Белая дорога

Это рассказ про дорогу. Белую дорогу, дорогу из известнякового камня. Местами он плиточный, местами щебёнка, но факт тот, что дорожный камень белый. Кто её строил никто тебе не скажет. Нет сбоку щита с надписью, как например «Объект ПСО «Монтажспецстрой». Нет светофоров и знаков. Она просто есть. Как небо, лес, озеро. В каждой местности свои дороги. В моей она белого цвета. Когда-то я родился в этих местах. И с детства запечатлелась в моей памяти.

И вот эта белая дорога вьётся между зелёными холмами, пересекает поля с рожью, или просто покрытые полевыми цветами с одиноким силуэтом коршуна на бездонном небе. А иногда это подсолнухи. Внезапно повернувшие свои лица навстречу тебе или так просто может показаться. Но я никогда не видел подсолнухов, показывающих свои затылки. На самом деле они смотрят на солнце, медленно встающее из-за холмов.
 
Белая дорога не измеряется километрами или часами ходьбы. Она лишь прожитая тобою жизнь в тот момент, когда ты встал на неё с целю достичь нужного тебе места.

Всё началось с того, что мой пёс решил, что вместо утренней прогулки по окрестностям дачи не пора-ли что-то предпринять и выскочил на белую дорогу. Ну хорошо – подумал я, – давай беги, раз решил. Мы пересекли шоссе, блестящее от жирного битума, и вновь вернулись на белую дорогу. Минуя спящие в это время дачи мы вышли на простор, где вдали зеленели холмы. Пёс бежал и бежал, изредка останавливаясь посмотреть не отстаю ли я. Впереди мрачнел зеленовато-чёрный еловый лес, но по мере приближения вдруг окрасился нежно-изумрудным. Белая дорога здесь делала поворот. Мне пришла на ум дорога из жёлтого кирпича и пёс превратился на миг в Тотошку. Но цели наши были другие. Вернее, цель пса была одна – добраться до озера. И дорога вела как раз туда. Мы шли межу полей ржи, а может пшеницы, по бокам их ограждал бордюр из цветущего цикория и от этого дорога по бокам была окрашена в нежно голубой цвет.

Дальние холмы напомнили Шир Толкиена. Вдруг из-за поворота покажется повозка с лошадью, управляемая Гендальфом. Но моя белая дорога была другая, а точка, висящая на горизонте приблизилась и оказалась коршуном. Я не придал этому значения, тем более мой пёс. Собаки редко смотрят на небо. А зря. Внезапно он начал снижаться, делая круги над головой всё ниже и ниже. Я разглядел его хвост вилочкой, тёмно-коричневые крылья с дрожащими кончиками перьев, внимательно-грозный взгляд жёлтых глаз, чёрный клюв и занервничал. Когда хищная птица с размахом крыла около полутора метров порхает прямо над твоей головой вряд ли его целью является с тобой подружиться. Но мне стало страшно за мою собачку, пусть не такую маленькую, все-таки двадцать килограмм, но кто его знает. А он впереди бежал себе и бежал, не замечая, что творится над головой. Я позвал собаку, размахивая при этом руками над головой. Пёс остановился, насторожил уши и удивлённо посмотрел на меня, не понимая моё поведение. Коршун, наконец, устало, как мне показалось, что не поняли шутки, сделал разворот и начал подниматься ввысь.
 
Наконец дорога привела нас к озеру. Вернее, она тянулась дальше, а озеро было скорее одной из целей путника, идущего по ней. Пёс куда-то пропал. Я подошел к берегу. Два рыбака на берегу не обратили на меня никакого внимания, уставившись на поплавки, и я. в свою очередь, не стал приставать с глупыми вопросами, а направился вдоль берега к дамбе. На ней я встретил пса. Он был весь мокрый – значит успел искупаться, и попрыгав от радости встречи, виляя хвостом побежал дальше. Куда? Опять пропал в сосновых посадках.

Делать было нечего, как только искупаться – не зря же шли. В этом, возможно, была и моя цель, о которой вначале не подозревал. Но цель была простой, осуществимой и очень бодрящей в это становящееся жарким летнее утро. Вода в озере была холодной, но я это понял только тогда, когда поскользнулся на мокрой глине и плюхнулся в воду. Оставалось только плыть и плыть. Тихонько, без лишнего плеска, не нарушая тишину, не пугая рыб и не нервируя рыбаков.
 
Но тишина сохранялась недолго. Сзади послышалось сопение приближающегося пса. Нужно было поворачивать обратно. Выбравшись на берег мы растянулись на траве, как могли, подставив под солнце животы и глядели в небо. В небе висела черная точка нашего пернатого друга. На миг я почувствовал даже не счастье, а части, единые части целого.

Даже не знаю, зачем я это написал. Но, как-то получилось ни о чём и обо всём.