Неприятности начинаются с мелочей - в процессе

Неприятности начинаются с мелочей


Глава 1

Бомж Лёня, которого прозвали так за густые брови и голосовое сходство с историческим прототипом, заметил что-то блестящее в земле под недавно постриженным газоном. Он приступил к раскопкам и выудил продолговатую блестящую коробочку. Было ясно, что когда-то коробочка была аккуратной и красивой, но была настолько смята и исцарапана, что годилась только в металлолом, а весу в ней было совсем немного. И всё же Лёня не упускал из рук даже дохода в один рубль, ибо не так уж много надо рублей на бутылку пива.

– Люминь или что другое? – спросил сам себя Лёня.
 
 Он достал из кармана магнит, выдернутый им давно когда-то из динамика от допотопного магнитофона. Магнит был большой, сильный.

Он приставил магнит к коробочке, она не магнитилась, но зато внутри коробочки то-то звякнуло, словно притянулось к магниту.

Лёня попытался открыть коробочку, но крышка плотно приросла к корпусу за счёт забившейся в щели почти окаменевшей грязи и глины.

Несколько ударов каблуком по коробочке, водружённой на асфальт, проблему не решили, но большой камень решил проблему. Коробочка приплюснулась, грязь между крышкой и корпусом выкрошилась и наконец Лёня смог снять крышку. В коробочке были две иголки, точнее две половинки одной длинной иглы. Лёня выбросил бы их, если бы не странное их поведение. Иголки постоянно дёргались, словно бы одна из них стремилась соединиться с другой в месте поломки поломки, а другая всячески противилась этому.

Поразмыслив над проблемой, Лёня осмелился извлечь иголки из коробочки. Оказалось, что активная иголка стремилась сблизиться не с местом поломки, а с противоположным концом второго обломка, поэтому вторая половинка препятствовала этому сближению. Как только половинки иголки оказались на ладони Лёни, вторая половинка развернулась, после чего обе половинки соединились воедино, словно это была целая игла. Даже места разъединения не было видно.

Лёня попробовал снова разъединить обломки, это легко удалось, но как только он предоставил им свободу, они вновь соединились.

– Чудно! – сказал Лёня.

Он положил иголки обратно в коробочку, сунул коробочку в карман и направился, куда глаза глядят. А глаза его после одиннадцати утра всегда глядели в сторону гастронома, конкретно – в пивной отдел. Вина Лёня не употреблял, но к пиву относился с преувеличенно трепетной любовью.

– Добрый человек, дай бог тебе здоровья! – обратился Лёня к доброму на вид мужчине. – Не одолжите мне тридцать семь рублей на хлебушек? Это не такая сумма, чтобы мне обогатиться, и наверняка совсем не обременительная для вас. Вот вам случай сделать доброе дело.

– Хлеб вы покупать не будете, а на пиво этого мало, даже на самое дешёвое, – возразил мужчина. – С чего вы взяли, что я желаю удовлетворять ваши хмельные потребности?  И как не стыдно так бессовестно врать?
 
– Смотря что называть враньём! – возразил Лёня. – Пиво – это тот же хлеб, только зерна чуть меньше, воды чуть больше, и немного брожения. Так что я не вру.

– Я принципиально не подаю на улицах и в магазинах, а благотворительностью занимается моя супруга, за себя и за меня, поверьте, в достаточных размерах, – отмахнулся мужчина.

– А где она сейчас? – спросил Лёня.

– Вот это наглость! – возмутился мужчина. – Послушайте, сделки между нами не будет, вы – не Дональд, я – не … Хм, даже ему не удалось заключить ни одной из обещанных сделок, так что прощайте.

– Тогда может быть купите одну вещицу? – спросил Лёня с отчаянием.

– Краденное не скупаю, – отрезал мужчина.

– Я ничего никогда не краду! – соврал Лёня. – Это находка! Артефакт. Я просто археолог-энтузиаст. Ну как, будете смотреть артефакт?

– Что там у вас? – с иронией спросил мужчина. – Сплющенная пивная банка? Бутылочка из-под настойки боярышника?

– Кое-что получше! – гордо заявил Лёня. – Вот, смотрите!

Он извлёк из кармана коробочку.

– Футляр для безопасной бритвы времён Хрущёва? – язвительно спросил мужчина. – Да ещё в таком состоянии, будто по нему бульдозер проехал! Это, конечно, ценная вещица!

