Глава 1
Месяц Прощения подходил к концу. Хвала Всевластителю, в этом году холодные ветра и снежные бури сжалились над смертными, позволив теплу прийти куда раньше положенного. Быть может, наблюдая за страданиями смертных, Кайрен Менра решила порадовать отягощённых порочными желаниями обитателей Данмара.
Поварин в короткие сроки стремился восстановить южные земли и укрепить восточный рубеж. Приграничные земли, на долгое время оставленные без внимания вельмож и правителей Поварина, практически полностью отошли под влияние Умрата. Поговаривали, что селяне без сомнений и страхов пускали к себе глашатаев и воинов из княжества Гелона, а в некоторых деревнях даже начали собирать дань в казну Умрата. Если и дальше закрывать глаза на проблему Гелона, в скором времени может начаться полномасштабная экспансия в земли Поварина.
Войска, которые Равир распорядился разместить на юге северного княжества, чтобы те не позволили воинам Поварина пройти в Духарт в случае поражения на арене, переформировали. Часть из них отправили в столицу – защищать командиров и, заодно, уровнять шансы в случае предательского разрыва договорённостей двух княжеств. Других отправили на юг, чтобы они помогали новым союзникам восстанавливать поселения и поля, которые в скором времени должны были начать готовить припасы к долгой и изнурительной войне.
Наргилос, являвшийся главной угрозой для Духарта, также пришёл в движение. От соглядатаев и неизвестных союзников, до Равира начали доходить вести о сборе войск князя Домура у границ Духарта. Барон Лавиш, защитник восточных уделов, всеми правдами и неправдами избегал встреч с представителями Наргилоса, а его солдаты активно выгоняли глашатаев Домура из поселений. По всей видимости, разбойничья чума, захватившая земли южного княжества, на данный момент интересовала узурпатора больше, чем мелкое соседское княжество.
Желая выяснить, какими идеями сейчас живёт его народ, и что предпринимают оставшиеся без внимания бароны, князь Равир с частью своего войска ринулся на юг, оставив в Поварине в качестве своего представителя барона Хагена. Властитель северных земель Духарта руководил восстановительными работами поселений на юге Поварина, следил за соблюдением воинского устава, а также проверял исправность переправки продовольствия, лекарств и строительных материалов. На первый взгляд казалось, будто бы Хаген стал полноправным правителем Поварина, однако его деятельность, скорее, походила на работу главенствующего над лесопильней.
Хотя Равир забрал с собой внушительную часть войска, страшась в пути нарваться на разбойничьи шайки или шпионов из Наргилоса, в столице Поварина осталось равное количество солдат из северного и южного княжеств. Если бы вельможи подговорили княгиню Верию, получившую титул через неделю после гибели брата, поднять мятеж в отсутствие правителя Духарта, подчинённые Равира смогли подавить мятеж.
Грутен, Ягонрута, Талив, Хаген и, конечно же, сам Рандар остались следить за соблюдением соглашений мирного договора между Поварином и Духартом. К счастью, двух малознакомых и малоприятных Рандару командиров Равир забрал с собой, вместе с наёмником Могином, чьего весёлого нрава солдатам часто не хватало.
После гибели в битве барона Мириена, новым защитником западного удела Поварина назначили Малега, дальнего родственника бывшего барона, наследника богатой династии купцов, которые ещё с основания северного княжества вели торговые дела с гномами, ваулирийцами и даже эльфами. Хотя после начала гражданской войны в Вундрате многие королевства и царства перестали вести торговлю в открытую, не желая связываться с одной стороной конфликта, по удивительным обстоятельствам, доходы семьи новоиспечённого барона Малега нисколько не убавились.
Баран Малег, вошедший в состав правления княжеством вместе с княгиней Верией, казначеем Демутом, командиром княжеских войск Бальмуном и баронами Гарилом, Панвином и Турагом, руководили всеми делами Поварина. Сохранение суверенитета вельмож северного княжества являлось манипуляцией князя Равира с целью повышения доверия к его персоне, что было понятно всем.
Впрочем, ни один совет Поварина не собирался без барона Хагена, командира Грутена и некоторых других офицеров, которым, впрочем, необязательно было присутствовать на каждом собрании.
Рандар долгое время восстанавливался после тяжёлого ранения в битве с наследником Будином. Разрезанный бок не позволял наследнику Наргилоса долгое время стоять на ногах, не позволял работать и тренироваться, мешал нормально есть и даже спать. Постоянные кошмары, жар, слабость – к счастью для юного командира, никто не замечал, как он воровал вино с кухни Дома вельмож, где до сих пор пребывали командиры Духарта. Когда в очередную ночь он не мог уснуть из-за боли или жара, Рандар напивался и засыпал. Хотя частенько бывало и так, что после возлияний юноша бежал в туалетную комнату, где на протяжение пары часов извергал из себя всё выпитое.
Княгиня Верия, как не сложно догадаться, не жаловала у себя Рандара. Он был лишь на одном, самом первом совете, да и то на нём присутствовали все вельможи и командиры двух княжеств, так что его приглашение было лишь формальностью. Тем не менее, княгиня помнила об услуге, оказанной убийцей её брата. Именно после их личной беседы и обещаний Рандара надавить на Равира, требования правителя Духарта стали мягче, а его речи более уважительными. По всей видимости, Рандар с другими командирами разъяснили правителю Духарта все риски, с которыми он столкнётся, если будет наседать на вельмож соседнего княжества. Впрочем, несмотря на это, отношения двух западных княжеств оставались сильно натянутыми.
Испытывая к убийце брата злость и ненависть, но в то же время понимая, что личные претензии в данной ситуации придётся отодвинуть назад, княгиня Верия за весь месяц отправила наследнику Наргилоса несколько писем, которые передавались от служанки Ливы её близкому другу-любовнику стражнику, а затем оруженосцу Рандара - Зегиру.
В обращениях княгиня в весьма формальном порядке навязчиво просила юного командира объяснить своим подчинённым и товарищам командирам, почему в нынешнее время не стоило разводить ссоры на базарах, зацепляться языками с жителями города, а также устраивать пьяные драки и пиры. Пока княжества не привыкнут друг к другу и не свыкнуться с мыслью, что теперь бывшие враги стали союзниками, лучше вовсе не привлекать к себе лишнего внимания.
Под самый конец месяца Прощения, когда Рандар приноровился, пускай и хромая, ходить без помощи трости, ему пришло очередное письмо от княгини Верии. Зегир, который за последние недели успел наизусть выучить центральные улицы города, тяжело дыша, передал господину конверт с сургучной печатью, изображавшей пчелу.
- Стражник, который передал мне письмо, - настороженно говорил Зегир, - был очень напряжён. Уж не знаю, что ему известно, но, кажется, в письме что-то очень важное.
Рандар благодарно кивнул, подошёл к комоду, стоявшему возле кровати, вытащил из верхнего ящика небольшой кинжал и вскрыл конверт. Разложив бумагу, наследник Наргилоса принялся за чтение письма:
«Почтенный Рандар, командир войск Духарта, наследник княжеского трона Наргилоса, союзник княжества Поварин – ставлю Вас в известность. Утром наступившего дня ко двору пришло письмо от князя Равира, защитника княжества Духарт. Правитель южного княжества стоит в трёх днях пути от столицы, и в скором времени он намерен всерьёз заняться вопросом ведения дальнейшей войны. Поскольку мы условились сотрудничать во благо наших подчинённых и товарищей, призываю Вас в скором времени явится на совет, чтобы определить наши дальнейшие действия».
Как правило, княгиня Верия писала очень аккуратно, изящно выводя каждый крючок и выразительную петельку, и лёгкой рукой изображая изысканный текст с наклонном, как обязывал её статус. Однако сейчас половина букв свободно гуляла по строкам, кривые петли и оборванные крючки говорили об одном – текст писали быстро, нервной рукой. Вне всяких сомнений – тема весьма важная, а потому не стоило задерживаться.
- Зегир, - уверенно обращался Рандар к оруженосцу, - если кто спросит, скажешь, что я вышел прогуляться по городу.
- Вас понял, - кивнул Зегир, прекрасно зная, куда в тайне удалялся его господин.
***
Ещё в первом своём письме Верия объяснила, как Рандару стоило проходить в замок, чтобы лишний раз не попадаться на глаза подозрительным вельможам и слугам, которых могли подкупить. Уходя вправо от Дома вельмож, держа путь сквозь узкие городские улочки, Рандар выходил к восточной части дворцовых стен.
Направляясь к югу вдоль каменной стены с бойницами, наследник Наргилоса останавливался возле небольшой деревянной двери, скрытой в тени амбразуры, через которую замок могли незаметно покинуть вельможи в случае нападения.
Прячась в тени, в углублении на стыке восточной и южной стен, Рандар трижды стучал в дверь, прислушивался к шагам, когда те затихали возле двери, насвистывал минорную мелодию, после чего воин с суровым лицом открывал проход, а юный командир быстро проникал за стену.
В данный час, назначенный смертным для обеда, на постах практически не было стражников. Те немногочисленные взгляды, что были обращены на Рандара, задерживались на нём всего на пару мгновений, после чего переводились на городские улицы, позволяя юноше в простых одеждах проникать в замок – никто не мог подумать, что в данный момент происходит нечто, достойное внимания. Запоминать лицо оборванца никто не желал, а видя, что он направляется в замок в сопровождении стражника, воины вовсе забывали о нём – кем бы он не был и что бы не учудил, это было не их проблемой.
Резво преодолев дворцовые стены и проникнув за дверь в стене замка, Рандар поднялся по витой лестнице, которая вела с улицы на второй этаж восточного крыла замка, где располагались небольшая казарма, тренировочный зал, оружейная, а также кабинет командира княжеской стражи. Шанс нарваться на воинов Поварина и неудобные вопросы был весьма высок. Стражник, пропустивший Рандара через стену, остался внизу – он бы никак не мог помочь юноше, если тот столкнулся с нежелательными лицами. Благо, в паре метров от выхода с витой лестницы был ещё один проход, ведущий к очередной лестнице, которая возвышалась до кабинета князя Поварина.
Оглянувшись по сторонам на последних ступенях, Рандар быстро, ступая на носочки, прошёл расстояние между лестницами и принялся возвышаться к княгине Верии. К счастью, все стражники находились на обеде в столовой первого этажа, так что появление в замке наследника Наргилоса осталось незамеченным.
Поднявшись на нужный этаж, Рандар, подобно вору, мыши, шуршащей в темноте, приглушённо шаркая по ковру, в страхе оглядывался по сторонам, надеялся, что закрытые двери кабинетов не отворятся при его походке.
Наконец, достигнув двери кабинета княгини, Рандар быстро пробил костяшками, после чего, моментально послышалось:
- Можно!
Наследник Наргилоса юркнул в открывшую щель, тут же заперев за собой дверь. Развернувшись, Рандар оценил изменения в декоре кабинета: больше никаких оружий, никаких шлемов – только книги, бесчисленные исписанные бумаги, манускрипты, а также стяги княжества Поварина, отображавшие гербы четырёх родов баронов.
Княгиня Верия, сидевшая в резном кресле своего отца, выглядывала из-за массивного стола и стопок бумаг, окидывая пришедшего гостя укоризненным, обвиняющим взглядом.
- Присаживайтесь, наследник Наргилоса, - строго проговорила Верия.
Рандар, хромая, корча недовольную гримасу от боли, словно желая, чтобы его пожалели, медленно прошёлся по кабинету, подошёл к стулу, противоположному от княгини, вытянул его изо стола и, прежде чем усесться, тяжело вздохнул после физических нагрузок.
Верия продолжала смотреть на гостя тем же взглядом, ещё и оскорблённая тем фактом, что Рандар пытался вызвать к себе сочувствие неловкими гримасами и наигранными ломкими движениями.
Дождавшись, пока наследник Наргилоса закончит приготовления к разговору, княгиня Верия заговорила холодным и отстранённым тоном:
- Письмо пришло сегодня утром. Надо полагать, через три дня Равир уже будет здесь. Стоит обговорить все детали до его приезда.
Княгиня, обхватив бумагу тонкими указательным и среднем пальцами, легко и изящно метнула письмо так, что то, пролетев половину стола, проскользило по дереву и остановилось в десятке сантиметрах от Рандара. Одно это движение могло заставить любого влюбиться в Верию. А в сочетании с её тонкими чертами, вытянутым лицом, прямыми волосами, утончённым телом, лёгким платьем перламутрового цвета, украшенного каменьями, княгиня создавала образ, от которого невозможно было отвести глаз. Впрочем, учитывая, какое горе юный командир принёс Верии, не стоило даже надеяться, что он приглянётся ей.
Интересно, Равир до сих пор придерживался плана поженить княгиню Поварина и наследника Наргилоса? Если так, это был бы один из немногих планов, против которого Рандар не стал протестовать.
Однако, не желая заставлять княгиню злиться и смущаться пристального взгляда, Рандар, привстав с кресла, дотянулся до письма, пододвинул бумагу к себе и принялся с интересом изучать написанное Равиром.
Это действие заняло пару минут, на протяжении которых и Рандар, и Верия сохраняли молчание. Наконец, дочитав, наследник Наргилоса разочарованно сжал губы, незаметно для самого себя качнул головой и проговорил:
- Как всегда – никакой конкретики! Угроза, война, разруха, голод – для Равира самое важное напугать. Честно, я понятия не имею, что он хотел сказать этим письмом.
Но точно могу сказать – он потребует собрать всех вельмож и командиров сразу по приезде в столицу. Так что следует ожидать долгого и нудного разговора, в котором он будет убеждать всех в своей правоте.
- На мой взгляд, всё предельно понятно, - ответила княгиня, с большим злобным унынием посмотрев на Рандара, после того как тот пожал плечами. – Умрат и Наргилос приготовились к наступлению. Настоящая война началась. Придётся выстраивать стратегию, чтобы Поварин и Духарт не пали в первые же месяцы войны.
- Да, это понятно. И всё же, - поспешил оправдаться наследник Наргилоса, - сложно представить, какой план созрел в голове Равира.
- Он разделит наши войска, - досадно вздохнув, произнесла княгиня, ранее ожидавшая от Рандара большего понимания ситуации. – Часть уведёт на юг, часть оставит здесь, в Поварине. Он собирается вести войну на два фронта, однако этим решением он сильно ослабит оба княжества. А затем – он примется призывать в войска обычных неумелых селян. Некому будет взращивать посевы, нечего будет продавать – максимум год, а затем у нас ничего не останется.
- У нас чуть больше трёх с половиной тысяч людей. Если возьмём стражников, получатся всё четыре. По две тысячи на каждый фронт. Вряд ли на первых порах Равир захочет призывать простых селян в ряды войск – слишком много проблем с повышением налогов, обучением и разъяснениями, почему это будет лучше для всех. Но и без этого, мне кажется, войск хватит, чтобы сдерживать вражеские войска и истощать противников.
