Сквозь века

«Сквозь века»


Слушай сюда. Сквозь века пробивается тень,
Скепсис в кармане — мой главный патрон, мой оберег.
Ирония на языке — как лезвие в темноте,
Послушай… тут не про сказки, тут про гниль на холсте.

Они орут: «Мы строим новый мир!» — громче сирен,
А сами делят трон и рвут на куски жирный пир.
Уже не смешно — этот цирк давно вышел из рамок,
История — карусель, а мы тут — статисты, массовка без знаков.

Боги жаждут власти и крови — классика жанра,
Но натянут святые маски, чтоб скрыть звериные брови.
«Мы вам поможем!» — сладкий яд в красивой упаковке,
А на деле — контроль до последней мысли, до последней затяжки.

«Мы вас вылечим…» — ага, а кто нас заразил?
Кто создал условия, где доброта идёт под откос, как сор?
Тюрьмы, войны, панибратство — всё по плану, по сетке,
А верить во что-то светлое тут уже почти нелепо.

Какое зеркало наших дней? Да оно треснуло в центре,
Отражает обломки, фальшивые лица в каждом метре.
Мы падаем в сточную яму, но делаем вид, что летим,
А между переменами — отдых среди теней, танцуем, пока не сгорим.

Как белка в колесе — бежим, сбивая подошвы в кровь,
А вздохнуть свободой? Да тут даже воздух — условность, не любовь.
Забота где-то на бумажке — штамп, печать, подпись криво,
Подтирает чей-то зад — вот и вся забота, вот и всё красиво.

Не надо громких слов, не надо красивых фраз —
Они тут как мишура на могиле, дешёвый показ.
Смотри на факты — вот где прячется мрак,
В цифрах, в отчётах, в пустых обещаниях, в каждом шаге назад.

Это сатира, брат, не приговор — просто зеркало,
В нём видно всё: и золото, и плесень — без прикрас, смело.
Зачем эпидемии повторяются? Да чтоб держать в страхе,
Люди меняют флаги, но не суть, не кровь — это всё те же маски.

Сатира — скальпель, вскрывает нарыв до дна,
Пока толпа орёт, он смотрит из окна — один, без имён, без флага.
Ангелы бунтуют, штурмуют небеса — красиво, эффектно,
А потом сами становятся теми же, кого гнали вчера — закономерно.

Кто-то шепчет: «Смотри, как легко стать тираном,
Даже если начинал с мечтой о равном, о честном плане».
Боги жаждут? Да, но боги — это мы,
В своих амбициях, в своей слепой войне, в своих пустых мечтах.

Он не кричит — он тихо смеётся в рукав:
«Вы снова верите в новый, светлый устав…»
Но устав — это просто бумага, чернила и ложь,
Пока совесть молчит, сатира матом кричит — и не ждёт.

Не ищи идеалов в бронзе и в камне — они мертвы,
Идеалы живут в вопросе, а не в ответе, заранее выданном, как милость.
Нет рецептов — есть диагноз: общество в основном больно,
И каждый второй тут либо актёр, либо жертва, либо просто доволен собой.

Скепсис — не цинизм, а способ видеть суть сквозь шум,
Шуты уходят, герои погибают — но эхо не даёт нам уснуть.
Оно стучит в висках, как бит, как приговор, как знак,
Сквозь века — сквозь ложь, сквозь страх, сквозь этот вечный мрак.