Глава 6 Приключения со стеклом день первый

Глава VI   Приключения со стеклом: день первый

Стекло по размерам никак не совпало,
Не знал бедолага, что это начало…

     И так… Николай Владимирович и стекло! День первый… Пятница…

     Порезав локоть и набив шикарную шишку на лбу, Николай Владимирович отругал дочь за её невинную, но роковую инициативу. А затем с изумлением обнаружил, что за всей этой провокацией (как, впрочем, и следовало ожидать) стояла его неутомимая затейница-жена! Хорошенько отругав оную, он плотно позавтракал и отправился в стекольную мастерскую.

     Там его ждала записка на дверях:

     «Мастерская сегодня закрыта в связи с отключением света».

     Но Николай Владимирович был настроен решительно. В таком небольшом посёлке, как водится, все знают, кто где живёт — а потому он направил-ся прямиком к стекольщику домой.

     К своему великому счастью, он застал мастера на месте. Развернув небольшую, но эмоциональную речь о важности целостности остеклённых дверей и душевного спокойствия, Николай Владимирович отчаянно умолял войти в его положение. В конце концов, он всё же убедил стекольщика отправиться в мастерскую, чтобы отрезать нужный кусок стекла.

     Дело в том, что в данный момент нашего героя больше волновало отсутствие стекла в двери его спальни, нежели отсутствие электричества и прочих благ цивилизации. Что поделать — перфекционист! Ему подавай во всём завершенность и порядок. И такое явление, как зияющая вопиющим отверстием дверь, его, мягко скажем, немного раздражало.

     Стекольщик, с сочувствием выслушав и вняв пламенным призывам Николая Владимировича, охотно согласился помочь. Они вместе отправились в мастерскую, где мастер аккуратно отрезал кусок стекла нужного размера по предоставленным меркам. Затем, любезно снабдив Николая Владимировича дельными советами по установке, отпустил его восвояси.

     Вооружённый сакральными знаниями, Николай Владимирович понёс хрупкий груз домой, мысленно рисуя идеально установленное стекло в двери своей спальни. Казалось, желанная цель уже совсем близка...

     Но путь к горячо желаемому, как известно, тернист. Решив сэкономить время, Николай Владимирович свернул в лабиринты гаражного кооператива, надеясь избежать нежелательных (да и вообще любых) встреч. Однако судьба, словно специально, подсунула ему под нос Василича — соседа по лестничной клетке, который с гордостью намывал свою сверкающую «ласточку» — новенькую «Ладу».

     — Здорово, Владимыч! Зацени, какую кралю я себе отхватил! — заорал Василич, сияя, будто начищенный пятак. — Вместительная — просто космос! А экономичная — слов нет, после старой-то моей телеги дырявой... да ты глянь, салон-то какой!

     С ярым энтузиазмом, граничащим с одержимостью, он распахнул водительскую дверь, словно приглашая на борт космического корабля.

     Николай Владимирович, обладая неплохой реакцией для человека его возраста, чудом увернулся от этого широкого жеста, спасая новенькое стекло от неминуемой гибели.

     — Э-э-э, Василич, полегче! Стекло мне не разнеси! Еле уговорил стекольщика вырезать сейчас…

     — А чё, он работает сёдня, что ли? — удивился Василич, усиленно выжимая автополотенце.

     — Да в том-то и дело, что нет, — вздохнул Николай Владимирович. Немного поразмыслив, с почти искренним воодушевлением добавил: — Да-а-а... классная тачка у тебя, спору нет. — Он решил похвалить приобретение соседа, лишь бы поскорее добраться до дверей своей спальни и закрыть эту неприятно зияющую брешь. — Ладно, Василич, бежать мне надо, да и стекло, вишь, не пушинка.

     Он повернулся, сделал пару шагов и... наступил (как всегда не глядя, разумеется) прямо на лениво греющегося на солнышке кота.

     Кот, словно его задели за живое (что, в общем-то, сущая правда), издал вопль раненного сурка и взмыл в воздух, точно реактивный снаряд. В процессе своего эпичного полёта он зацепился за теряющего равновесие Николая Владимировича, выбив из его рук драгоценное стекло!

     На мгновение в воздухе повисла тишина… Стекло, словно салютуя на прощание своей гладкой поверхностью, вырвалось из рук Николая Владимировича. Ударившись об асфальт с оглушительным звоном, оно рассыпалось на сотни осколков, сверкая на солнце яко россыпь алмазов...