- Умрат и Наргилос имеют в своём распоряжение по три тысячи воинов, и это не учитывая десять тысяч воинов короля, - с укором говорила Верия, дивясь неосведомлённости командира войск. – Численное преимущество не на нашей стороне. А осадные орудия Умрата и ресурсы Наргилоса вовсе лишают нас всякой надежды.
- Но у нас все запасы продовольствия, а также выход к землям орков. Если всё пойдёт плохо, можем повысить подати и нанять наёмников из Зыбкого моря. Орки, привыкшие выживать и воевать в суровых условиях, увеличат наш шанс на победу.
- Орки очень ненадёжные союзники. И запасы с деньгами, как я уже сказала – скоропортящиеся продукты.
- Земли на юге Поварина плодородны. Поэтому Равир не пожалел ресурсов и людей, чтобы их восстановить, - подняв палец вверх, тараторил Рандар. – А что на счёт орков – хорошо, можно их не нанимать – наёмники есть и среди ваулирийцев. А если и они не подходят - нам ведь и не обязательно вступать в прямые столкновения с Умратом и Наргилосом. Не нужно биться в чистом поле – атаки на караваны и купцов, уничтожение складов небольшими группами воинов, призыв людей Умрата и Наргилоса восстать против тирании – есть много способов разрушать врага изнутри.
- Исторические романы и художественная литература – не примеры для подражания, - заключила княгиня, понимая, откуда Рандар черпал вдохновения для своих идей. – В лучшем случае, мы можем нащупать стратегию, но не продумать её досконально.
- А кто-нибудь из Ваших вельмож или доверенных лиц знает об этом письме? – Поинтересовался юноша, никак не понимая, почему Верия так яростно отрицает все его предложения.
Княгиня Верия отрицательно качнула головой.
- В таком случае, думаю, Вам лучше обратиться к своим верным подчинённым. Мы можем придумать хоть сотню планов, - вновь пожал плечами Рандар, - но мы не можем знать, что затеял Равир.
- Я уже знаю, что они скажут, - печально заявила Верия, переведя взгляд куда-то вниз. – Но я не могу действовать по их советам.
Рандар тяжело вздохнул, хлопнув себя по бёдрам. Юноша водил глазами из стороны в сторону, делая вид, будто бы пытается найти нужную стратегию, хотя внутренне он прекрасно понимал, что, пока Равир не сказал своего слова, глупо пытаться что-то придумать. Наконец, наследник Наргилоса произнёс, не поднимания глаз:
- Остаётся ждать Равира. Мы можем строить стратегию только исходя из его хотелок. Иначе – мы обречём войско и подданых на внутреннюю борьбу со слухами и распрями, что лучше, а что хуже, кто прав, а кто ничего не смыслит в стратегии.
Мне кажется, на данный момент, рано паниковать и поддаваться унынию, - этой фразой наследник Наргилоса пытался хоть как-то успокоить подавленную княгиню.
Верия не поднимала на Рандара взгляда. Вероятно, она и сама это прекрасно понимала, однако не хотела мирится с тем, что будущее её княжества зависит целиком и полностью от князя Равира. Возможно, она надеялась услышать от убийцы брата что-то более безумное и более смелое, однако Рандар вторил всем логическим доводам.
- Давайте посовещаемся, - выждав недолгую паузу, продолжил командир Духарта, - после того, как Равир выскажет свои предпочтения и желания. Так нам будет проще. Чтобы не провоцировать князя Духарта и не сподвигать его на козни, стоит уверить его, что всё идёт именно по его плану! Если заставим его в чём-то нас подозревать, все наши стремления пойдут прахом. Будьте уверены: пока Равир думает, что всё идёт по его плану, он не обращает внимание на мелкие, но важные детали: мне уже несколько раз удавалось его обманывать, делая вид, будто бы он всё контролирует, - наследник Наргилоса слегка приврал со своими заслугами, чтобы казаться более авторитетным и мудрым в глазах княгини.
Верия, не желая показывать этого, скромно кивнула головой, понимая, что сейчас иного выхода из ситуации действительно просто нет. Вероятно, своим письмом княгиня хотела призвать того, кто смог бы выслушать её беспокойства и успокоить своими мудрыми советами. Такое умозаключение сделал Рандар, поскольку не понимал, зачем иначе княгине вызывать его на тайное совещание.
- Даю Вам слово, княгиня, - привстав с кресла, заговорил Рандар, приклонив голову, - как только нам станут известны планы Равира, мы тут же проведём совет. А до тех пор, если Ваши или мои люди ни в чём не нуждаются, я вынужден откланяться.
- Барон Хаген занимается процессий сближения наших войск, - обиженным тоном произнесла княгиня Верия. – В городе всё тихо – как тут поссоришься, когда кругом стражники. Но с юга приходит много донесений: люди Поварина не понимают, почему они должны работать с захватчиками и почему должны им доверять; люди из Духарта не понимают, почему должны помогать восстанавливать земли врагов. В общем-то, действительный союз лишь далёкая мечта. В любой момент наши подчинённые могут подняться друг против друга.
- Думаю, если они не переубивали друг друга в первые недели, то и сейчас не станут, - Рандар пытался говорить спокойно, хотя, конечно, эти сообщения тут же пробудили в нём беспокойство о будущем союза двух княжеств – все его надежды на светлое будущее вновь содрогнулись.
- Кто знает, что было бы с вельможами и воинами Духарта, если я не приказала воинам охранять вас от народного гнева, - отвечала княгиня, вновь испытывая раздражение от легкомыслия наследника Наргилоса, если этот недалёкий юнец действительно был им. – Недовольны и обычные селяне, и воины, а вельможи. Остаётся лишь надеяться, что со временем люди свыкнуться с новым положением дел.
Рандару тут же пришли в голову прошлогодние слова Равира – к селянам и воинам стоит прислушиваться, но советоваться с безграмотными и уж тем более выполнять желания жестоких и глупых – безумие.
В справедливости этой мысли Рандар успел убедиться во время короткой, но кровопролитной войны с Поварином. Только командиры решают, что делать воинам, и только князь решает, что делать командирам.
- Не важно, что не нравится воинам или селянам, - заключил наследник Наргилоса. – Все они, в конечном итоге, выполняют распоряжения свыше. Главное, удачно объяснить, почему именно твоё решение будет для всех благом. Так делает Равир, и в этом ему нет равных!
Княгиня, наконец, подняла глаза на союзника, прищурив их и дивясь такому цинизму юного командира, который ещё совсем недавно казался опрометчивым и мечтательным ребёнком.
- Если на этом всё, я вынужден откланяться, - проговорил Рандар, наконец, поднявшись с кресла и направившись к двери кабинета. - Но знайте – если Вам потребуется моя помощь, я готов прийти к Вам в любое время, моя госпожа. Хорошего Вам дня!
На этих словах, поклонившись и не поднимая смущённого взгляда на прекрасную княгиню, Рандар поспешил покинуть кабинет Верии, не желая и далее провоцировать её своим видом. Кроме того, учитывая, что кроме скорого прихода Равира им ничего не было известно, наследник Наргилоса решил не тратить времени на пустые разглагольствования, отправившись по более важным, по его мнению, делам.
Правительница Поварина не знала, что ей делать. Она не доверяла Равиру, не доверяла Рандару, не доверяла вельможам и командирам Духарта. В то же время, она не желала доверять и своим приближённым. Однако от этого угроза Умрата нисколько не убавлялась. Решение, принятое ей месяц назад, было куда более трудным и серьёзным, чем казалось ранее. Даже если это было во благо её подчинённых, как можно было доверять своим бывшим врагам, чьи мотивы остаются туманными лозунгами?
В последнее время, княгиня Верия перестала доверять даже самой себе. Оставалось лишь надеяться, что убийца Будина не врёт в своих мотивах – если он действительно не собирается идти на поводу одного лишь Равира и хочет добиться относительного блага для всех, наследник Наргилоса должен был помочь ей решить проблемы двух княжеств. Правда, за этот месяц она так и не получила подтверждения, что этот юноша в самом деле был наследником самого крупного княжества. Откровенная ложь, безумная вера в миф или неточные слухи – стоило ожидать худшего исхода конфликта. У княгини практически не был сил, чтобы верить в лучшее.
Глава 2
После недолгого разговора с княгиней, Рандар незамедлительно отправился к одному из своих капитанов – Леозен, наконец, намерился покинуть ряды людских войск, что стало понятно из его недавнего письма. До этого вокруг отбытия эльфов ходили лишь слухи, но теперь юный командир убедился в своих опасениях. На самом деле, глупо было рассчитывать, что эльфы задержаться – Поварин находился у самых границ с эльфийским царством Брюзеросом.
Однако это не значило, что воины из числа людей так просто приняли подобный исход. Леозена долгое время приходилось уговаривать остаться в войске, чтобы не провоцировать местных, чтобы на первых порах иметь дополнительные силы и, конечно же, просто не желая терять тех, кто за эти полтора года стали близкими товарищами. Даже не верится, с какими опасениями и подозрениями относились к эльфам всего год назад. Но тяжёлые времена действительно способны сблизить всяких врагов.
Группу эльфов разместили в самой отдалённой, пустующей казарме, находившейся у стен столицы. Жители Поварина враждебно относились к людям из Духарта, а уж вид эльфов и вовсе мог заставить их прийти в бешенство.
Хромая и держась за бок, наследник Наргилоса доковылял до казармы и громко постучал в закрытую дверь. Через мгновение в смотровом окошке появилась пара подозрительных серебряных глаз, которые мигом осмотрели пришедшего. Ещё через мгновение, в двери появилась щель, в которую и нырнул Рандар.
- Здравствуйте, командир Рандар, - кивнул головой серебрянокожий эльф в клёпанных доспехах.
- Здравствуй, Каилен. Леозен у себя?
- В кабинете, командир, - отчитывался эльф официальным тоном.
Рандар отблагодарил воина одобрительным кивком и направился к лестнице. Стараясь скрыть довольную улыбку, юный командир до сих пор дивился тому, что его в действительности так почитали. Кажется, в скором времени он и вовсе перестанет думать, что всё это – напускные формальности.
Поднявшись на второй этаж, наследник Наргилоса прошёл мимо тренировочного зала, где сейчас занималось несколько эльфов, прошёл лазарет и остановился возле самой дальней комнаты. Постучавшись и получив разрешение войти, Рандар с довольной улыбкой вошёл в кабинет эльфа, который был заставлен полками и шкафа, остававшимися пустыми. Ни оружия, ни брони, ни вещей, ни каких-либо бумаг – кажется, Леозен уже собрал все свои пожитки.
Капитан эльфов сидел за пустым столом, с такой же добродушной улыбкой приветствуя командира.
- Рандар, что же ты тут делаешь, - встав с грубо вытесанного стула, эльф быстрым шагом приблизился к наследнику Наргилоса, предложив тому присесть. – Я же говорил – если я потребуюсь, пришли Зегира с письмом. Тебе, убийце наследника княжеского трона, опасно разгуливать по городу. Тем более, что ты ещё не до конца оправился после ранения.
- Мне уже пора приводить себя в норму, - скромно произнёс Рандар, всё же не отказываясь от стула. – А то скоро совсем перестану ходить.
- Судя по всему, - в голосе Леозена взыграли высокие нотки опасений, - в скором времени война продолжиться?
- Кажется, - ответил юный командир, скорбно сжав губы.
- Что ж, давай не будем о грустном, - вновь улыбнулся капитан, потянувшись. – Как ты себя чувствуешь?
- Лучше. Скоро уже смогу вернуться к тренировкам. На самом деле, я тут из-за вас – эльфов. Вы действительно решились уйти?
- Нам пора в путь, Рандар, - печально заговорил эльф через несколько мгновений молчания, понимая, что разговор предстоит тяжёлый. – Мы бы действительно хотели вам помочь – вы нас освободили, приютили, защищали нас – этого дорогого стоит. Было бы справедливо за это помочь вам получить свободу. Но, когда дом так близок… Мы здесь уже лет десять, нас передавали из рук в руки, истязали. Мы устали. Мы хотим вернуться домой.
- Я понимаю, - выставив руки, тут же принялся говорить Рандар, не желая заставлять близкого товарища чувствовать себя виноватым за решение вернуться домой. – Я не смею винить тебя и эльфов. Вы правда заслужили вернуться домой. Просто – грустно расставаться. Не важно, ушли бы вы месяц назад или через год.
- Тут не поспоришь, - опустив взгляд, печально заявил Леозен. – Мы планировали выдвинуться через пару дней, ночью. Нас вряд ли так просто выпустят из города, но, благодаря Денику и его товарищам, удалось найти безопасное и мало охраняемое место – на стыке западной и южной стен города находятся выгребные ямы для жилых районов.
Отходы незачем охранять, так что нам никто не помешает. Переберёмся чрез стены, а там направимся на север. Самое главное, пройти незамеченными по улицам города.
- И не утонуть в дерьме, - заметил Рандар.
- Это тоже, - усмехнулся капитан. – Однако, другого выхода у нас нет – это наиболее безопасный выход. Только сумасшедший будет покидать столицу княжества подобным образом. Ну или какое ворьё.
- Говоришь, Деник с подчинёнными помогли вам найти этот проход? – Уточнил наследник Наргилоса, слегка уязвлённый тем, что эльфы не поставили его в известность о взаимодействии с Деником и другими пехотинцами. – Странно, я впервые об этом слышу.
- Мы не хотели тебя беспокоить. После ранения ты был так слаб. И, как вижу, мы правильно поступили – ты выглядишь свежее, отдохнувшим. Даже, радостным. Не помню, когда ты в последний раз выглядел таким…
- Я не весел, - прервал эльфа Рандар. – Это меня и волнует.
- Слишком уж много ты волнуешься, - вздохнул Леозен, которому за последний год весьма приелись стенания молодого человека о своей судьбе и непонимании выбранного пути. – Думаю, вначале тебе стоит понять, что тебя действительно волнует.
- Я призывал к миру, призывал к союзу, но в итоге убил Будина, наследника Поварина. А тут – бароны и командиры приняли наши условия, а княгиня даже приказала своим людям защищать нас. Никто никому не доверяет, Поварин считает, что мы готовим западню, а Духарт уверен, что Поварин вот-вот восстанет. Союз висит на волоске.
- Со временем, всё наладиться. Время – лучший уравнитель всех конфликтов, - успокаивал его капитан.
- Да, но я не об этом. Я, скорее, о том, что… Мне ничего не было за то, что я убил Будина. Да, меня сильно ранили, но я остался жив, меня не убила разгневанная толпа, а Поварин принял соглашение и вступило в союз.
