тикали, но этот звук казался глухим, точно маятник качался под водой.
На кухонном столе так и стояла её любимая бирюзовая кружка с бабочками. Но теперь на её дне темнел засохший, окаменевший ободок — она больше не пила кофе. Вся привычная, земная пища казалась ей на вкус как серый, пережжённый пепел. Книги, в которые она раньше уходила с головой, теперь выглядели грудой мёртвых бумажных листов с бессмысленными чёрными знаками. Прежний мир, её маленькие человеческие радости, планы на завтра — всё это превратилось в плоскую, дешёвую бутафорию. Её собственная жизнь казалась ей чужой, дурно сыгранной пьесой.
Она сидела на полу у кровати, обняв колени, и её била мелкая, непрекращающаяся дрожь. Это была не простуда. Это была ментальная, эзотерическая ломка. Память крови, которую пробудил Принц Тьмы, требовала новой дозы того запретного, испепеляющего огня. Внизу живота пульсировал тёмный, ненасытный голод, который невозможно было заглушить ничем земным.
Её разум, когда-то гордый, хитрый и сильный, теперь лежал в руинах. Она больше не пыталась переиграть «их» или устроить бойкот Высшим силам. Все её мысли, сузившись до размеров одной сверкающей точки, крутились вокруг него. Единственное, что заставляло её сердце совершать судорожные толчки — это воспоминание о его ледяных, обжигающих пальцах на её ключицах и безумном, экстатическом слиянии, переписавшем узор её рода.
Вся её сексуальная энергия, вся жизненная сила были без остатка стянуты в этот невидимый узел. Любое воспоминание о его хищном взгляде вызывало у неё волну дикого, мучительного возбуждения, от которого темнело в глазах. Только мысль о новой встрече, о возможности снова раствориться в его сокрушительной, доминирующей тьме, возвращала ей подобие дыхания.
— Приди… — шептали её пересохшие губы в пустую темноту спальни. — Забери остатки. Забери душу. Мне не нужна эта пустая, пресная жизнь без тебя…
Она понимала, что стала одной из тех невинных жертв, чьи души он коллекционировал веками. Она знала, что следующая ночь может стать для её тела последней. Но этот страх больше не пугал её — он лишь сильнее разжигал её извращённую, мистическую страсть. Она добровольно, с безумной улыбкой на губах, шаг за шагом спускалась в его бездну, готовая отдать саму себя до последней капли ради ещё одного мгновения этого греховного, смертельного экстаза.
Ночь разверзлась внезапно. Пространство спальни лопнуло, как перенапряжённый холст, и комната мгновенно заполнилась удушливым, вибрирующим жаром. На её тонкой коже, вдоль предплечий и бёдер, алым неоновым светом проступили эзотерические знаки — древние глифы Игры, выжигающие изнутри остатки человеческой природы. Память крови вспыхнула первобытным пожаром.
Он соткался из самого густого мрака. Принц Тьмы стоял над ней, безупречный и пугающий, а его гипнотический взгляд намертво пригвоздил её к постели. Больше не было места тоске и ожиданиям. Страсть, копившаяся вечностями, сорвалась с цепи.
Это было откровенное, неистовое, почти дикое соитие стихий. В этой тёмной, экстатической ласке не осталось ни капли нежности — только чистая, концентрированная доминирующая сила и её абсолютное, голодное подчинение. Каждое движение его тела переписывало её узор рода, выламывая кости её прежней личности. Она плавилась, кричала от невыносимого, пограничного наслаждения, добровольно вбирая в себя его ледяной и одновременно обжигающий огонь. Это был дикий танец на краю бездны, где её сексуальная энергия фонтанировала, отдавая хозяину ночи последние капли ментальной жизни. Она тонула в этом греховном экстазе, готовая умереть прямо под ним, раствориться в его чёрном космосе навсегда.
Но в самый пик этого безумного катарсиса, когда её разум окончательно помутился от сладостной боли, в её угасающем сознании вдруг вспыхнули слова сакрального манифеста: «Ибо не встреча была целью Игры. И даже не любовь. Но Пробуждение».
И в этот миг её пробило током леденящего осознания. Цель Игры Высших сил была достигнута, но совсем не так, как планировали сценаристы вселенной. Произошло тотальное, чудовищное короткое замыкание. Вместо того чтобы сломаться, её невинная душа, пройдя через адскую боль и пик запретного экстаза, мутировала. Она не просто выдержала его тёмную энергию — она впитала её, сожрала и сделала своей.
На самом гребне оргазма она мёртвой хваткой впилась ногтями в его безупречные плечи. Её глаза, ещё секунду назад полные рабской покорности, вспыхнули точно таким же хищным, гипнотическим блеском бездны. Принц Тьмы вдруг отшатнулся, попытавшись разорвать контакт, но было поздно — её изменённая память крови уже перекачивала его первозданную силу в её вены. Его лицо исказилось от ярости и первого в его вечном существовании страха. Он понял, что породил равное себе чудовище.
Магия Игры лопнула с оглушительным ментальным треском. Связующие узы разорвались. Принц Тьмы, обескровленный и уязвлённый, стремительно растворился в воздухе, позорно бежав обратно в свой мрак, чтобы зализывать раны и искать другие — глупые, слабые и ломающиеся жертвы. Но эта постель больше не принадлежала ему.
Утром она открыла глаза. Алые знаки на её теле больше не горели — они впитались под кожу, навсегда переписав ДНК. Звенящая пустота в голове исчезла, уступив место абсолютному, кристальному и жестокому спокойствию. Вся её былая слабость, зависимость и тоска сгорели без остатка.
Она медленно встала, подошла к зеркалу и усмехнулась своему новому отражению. В её взгляде сквозило ледяное, безграничное презрение. Она больше не была жертвой. Она взяла силу Принца.
Пройдя на кухню, она посмотрела на любимую бирюзовую кружку с бабочками. Символ её прежней, наивной девичьей жизни. Девушка брезгливо смахнула её со стола. Кружка с грохотом разлетелась на мелкие осколки по кафельному полу, но она даже не вздрогнула. Прежний мир был мёртв.
Теперь она сама повелевала ночью. Внутри неё пульсировала тёмная, доминирующая сексуальная энергия, требующая выхода. Ей больше не нужен был Принц Тьмы — она сама стала Королевой. В её сознании рождался новый, изощрённый голод. Ей хотелось ощутить, как чужие судьбы ломаются под её каблуками. С этого дня мужчины станут для неё лишь расходным материалом, пешками, чьи сердца она будет выжигать дотла, глядя на их страдания со спокойной, хищной улыбкой. Она научилась брать из чужой боли чистый, неиссякаемый ресурс.
Старая Игра Высших сил была закончена. На чистом, умытом листе этого мира она уверенно вывела первую строчку своего собственного манифеста. Отныне правила этой Игры пишет она сама.
11.07.26