Последний ключ. Глава 3

Денис чувствовал, как реальность медленно, неохотно возвращается к нему — словно он выныривал из глубокого, тёмного омута на поверхность. Он лежал на чём-то неровном, твёрдом, что болезненно впивалось в спину даже сквозь толстовку. Вокруг царила плотная, почти осязаемая тишина — такая глубокая и непривычная, что собственное дыхание казалось оглушительным. Где-то высоко над головой тихо пересвистывались невидимые птицы, и ветер едва слышно перебирал листву, нашёптывая что-то неразборчивое, древнее. Воздух был прохладным и влажным, густо пропитанным запахом сырой земли, прелой листвы и чего-то неуловимо свежего — незнакомого, дикого, не имеющего ничего общего с бензиновым смогом мегаполиса. В голове не было ни одной чёткой мысли — лишь вязкая, мутная пустота и смутное, царапающее ощущение тревоги, засевшее где-то глубоко под рёбрами. Он не помнил, как здесь оказался, и эта неизвестность пугала сильнее, чем сама темнота под сомкнутыми веками.

Он резко распахнул глаза.

Прямо над ним, в просвете между плотно сплетёнными кронами, сиял клочок ослепительно-голубого неба. Солнечные лучи — золотистые, тёплые — пробивались сквозь листву тонкими, дрожащими копьями, рисуя на земле причудливые, постоянно меняющиеся узоры. Это был лес. Самый настоящий, глухой, первобытный лес. Мощные, шершавые стволы деревьев-исполинов, покрытые бархатистым зелёным мхом, уходили вверх, словно колонны древнего, заброшенного храма. Кроны терялись где-то в вышине, сплетаясь в единый, почти непроницаемый шатёр.

— Какого… — прохрипел он, пытаясь сесть.

Тело затекло и слушалось плохо, мышцы ныли, словно после долгой изнурительной тренировки. В затылке пульсировала глухая боль. Сердце колотилось часто и неровно. Воспоминания вспыхивали рваными, хаотичными обрывками: сухой голос Кати в трубке — «я ухожу от тебя», мощный удар в плечо, чёрный смартфон на мокром асфальте, погоня, мелькание вагонов, застывшие, как восковые фигуры, пассажиры. И эта жуткая, неестественная, звенящая тишина, в которой растворился весь мир.

Он мотнул головой, отгоняя липкие, пугающие образы, и попытался подняться.

— Очнулся? Слава предкам. Как ты себя чувствуешь? — раздался откуда-то сбоку смутно знакомый голос.

Денис вздрогнул и резко повернул голову на звук. В двух шагах от него, прямо на корточках, сидел тот самый вор из поезда и смотрел на него с нескрываемым облегчением, к которому примешивалась и явная тревога.

— Ты… — выдохнул Денис. — Где мы? Что это, чёрт возьми, было?!

Он снова попытался встать, но ноги предательски подкосились, отказываясь держать. Вор тут же подскочил и оказался рядом, протягивая руку.

— Осторожнее. Ты потерял много сил при переходе.

Денис грубо, с неожиданной для самого себя злостью оттолкнул протянутую руку и, шатаясь, поднялся сам, ухватившись за ближайшее дерево.

— Где мы?! Что это за место?! Отвечай немедленно!

— Только не пугайся, хорошо? — парень говорил вкрадчиво, осторожно, словно боялся спугнуть. — Ты сейчас не в своём мире. Так получилось, что при переходе ты неосознанно открыл портал, и нас забросило сюда. Я не планировал этого, честное слово. Всё пошло не так, как я рассчитывал.

— Ты под кайфом, что ли? Что ты несёшь? — Денис пристально, изучающе оглядел воришку, пытаясь найти в его облике хоть какие-то ответы. И чем дольше он смотрел, тем меньше ему всё это нравилось.