Воины, селяне – скоро они свыкнуться с этим. Просто – всё будто бы идёт мне на руку, понимаешь? Не хочу брать на себя многое, и не хочу сглазить, но всё же – пусть не все мои решения срабатывают так, как я планировал, но всё же я получаю всё, чего хочу. Как будто Всевластитель благоволит мне!
- Мы, эльфы, во время войны с вами также считали, что нас ведёт Всевластитель, - вздохнул серебрянокожий, погрузившись в скорбные воспоминания. - Но Всевластитель у каждого народа, кажется, свой, и только своим он благоволит. Ошибочное мнение, которое привело ко многим жертвам.
- И всё же: сколько я сражался, скольких я пережил, скольких убил – я монстр, но я иду к своей цели. Разве, это не странно? – Рандар поднял испытующий взгляд на Леозена, ожидая от представителя мудрого народа хоть какого-то успокоения.
Эльф почесал затылок, не зная, что от него хотел услышать юноша. Что не повредит его психике и не заставит свернуть с верного пути? Через несколько мгновений ожидания, Леозен заговорил:
- Ты не монстр. Как и наши товарищи не монстры. И даже наши враги – тоже не монстры. Это важно помнить. У нас разные цели и стремления, мы боимся потерять дорогое, мы страшимся и ненавидим тех, кто, как нам кажется, может отнять у нас всё.
Смертные всегда пытаются найти корень проблемы, уничтожив который, можно решить все проблемы. Но такого корня нет - ни один смертный не виновен во всём. Каждый виноват в чём-то своём. Все виноваты во всём.
- В таком случае, все мы монстры, - заключил командир.
Леозен тяжело вздохнул. Кажется, пока у Рандара не появится своей собственной семьи, он так и будет волноваться за судьбу всего мира и пытаться решить проблемы всех смертных. Так или иначе, эльф не хотел, чтобы их разговор кончался на такой печальной ноте, потому перевёл беседу в иное русло.
- По крайней мере, сейчас всё складывается хорошо. Княгиня Верия не убила нас, и даже готова принимать наши предложения. Это хороший знак.
- Да, - закачал головой Рандар. – К счастью, благодаря нелепой случайности, она стала княгиней, а не Будин. Это к лучшему для нас всех.
- Считаешь её податливой?
- Нет, конечно нет. Наоборот – она думает своей головой, знает, с кем лучше посоветоваться, какое решение принять, она не станет жертвовать людьми и княжеством ради своих амбиций и желания показать себя. Кто знает, что было бы с нашим союзом, если на княжеский трон всё же воссел Будин. Он бы не простил меня за убийство друга, не простил Равира за убийство отца – рано или поздно, он бы восстал и вонзил нам нож в спину.
- Мне казалось, ты был более высокого мнения о наследнике Поварина, - заметил капитан.
- Так было до того, как он напал на меня со спины, - в голосе юноши появилось раздражение. – Я ведь предлагал ему мир, не стал его убивать. Но ненависть застилала его глаза – он решил выбрать собственную жажду мести вместо общего блага. Как бы плохо это не звучало, но смерть Будина оказалась для нас полезной утратой.
Капитан смотрел на своего командира тяжёлым взглядом. Несмотря на его улыбку, шутки и бодрый вид, всё внутри юноши перевернулось с ног на голову, окончательно разбив самонадеянного, смелого, мечтающего мальчика, не знающего, кому и во что верить. Впрочем, учитывая, как много ему пришлось пережить и какой путь лежал впереди, лучше ему было разбиться именно сейчас, чтобы вскоре собрать себя заново и стать лучшей версией себя.
- Позволь дать тебе совет, Рандар, - печально улыбнувшись, продолжил Леозен. – Пока ты не разобрался в себе и в том, чего ты действительно хочешь, будет лучше, если ты не станешь в открытую говорить о своём титуле.
Наследник Наргилоса вздрогнул и быстро перевёл взгляд на товарища, смотря на того непонимающими, даже шокированными глазами.
- По войску уже поползли слухи, - принялся пояснять капитан. – Воины, пришедшие вместе с командирами Грутеном и Ягонрутой в день дуэли, слышали, как ты говорил о своём титуле. И все – командиры, и даже барон Хаген – выполняли твои распоряжения. Конечно, это может быть ложью, но тогда становится понятно, почему Керанзо и Равир вечно держали тебя рядом с собой, приказывали руководить и брать на себя ответственность.
Что же стоило делать Рандару? Дальше врать – уже бессмысленно, слухи неискоренимы. Попытаться оправдать сокрытие правды – какой смысл, если для обычных воинов, бывших разбойников и селян это не имело особого значения? Растерянный командир не знал, как лучше поступить, а потому просто молчал.
- Уж не знаю, почему ты скрывал это, но у каждого есть право на секреты, - продолжал эльф. – Я лишь хочу, чтобы ты не брал на себя слишком много: титул, разумеется, подразумевает под собой ответственность, но сводить себя с ума, стремясь всё контролировать, изводить себя мыслями о правильности действий – всё это не приведёт ни к чему хорошему. К тому же, к чему лишний раз провоцировать твоих врагов. Пока ты сам не найдёшь ответы на волнующие тебя вопросы, пока ты не будешь чувствовать уверенности в своих действиях, и пока угроза над нами столь масштабна, лучше продолжать держать правду в тайне.
Рандар, переведя взгляд себе под ноги, понимающе качал головой. Теперь к скопищу его переживаний присоединилось очередное, вышедшее из тьмы, чтобы погреться у костерка, которое с каждым днём становилось всё больше и привлекало всё больше страхов и сомнений.
- Прости, если заставил тебя вновь обратится к печальным мыслям, - принялся извинятся эльф. – Но по-другому нельзя. Лишь пережив и приняв свои страхи, можно стать полноценным.
Рандар слегка улыбнулся, бросил на эльфа мимолётный неловкий взгляд, продолжая качать головой.
- Что же, кажется, мне пора, - кряхтя, произнёс наследник, спешно поднимаясь со стула, желая избежать неудобного разговора. – Прости - надо ещё поговорить с другими капитанами, выяснить, какие дела происходят. Давно не совещался со своими офицерами – это нужно исправить!
- Ещё увидимся, командир! – Улыбаясь, Леозен помахал рукой уходящему Рандару, понимая скорбь юноши, но так же уверенный в том, что юный мученик рано или поздно найдёт то, что принесёт ему настоящее счастье – будь то власть, семья или же любое другое благо, отсутствие которого не позволяло наследнику Наргилоса чувствовать себя полноценным.
Командир же, хромо спускаясь с лестницы, уже начал размышлять о последствиях своего желания выступить на дуэли с Будином. Казалось бы – товарищи и подчинённые всё равно рано или поздно должны были узнать о происхождении Рандара.
И всё же, одно воспоминание не давало ему покоя. Воспоминание о подосланном убийце. Если солдаты начнут болтать, а они уже это делают, многие ненавистники юного командира, его враги и не желающие в будущем принимать его власть, могут приложить все усилия, чтобы избавиться от искры восстания ещё до того, как тот вступит на земли Наргилоса. Вероятно, в будущем стоило ждать больше покушений на жизнь. Вот только вопрос – кто бы мог выступить против него? Среди всех подчинённых точно найдутся те, кто будет готов выступить против Рандара за приличное вознаграждение.
***
Наследнику Наргилоса достаточно быстро удалось отогнать от себя размышления о предательстве сторонниками и покушении. Тяжёлая отдышка и усталость в ногах отбили другие мысли. К счастью, по крайней мере, он уже не испытывал такой боли, как раньше. Нужно скорее возвращаться к тренировкам.
Юный командир направлялся в казарму, которая находилась неподалёку от Дома вельмож. Там расположили нескольких капитанов, приближённых Рандара и Грутена, которым выбили приватное место именно их командиры.
Деника вместе с одним молчаливым капитаном Грутена и частью их войск расположили в трёхэтажной казарме, где было достаточно места для тренировок. За те две недели, которые его друг пребывал в столице Поварина, Рандар видел Деника лишь дважды – после двухнедельного похода, когда капитан сам явился к своему командиру, а второй – на улице, когда наследник с тростью прогуливался по городу, разминая мышцы.
Дверь казармы была раскрыта, а возле неё несколько солдат раскуривали трубки. Завидев командира издалека, воины тут же принялись размахивать руками. Когда же Рандар подошёл ближе, солдаты, прижав кулаки к сердцу, склонили головы:
- Рады видеть Вас, командир.
- Надеемся, скоро Вы встанете на ноги.
- Если и дальше буду сидеть без дела, встану на руки, - усмехнулся Рандар, вызвав улыбки у подчинённых. – Капитан Деник не занят?
- Тренируется на втором этаже, - ответил третий воин, закашлявшись от дыма.
Наследник Наргилоса отблагодарил воинов и направился к лестнице. Уже в зале первого этаже в нос ударил такой едкий запах пота, что слёзы сами собой потекли из глаз. Однако глухие звуки ударов мечом по манекену тут же пробудили в Рандаре приятные воспоминания. Он даже не думал, что когда-нибудь будет так скучать по долгим и изнуряющим тренировкам.
- Тебе сколько раз говорили не раскручиваться с заточенным мечом, придурок?! – Был слышен разгневанный голоса Деника, доносившийся со второго этажа. – Хочешь тут нас всех порубить? Бей по манекену, хватит крутиться, как ребёнок вокруг коровьей лепёхи!
- Простите, капитан, - виноватым голосом в нос произнёс один из солдат, судя по говору, не так давно пребывавший в статусе разбойника отдалённых краёв.
- А я знал, что из тебя выйдет неплохой капитан. Только вот больно громкий, - с усмешкой говорил Рандар, поднимаясь по лестнице.
- А это у нас кто? Никак сам командир! – Заулыбавшись, стараясь отдышаться, отвечал ему Деник. – Наконец, ходить сам начал.
- Я бы посмотрел на тебя, если тебе разрубили бок!
- Командир! – Разбойник быстро качнул головой, приветствуя Рандара, смотря на того слегка глуповатым взглядом.
За первым тощим разбойником подобные движения повторили его новоиспечённые товарищи, также тренировавшиеся здесь.
- Не отвлекаться! – Строго произнёс Деник. – Завтра у вас состязания, так что вы должны хорошо потренироваться, чтобы не опозорится. Пойдём, Рандар – не будем им мешать.
Юный командир пожелал своим подчинённых успехом и, строя гримасы, побрёл вниз по лестнице.
- Ты вообще сможешь ещё когда-нибудь сражаться? – С жалостью спросил Деник, обратив на друга смущённый взгляд.
- Лекари сказали, что смогу. И надо начать тренироваться. Так быстрее приду в норму.
- Если хочешь, можешь пользоваться нашим залом. Места много, а этих дураков туда хрен загонишь. Так что здесь ты сможешь разгуляться.
Командир со своим капитаном вышли из казармы. Трое воинов стояли на тех же местах, но, стоило Рандару попросить оставить их с другом наедине, солдаты тут же отошли в сторону.
- И почему мне не дали руководить такими воинами? – Вздохнув, с завистью спрашивал Деник.
- Не обижайся, но выученные воины вряд ли бы стали слушаться мальчугана – бывшего разбойника, - отвечал Рандар, облокотившись на стену. – Ты ведь как никто другой должен понимать, как влиять на разбойников и как ими руководить.
- Ты не думай, я рад и даже горд, что ты доверился мне. Это правда достойно. Хотя я не уверен, что у меня достаточно мозгов, чтобы управлять и обучать, но не буду скрывать – командовать кем-то приятно. Правда, учитывая их гонор, не удивлюсь, если они как-нибудь прирежут меня ночью, - качался на месте новоиспечённый капитан Деник.
- Эти не станут, - заверил друга Рандар, устремив взгляд в серое небо. – Я их сам отбирал. Самых безбашенных и очумелых мы отдали более суровым и властным капитанам. Тебе ушли глуповатые, но послушные. Так что не переживай.
- Успокоил ты меня, - протянул Деник, разминая руку. – Так, что ты хотел обсудить?
Рандара слегка обидело то, что Деник посчитал приход командира не желанием навестить друга, а необходимостью посетить подчинённых. Хотя, возможно, не стоило на это обижаться – если честно, Рандар действительно пришёл, как командир. Кажется, он был плохим другом и товарищем. Не удивительно, учитывая, сколько обязанностей лежало на плечах юноши. Тем не менее, не время было думать об этом.
- Хотел рассказать тебе, чтобы ты передал остальным капитанам, - прервав тишину, понизив тон, принялся объяснять наследник Наргилоса. – Равир скоро вернётся в столицу. Он разделит войска Поварина и Духарта, чтобы защищаться сразу по двум фронтам.
- Слушай, из тебя стратег лучше, так что я буду делать то, что скажешь. Не обязательно спрашивать нашего мнения.
- Я не об этом, - в голосе командира послышалось нечто, похожее на раздражение из-за того, что его перебили. – Равир не дурак, чтобы оставить воинов Поварина защищать своё княжество собственными силами. Ему нужно, чтобы Поварин был в долгу перед ним. А кроме того, чтобы между княжествами не произошло раскола, стоит сблизить войска.
- Мне кажется, это слишком рискованно, - заметил капитан Деник. – Зачем воинам Поварина защищать Духарт и наоборот? Слишком много рисков – вдруг будет куча дезертиров? Проще оставить всех защищать собственные земли.
- Не забывай – Равир параноик. Он не позволит войскам и вельможам Поварина оставаться без его внимания. Ему нужен рычаг, чтобы манипулировать. Обмен войсками и преданными людьми заставит всех стараться в поте лица, поскольку поражение одних неминуемо ведёт к поражению других.
Но всё это – просто теория. Если посмотреть чистой головой – и Духарт, и Поварин практически лишились своих штурмовых отрядов, а ведь именно они должны наносить самый сильный удар.
У Поварина перебили множество воинов, пострадали пехоты двух княжеств. Чтобы усилить войска, придётся их полностью переформировать. Обучить пехоту ещё легко, а вот найти толковых верховых, способных сражаться и стрелять в кавалерии – очень непросто.
- Весомо, - качал головой Деник. – Но не важно – мы ведь твои подчинённые, так что нас никто не разделит. А на счёт плана Равира – на твоём месте, я бы поговорил об этом с княгиней. Пусть она уговорит своих вельмож пойти на уступки.
- У Верии и так слишком много забот, пусть пока не думает об этом, - вздохнул наследник Наргилоса.
- У Верии? – Усмехнулся капитан. – Так для тебя, она просто Верия? Всё ясно!
- Хватит дурака валять, - смущённо улыбнувшись, махнул рукой командир. – Я убил её брата, она меня терпеть не может.
