Кто как женится. Когда мать - знахарка

Мама, а когда я вырасту, меня будут звать Шурина Петровна?
Никифоровна улыбнулась: - Какая Шурина? Ты будешь Александрой Петровной! Как твоя бабушка. 
   Женщина погладила каштановые кудри своей младшенькой: уже тринадцатый год пошёл, а она  худенькая, тоненькая...И впрямь, вся в бабушку... Как хочется, чтобы дочка была всё же счастливее своей старенькой тёзки... И старшей сестры... Мать  с отцом уже  ох, как немолоды...
 
   Александр, сосед, сын друга семьи - Семёныча, пригласил Павловну с Феоктистовичем  на свадьбу. На свою свадьбу. Как крёстную мать и крёстного отца. Женщина удивилась: никто на селе  ни разу не видел, чтобы Сашка, теперь уже капитан милиции, с девками гулял. Он вообще был необщительный. Пока младший Витька с уличной детворой гонял, за девчатами бегал,  старший сидел дома. Или уходил на рыбалку с дядькой Яковом. Сашка увлекался и  резьбой по дереву. Читал. Сам учился играть на гармошке. Сам себе играл. В клубе выступал на концертах. Но редко - не любил шума и большого скопления народа. Напрасно местные красавицы хихикали вечерней порой у калитки. Сашка отодвинет шторку на окне, глянет, усмехнётся и опять закроет. Когда в армию парня провожали, ни одна из девушек не припала к груди новобранца. Не пообещала ждать. После армии он  поступил в  школу милиции. Работал в районе. Видимо хорошо работал, потому что в двадцать восемь лет уже капитаном был. Мотоцикл купил с люлькой. Значит, деньги водились. Наверное, подвиги совершал - об этом бывший Сашка никогда никому не рассказывал. Но награда была! Его мать как-то проговорилась перед соседками - не без гордости. У Павловны духу не хватило спросить сурового нелюдимого соседа про невесту. Надо будет к Тамаре сбегать - может та чего и слышала...

       Разговоры о свадьбе очень заняли всех соседок. Провожая и встречая коров, отбиваясь от комаров, с карманами, полными семечек, женщины до темноты судачили о последних новостях и о грядущем событии. Строили догадки и предположения. Потому что про невесту никто ничего не знал! Даже Феоктистович не смог добиться правды у крестника. Мать Сашкина, Валентина, стопок накупила, а про кандидатку в жёны ни словом не обмолвилась. Сын сказал: готовься к свадьбе! Вот деньги!
- А дальше - его дело,- пояснила Валентина Сидоровна, поправляя цветную косынку, - Час придёт -невеста будет!
Правда, заметили соседи, что Александр Николаевич стал вдруг в клуб на танцы ходить.
- Да только не танцует он! Сидит и глядит! - докладывала вездесущая Тамара.
-Высматривает! - после некоторых споров разом решили женщины. А чего высматривать, если у него такие соседки подросли! Выбирай! У Павловны- двойня, обе студентки. У Веры дочка Людка - кровь с молоком!  У Ивана вообще  четверо девок - одна за другой... Что капитану надо? Может, уже высмотрел?
Соседки судили -гадали, а Александр Николаевич, сняв китель с погонами, опять шёл в клуб...
   

Шурочка, или Саша, как с некоторых пор представлялась девушка, после десятого класса мудрить не стала: закончила училище, шить научилась и пошла работать в районное ателье. Себя одевала и сестёр не обделяла вниманием. Какой институт? Пожилые небогатые родители... Им бы скорее отдать дочку в надёжные руки и спокойно стареть дальше.
Саша расцвела в свои восемнадцать как цветок в первую в жизни весну. Да, она осталась тоненькой и худенькой, с копной кудрявых непослушных волос. Но уже угадывалась в её облике будущая красивая женщина, лёгкая и подвижная. Голосистая - а петь она всегда любила. Впрочем, как все в её семье. Среди шефов, приехавших на подмогу в совхоз, Саша была очень популярна, никогда на танцах не сидела, и в провожатых недостатка не было. Александра смеялась, отбиваясь от самых настойчивых: руку и сердце? Рано мне ещё... Гуляй! Свободен! И кружилась в своём новом сарафане в горошек, или в платье небесно-синего цвета. Хороша!
     Шурочка не торопилась замуж. Старшая сестра рано вдовой стала: муж однажды взял и застрелился. Почему? Зачем? Двое деток остались без отца... Другая сестра попала в пьющую семью и похоже, уже сама втянулась... Брат Иван дочек один растит: его жена Галя закончила жизнь в петле за дровяником... Разные слухи ходили. Скорее всего, надоели ей скандалы и гульки благоверного... Как женился другой брат Валерка - отдельная история. Однажды решил стать мужем. Как же - все дружки уже семейные! Пошёл по дворам. Какая согласится - ту и возьму. Похоже, Катя вышла за Валерку, чтобы позор свой спрятать. Вот и ходит уже больше десяти лет с опущенной головой... И никому в той семье радости нет. Мать с отцом частенько скандалят...Нет! Замуж Саша не хотела. Потому на концертах звонко выводила со сцены «Один раз в год сады цветут...» и топала каблучками под эстрадные шедевры на танцах по пятницам -субботам в окружении поклонников и с полным отсутствием мечты о замужестве.