     Нет таких слов, чтобы описать горе Николая Владимировича. В его глазах отразилась катастрофа планетарного масштаба.

     Злой и обиженный кот, приземлившись на безопасном расстоянии от этого армагеддона, сверлил его взглядом, полным укора и жажды мести. Казалось, в его глазах читалось: «Ходють туть всякие, на приличных коти-ков наступають, гады...»

     Но Николаю Владимировичу было не до кота и не до уязвлённого котячьего самолюбия. Ему сейчас ничего не оставалось, кроме как в темпе вальса — а точнее, в ритме панического галопа — нестись обратно в мастерскую, молясь, чтобы стекольщик ещё не успел испариться в неизвестном направлении. К его неописуемой радости, тот был на месте и ковырялся в каких-то загадочных инструментах.

     Буквально пять минут назад клиент, счастливо убегавший со стеклом под мышкой, снова возник на пороге мастерской. Теперь его лицо выражало не радость, а отчаяние человека, которому срочно требовался новый кусок стекла — желательно ещё вчера. Удивление мастера было неподдельным. Не задавая лишних вопросов, он отрезал очередной прямоугольник хрупкого материала.

     После обеда с важным видом и умной физиономией Николай Владимирович попробовал было установить его, но, к его величайшему удивлению, стекло, как будто зловредно ухмыляясь, оказалось немного меньшего размера, чем было нужно.

     Анна Васильевна, заметив это недоразумение, как всегда с насмешливым видом, поиронизировала над способностью мужа измерять что-либо рулеткой. По своему обыкновению, она отпустила колкую шуточку в его адрес:

     — А скажите-ка мне, мой дорогой супруг, вам ваши ручки золотые сидеть порою не мешают?!

     Он, в свою очередь, громко хихикнув, не остался в долгу:

     — Зато у тебя, моя радость, при глажке брюк руки растут ровно из того же места, откуда и твои стройные ножки!

     Она поморщила в ответ свой аккуратненький носик и произнесла фир-менное:

     — Ф-фи...

     На том они, довольно посмеиваясь каждый над своей подколкой, и разошлись.

     Необходимо вам заметить, дамы и господа, что Николай Владимирович отличался в жизни уникальной — можно сказать, незаурядной — «ловкостью». Если дело касалось ремонта в квартире, он неизменно попадал молотком по пальцам. Если что-то завинчивал, то до срыва резьбы.

     Как-то раз Анна Васильевна попросила его утрамбовать капусту для заквашивания в стеклянные банки. Николай Владимирович, вооружившись деревянной толкушкой, вдохновенно принялся за дело. Но, как это часто у него бывало, он так усердно взялся вколачивать эту несчастную капусту, что банка просто разлетелась вдребезги.

     На что Анна Васильевна, едва сдерживая смех, сказала:

     — Сила есть — ума не надо! Чисто Попович! — сравнив его с героем известного мультфильма.

     С тех пор это прозвище напрочь приклеилось к Николаю Владимировичу.

     Но его «грациозность» проявлялась не только в быту.

     С детства его преследовали феерические падения, происходившие в самых неподходящих местах и всегда с особой комичностью. Взять, к примеру, тот случай в кинотеатре. Споткнувшись на ровном месте, он полетел в междурядье. Его бренную тушку, словно мячик для пинг понга, рикошетило от одного ряда к другому, пока он, горемычный, напрочь сражённый гравитацией, не приземлился лицом в пол. Друзья и прочие зрители, ставшие свидетелями этого кордебалета, попадали рядом — но уже от истерического хохота.

     Но это, как говорится, ещё цветочки.

     Когда наш герой поднялся с видом человека, только что столкнувшегося с поездом, и окинул торжествующим взглядом корчащихся от смеха людей, ему стало даже обидно. Мало того, что ржут, как табун лошадей, так ещё и пальцем тычут!

     С озадаченным и слегка оскорблённым видом он покинул зал и оказался в холле, где поймал на себе новые озадаченные взгляды. Оказалось, что в результате этого эпичного падения верхушка его шапки оторвалась и теперь живописно отвисала набок. Подобно крышке люка, она покачивалась в такт его шагам.

     Друзья до сих пор припоминают ему этот случай при встрече.

     А как феерично он умудрялся наворачиваться с многочисленных лестниц — это было его излюбленным занятием! Казалось, гравитация для него существовала лишь как досадное недоразумение.

     Вместо банального шествования вниз на своих двоих, он «предпочитал» головокружительный слалом на пятой точке, принимая при этом самые импозантные позы. А уж если выдавалась возможность прокатиться на тарзанке — тут уж держись!