- Будин был козлом, - с претензией выговорил Деник. – Ты предлагал ему мир, а он напал со спины – по делом ему. А браков между правителями никто не отменял – они ведь делают союзы княжеств куда крепче.
Рандар вопросительно посмотрел на друга. «Неужели, и он знает?» - подумал наследник.
- Прости, - сконфузился капитан. – Наверное, стоило дождаться, когда ты сам об этом расскажешь, но слухи плодятся, скрыть это трудно. Честно говоря, когда пошла молча о твоём титуле, я не поверил. Но потом, вспомнив, как с тобой обращался Денер, Керанзо и Равир – всё становится на свои места. Конечно, всё равно не верится – кажется бредом! Но ты и читать умеешь, и много всего знаешь, и сражаешься неплохо – короче, сложно было в это верить, но я поверил.
- Может, титул мне обещал Равир в своём княжестве? Барон, конечно, почтенно, но не стоит таких фанаберий. – Попытался увести подозрения юный командир.
- Каких ты слов мудрённых набрался?! Говори проще! А то видишь ли – книг начитался, давай разбрасываться.
Юноши посмеялись, молча разглядывая пустующую улицу.
- Узурпатор, убийство княжеской семьи, шестнадцатилетний парнишка, с которым все обращаются, как со знатной особой, - продолжил Деник печальным тоном. – Не сложно сложить два и два.
- Деник…
- Не надо, - остановил его капитан. – Я не требую от тебя извинений. Понятно, почему ты не рассказывал об этом. А после покушения в замке Равира тебя, небось, вовсе паранойя замучила. Короче говоря, для меня даже честь, что мой друг – наследник целого княжества! Не бойся, я никому не расскажу.
Но и ты не рассказывай Белии до того, как об этом нужно будет рассказать всем, - через мгновение опомнился юноша. – А то мало ли: зачем ей необразованный разбойник, когда рядом настоящий будущий князь.
Рандар с сомнением посмотрел на Деника. В его взгляде промелькнула невольная злоба, которая нотками отобразилась в речи:
- Ты думаешь, что Белия оставит тебя потому, что я наследник?! Что за глупость! Она ведь любит тебя! А ты… слишком плохого о себе мнения. Больше уверенности…
- Ну всё, я так, пошутил, - оборвал друга капитан, разведя руки. – Но всё же.
Рандар разочарованно покачал головой. Если бы Белия и хотела, она выбрала его ещё до знакомства с Деником. Рандар не был ей нужен. Он лишь делал вид, что сам её оставил – на самом деле, он не был ей интересен. Как, впрочем, ни одной девушке до этого. Как молчаливый и сомневающийся парнишка, не представляющий из себя ничего, кроме пучков сомнений и переживаний, вообще может кому-то понравится? Хотя, может, теперь это изменится – он, как никак, воин и наследник княжества. Нет – титул будет привлекать лишь тех, кто захочет его обобрать или получить регалии.
Почему он вообще об этом думал? Рандар, ведущий войну, на ком теперь лежала ответственность за тысячи людей – эти жалкие мысли о влюблённости - детская глупость. Совсем не время думать об этом!
- Ты чего так злобно сопишь? – Поинтересовался Деник, вопросительно смотря на друга.
Рандар быстро перевёл гневный взгляд на капитана, сам не осознавая, что его лицо исказилось.
- С завтрашнего дня я буду тренироваться у вас. Приду с утра пораньше, - быстро проговорил командир и, оттолкнувшись от стены, медленно побрёл к Дому вельмож.
- До завтра, - закончил наследник, не желая оставлять у друга вопросы таким резким изменением в поведении.
У Деника всё же оставались вопросы. Однако, может, у Рандара просто бок разболелся? А может, его так взволновало известие о том, что многие догадываются о его происхождении? Сейчас можно было закрыть глаза на странности юного командира – учитывая всё, что он переживает, иногда стоит позволять другу выходить из себя и вести себя импульсивно.
Меньше, чем через полчаса Рандар вернулся в Дом вельмож, ощущая дискомфорт по всему телу. Стоило полежать. Но в одиночестве. Где бы не был Зегир, ему придётся оставить командира.
К счастью, помимо слуг, в Доме вельмож было лишь несколько защитников офицеров, которые не особо интересовались самочувствием Рандара. Кто знает, чем сейчас были заняты предводители войск Духарта и Зегир, но для наследника Наргилоса их отсутствие было на руку.
Быстро зайдя в свою комнату, Рандар упал на кровать, тяжело дыша. Таких нагрузок не было давно. Сердце быстро билось в груди, тело покрылось испариной, в голове помутнело. Подобное он уже ощущал несколько месяцев назад в полевом лагере Равира.
Почему теперь это чувство настигло его? Из-за усталости и боли? Нет. Это из-за Деника. Упоминания Белии. С чего бы это? Проклятье – неужели он такой плохой друг, ужасный человек? Он ведь желает друзьям счастья. Почему же тогда сам факт их счастья вызывает у него злость?
Опять эти мысли. Опять вопросы. Снова боль в голове. Рандара вновь потянуло на вино. Оно всегда помогало загнать эти вопросы подальше. И должно помочь снова. Сейчас, когда впереди ждали новый битвы и смерти, нельзя было отвлекаться на всякие глупости. Глупости, которые вновь одолевали юного командира, когда тот оказывался в дали от полей боли и крови.
Глава 3
Остаток дня наследник Наргилоса провёл в своей комнате, опустошая заранее спрятанные в сундук бутылки вина. Главным для опьянённого Рандара сейчас было не попасться в таком состоянии на глаза Зегиру, который точно примется его отчитывать, а также – не переборщить, чтобы вновь не пришлось, шатаясь, бежать к туалетной комнате.
Когда на земли Данмара заползли сумерки, командиры и их защитники начали возвращаться в Дом вельмож. К тому моменту Рандар был уже настолько пьян, что глаза слипались сами собой. Убрав пустые бутылки обратно в сундук, юный командир еле намазал затянутое, но оставившее уродливый шрам ранение зелёной мазью, достал из верхнего ящика комода небольшую бутыль, налил в рюмку красноватое снадобье, залпом опустошил сосуд, скорчился, убрал лекарство обратно в комод и упал на подушку, тут же растворившись в небытие, лишённом кошмаров, которые переставали беспокоить наследника Наргилоса только в тех случаях, когда он смешает вино и сильнодействующую микстуру.
Проснулся командир в отвратительном самочувствие: голова болела, живот крутило, перед глазами всё кружилось, ноги были слабы, тошнило. Кажется, он в очередной раз перебрал. Настолько, что даже не слышал звуков ужина и явление Зегира, который мирно спал на соседней койке.
Как бы то не было, за окном уже светало, а значит – пора отправляться на тренировку. Хотя у наследника не было никакого желания и сил идти в казармы размахивать мечом, он решил – либо пойдёт сейчас, либо помрёт в первом же походе, отвыкнув от каких-либо нагрузок.
Удачно, что казармы, даже в столице Поварина, денно и нощно сторожили воины, иначе наследнику Наргилоса пришлось ждать под дверьми ещё несколько часов. Стражник, еле державший красные от недосыпа глаза открытыми, захлопал веками, дивясь неожиданному приходу командира в такой ранний час.
Рандар попросил разбудить Деника, и уже через несколько минут перед командиром стоял капитан, успевший кое-как накинуть на себя рубаху и штаны. Судя по голым ногам юноши, он также не ожидал, что Рандар придёт в такой час.
- Тебе не спиться? – Зевая, спрашивал Деник.
- Нужно много времени, чтобы прийти в норму, - строго отвечал Рандар, щурясь из-за боли в голове. – Мне нужен тренировочный зал.
- На втором этаже, ты знаешь, - продолжал зевать капитан, прикрывая глаза. – Через пару часов я подыму всех солдат, так что, если хочешь заниматься один, у тебя не так много времени.
- Посмотрим, - старясь не хромать, криво зашатался командир, направившись на второй этаж.
Тренировка начиналась со скрежетом – скрежетом гостей и мышц. Обычная разминка уже затребовала немалых усилий. Тяжесть в руках и ногах указывали – Рандару придётся приложить немало усилий, чтобы вернуться в форму. Потому, не откладывая тренировку в долгий ящик, командир снял со стойки деревянный меч, обхватил рукоять двумя руками, подошёл к манекену.
Предстояло потратить много времени, чтобы обрести былую мощь. Боль в мышцах, отдышка, мозоли – со временем, юный командир сможет вернуть свои силы, однако из-за множества ранений и серьёзной травмы правого бока, наследник Наргилоса вряд ли когда-нибудь сможет двигаться также быстро и резво.
Тем не менее, учитывая навыки и боевой опыт, Рандар всё равно будет представлять серьёзную угрозу для любого воина. Эта мысль воодушевляла юного командира и заставляла его продолжать заниматься даже в те моменты, когда он в очередной раз терял смысл двигаться дальше и продолжать бороться.
К тому моменту, когда наследник Наргилоса вернулся в Дом вельмож после тяжёлой тренировки, Зегир уже проснулся. Оруженосец, удивлённо смотря на командира, осведомился, почему тот заснул и проснулся так рано?
Рандару не за чем было скрывать начало своих тренировок, но взамен на ответ наследник попросил рассказать, где последние дни пропадал его помощник. Честно говоря, наследнику было всё равно где – Зегир был умелым воином, так что мог за себя постоять.
Как оказалось, Зегир покидал пределы города и, держась севера, приходил в охотничьи угодья, которые располагались возле лесов. Там решили разместить бывших охотников и следопытов из числа подчинённых Рандара. Именно там сейчас жила Мавия – охотница, с которой познакомился оруженосец почти год назад, когда та помогала наследнику Наргилоса искать в лесу погибших стариков. Видимо, это была не просто мимолётная симпатия.
«Даже Зегир – и тот нашёл себе пассию. Что я делаю не так? Заткнись! Хватит думать об этом бреде. Я должен сражаться и достигать высот, чтобы все мои товарищи получили достойное будущее. Только я на это способен – пусть остальные строят обычные жизни, заводят семьи и мечтают о мелком – я не могу позволить себя быть обычным человеком. Я должен быть лучше и думать о более важных вещах» - размышлял юноша, слушая рассказ оруженосца о Мавии.
Разрешив Зегиру отсутствовать с утра до вечера, лишь бы тот не мешал тренировкам и не делился с командиром радостными моментами с Мавией, Рандар направился в свои покои – там он намеревался физически укреплять своё тело, чтобы дольше упражняться с мечом. Кроме того, тренировки обычно отвлекали юноши от тревожных мыслей и думах о вине и пиве.
Так прошли три последних дня месяца Прощения: упражнения с мечом, тренировки, раздражающие разговоры с Зегиром о Мавии, выпивка и сон. Тело болело и ныло, голова была забита мрачными думами, живот тяготили алкоголь и плохо приготовленная еда. Рандар продолжал уничтожать себя, пытаясь найти смысл в будущем.
Зачем всё это? Сможет ли он чего-то добиться? Сможет ли дать дорогим ему людям то, о чём они мечтают? Почему на него смотрели, как на дикого зверёныша? Почему на него всем плевать? Эти вопросы тяготили голову, лишали сил и надежд на будущее.
Тем не менее, на один день юному командиру пришлось забыть о себе и задуматься о других: наступил месяц Пробуждения, а значит – с наступлением завтрашнего дня должен был прибыть князь Равир, а сегодня ночью Леозен и его подчинённые эльфы должны были покинуть Поварина, а вместе с тем – навсегда оставить Рандара и его отряд. Юный командир, хотя в тайне был обижен на Леозена и эльфов, всё же никак не мог перебороть в себе желание сказать последние слова своим товарищам, которых больше никогда не увидит.
Зная, где будут эльфы, Рандар решил – каким бы уставшим он не был, с наступлением мрака он отправится к выгребным ямам. Может, последний прощальный разговор с Леозеном выйдет сумбурным, может, он будет неловким, а эльфы будут пытаться улизнуть как можно быстрее, но командир желал последний раз взглянуть в глаза тех, кто поверил в него и решился пойти за ним.
Проведя день за тренировками и мыслями о том, почему эльфы решили покинуть отряд именно сейчас, юный командир дождался прихода сумерек, за которыми должен последовать ужин, а за ним – встреча с эльфами.
Отужинав, проведя весёлые часы за разговорами и выпивкой, командиры и их защитники один за другим, принялись отходить ко сну. Зегир, который сегодня явился позже обычного, сразу же отправился на боковую, не интересуясь, почему его господин не спал в такой час.
Дождавшись наступления полуночи, когда в Доме вельмож будет стоять всесторонний храп и сопение, юный командир направился на улицу, намереваясь выйти в город под предлогом неотложных дел. Кто знает, насколько можно было доверять собственным стражникам – вдруг их подкупили? Будет лучше, если отход эльфов останется для всех тайной.
Стражники, которые очень давно не видели Рандара гулящим по ночам, выпустили командира не без сомнений, всё же подчинившись приказу офицера. Наследник Наргилоса направился на северо-запад.
Он мог идти не торопясь, поскольку в это время стражники Поварина ещё были настороже – эльфы не рискнут выйти из своего убежища. У Рандара был ещё как минимум час, чтобы дойти до места встречи.
По пути к выгребным ямам юному командиру встретилась пара-тройка стражников с факелами, которые подозрительно осматривали гуляющего юношу, пытаясь понять, что вражеский вельможа делает в такой час на улицах города. Несколько фраз, показная хромата, отсутствие перегара в дыхании и оружия на поясе помогали убеждать воинов Поварина в том, что опасности нет. Пусть на него смотрели с явным непониманием и недоверием, однако в конечном итоге обычные стражники не отваживались задерживать офицера войск из Духарта.
Наконец, не прошло и часа, как наследник Наргилоса, обогнув княжеский дворец, Храм света, Храм военного дела и множество богатых домов, вышел к выгребным ямам. Обнесённая высоким деревянным забором площадь действительно никем не охранялась – даже дверь была не заперта на щеколду.
На вытоптанной поляне, от которой невероятно разило смрадом, возвышались горы мусора из перегнивших овощей, клочков ткани, обрывков кожи и прочих остатков человеческой жизнедеятельности. За ними скрывались три глубоко выкопанных ямы, забитые неоднородной массой. Края каждой ямы были выложены досками, а земля под ногами буквально хлюпала и затягивала обувь. Придётся ждать эльфов за воротами ям, лишь бы не дышать всей этой удивительной амброзией.
Несмотря на то омерзение, что вызывало это место, Рандар успел разглядеть целую гуру сколоченных ящиков, камней и досок, которые были свалены возле оборонительной стены города. По всей видимости, эльфы планировали сложить именно этот мусор, чтобы перебраться через стену. Оставалось надеяться, что Леозен продумал, как безопасно спрыгнуть с приличной высоты на землю и не получить никаких травм.