      В этот июльский вечер в дом к дядьке Петру и тётке Наде кто-то постучал. Скрипнула дверь - на пороге стоял Александр в форменной одежде, сдержанный и серьёзный. Милиция! Кто из хулиганистых внуков вынудил представителя власти явиться прямо домой? Пожилые супруги ещё строили догадки,который из троих подрастающих хулиганов мог стать поводом для разборок. а капитан присел на табурет и сразу выдал причину своего появления в доме под высокими тополями на другом конце центральной сельской улицы.
     - Пётр Савельевич, Надежда Никифоровна, я хочу жениться на вашей дочери.
«На Вере? Так у неё двое деток...» - заметалась от неожиданности мать. И вдруг:
- У меня серьёзные намерения в отношении Александры Петровны, - продолжил гость.
Ещё некоторое время он рассказывал о планах семейной жизни, о возможных выгодах своего предложения.
- Да она ж дитё совсем! - не выдержал Савельевич.   
- Она уже очень красивая девушка. Мне нравится. Я ходил в клуб, имею представление, - отозвался капитан. Стало понятно, что парень всё обдумал и так просто не отступит. Недолго объяснялся Александр. Встал и предупредил: завтра приду со сватами.      
     Гость ушёл, и Никифоровна дала волю слезам. Нет, не потому, что осознала: дочка выросла. Мать не могла допустить, чтобы Александра стала несчастной, чтобы муж ей попался никчёмный и ненадёжный, какой-нибудь заезжий гуляка с нехорошими привычками, обольстивший девчонку  и обрёкший на страдания... Лёжа в темноте на пуховой подушке, мать вспоминала, как выходила сама замуж, как выдавала старших дочек. Видела рано поседевшие виски одной, и мутные хмельные глаза другой своей девочки. В ушах слышалось «Александра Петровна» - так ни один из зятьёв не обращался к своей жене. Слушала Никифоровна, как под окнами дома, под тополем на лавочке, в темноте, шепчется парочка, как смеётся её девочка, Александра Петровна, в ответ на комплименты провожатого... Нет! Шура будет счастлива! Тётка Надя полезла под кровать и вытащила старый потёртый чемодан. Покопалась, не зажигая света, достала тетрадь... Надо сделать всё, чтобы дочка завтра не смогла отказать серьёзному и самостоятельному человеку из порядочной семьи, при должности и с крепкой роднёй. Они не обидят дочку! Ну и что, что разница в возрасте почти десяток лет! Муж тоже старше Никифоровны на восемь лет.  И такой слабый в последние полгода... Надо действовать...Прости , моя девочка...Прости меня, Господи.... 

       
        Завтра была суббота. По традиции в сельских дворах в этот день висело и сохло свежевыстиранное бельё, над банями курился лёгкий дымок. Вернутся мужики с покоса - а тут и помывка с парком, и небольшое застолье. В одном дворе пахло пирогами, в другом поспевали пышки со сметаной.  Шныряли мимо картофельных грядок разгорячённые тела с полотенцами на спине, с вениками в руках. Запотевшие банки с холодным квасом смирились с участью быть изъятыми  и оказаться на столе рядом с пупырчатыми огурчиками и отварной картошечкой с укропом.   
Уже в лёгких сумерках Александр с другом в сопровождении матери, её брата  вышел и направился в дом под высокими тополями. Павловна, стоя у калитки, наблюдала за компанией, а потом остановила соседского мальчишку Серёгу на велосипеде:  поезжай и узнай, куда они свернут...  Уселась на лавочку в ожидании новостей, отменив «Поле чудес» и концерт по телевизору. Сегодня секрет будет разгадан!