     Сорваться с неё с немыслимыми кульбитами и выражением вселенской скорби на лице — это было для него делом чести. С транспортными средствами у него были и вовсе какие-то кармические отношения.

     В общем, нескучно было ему в этой жизни. А уж его близким — особенно!

     Под стать ему была и его жена Анна Васильевна — прикольщица, каких поискать, и юмористка по жизни. Позвольте, мы приведём вам один знамена-тельный случай из самого начала их совместной жизни, чтобы вы могли в полной мере понять масштаб этой женщины, что была рядом с ним все эти годы...

     И так, произошло это во время их свадьбы.

     То ли от нервов и переживаний, то ли от того, что она, в принципе, всегда была таковой, в ЗАГСе, прямо во время церемонии бракосочетания случилось нечто невообразимое. В самый торжественный момент, когда нужно было надевать кольцо на палец счастливому супругу, Анна Васильевна не выдержала. Её сразило до невозможности серьёзное выражение лица жениха — и она громко расхохоталась. Да так закатилась, что заразила своим хохотом всех вокруг.

     Сначала сдержанно захихикал сам жених. Потом, словно эпидемия, смех перекинулся на гостей. Вскоре даже фотограф с видеооператором, до этого мужественно пытавшиеся запечатлеть торжественный момент, дали слабину — их также неудержимо трясло от смеха.

     Анна Васильевна же была не в силах остановиться. Она притоптывала каблучками, хваталась за живот, то повизгивала, то совсем уж неконтролируемо похрюкивала. Казалось, что она вот-вот рухнет на пол, чем окончательно добила окружающих — те смеялись уже до исступления.

     Лишь регистраторша, женщина с лицом, будто высеченным из гранита, стояла неподвижно, словно памятник. Она смотрела на это безумие с выражением человека, у которого намертво заклинило шестерёнки в голове. Лишь изредка она недовольно пыхтела, бросая убийственные взгляды на ухахатывающуюся невесту.

     Анна Васильевна начала было понемногу успокаиваться. Смех стихал, гости переводили дух — все подумали, что теперь-то церемония наконец продолжится. Но тут в её шальную голову вдруг пришла новая идея. Вместо того чтобы водрузить несчастное кольцо на палец мужа, она на глазах у изумлённой публики... демонстративно забросила его себе в рот!..

     Увидев резко округлившиеся глаза мужа и его стремительно упавшую челюсть, её мозг получил настолько мощный эмоциональный всплеск, что она прыснула со смеху с новыми силами. Но тут произошло нечто непредвиденное, и овальными глаза стали уже у неё.
     Кольцо, которое она собиралась подержать немного под языком ради хохмы, нечаянно на вздохе попало в глотку и перекрыло собою дыхательные пути. Она судорожно схватилась за горло, попыталась откашляться, но ничего не вышло. Анна Васильевна неизбежно начала задыхаться. В глазах её нарастала паника.

     К счастью молодожёнов, кто-то из гостей оказался подкован в таких вопросах, и, молниеносно оказавшись у неё за спиной, грамотно произвёл спасительный приём Геймлиха. Невеста кашлянула, и кольцо вылетело у неё из горла, благополучно прилепившись прямёхонько… на лоб к жениху! Бедняга застыл с золотым «украшением» на челе с выражением вселенского ужаса в глазах.

     Вот так и началась их бурная семейная жизнь. И нужно непременно заметить вам, наш любезный читатель, что Анне Васильевне иногда бывало очень стыдно за то, что она порою вытворяла. Но, совсем недолго помучившись угрызениями совести, она признавалась себе в глубине души: ей хотелось зажмурить глаза и… снова вытворить что-нибудь эдакое.

     И вот теперь вы, дорогой читатель, имеете хоть и небольшое, но более-менее внятное представление о его дражайшей супруге Анне Васильевне.

     Что же касается Николая Владимировича, то он решил сегодня больше не беспокоить стекольщика. Он рассчитывал на завтрашний новый прекрасный день и искренне надеялся, что уж завтра он точно решит этот вопрос со стеклом. Так он наивно предполагал.
     Но мы пока не будем забегать вперёд. На короткое время отложим рассказ о приключениях несчастного Николая Владимировича и его своенравного стекла — и перейдём к следующей истории. Чтобы всё было по порядку. В хронологическом смысле, разумеется...

Продолжение http://proza.ru/cgi-bin/login/page.pl