Тут его взгляд упал на полустёртую гравировку на крышке коробочки.

– А это что? – спросил он. – Славянске руны? Толкинисты изготовили? Можно взглянуть?

– Тридцать семь рублей, – напомнил Лёня, но тут он смекнул, что вещица вызывает интерес у мужчины. – Это за то, чтобы посмотреть. А если хотите взять всё сразу, вместе с содержимым, тогда … Тогда пятьсот шестьдесят рублей, вот!

– Ну и оставайся со своей коробочкой, ищи себе покупателей на этот хлам, – ответил мужчина.

– Ну ладно, триста рублей, – пошёл на уступки Лёня.

– Сто, – возразил мужчина не столько собираясь делать покупку, а просто по привычке не уступать необоснованным претензиям.

– Дести пятьдесят, – произнёс Лёня, мысленно соглашаясь на сто пятьдесят.

– Ну хорошо, держи свои двести пятьдесят рублей, – согласился мужчина и, достав их кошелька две сотни и пятидесятку, протянул их Лёне.

– Вы не разочаруетесь, внутри очень интересная вещица! – сказал с воодушевлением Лёня, подумав, что, наверное, можно было всё-таки раскрутить мужчину на четыреста рублей, но, обретя три хрустящие купюры в руке, не мог уже далее продолжать торг, так как его ноги сами направились к пивному отделу.

Мужчина взял коробочку, потом подошёл к прикреплённой у входа бутылочки с дезинфицирующим устройством и тщательно промыл коробочку, а также руки, после чего обтёр её извлечённой из кармана одноразовой салфеткой, обернул коробочку в другую салфетку и положил всё это в карман.

Таким образом, Лёня продемонстрировал, что он умеет всё-таки заключить выгодные сделки, в отличие от не к ночи будь помянутого Дональда. И всё же… Не надо было бы мужчине – теперь уже мы должны сказать, что его звали Игорь Алексеевич Сомов – совершать эту спонтанную покупку! Эх, Игорь, Игорь!

Дорогие ребята! Никогда не покупайте того, что вам не нужно, и того, что вам неизвестно. Не разговаривайте с посторонними, не заключайте сделки на улице и в иных случайных местах. Будьте осторожны.


Глава 2

Игорь Николаевич… Да что там! Не так уж он был стар. Просто Игорь!

Итак, Игорь соврал насчёт супруги. Он был холост. Правда, у него был кот. Даже можно сказать Кот, с большой буквы, потому что Игорь так и звал его – Кот.

В общем, придя домой, Игорь открыл коробочку и нашёл две странные половинки длинной иглы.

Он тоже довольно быстро догадался, что обломки спонтанно стараются соединиться друг с другом по линии разлома, но это соединение очень непрочное.

Поскольку он было молодым научным сотрудником, работающим в Новосибирском научном центре, то есть в Академгородке, он, разумеется, быстро сообразил, что, возможно, здесь действуют магнитные силы. Конечно же, у Игоря дома был магнит, и не один, потому что он работал в … Ах да, я уже сказал об этом. Итак, у Игоря был магнит, поэтому он очень быстро убедился, что силы, которые заставляли половинки иголок сближаться, не имели никакого отношения к магнитным. Иголка была не магнитной. Правда, эти кусочки иглы иногда довольно странно реагировали на магнитное поле. То вдруг они норовили приблизиться к магниту, то, наоборот, самопроизвольно удалялись, а иногда начинали вращаться или даже вставать вертикально. Но многочисленные повторные действия убедили Игоря, что это поведение обломков иглы никак нельзя было объяснить действием магнита. Выглядело это так, словно бы иголки протестовали против присутствия магнита рядом с ними, но не всегда. В некоторые моменты времени они были совершенно, казалось бы, индифферентны к наличию магнитного поля, а в другие моменты вели себя более чем странно.