Шура не пошла на танцы.  Так настояли отец с матерью. Пришлось поплакать, но слёзы не помогли. Будто под гипнозом девушка навела порядок, приняла участие в подготовке застолья. Ей казалось, что  происходящее сегодня  - сон. Завтра она проснётся - и всё будет по-прежнему. И на новую блузку силы найдутся. И концерт в клубе - неужели без Саши? Иногда в душе просыпалось почти детское любопытство: как вообще сватают? Почему парень выбрал её? Что он скажет? Девушка в последнее время часто видела Александра в клубе. Молчаливый, серьёзный, он казался ей чужим и непонятным дядькой, который и на танцы - то попал случайно. Как в погоне за бандитами забежал, и забыл зачем забежал. Моментами глаза наполнялись слезами. Непонятное беспокойство и тревога стучались изнутри. Отчего? Все живы - здоровы. Тогда почему в глазах матери читается непривычная то ли нежность, то ли жалость? Почему  малиновый кисель сегодня особенно сладкий, а новый пузырёк с духами, утром  подаренный матерью дочке, такой ароматный...
Когда уже и стол был накрыт, и любимый сарафан лежал наготове, Саша вдруг разрыдалась. Никифоровна сидела рядом, гладила дочку:
- Шура, милая...  не плачь... Замуж когда-то надо... А тут серьёзный самостоятельный человек. Не бедный, надёжный... Мы -то старые уже...А он о тебе позаботится. Одной ох как тяжко...Будешь хозяйкой...Всё сладится. Я помогу...
Тётка Надя напоила Шуру любимым киселём. Александра вроде бы успокоилась. Она сидела на кровати, понимая, что мама права. Что матери  лучше знать. Девушка гладила свою любимицу, трёхцветную кошку и ещё надеялась, что никто не придёт, ничего не будет. И скоро всё забудется. Эх, зря не уехала тогда... Она не знала, что брат и отец сидят во дворе и зорко следят за окном и дверью - вдруг невеста задумает убежать...А сёстры, хихикая, шепчутся в соседней комнате. Им Шуру совсем не жалко...
         
       Не сразу показалась Александра. Но слышала как басистый говорок брата матери  с порога представил, по традиции, причину появления в доме гостей. Родители ответили принятыми фразами.  Наконец сестра Вера позвала Сашу. Девушка вышла и   по лицам поняла, что дело практически решено. Отказать? Умоляюще слезились глаза матери. Покашливал нездоровый отец. На столе -  подарок жениха, золотые серёжки. Завистливо косится на них сестра...Осторожно улыбается солидный жених. Затем обсуждали и планировали. Через две недели Шура станет женой...
               
    По настоянию родителей дочка взяла отпуск на работе и уехала к тётке в соседнее село. На всякий случай. Полногрудая тётя Поля взялась «обрабатывать» племянницу. Как будто невзначай заводила тему о замужестве, приводя многочисленные примеры неудачного брака и счастливой семейной жизни. Убеждала девчонку в правильности и надёжности выбора. Когда её муж Иван пытался вставить слово, отмахивалась: куда тебе до капитана!  Шура, сидя за швейной машинкой, отшивала ночнушки , наволочки, простыни. В восьмидесятые уже чувствовался будущий дефицит, а запас карман не тянет... Трижды приезжал Александр. Привозил подарки. Приглашал гулять. Саша не хотела уходить с почти чужим далеко от дома. Здесь, на лавочке под кустами георгин, слушала рассказы о буднях милиции. Она не позволяла себя обнимать, вырывала руку, почти не смотрела в глаза жениху. В последний приезд слёзы вдруг полились из глаз. Девушка уцепилась худенькими ручками в гимнастёрку и трясла, трясла парня: зачем я тебе? Не мил ты мне! Отпусти...   
Александр Николаевич схватил невесту за маленькие кулачки: я уже решил, ты дала согласие. Позор нам ни к чему... И ни слова о чувствах. Будто не жену берёт, а новый забор задумал городить...