Рандар ходил вдоль забора выгребных ям на протяжение целого часа. Взбрасывая ноги вверх, пытаясь лишний раз не шуметь, юный командир уже не мог бороться с зевотой и усталостью, даже несмотря на обдумывания всего того, что он хотел высказать Леозену за его неожиданное решение покинуть ряды восставших. Благо, ночная прохлада, которая по-прежнему отдавала снежным холодом, помогала ему держаться на ногах.
Облака лениво ползли по ночному небу. Менгон то и дело вылезал из-за дырявых белых полотен, освещая спящий город людского королевства. Тихий пробирающий ветер и редкое пение птиц – умиротворяющие звуки, которые начинают раздражать, если сонным ожидать прихода товарищей больше часа, сопровождали серебряные лучи ночного светила. К счастью, когда Рандар уже начал думать о возвращение в Дом вельмож, до его ушей донеслись шорохи. Такие звуки издавали сапоги, шуршащие по каменным дорогам. Это точно были не закованные в металл стражники.
Через минуту на тёмных улицах показались серебряные и золотые лица эльфов. Из-за слабого света Менгона подопечные Леозена не сразу разглядели, кто находился перед ними. Однако паника спала, как только на уставшем лице командира блеснула мягкая улыбка.
- Командир? Что Вы тут делаете? – Шептал удивлённый эльф, оглядываясь по сторонам.
- Не мог же я отпустить вас, не попрощавшись.
- Никак ты не научишься осторожничать, - тихо усмехнулся Леозен, стоявший в первых рядах. – Подготовьте плацдарм у стены, - обращался капитан к своим подчинённым. – Но только не шумите!
Эльфы быстрым темпом, в полуприседе, направились к выгребным ямам. Только дверь на территорию клоаки скрипнула, как эльфы принялись закрывать носы и с отвращением вертеть головами. Тем не менее, у них была задача, которую необходимо было выполнить ради общего блага эльфов.
- Какой у вас маршрут? – Поинтересовался Рандар, который не знал, о чём говорить с товарищем, которого больше никогда не увидит.
- Придётся сделать большой крюк, чтобы не наткнуться ни на одно поселение или форт, - смотря на юного командира, добродушно отчитывался эльф. – Не стоит за нас волноваться, мы не пропадём.
- Я знаю, мудрости у вас точно хватит, - печально улыбался наследник Наргилоса, опустив взгляд вниз. – Просто… Не привык прощаться с… живыми товарищами.
- Надеюсь, с мёртвыми тебе придётся прощаться как можно реже.
- Я бы вообще не хотел теперь ни с кем прощаться, - с неким смущением произнёс командир.
- Кто бы хотел, - задумчиво вздохнул Леозен, то и дело бросавший взгляд в сторону ям, когда там что-то скрипело. – Но всем приходится с кем-то прощаться. Это не плохо, это нормально. Такова жизнь – у всех нас свой путь.
Рандар сокрушённо качал головой, ничего не говоря.
- Признаюсь честно, - прервал молчание эльф, стремясь подбодрить товарища, - я не понимаю, с чего нам прощаться. Да – нас разделяют границы, но ведь война давно закончилась. Мы можем навещать друг друга, когда пожелаем.
- Если мне удастся добиться цели, я смогу посещать Брюзерос только с дипломатическими целями, - ответил наследник, понимая, что уже нет никакого смысла скрывать конечную точку выбранного пути.
- На мой взгляд, - после ещё нескольких мгновений тишины улыбнулся Леозен, - если и стоит задумываться о будущем, то только о будущих радостях. Иначе – зачем вообще ждать его приближения?
Рандар, вновь переведя взгляд вниз, сжав губы, понимающе закивал, хотя на самом деле просто не хотел прощаться с эльфами в споре. Давние товарищи долгое время молчали, не зная, что говорить. Леозен и его командир понимали – никаких слов не хватит, чтобы в полной мере поблагодарить друг друга за все те услуги, которые они оказали друг другу.
Наконец, через пару минут скорбной тишины, дверь на территорию ям скрипнула и один из эльфов, которого, кажется, вот-вот вывернет наизнанку, шёпотом прокричал:
- Всё готово!
Леозен и Рандар, которые уже приготовились к тошнотворному запаху, пересекли забор и устремили взгляды на импровизированную лестницу, выложенную из ящиков, камней, подпираемую досками. Капитан подошёл ближе, слегка пошатал конструкцию, убедился, что она относительно устойчива, после чего дал приказ эльфам перелезть через стену.
Один из эльфов, державший моток толстого каната, ловко взобрался на стену, присел, распустил связку и спустил край каната за забор. За ним по шаткой лестнице двинулись остальные эльфы, каждый из которых, хватаясь за канат, с улыбкой бросал последний взгляд на командира, безмолвно благодаря того за всё пережитое.
Наследник Наргилоса улыбался и кивал в ответ, произнося в голове имя каждого эльфа, попутно вспоминая все разговоры, шутки, советы и сражения, которые удалось пережить вместе с представителями мудрого народа.
Переброска всех эльфов за стену заняла порядка получаса, на протяжение которых Рандар и Леозен даже успели привыкнуть к отвратительному запаху выгребных ям. Наконец, остался один Леозен. Капитан эльфов положил руку на плечо юноши обратив на него горделивый, полный радости и печали взгляд.
- Не печалься, Рандар, - по-отечески заговорил Леозен, на глазах которого, казалось, проступила влага. – Не думай о плохом, не мучай себя. Сохрани себя ради друзей, товарищей, семьи и будущего всего королевства. Ты достойный человек, ты хороший человек, я горд быть знакомым с тобой. Прошу тебя – не вини себя во всех бедах нашего мира, не пытайся всех спасти и всех понять. Главное ; будь счастливым, и старайся делать счастливыми своих близких. А что касается будущего – оно наступит, хочешь ты того или нет. Плыви по течению, не пытайся изменить русло реки. Оно само изменится, со временем, благодаря совокупной воле всех смертных в Данмаре.
Рандар не поднимал глаз на эльфа. Не хотел показывать дрожащие губы.
Леозен слегка потряс командира за плечо, после чего, не говоря ни слова, направился к стене. Схватившись за канат, прежде чем пропасть за каменной преградой, глаза эльфа последний раз устремились на наследника Наргилоса. С улыбкой на устах и слезами на глазах, Леозен кивнул, благодаря юного командира за всё, что тот сделал для эльфов. Капитан неожиданно резко для такого события пропал за стеной, и после этого ни ему, ни Рандару не было суждено увидеть друг друга. История их дружбы и товарищества подошла к концу. Всё было кончено.
- Ловите меня, - шептал эльф, продолжавший сидеть на стене. – Удачи Вам, командир. Мы верим, что Вам удастся дойти до конца! – Обратившись к наследнику, произнёс последний улыбающийся эльф, прежде чем спрыгнуть и также скрыться за стеной.
Эльфы, которых люди спасли из рабства, народ, о котором Рандар слышал лишь из россказней стариков, его товарищи и друзья ушли, покинули его. Командир ещё несколько минут стоял на месте, не обращая внимания на вонь и гниль под ногами. Он стоял, пока голоса и шорохи не затихли в ночной тишине.
Для них всё было кончено. Война для них завершилась весьма хорошо. Они вернуться домой, увидят близких и друзей спустя столько лет, займутся бытом и забудут о тех ужасах, что пережили в Вундрате. Они обязательно доберутся, спасутся и станут счастливыми. Им можно было только позавидовать.
Рандар, тяжело вздохнув, простояв на месте несколько минут, решился отправится обратно в сторону Дома вельмож, действительно завидуя тому, что для эльфов всё кончилось. Когда же всё это кончится для него?
Почему его снова оставили? Такое быстрое и неловкое прощание – эльфы были смущены приходом командира, они не знали, что говорить. Даже Леозен оставил напоследок лишь банальные и слова, не имевшие под сабой никакой глубины. Почему он смотрел на него с этой проклятой жалостью? Почему вёл себя так стеснительно?
Рандар спас эльфов, помогал им, а они бросили его, как только появилась возможность. Так же с ним поступили пару лет назад: отряд Денера бросил его, никто даже не попытался уговорить его идти с ними.
Для всех он был лишь орудием: Перин, Денер, Керанзо, Нудзир, Равир, все его подчинённые и товарищи – всем им было плевать на наследника Наргилоса. Им была нужна лишь власть, которой он сможет обладать в будущем.
«Хватит! – Гневно пресёк эти мысли сам Рандар. – Хватит ныть. Постоянно ноешь и жалуешься. Поэтому на меня все смотрят, как на ребёнка. Заткнись и делай то, что от тебя требуется. Если я не могу обрести покой, я должен жить ради них. А если не смогу жить ради них – ряди чего такой мусор, как я, вообще продолжает жить?» - сокрушался юный командир, в глубине души уже понимая, что сегодня ночью ему не удастся уснуть.
Глава 4
Следующее утро выдалось весьма напряжённым. Не потратив ни секунды на сон, наследник Наргилоса страдал от дребезжания мыслей в голове, от боли по всему телу из-за тренировок, из-за всех тех мрачных фантазий о будущем, которые появлялись всякий раз, стоило юношу вспомнить, кем он должен был стать, и какие обязанности будут на нём лежать.
Тем не менее, Рандар не мог и дальше жалеть себя: утром, если ничего не произошло за минувшую ночь, должен был состояться совет с Равиром, на котором юный командир обязан присутствовать. Потому, еле передвигая ногами, наследник Наргилоса направился к Дому вельмож, чтобы приготовится к официальной встрече. Не стоило выходить к вельможам и Верии в таком безобразном виде.
Успев пересечься с кухарями и обслугой Дома вельмож, Рандар приказал начать готовить завтрак и растапливать печи в бане. Удивительно, но юному командиру удалось набить живот и смыть с себя зловонный запах выгребных ям и пота как раз к тому моменту, когда остальные командиры принялись готовится к предстоящему совету.
Примерно через час командиры Духарта, облачённые в официальные синие приталенные мундиры с погонами, направлялись к замку княгини в сопровождении пары дюжин подчинённых. Несмотря на окружавшую их толпу жителей Поварина, в офицеров Духарта не летело ни камней, ни гнилых фруктов, ни оскорблений, ни призывов поскорее убраться из города – только недовольные и недоверчивые взгляды. Хотя они прямо сейчас могли наброситься на своих бывших врагов и разорвать их, люди молча провожали командиров глазами. Как и говорил Равир, чьи слова Рандар стал частенько вспоминать после гибели Будина – обычные люди действительно выполняют распоряжения вельмож, какими бы абсурдными и оскорбительными они не казались. Пусть, данное замечание было циничным и высокомерным, всё же стоило благодарить судьбу за послушание простого люда.
Командиры прошли в замок через главные ворота. Стражники, вслед за обычными жителями города, были предвзяты к новоиспечённым союзникам. Тем не менее, командование Духарта без ненужных проблем направилось в зал советов, моля Всевластителя, чтобы их подчинённые не поцапались со стражниками дворца.
На протяжение этой беспокойной для всех участников процессии, Рандар подслушивал рассуждения командиров, подмечая, что они приходили к тем же заключениям, что и он. Было выдвинуто несколько стратегий со своими сильными и слабыми сторонами, которые, в конечном итоге, были отброшены.
Под самый конец разговора коллективным решением офицеры пришли к той же стратегии, что придумал Рандар после нескольких дней раздумий. Значит, если даже они вторили словам наследника Наргилоса, его заключения были верны. И, как и он, его взрослые товарищи заключили, что придётся выслушать стратегию Равира прежде, чем делать собственные выводы.
В зале для советов уже располагались княгиня Верия, сидевшая во главе длинного стола с серьёзным лицом, казначей и вельможи Поварина, занявшие места с правого угла стола, командир Бальмун, с суровыми чертами стоявший за спиной княгини, а также князь Равир, занявший первый стул с левой стороны, аккурат возле самой Верии. Судя по уставшему виду и грязи на лице, а также, конечно, походному камзолу и броне, правитель Духарта по приезде тут же направился на совет, не обременяя себя банями и сменой одежд. Очевидно, ему уже не терпелось раздать всем указания.
- Наконец! – Сурово произнёс князь Равир, когда его подчинённые скрипнули дверью. – Не престало представителям Духарта заставлять наших союзников ждать. Прошу - присаживайтесь, - властно произнёс владыка южного княжества, указав на стулья со своей стороны.
Командиры, гордо держа головы, быстрым шагом заняли полагающиеся им места. Последним, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания, сел Рандар.
- Достопочтенные вельможи и командиры княжеств Поварин и Духарт, - холодно заговорила княгиня Верия, - совет объявляется открытым.
Князь Равир, которому явно не терпелось начать обсуждения, тут же перехватил инициативу в разговоре:
- Благодаря барону Хагену, который сегодня не смог явиться на совет по важным причинам, - по голосу было слышно, что правитель Духарта всеми силами пытался скрыть гнетущее его напряжение, - мне известно, что происходило в Поварине во время моего отсутствия. К сожалению, из-за угрозы появления в Духарте шпионов Наргилоса, я был вынужден держать свои дела в секрете. Но теперь, могу он них рассказать.
Бароны моего княжества трудятся в поте лица, чтобы обеспечивать необходимой провизией наш союз. Им пришлось приложить немало усилий, чтобы объяснить простому люду, для чего повозки увозят материалы для строительства на север.
Мои вельможи весьма доблестно выполняют свой долг, однако игнорировать навязчивые посягательства на восточные уделы моего княжества становится невозможно. Узурпатор Домур собирает войска и отправляет их к границам – в любой момент может начаться наступление, а в Духарте практически нет войск, чтобы сдержать неприятеля. Боюсь, если не предпринять меры, моё княжество может погрузиться в пламя войны уже через несколько месяцев.
Бароны Поварина недобро посмотрели на Равира. Виня его в гибели множества воинов, князя и его наследника, а также лишении северного княжества его суверенности, они не представляли, каким кощунственным нужно быть, чтобы рассчитывать, будто бы волнения о погружении собственных земель в хаос войны может пронять новых союзников Духарта.
- Однако мои осведомители из Наргилоса, - продолжал князь Равир, - заверили, что в данный момент Домур не планирует вторгаться в мои владения – в скором времени узурпатору придётся решить конфликты в своём собственном княжестве. Тем не менее, нельзя позволять ему чувствовать свою безнаказанность и продолжать поддерживать иллюзию его вседозволенности.
Поварин находится в более шатком положении. Насколько мне известно, Гелон намерен захватить причитающиеся ему восточные земли вашего княжества до наступления тёплых месяцев. Вероятно, князь Умрата прикажет своим войскам идти вглубь Поварина до самый столицы, чтобы вынудить княгиню Верию к заключению брака.