Первое, что бросилось в глаза — одежда. То, что в спешке погони он принял за обычное тёмное пальто, при ближайшем рассмотрении оказалось вовсе не пальто. На парне был надет старинный, слегка приталенный сюртук из тёмно-серой ткани, расшитый по краям едва заметной потускневшей золотой нитью. Под ним виднелась простая белая рубашка из грубого холста, а узкие штаны были заправлены в высокие, поношенные, но добротные кожаные сапоги. Через плечо висела небольшая походная сумка из грубой коричневой кожи с металлической пряжкой. Денис видел такие костюмы только в исторических фильмах — на актёрах, изображающих дворян позапрошлого века. Под глазами парня залегли едва заметные тёмные круги — следы не то хронической усталости, не то всё же запрещённых веществ. На вид ему было лет семнадцать, не больше, что вполне сочеталось с подобными увлечениями.

«Сумасшедший обкуренный реконструктор», — решил Денис, отводя взгляд. — «Или сбежавший пациент психушки».

Он снова посмотрел на лес вокруг. Мощные стволы, покрытые мхом, окружали их со всех сторон, уходя в бесконечную, туманную даль. Кроны где-то высоко наверху сплелись в плотный, почти непроницаемый зелёный купол. Не было ни единого просвета — только листья и редкие, пробивающиеся сквозь них солнечные лучи.

И тут его захлестнула новая, обжигающая волна ярости.

— Телефон! — прорычал он, делая шаг вперёд. — Верни мой телефон, чёрт бы тебя побрал!

Парень, ничуть не испугавшись, быстро сунул руку в карман и достал знакомый чёрный прямоугольник.

— Держи, — сказал он спокойно, почти миролюбиво протягивая смартфон. — Прости, что пришлось его взять. Времени на объяснения не было — ни секунды. Я не знал, как ещё заставить тебя пойти за мной.

Денис выхватил телефон трясущимися руками. Экран был чёрным, безжизненным.

— Разрядился, — пробормотал он и рефлекторно, с отчаянием нажал на кнопку включения. Ничего.

Он поднял взгляд на парня и увидел, что тот судорожно роется в своей потрёпанной кожаной сумке. Наконец его пальцы нащупали что-то, и он извлёк на свет небольшой круглый предмет. Раскрыл его — и лицо его мгновенно осунулось, стало растерянным и подавленным.

— Разбилось… — прошептал он, глядя на то, что держал в руках. — Это очень, очень плохо.

Денис пригляделся и понял: у него в ладони лежало простое зеркальце в металлической оправе. По стеклу бежала тонкая, извилистая трещина, искажая отражение.

— Вот сейчас самое подходящее время переживать о таких мелочах, — проворчал Денис, чувствуя, что парень, возможно, ещё больший псих, чем ему показалось вначале.

Он снова медленно, внимательно огляделся по сторонам, вглядываясь в окружающий лес с растущим, леденящим чувством нереальности происходящего. Ни железнодорожных путей, ни столбов электропередач, ни далёкого гула автострады. Ни единого признака цивилизации. Только вековые деревья, и гнетущая, звенящая тишина. Даже птицы, щебетавшие минуту назад, вдруг смолкли.

Его гнев начал давать трещины, уступая место ледяному, сковывающему ужасу.

— Где мы находимся? — спросил он тихо и неуверенно. — Ты можешь хоть что-то объяснить? Внятно?

Парень тяжело вздохнул и заговорил — быстро, тихо, постоянно оглядываясь на тёмные, непроницаемые стены леса:

— Послушай меня. Очень внимательно. Я понимаю, как это звучит, но это правда. Мы сейчас в другом мире. И это… — он сделал короткую паузу, и его голос слегка дрогнул, — это не просто лес. Это Место Искажения. Говорят, оно может водить кругами, сводить с ума и не выпускать. Я не могу использовать здесь магию — иначе нас мгновенно обнаружат те, кто на нас охотится. Здесь повсюду развешены индикаторы. — Он быстро указал рукой куда-то на кроны деревьев, но Денис, сколько ни вглядывался, не заметил среди густых ветвей ровным счётом ничего.

— Магию? — Денис нервно, истерично рассмеялся, и смех этот тут же оборвался сухим, болезненным кашлем. — Искажение? Индикаторы? Что ты курил?

Парень не ответил, лишь тяжело вздохнул и еще сильнее помрачнел.