В назначенный день Павловна с мужем пошли на свадебное торжество к соседям, а её дочки двойняшки, к Шурочке. Сидя во дворе, девчата не переставали удивляться: как это их бывшая одноклассница самой первой замуж выходит? И за кого?
У капитана давно сложилась репутация если не женоненавистника, то уж точно избегающего заигрывания с девчатами. Зато  брат его Витя - вот это весельчак и балагур! Куда как лучше старшего... Особенно, когда тельняшку наденет по старой памяти, да пройдёт улицей...Кавалер! 
На регистрации в загсе девчата не были. Когда подъехала машина , Шура осталась у родителей, а жених направился домой. В назначенное время молодые сойдутся для общего веселья. Сколько потом не случалось свадеб, печальнее не было ни одной. В комнате за столами плакала невеста. Она сорвала с себя фату и выбросила в окно. Прибежавшие сёстры шипели змеями, водружая наряд на место. Тётка размахивала перед лицом племянницы красными руками, требовала не позорить семью и солидных людей. Отец напился и спал в бане. Девчата сидели молча, не зная , как себя вести: плакать вместе с невестой или всё же пытаться веселиться: не на похороны пришли! Решили дружно напиться - другого способа  разогнать тоску на ум не пришло. Александра выскочила из-за стола, побежала в кладовую...Тётка Надя догнала , взяла дочку за руку и увела на время. Не мешайте! Всё будет хорошо! Подружка невесты Наташка догадалась: мать, известная знахарка, наверняка сейчас будет решать проблему своим способом... Девчонки ахнули и притихли.
 Саша больше не плакала, не кричала...Почти весь вечер пряталась за огромным букетом георгин, сидя рядом с мужем...  Зато Александр показал себя: взял  гармонь, играл и пел, удивляя гостей и утешая обеспокоенных родителей невесты, уже тестя с тёщей. Схватил на руки и кружил юную жену, кружил, кружил... Может, всё и сладится...


Никифоровна заболела. Не то,  чтобы боли мучили. Тяжесть тяжкая навалилась, да так, что вдохнуть не даёт, рук не поднять. Внук сбегал за Трофимовной.
- Ты что это, подруга? Рановато засобиралась... Внучка у тебя родилась, Савельевич на поправку пошёл...
- С чего ты взяла? Никуда я и не собираюсь...А вот поговорить мне нужно... Только о нашем разговоре никому ни слова. Обещай!
Тётка Надя села на край кровати.
- В одном ты права - долго я не проживу.  Давно про то знаю. Грешна я перед Господом, и не раз грешна...Думаешь, отчего детям моим счастья в жизни не случилось? Когда - то женила я на себе Петра. Мать помогла. Да и детям моим помогла... Только недоброе это дело. Шуру ведь  я замуж отдала не без помощи своего знахарства. Там, под кроватью, чемоданчик, тетрадка одна... Я эту тетрадку сожгу - девкам моим она ни к чему. Злые они. Сердитые. А вот этот листок невестке своей передай...Она у тебя добрая. Предлагала ей перенять все мои заговоры. Да не захотела Татьяна, не захотела... На листочке три заговора. Отдай - коли захочет, использует. А нет - так и не надо.
Трофимовна  ни разу не видела подругу такой серьёзной и грустной. Звонкий крик Никифоровны то на мужа, то на детей , а потом на внуков часто слышался на другом конце села. Маленькая ростом, она могла пустить в ход и маленькие свои кулачки. Много лет лечила всех, кто приходил за помощью - грыжу заговаривала, рожу, от испуга лечила. Да мало ли! Певунья, она на всех свадьбах и крестинах в голос распевала русские и украинские песни. Весёлая была женщина!
И вот сидит она, ставшая ещё меньше, на своей кровати. Морщины на щеках заполнили слёзы. Яркая косынка слетела с головы и увядающим букетом лежит на подушке.
- Петру тоже ничего не говори...Он ещё поживёт... Я помогаю ему, только он не знает. Иначе не примет помощь...Главное скажу: однажды Шура с Верой придут к тебе. Спрашивать будут. А ты и скажи: в своём старом дворе, здесь, пусть не живут. Дом или продадут, или же в наём сдадут. Шура пусть переедет с муждем к свекрови. В том дворе её семейное счастье. Там её силу я сохраню. Да и свахе скоро помощь потребуется...
Никифоровна закрыла глаза. Помолчала. 
- Не надо  Шуре на меня обижаться. С Сашкой она всю жизнь будет жить...Ещё потом оценит...А мы с тобой - по стаканчику! Да споём, что ли... Песня - она в радости и горести....
Хорошо посидели женщины. Посмеялись и попели.   
А поздним вечером, после скандала с внуками и мужем, Никифоровна не выдержала, достала из коробки таблетки, набрала целую горсть...


Павловна удивилась, когда однажды Сашка с женой и детьми переехал к Сидоровне в дом напротив. На вопрос Сидоровна отмахнулась: кто меня спросил? Пусть живут. Скоро зычный голос Александры Петровны стал раздаваться по всей улице. Она быстро установила свои порядки, организовала родню, взяла верх над мужем. Счастлива ли ? Свою семейную жизнь женщина ни с кем никогда не обсуждает.  Скоро выдаёт замуж свою старшую. А жить молодые будут рядом, в доме деда. Всё сложится как надо!