Каменное лицо Верии не изменилось. Выдержке княгини можно было позавидовать.
- Поэтому, я полагаю, все наши усилия сейчас должны быть направлены на уничтожение угрозы Умрата. В случае захвата вашего соседа, наш союз обзаведётся осадными машинами и дополнительными войсками, не говоря о выходе к Фортсийским бухтам.
Кроме того, подавив Умрат и заключив с ним выгодный для нас союз, удастся зажать Наргилос и столицу нашего королевства в тиски. На нашей стороне будет половина войск всего Вундрата, осадные орудия, вся провизия и выходы к торговым узлам – в таких обстоятельствах королю и узурпатору не удастся долго противится нам.
- Согласен с князем Равиром, - прощебетал барон Панвин, который уже никак не мог воздействовать на подчинённых из подвластных ему восточных уделов. – Если мы потеряем восток, победа Умрата будет неминуемой.
- У Вас уже есть план, князь Равир? – Поинтересовался новоиспечённый барон запада Малег.
- Да, - уверенно говорил неподвижный Равир. – Через осведомителей и хороших знакомых, удалось выяснить, что властитель южного удела Умрата Генур, будучи братом почившего князя Генара, дядей Гелона и Гедона, крайне недоволен правлением своих племянников, хотя он и старается не показывать этого на людях. После неожиданной гибели князя Генара, вокруг которой уже много лет ходят различные слухи, именно Генур должен был стать следующим правителем Умрата.
Однако Гедону на момент смерти отца уже было двадцать лет – он мог править. Вот только его болезнь, поразившая мозг, сделала его правление невозможным. Гелон, от рождения хитрый и умный, выступил регентом брата. Хотя королевский кодекс не предусматривает подобного развития событий, но ни одного родственника, кроме барона Генура, у них не осталось.
Вельможи Умрата были заняты восстановлением своих земель после их разорения эльфами, а знатные люди, которые могли повлиять на выбор правителя, неожиданно исчезли или скоропостижно скончались. Вероятно, этому поспособствовал сам Гелон.
Барон Генур, который долгое время провёл на юге Умрата, стремясь восстановить отношения с Наргилосом после свержения князя Рундрика, не смог помешать племяннику. Именно поэтому Гелон стал регентом, а через два года - полноценным князем. С того момента, как говорят, Генур и затаил злобу и презрение к племянникам – его обдурили, отправили на юг, пока в столице Гелон подкупал оставшихся купцов и ветеранов, чтобы те выступили перед королём за принятие регентства Гелона над Гедоном.
Уже восемь лет барон Генур обрастает связями, повышает лояльность землевладельцев, других баронов, влиятельных купцов и знаменитых ветеранов, чтобы однажды, воспользовавшись слабостью Гелона, сбросить его с трона. Однако, кажется, пока для этого нет весомых оснований. Судя по всему, князь Гелон так запугал своих же вельмож, что те, закрывшись в своих поместьях, не желают принимать хоть какого-то участие в жизни княжества. По сути, сейчас Гелон единственный, кто принимает решения в Умрате.
- При всём уважение, князь Равир, - прервал монолог правителя барон южных уделов Тураг, - но нам хорошо известна история княжеской семьи Умрата. Мы бы хотели услышать Ваше мнение, как это может помочь нам!
- Полагаю, - сдерживая раздражение из-за того, что его перебили, продолжил Равир, - мы можем заключить соглашение с бароном Генуром: мы помогаем ему свергнуть Гелона, а он, взамен, становится князем Умрата и вступает в наш союз.
Вы, справедливо, заметите, что сделать это весьма затруднительно, учитывая показательную стойкость Гелона. Однако власть, построенная на одном лишь страхе, рушится, как только появляется возможность избавиться от неё.
Учитывая происхождение, влияние и заслуги барона Генура, он может стать хорошим претендентом на титул князя. А получив помощь от нас, он непременно встанет на нашу сторону – иначе, его, как и нас, будет ожидать казнь за предательство своего князя и данных ему клятв.
- Но, чтобы пошатнуть князя Гелона, нужно накалить ситуацию в Умрате, - заметил барон севера Гарил, нервно потирающий руки. – Одних наших сил не хватит. Нас будут воспринимать, как захватчиков и агрессоров. Даже барон Генур, если он станет князем, не сможет это оправдать.
- Именно поэтому мы должны воспользоваться помощью преступной организации Хорьки.
При этих словах князя Равира практически все собравшиеся изрядно удивились, косясь на правителя Духарта осуждающими взглядами.
- Подумайте, - принялся оправдывать себя Равир, - эта группа разбойников и мародёров орудует в Умрате уже с десяток лет, они не гнушаются убийств, они готовы на всё, лишь бы доказать справедливость своих убеждений. Они фанатики, психи, готовые сделать всё, лишь бы сместить князя Гелона с трона, да и всех остальных правителей. Однако сейчас это не принципиально – если мы можем получить союзника, который поможет нам в борьбе с Гелоном, мы должны этим воспользоваться.
Да – я порицаю их деятельность и глупый инфантилизм, однако всякой организации нужны ресурсы, и пока мы и барон Генур будем снабжать их, они не станут нападать на нас. Лишь со временем, когда угроза Гелона исчезнет, они решаться покуситься на нас, но у них уже не будет возможности бороться против нового правителя Умрата – как только они сделают всё, что нам нужно, мы уничтожим их.
- Весьма безжалостно, - заметил барон Тураг, покачивая головой.
- Но как знать, что барон Генур и Хорьки действительно согласятся сотрудничать? – Осведомился барон Панвин. – Может, их принципы не позволят им объединится даже против общего врага.
- Да и нам связываться с ним – нежелательно, - вмешался барон Малег. – Не выгодно. Риски перевешывают конечную пользу: если поползут слухи о сотрудничестве баронов и преступников, нас самих уже смогут сместить собственные подчинённые.
- Конкретно наша помощь будет заключаться не в снабжении Хорьков ресурсами, а умелыми людьми, - пояснил князь Равир. – Боевой отряд, состоящий из умелых воинов, посланных им на подмогу, позволит нам заручится их доверием, а заодно – будет следить за выполнением договорённостей.
Основные расходы возьмёт на себя барон Генур. Так он ослабит себя, а заодно - обзаведётся стимулом разбогатеть на дальнейшей войне с Наргилосом – богатейшем княжеством в королевстве. Сейчас – для всех сторон это весьма выгодный союз: Хорьки устраняют неугодную им власть, Генур получает титул и возможность заполучить долгожданную славу, а мы ослабляем Умрат и обзаводимся союзником, точнее – должником.
- Всё же рассчитывать на такой благоприятный для нас исход – не стоит, - печально заявил барон Тураг. – Это может сыграть и против нас.
- А какой у нас выход? – Поинтересовался барон Панвин, заметно оживившись. – Главное отбросить Умрат дальше от наших границ! Если есть такой шанс, нужно им воспользоваться.
- А этот барон Генур – он-то знает о Ваших смелых планах, уважаемый князь? – Поинтересовался барона Малег, с подозрением смотревший на Равира на протяжение всего совета.
- Пока нет, - произнёс Равир, отвечавший Малегу тем же взглядом. - Однако, как говорят мои осведомители, барон южных владений Умрата готов пойти на отчаянный шаг, чтобы лишить Гелона власти. Гелон, судя по сообщениям, совсем не устраивает Генура: наглость, насмешки и наплевательское отношение совсем не способствуют развитию княжества, да и всего королевства. Он насмехается над традициями и кодексами, обязанности и долг для него – пустой звук. Учитывая, что он правитель целого княжества, такое сочетание нравов и воззрений опасны для целостности и стойкости королевства.
- Ему плевать на обязанности и кодексы, но при этом он всё же стримится захватить Поварина и женится на княгине? Разве, это не странно? – Дивился барон Тураг.
- При всём уважении, князь Равир, - слегка склонил голову казначей Демут, - но Ваши заключения основываются на эмоциях и стремлениях, но не на сухих фактах и логике. На мой взгляд, эмоциональность не так важна, как холодный и грамотный расчёт. Ваши доводы доходят до нас, однако как объяснить воинам и простому люду, что нам снова придётся повысить сборы и отправить их на побоище?
- Хотя Вы, вероятно, со мной не согласитесь, - уверенно отвечал князь, - но я говорю за себя: Духарт и Поварин не представляли друг для друга той угрозы, какую представляют Умрат и Наргилос. Мы с Вами оказались на острие лезвия: либо сражаться друг с другом, либо бросать вызов более могущественным противникам. Будем честны: Духарт и Поварин слабее Умрата и Наргилоса.
Нам пришлось пролить немало крови, чтобы в конце концов объединится против общих врагов. Мы принесли друг другу много боли, но это лишь предтеча настоящей войны. То, что было ранее, будь про провидение Всевластителя или капризы судьбы, в итоге сделало на сильнее, открыв глаза на истину.
Рандар, сидевший дальше всех, оставался без внимания собравшихся, а потому никто не заметил его горестной улыбки: этот подонок год назад увещевал наследника Наргилоса в необходимости войны с Поварином, в том, что именно Поварин должен стать показательной жертвой для демонстрации силы Духарта.
Однако даже тогда он, в перерывах между убеждениями в необходимости начать войну, незаметно подсовывал в подсознание мысль, что Поварин, ровно как и Духарт, лишь жертвы в этой ситуации, которым приходится идти на ужасные меры, чтобы защитить себя. Он уже тогда знал, что будет использовать этот аргумент в переговорах с Поварином. Он всё просчитал.
Впрочем, негодование Рандара разделяли и вельможи северного княжества. С претензиями в глазах смотря на вынужденного союзника, бароны разочарованно мотали головами, дивясь тому, как столь открыто можно было лгать.
Равир прекрасно видел их реакции, но не стал меняться в лице, говоря тем же уверенным тоном:
- Благодаря нашему союзу, мы обзавелись богатым продовольствием, более крупным войском, весомым запасом ресурсов и большей казной. Наше столкновение потребовало потратить много, однако, благодаря нашей предусмотрительности и заблаговременной подготовке к долгой войне, у нас остались внушительные запасы оружия и брони из Салингарна, а также много ресурсов для подготовки дополнительного снаряжения.
К несчастью, как бы не хотелось прибегать к этому, но нам всё же придётся повысить сборы дани: теперь нам потребуется больше карет и лошадей, придётся восстановить старые форты и направлять туда стражников, а также, вероятно, придётся повысить число рекрутов, чтобы избежать появления разбойничьих группировок в отдалённых регионах.
Впрочем, все мы знаем, что самое трудное в данной ситуации, как правильно заметил казначей Демут, объяснить народу, для чего это делается. Нужно воодушевить воинов и вселить в них надежду. Если всё это будет сделано, с повышением податей и сбором воинов не будет никаких проблем.
- Интересно, для чего нам покупать дополнительные экипажи, - поинтересовался расчётливый барон Малег, подозревавший, к чему клонил князь Духарта.
- Теперь нам придётся вести ресурсы между двумя фронтами, - пожал плечами Равир, который также прекрасно понимал, что вельможи уже догадались, какова будет его стратегия. – Дополнительные извозчики, лошади, стражники – всё это требует ресурсов.
- Может, нас просто позаимствовать всё это у хозяйств? – Предложил командир Талив. – Если уж мы решили взымать больше, пусть это касается всего. Меньше придётся тратить.
- Народ взбунтуется, - щенячьим взглядом смотрел на ветерана барон Панвин. – Что тогда будем делать?
- У народа можно будет что-то изымать только в худшем случае, если ничего другого не останется, - согласилась с бароном командир Ягонрута.
- Мы поняли Ваш план, князь, - потирая весок, заговорил раздражённый барон Тураг. – Что именно Вы намерены делать? С войсками, с командирами – какая у Вас военная стратегия?
- Возможно, я вызову гнев собравшихся, но иного выхода у нас нет, - стойко произносил каждое слово Равир, испытующе смотря на вельмож Поварина.
***
Деник стоял на пороге казармы, подозрительными глазами осматривая проходивших мимо людей. Они одаривали капитана недобрыми взглядами, однако, к счастью, отчётливой ненависти или жажды отмщения видно не было. Лишь бы они ничего не выкидывали.
- Ты, мать твою, что творишь? – Послышался озлобленный голос со стороны.
Деник тут же обернулся, волнуясь за то, к кому и по какой причине могли так обращаться. К сожалению, его подозрения подтвердились. В паре десятках метрах от казармы стоял один из его подчинённых, возвышавшийся над взволнованной женщиной. Подчинённый смотрел за спину, выслушивая порицания покрасневшего от злости стражника Поварина.
- За что мне это проклятье, - злобно произнёс юный капитан, с силой приложив раскуренную трубку о деревянный отлив рамы окна.
- Да я-то что делаю? Просто разговариваю, - пожимал плечами бывший разбойник.
- Отойди от женщины, живо! – Продолжил повышать голос стражник.
- Что здесь происходит? – Ворвался в разговор Деник, осуждающе смотря на подчинённого.
- Да я просто хотел поговорить с дамой, а на меня уже тут накинулись, - виновато, даже как-то по-детски отвечал верзила с высоким лбом. – Что я такого сделал?!
Женщина в сером платье с обмотанными платком волосами перевела взгляд на Деника. В нём не было страха, лишь беспокойство. Кто же не забеспокоиться, когда такой вот подходит к тебе?
- Нечего вам с простыми людьми заговаривать! Держитесь от них подальше, – продолжал восклицать стражник, тыкая в подчинённого Деника указательным пальцем.
- Не тыкай в меня своим обрубком! – Не выдержал разбойник. – Нормально разговаривай.
Женщина перепугалась сильнее. Возле орущих воинов начала собираться толпа. Люди в ожидании смотрели на происходящее, ожидая неминуемой драки.
- Неужели сейчас прям рубить друг друга начнут? – Ахала старушка.
- А ты что думала?! – Отвечал ей старик. – Это должно было когда-то случиться.
Деник краем уха слышал переговоры жителей города. Когда ситуация, казалась, начала приобретать характер вынужденной меры терпеть своего бывшего врага ради общего блага, нельзя было допустить возгорания конфликта. Иначе ни о каком улучшении ситуации не придётся и мечтать.
Но что же делать: разнимать этих дураков – бессмысленно. Они сами втянут капитана в своё противостояние.
- Что тут опять происходит? – Прогремел голос позади толпы.
Расталкивая стражников, к собравшейся толпе вышел мужчина средних лет с суровым лицом. Судя по авторитетному животу и пагонам на чёрном кафтане, на которых виднелись три вертикальные золотые линии, этот грозный мужчина был никто иной, как капитан стражи.
Кажется, если поднатужиться и прошерстить память, именно его лицо возникнет в голове, когда Деник вспомнит, кто встречал воинов Духарта при в ходе в столицу Поварина и распределял их по казармам.
- Что тут у вас, остолопов, происходит?! Почу визжите на всю улицу? Заняться нечем?
- Простите, капитан, - тут же обернулся к офицеру стражник, начавший ссору, - но эти… из Духарта – мешают жителям города.
- Ничего я не мешал! – Повысил голос разбойник.
- Заткнись! – Гневно сквозь зубы процедил Деник, стараясь не ухудшать ситуацию.
Капитан городской стражи обратил взгляд на Деника, стоявшего в простой одежде. С чего бы его, такого мальца, стал слушать рослый воин?
- А ты кто, пацан? – Обратился к нему капитан из Поварина.
- Капитан пехотного боевого отряда, Деник, - отчитался воин, соблюдая какой-никакой воинский устав.
- Ты? – Переспросил капитан, удивившись.
Разбойники, стоявшие позади своего юного капитана, подтвердили это кивками.
Капитан из Поварина оглянулся по сторонам, потёр подбородок, после чего произнёс:
- Капитан, пойдём отойдем. А вы, придурки – держите пасти закрытыми и не открывайте их, пока мы не вернёмся. Вам ясно? – Гаркнул мужчина, после чего размеренным шагом направился в сторону от толпы.
Деник, серьёзно посмотрев на своих подчинённых, направился за капитаном из Поварина, стараясь не показывать волнения, чтобы к нему испытывали должное уважение.
Отойдя на несколько метров, так, чтобы их никто не услышал, капитаны заговорили на полтона ниже:
- Удивляюсь я Духарту – брать в командиры и капитаны таких молодых. Вам ещё… Да, в прочем, это не моё дело. Так – что делать будем?
- Разгоним их, показательно сделаем выговоры, чтобы другим было не повадно. А то скоро все друг с другом начнут грызться.
- Факт! Учитывая, что нам ещё ни в одном сражении вместе участвовать, надо их держать в ежовых рукавицах, - вздохнул капитан из Поварина. – Надо же – из-за обычной бабы могли начать рубилово, болваны.
Лучше тебе за ними пристально следить. Да и я своих приструню. До этого всё складывалось неплохо, пусть и дальше пока просто привыкают друг к другу. Жаль только, что нам придётся бдеть за этими придурочными.
- Удастся ли только следить за всеми? – Решил поддержать тему трагедии офицеров Деник, повторяя попытки влиться в роль капитана.
- На местах, конечно, будут возникать ссоры и драки. Но это мелочи – гаркнул и разошлись. Главное, пытаться сохранять какой-никакой мир и порядок, пока война не закончится и нам больше не придётся сотрудничать. Так что дерзай, пацан, объясни своим, почему сейчас всем лучше дружить.
На этих словах капитан сплюнул на землю и властным шагам направился к своим подчинённым, которые действительно держали рты закрытыми.
- Ещё раз, придурки, мне придётся вас, как детей обучать, всех отправлю выгребные ямы отчищать! Устроили балаган. А ну – марш в казармы!
Стражники, стоявшие поодаль, послушно развернулись и отправились дальше по улице к своему посту. Тот, кто зацепился языками с разбойником, гневно посмотрел на воина из Духарта и также направился за товарищами, пока капитан провожал его взглядом.
Наконец, когда подчинённые удалились, капитан Поварина и сам поспешил покинуть место ссоры, заверив толпу, что самое время расходиться. Женщина, из-за которой начался спор, быстрым шагом ушла с улицы первой – кто знает, будет ли ей что-то за то, что двое воинов чуть не сцепились.
Деник облегчённо выдохнул – к счастью, капитан оказался толковым мужиком, не стал обвинять и требовать извинений. Вероятно, одному Денику не удалось бы развести двух дураков.
Юноше даже стало радостно, что в Поварине остались люди, которые думают головой, а не поддаются эмоциям. Кажется, капитан из Поварина был прав: если кому-то и удастся примерить воинов и обычных людей, так это офицерам и вельможам – тем, кто видят всю картину и понимают, что будет дальше.
А самому Денику не будет лишнем поднатаскаться в лидерских качествах. Уже в ближайшее время, когда война продолжится, придётся внушать такое уважение, чтобы его приказы выполняли беспрекословно.
Главное, чтобы вельможи двух княжеств придумали, как сократить количество возможных конфликтов и предотвратить вероятное возобновление вражды между Духартом и Поварином.
***
Воины из Духарта и Поварина, перемешенные и отправленные в южные уделы северного княжества для восстановления полей и поселений, сейчас трапезничали, сидя за одними столами и переглядываясь.
За прошедшее время и совместную службу, охраняя строителей, землепашцев и караваны, воины двух княжеств успели притереться друг к другу. Хотя отношения представителей Духарта и Поварина оставались натянутыми.
Стражники строительной бригады, сняв с себя обмундирование, доедая похлёбки и пытаясь растянуть время, чтобы как можно позже вернуться к бессмысленной и тяжкой работе, изредка перекидывались фразами. Воины из двух княжеств не стремились заговаривать друг с другом – только по необходимости. Так что даже за столом следовало следить за языком, чтобы не вызывать ненужных споров и разводить распрей.
- Я слыхал, что сегодня князь Равир явился в Поварин, - шептал один из воинов Духарта своему близкому товарищу. – Наконец, хоть сейчас вельможи и командиры начнут что-нибудь делать!
- Если бы не ваш Равир, - дерзнул ответить воин из Поварина, случайно услышавший переговоры вынужденных союзников, - мы давно разобрались со всеми проблемами. А теперь придётся воевать со всем королевством!
- А ты, значит, был бы согласен отдать ваши земли Умрату вместе с княгиней Верией? – Злобно осведомился стражник из Духарта, начавший разговор. – Если так, ты просто трус!
- Нежелание восставать против всего Вундрата не трусость, а показатель ума, - с той же дерзостью отвечал воин Поварина. – О чём Вы думали? Теперь Умрат, Наргилос и столица нас всех задавят! Мы все – трупы.
- Если будешь меньше языком трепать, - неожиданно для всех, осадить юного и дерзкого воина вызывался его же сожитель из Поварина, - и больше будешь делать, может, доживём до следующего года. Нечего ссоры начинать – нам ещё долго вместе служить. Не хотелось бы разводить конфликты и заводить врагов среди новых товарищей.
- Мы друг другу не товарищи! – Злобно произносил каждое слово юный воин, брызжа слюной. – Мы тут все друг другу враги. Победа над Будином ещё не означает, что мы должны подчиняться Духарту – дуэль была договорённостью вельмож. С чего это мы, обычные люди, должны соглашаться с правилами, о которых нас даже не спрашивали? К Андарону всё это – бред собачий!
Вероятно, начавшийся спор мог перерасти в настоящую драгу между воинами двух княжеств. Однако, к сожалению или счастью, хлюпанья, чавканья и звон столовых приборов заглушил крик, раздавшийся из ближайшего леса. Обедавшие воины тут же покончили со всеми спорами, прислушались, приподнялись и принялись вглядываться вдаль, пытаясь понять, что происходит.
Через несколько мгновений из-за деревьев выбежал перепачканный кровью и грязью, перепуганный, заплаканный, с побитым доспехом, будто бы по нему были молотом. Этот воин был из второй группы стражников, охранявший строителей во вторую половину дня.
Он, еле ковыляя ногами, хромая, размахивая целой рукой, кричал товарищам:
- Чудовище! В поселении чудовище! – Эти слова заставили всех воинов насторожится, а некоторых даже, те, что поопытнее, схватились за оружия, предусмотрительно закреплённые на поясах.
Вслед за раненным воином из леса выбежало высокое, тонкое существо, выглядевшее, как дерево. Точнее, как сплетение различных жердей. Превышавшее среднего человека в полтора раза, имея вместо рук и ног длинные квадратные жерди, привязанные к более толстому и блинному бруску дерева, на верхней части которого виднелось нечто, напоминавшее озлобленное лицо – вне всяких сомнений, это существо было ничем иным, как жердявиком.
Чудовище, согласно повериям и мифам, появлявшееся в людских селениях после кровопролитных битв, которое буквально отрывало себя от крыш домов и рыскало в близлежащих землях, чтобы силой заселить людей в пустующие дома. Сложно понять, желали ли жердявики блага для людей, или ими руководствовало нечто, вроде инстинктов, однако люди знали одно – встреча с жердявиком не сулит ничего хорошего.
Именно это чудовище, по всей видимости, судя по окровавленным жердям, перебившее строителей и стражников, гналось за выжившим воином, стремясь заселить последнего выжившего в свою опустевшую хату.
К несчастью для раненного воина, он бежал куда медленнее, нежели жердявик. Чудище, ступая на свои балки, служившие ногами, вытянул жердь, служившей рукой, и, к изумлению всех, начал стягивать деревянный обрубок, обхватив воина вокруг живота. Жерди начали скручиваться вокруг воина, подобно змеям, так быстро, что уже через несколько мгновений жердявик полностью обвил бедолагу.
Стражник кричал, вопил, пытался выбраться, но древесина вокруг него стиснулась так сильно, что стражника просто раздавило, словно мягкий кусок сыра, на который надавливают тонкой нитью.
Воины из Духарта и Поварина, ошеломлённые зрелищем, похватались за оружия и помчались в сторону чудища. Не менее дюжины вооружённых людей бежали на встречу к окровавленному древесному чудищу, готовясь гибели части товарищей.
К счастью, жердявик с искажённой в гримасе гнева лицом, состоящей из двух сучков и нескольких борозд, не успел выпрямится после убийства стражника. Воины порубили чудище, разобрав его на несколько длинных и обрубленных шестов. Монстр был убит, оставив после себя всё тоже недовольно лицо и омерзительные окровавленные жерди.
- Это был грон? – Пытаясь отдышаться, спрашивал молодой воин, с отвращением поглядывая на раздавленного стражника.
- Гроны похожи на полноценные деревья, с листвой и кроной. А это – жердявик, неразумное чудовище, - пояснил старший товарищ.
Воины с горестью посмотрели на павшего товарища. Капитан, прибежавший к месту сражения после всего случившегося, приказал сжечь тело храброго стражника. Останки жердявика он приказал вложить в погребальный костёр.
Воины, принадлежавшие к Духарту и Поварину, без взаимных упрёков и споров, принялись исполнять распоряжение, высказывая уважение к павшему.
- Отправьтесь в сторону селения и посмотрите, что там случилось. Целое боевое отделение – не меньше, - продолжал приказывать капитан.
Воин из Духарта с интересом поглядывал на сожителей и новых товарищей из Поварина. Они среагировали быстро, действовали слаженно, а в момент печали забыли о распрях. Быть может – ещё не всё потерянно. Он надеялся, что во время битв с Умратом и Наргилосом, между воинами Духарта и Поварина зароются все конфликты. Либо воины отринут недовольства и недоверия, став единым войском перед лицом серьёзной угрозы, либо продолжат ссорится, и тогда восставшие княжества не могло ждать ничего, кроме поражения.
Глава 5
Закончив свой рассказ, князь Равир, не меняясь в позе, принялся с интересом рассматривать вельмож Поварина. Он был уверен, что его командиры и бароны выполнят его распоряжения без лишних разглагольствований.
Но вот что скажет княгиня и её приближённые? От этого будет зависеть дальнейшая судьба как самого Поварина, так и Духарта.
Рандар держал лицо, внутренне гордясь собой за то, что смог предугадать тактику Равира. Разделение войск Духарта и Поварина, перемешивание войск, сдерживание Наргилоса и прямое наступление на Умрат.
Единственное, чего никак не мог предугадать наследник Наргилоса, это сотрудничество с бароном Генуром и помощь Хорькам.
- Княгиня Верия, - после долгой паузы обратился к ней барон Малег, - что Вы думаете?
Девушка, которая почти всё время сохраняла молчание, выстраивая образ боязливой и смиренной девчушки, подняла на барона вопросительный взгляд, затем поводила глазами по всем собравшимся. Бароны, командиры и князь ожидающе смотрели на княгиню.
- Думаю, в сложившейся ситуации у нас нет другого выхода.
Вельможи Поварина развели взгляды в разные стороны, одновременно поддерживая правоту слов княгини, но в тоже время негодуя от неизбежности выполнять распоряжения Равира.
- Только я не согласна, - неожиданно продолжила княгиня Верия, - что нам нужно высылать Хорькам целый боевой отряд. Если люди из Умрата узнают, что мы в открытую содействуем актам агрессии разбойников, мы можем потерять лояльность вельмож и солдат.
Мне кажется, лучше выслать небольшую группу, которая будет отчитываться перед нами и направлять действия Хорьков в нужную сторону. Меньше людей – проще скрывать свои действия.
Вельможи не ожидали такого предложения от, как казалось на первый взгляд, стеснительной девушки, потому мудрое замечание удивило их.
- Полагаю, для начала нам всем стоит всё осмыслить и переговорить в своих кругах, - предложил командир Грутен, который мысленно уже начал готовиться к бесконечным спорам внутри новых войск, которые могли привести к поражению княжеств раньше, чем до них доберётся враг. – Предлагаю собраться завтра и утвердить окончательное решение.
- Согласен, - подтвердил барон Тураг.
Все собравшиеся также согласились с предложением. Недовольство от размусоливания и так очевидных решений скрывал один лишь Равир, который сквозь зубы прошипел:
- Только помните, что нельзя долго затягивать. Завтра утром мы должны принять решение.
С этими словами князь поднялся с кресла и направился к дверям, попрощавшись с представительством Поварина медленным элегантным кивком. Командиры, поблагодарив княгиню за приглашение, одарили баронов Поварина более уважительным прощанием – глубокими поклонами, благодарностями и пожеланиями хорошего дня.
Последним из зала советов выходил Рандар. Юный командир бросил на уверенную в себе княгиню последний взгляд, понимая, что уже сегодня ночью она вызовет его обговорить планы. Верия также посмотрела на наследника Наргилоса холодным взглядом, после чего сразу же начала говорить со своими вельможами.
Командование Духарта покинуло замок и быстрым шагом направилось к Дому вельмож. Окружив своего князя, командиры тут же принялись расспрашивать о делах в Духарте и о более мелких, но не менее важных деталях его плана.
- Не здесь, - строго пресёк дальнейшие разговоры князь Равир, - никто не должен нас слышать. Но сперва – я желаю смыть с себя походную грязь. Соберём совет после бань и обеда. Пока – готовьте вопросы и предложения!
«Хорошо, - думал Рандар. – Командиры устроят обстрел вопросами, а вечером я расскажу всё Верии. Может, после этого, поняв, сколько сил я приложил для благо нашего союза, она смягчится. Ну или по крайней мере, в её глазах я перестану выглядеть безграмотным дураком!».
Через несколько часов, дождавшись помывки князя, набив животы блюдами эксцентричного усатого кухаря, проводив слуг, командиры и их приближённые начали совет в большом зале первого этажа.
Командование долго обсуждало все риски, продумывало как избежать возможное предательство Поварина, как принудительно, но без лишней официальности сблизить войска, как сдерживать Наргилос и сколько времени займёт разгром Умрата. С каждым днём, с возрастанием амбиций и масштабов войны, опасностей для войск Духарта становилось всё больше. Между тем, лучшей стратегии не было.
К радости Рандара, командиры отговорили князя разделять баронов Духарта и Поварина с целью их перемешивания. Затея глупая, но так Равир намеревался породнить вельмож, заставить их доказать свою приверженность долгу правителя, а также помешать им вести интриги в его отсутствие. Пусть вельможи действительно представляли угрозу и им сложно было доверять, однако лишать беспокойные княжества последних столпов стабильности было глупо. Лучше оставить не очень умелых вельмож в их владениях – править и решать административные дела.
Наследник Наргилоса соглашался с некоторыми доводами, другие отвергал, но старался лишний раз не отсвечивать. Рандар старался больше слушать, чтобы позже вечером передать всё княгине Верии.
Совет продолжался до самых потёмок, пока на кухне не послышались разговоры кухарей.
- Думаю, дальше можно не продолжать, - потягиваясь, заговорил Грутен. – Вряд ли мы кардинально изменим стратегию. Если вельможи Поварина не захотят внести коррективы, представим им этот план, - командир слегка хлопнул по карте, лежавшей перед ним на столе.
- Чувствую, завтра нас ждёт очень долгий совет, - печально заявил Талив. – Сколько споров будет из-за этого плана. Сплошной геморрой!
- Они не станут перечить, - уверенно произнёс Равир, изящно сложив карту. – Могут только внести несколько изменений, но на нас это не повлияет. Не стоит переживать – их спесивость исчезла месяц назад, на арене.
Возможно, Равир и был прав. Однако Рандар верил, что Верии хватит мудрости, чтобы уговорить своих вельмож действовать сообща с Духартом, и в то же время следовать интересам самого Поварина, чтобы в будущем не было возмущений и восстаний из-за перетягивания одеяла потребностей и заслуг, вложенных в войну каждой стороной.
Отужинав, князь Равир, на лице которого красовались коричневые мешки под глазами, направился на покой – за две недели пути он успел соскучится по мягкой перине.
Через некоторое время, примерно через час, распив пару бутылок вина в связи с беспокойными мыслями о предстоящем, по комнатам разошлись и командиры. Вставали они рано, а мыслительная деятельность и алкоголь способствовали скорейшему приходу дремоты.
Зегир, так же устав на охоте с Мавией, отпросился у командира на сон. Рандар был только рад – никто не будет следить за тем, сколько он пьёт и, разумеется, никто, кроме стражников Дома вельмож, которым всё равно на приходящие письма, не будет знать о депеше Верии.
Юный командир, несмотря на малый жизненный опыт, вновь убедился в своей правоте: через несколько часов, когда жители Поварина отправились спать, а уставшие стражники стали менее бдительными, в Дом вельмож пришло письмо от княгини Верии. Воин, принёсший письмо, непонимающе смотрел на командира, гадая, что от Рандара хотели в такой поздний час.
- Просят явится во дворец, - пояснял юный командир, чтобы не вызывать лишних подозрений. - Видимо, хотят через меня что-то передать другим командирам, чтобы завтра не тратить на это время. Уже пару раз такое было – ничего такого.
- Вам нужно сопровождение?
- Нет, - зевнул Рандар. – Хрен знает, почему, но, кажется, вельможи Поварина мне доверяют больше, чем своим собственным гонцам. Странно, правда: они доверяют убийце Будина больше, чем собственным гонцам.
- Может, это даже лучше, - пожал плечами воин. – Пусть лучше доверяют Вам, чем трусливым вельможам или… Ещё кому-нибудь. У Вас есть честь.
- Спасибо, Канер. Для меня очень важна поддержка моих товарищей.
Стражник улыбнулся, поклонился и поспешил вернуться на свой пост. Рандар же, потянулся, размялся, будто бы это могло избавить его от опьянения, и уверенным шагом направился в княжеский замок.
Меньше, чем через час, наследник Наргилоса подошёл к кабинету княгини, дверь в который была слегка приоткрыта. Юный командир заглянул в щель и увидел сидевшую за столом Верию, облокотившую голову на руку, чей тяжёлый и в то же время пустой взгляд был направлен куда в даль. Рядом с княгиней стояла начатая красная бутылка и наполовину пустой хрустальный бокал вина.
- Мне казалось, Вы не пьёте, - улыбаясь, Рандар вальяжно вошёл в кабинет княгини.
Юному командиру не стоило в таком расположении духа заходить к Верии – княгиня направила на командира жёсткий, холодный взгляд, который тут же осадил наследника.
- Был тяжёлый день, - произнесла девушка, исподлобья смотря на гостя. – А почему Вы пришли в таком состоянии?! Сейчас Вы походите не на представителя княжества, а пьяного мужика из трактира.
На это оскорбительное, но точное заявление Рандар ничего не ответил. Такой враждебный настрой заставил юношу задуматься о том, чтобы просто развернуться и демонстративно покинуть кабинет княгини.
Да – он убил её брата, но он сам предложил дуэль и вышел на поединок; он входил в число тех, кто убивал её солдат и захватил её княжество, однако именно он предложил сотрудничать, и прилагал к тому все усилия; именно он, забыв о гордости, раболепствовал перед Верией и всеми мерзкими, лицемерными, ничтожными вельможами, которые смотрели на него, наследника Наргилоса и командира, как на глупого ребёнка.
Чего ради он так унижается? Чего ради он, наследник самого крупного княжества, убийца многих воинов, Нудзира и Будина, поднявший мятеж и возглавивший несколько сотен подчинённых, доверявших и, кажется, уважавших его, терпит такое отношение к себе?!
Гнев и обида взыграли в Рандаре. Он был готов закричать и припомнить княгине, где бы была она и всё её вельможи, если он не убедил командиров смягчить свои требования к Поварину.
Однако, взглянув на уставшую Верию, которая из последних сил находила в себе стремления и дальше занимать трон княжества и трудиться на благо народа, юноша сдержался. Она выглядела такой слабой, что наследник Наргилоса на мгновение забыл о своём гневе. Она чувствовала то же, что и он, только ей хватало смелости признаваться в своих слабостях.
Кто знает, что бы случилось, если юный командир не сдержался и всё же покинул кабинет с ссорами и криками? К счастью, Рандар, успевший за свою недолгую работу дипломата понять аспекты переговоров, крепко сжав кулаки, унял праведный гнев, отринув всякое желание доказать свою важность и ценность.
Всё это – ради Деника, Белии, Умиры, Цумины, Бениша и многих других его товарищей. Их будущее целиком и полностью зависело от его решений, а потому, если придётся мирится с оскорблениями, он всё стерпит. Союз с Поварином и дальнейший союз с Умратом – они были слишком ценными союзниками, чтобы рушить отношения из-за желания самоутвердится.
- Позволяю себе, пока нет сражений, - после недолгой паузы, произнёс наследник Наргилоса, из-за нервов не способный присесть на кресло.
- Прошу прощения, - отведя взгляд, произнесла княгиня, - я позволила себе слишком много. Мои проблемы не должны отражаться на наших отношениях.
- Ничего, - тут же ответил юноша, в сердце которого неожиданно взыграла пара мажорных нот, когда Верия произнесла последние слова. – Я понимаю. Полагаю, Вы хотели поговорить о решениях наших вельмож?
- Верно, - кивнула княгиня, принимая более формальное положение. – После долгих споров и нескольких часов совета мои бароны пришли к тому, что помощь Хорькам должна прийти из войск Духарта.
Все воины Поварина должны защищать границы княжества, пусть и не только своего, но и нашего союзника. Никто не хочет, чтобы гордые защитники нашего княжества связывались с погаными убийцами.
- Удивительно, но я предложил на нашем совете то же самое, - слегка приврал наследник Наргилоса, прибрав идею командира Грутена себе. – Солдат из Духарта точно не узнают в Умрате. Да и кроме того – у Равира больше войск. Мы уже подобрали нескольких кандидатов в первую группу подкрепления. Хотя мои товарищи этого пока не знают, но именно я хочу выступить старшиной группы пополнения.
- Ты?! – Повысила голос ошеломлённая Верия, забыв о всякой официальности. – Наследник Наргилоса, командир Духарта, тот, кому доверяет Равир, его офицеры и отчасти даже я – ты действительно думаешь, что такой риск оправдан? Даже я не согласна с таким решением!
- Но доверять такое важное дело обычным воинам – на мой взгляд, более рисково, - в голосе юноши укрепилась уверенность, когда Верия показала такое беспокойство о нём самом. - Других командиров быстро раскусят, а я – парень из деревни, долгое время проживший среди разбойников, идеально подхожу на роль того, кто будет следить за разбойниками и налаживать отношения со знатью Умрата.
Это лучшее решение. Я, как Вы верно заметили, умею вызывать к себе доверие. Несколько откровенных разговоров, принижение себя, пару раз помочь – любой человек начнёт доверять слегка бестолковому, но открытому юноше.
- Это звучит весомо, однако я всё же не могу согласиться с этим, - говорила княгиня, и с каждым её Рандар всё больше радовался, питая надежду на то, что Верия действительно могла испытывать к нему неоднозначные чувства. – Рисковать Вами – слишком смелый шаг.
- Тем не менее, я один из самых опытных воинов. Я легко нахожу общий язык с разными людьми. И, в случае чего, я смогу урегулировать вопрос между агрессивными разбойниками и кичливыми вельможами.
Я и сам не хочу рисковать собой, но, если я буду на передовой, я буду уверен, что всё идёт по плану и нашим людям ничего не грозит. Я буду спокоен за своих людей, которые останутся на союзных территориях, буду контролировать Хорьков и буду уверен, что они не навредят Поварину, а также смогу наладить отношения с будущими правящими элитами Вашего соседа. Риски оправданы!
Верия прикрыла глаза, нежно потирая веки пальцами. Княгине очень не нравилось, что придётся рисковать наследником самого крупного княжества, а также единственным из Духарта, с кем удалось наладить какие-никакие связи.
- Я ведь не сумасшедший, чтобы бросаться на амбразуру, - продолжал говорить Рандар, всё больше бахвалясь своей смелостью и решимостью. – Я опытный и умелый воин: если что-то будет не так, я отступлю.
Главное, чтобы завтра утром на совете Вы заявили, что доверяете этот вопрос мне. Ваши вельможи будут не против, а Равир и сам будет рад избавиться от того, кто вечно ставит под сомнение его авторитет. Командиры, которые питают ко мне тёплые чувства, будут против, но я объясню им, почему это правильно. Они послушают меня, поверьте.
Княгиня тяжело вздохнула, отпив из бокала вина, продолжая держать глаза закрытыми.
- Княгиня Верия, - молящим тоном заговорил наследник Наргилоса, - прошу Вас – другого выхода нет. Вельможи из двух княжеств согласились со стратегией Равира. Я и сам не хочу доверять этому барону Генуру и разбойникам Хорькам, однако, в сложившейся ситуации, моя кандидатура – лучший выбор. Все будут довольны.
Верия подняла на Рандара жалостливый взгляд. Он своей беспечностью, смелостью и самоуверенностью действительно походил на Будина. И зная, какой исход ждал её брата, княгиня не хотела рисковать важным союзником.
- Конечно, я не имею права требовать чего-то от Вас, - благородно произносил юный командир, стараясь состроить важный вид. – Переспите с этой мыслью, а завтра утром, на совете, дайте свой ответ.
- Что на счёт других размышлений? – Решила перевести тему Верия, пока не готовая давать однозначный ответ. – Что Равир намерен делать во время войны с Наргилосом?
- В этом плане ничего не поменялось. Он переставил местами пару дивизий, слегка сдвинул сроки сбора урожая, но стержень плана остался без изменений.
Верия, смотря на юного командира уже затуманенным взглядом, разом опустошила бокал, слегка поморщилась и отвернулась.
- Завтра утром мы примем окончательное решение, - сурово произнесла княгиня, смотря на юного товарища суровым взглядом. – Пока я не готова дать ответ. Пусть бароны и командиры решают правильность Вашего решения. Утром я передам Ваши измышления моим вельможам, выдав их за свои. А на сегодня, пожалуй, хватит. Нам всем пора отдохнуть.
Наследник Наргилоса понимающе закивал головой. Он передал самое главное, и теперь его совесть была чиста. Радуясь тому, что Верия проявила беспокойство, юный командир хотел, чтобы остаток вечера княгиня провела без лишних раздумий и переживаний. Хотя, после этого разговора, не стоило надеяться на это. Наконец, встав с кресла, Рандар произнёс:
- Надеюсь, остаток вечера Вы проведёте в покое. Не хотел заставлять Вас нервничать на ночь глядя. Будем думать о утреннем совете уже завтра – сегодня нам всем стоит отдохнуть. Желаю Вам спокойно ночи, княгиня Верия, - улыбнулся Рандар.
Юный командир поклонился, после чего, шатаясь, направился к выходу из кабинета. Перед дверью его остановила Верия:
- Надеюсь, Вы и сами отдохнёте и откажитесь от столь безрассудного поступка.
Юный командир вновь понимающе покачал головой. Ничего не отвечая, наследник Наргилоса покинул кабинет, пребывая в приподнятом настроение от того, что княгиня испытывала к нему не только презрение и ненависть за убийство брата. Даже странно, что она действительно отодвинула такой важный факт, сосредоточившись на том, что, по мнению Рандара, было действительно важным.
«Если бы она меня ненавидела, - размышлял Рандар, - если бы я был ей безразличен, она так не беспокоилась обо мне. Возможно, ещё рано делать такие выводы, но она точно не считает меня лишним человеком» - улыбался юный командир, стараясь тихо убраться прочь из княжеского замка.
Что бы не ждало его впереди, сердце наследника Наргилоса трепетало. Всё закончилось куда лучше, чем он ожидал. Вероятно, по завершение диверсий против Умрата, Рандар, наконец, заслужит прощение Верии и получит её симпатию, о которой мечтал по ночам в течение последних двух недель.
Его решительность помочь Поварину и взять всё с вои руки должны были впечатлить Верию и убедится, что юный командир делает всё лишь на благо людей. Оставалось лишь надеяться, что другие вельможи согласятся с планом наследника Наргилоса отправится в Умрат.
Восхождение. Том 3. 1 часть книги
© Copyright: Андрей Алексеев 36, 2026
Свидетельство о публикации №226071200192
Свидетельство о публикации №226071200192
Рецензии