 Может быть, следовало бы показать эти иголки научному руководителю лаборатории, где работал Игорь? Нет, ему такое не пришло в голову, потому что поначалу конструктивные и творческие отношения Игоря с начальством со временем переродились в непрекращающееся неудовольствие. Научный руководитель в лицо похваливал Игоря и побуждал к новым исследованиям и открытиям, а на деле препятствовал его научному росту, урезал при любой возможности его зарплату, а диссертацию, которую Игорь написал уже пять лет назад, он ежедневно обещал прочитать «вот сегодня вечером обязательно» и сделать в ней «окончательные правки», чтобы затем всё-таки начать процедуру её защиты. Он уже пятикратно вносил в отпечатанный экземпляр свои правки, после чего эти правки Игорь переносил в файл, распечатывал новый вариант и вручал его заведующему, который также считался научным руководителем Игоря. Далее всё повторялось по тому же самому сценарию: заведующий уверял, что нужно только окончательное вычитывание, последние правки, и что он покончит это вот сегодняшним же вечером, или, в крайнем случае, в предстоящие выходные. Но все летние выходные он проводил на даче, осенние – в поездках за грибами, зимние – в катании на лыжах, а весенние – в семейных прогулках и в походах по магазинам. Словом, всегда находился повод для откладывания выполнения своих обещаний, а если очередная вычитка всё же происходила, то это вновь требовало внесения правок, перепечатывания и очередной экземпляр диссертации снова отправлялся в портфель заведующего.

Думается мне, я достаточно подробно объяснил, почему Игорь не поделился своей научной (как мы уже все понимаем) находкой со своим руководителем, а решил провести собственное маленькое исследование.

Поскольку специальность Игоря была связана с материаловедением, не сложно понять, что первым шагом к исследованию Игоря был спектральный анализ полученных двух образцов неизвестного металла.

Тем немногим читателям, которые не знают, что такое спектральный анализ, поясню, что материал разогревают так, чтобы он начал светиться сам, после чего это излучение изучают специальным прибором, который строит графики зависимости яркости свечения от частоты этого самого свечения. Специалист легко по такому графику скажет, какие атомы и молекулы имеются в данном веществе. Например, если там есть золото, или, скажем, серебро, или железо, никель, марганец или молибден…   Любой элемент из Таблицы Дмитрия Ивановича Менделеева, а также любое соединение этих элементов метод спектрального анализа позволяет выявить.

Игорь сам имел доступ к установке для такого вот хитрого спектрального анализа. Ему не надо было кого-то просить или уговаривать провести эти исследования для него.

Но вот ведь в чём штука! Иглу он нагревал, но она не светилась. Он нагрел её уже до десяти тысяч градусов. Никакого свечения. Игла только отражала свет, падающий на неё, никак не изменяя его спектр, но сама она не светилась, так что в полной темноте даже при температуре в десять тысяч градусов она оставалась чёрной.

«Тянет на нобелевскую премию, – подумал Игорь. – Только ведь нужна хотя бы какая-то теория! Не могу же я написать научную статью о том, что купил у бомжа за двести пятьдесят рублей коробочку с иглой из неизвестного науке материала! Кстати, коробочка! Из чего она?»

Но коробочка, как оказалось, была вполне земная – она была сделана из сплава палладия и никеля. Толщина коробочки была небольшой, и она была покрыта каким-то налётом или нагаром, который плохо отслаивался, но легко смылся спиртом. Игорь запоздало отругал себя за то, что не изучил состав этого нагара и выбросил ватку, которой отмывал коробочку. Он даже намеревался разыскать эту ватку в мусорной корзине, но с ней произошло ровно то, что происходит со всяким мусором в любой научной организации, а именно: когда в ней находится какой-то хлам, уборщица не опустошает мусорную корзину неделями, а то и месяцами, но стоит только туда выбросить что-нибудь важное, на следующий день мусорная корзина будет девственно чистой и даже пластиковый мешок в ней будет заменён. Проявление Закона Мэрфи, только и всего.

Итак, вполне земная коробочка и две половинки иглы неизвестной природы.

Игорь решил, что исходную форму коробочки можно восстановить. Ведь она всего лишь погнута, умелец вполне сможет вернуть ей исходную форму. И таким умельцем был, конечно, Николай Владимиров. В каждом научном институте Академгородка есть такой Коля, который творит чудеса механики, всеми доступными для высококвалифицированного механика способами. Да ещё и непьющий, взяток не берущий, честный, порядочный и отзывчивый. Он делает работу просто потому, что его об этом просят научные сотрудники, а в отношении попыток его материально отблагодарить он отвечает, что он получает достаточную зарплату и больше ему ничего не нужно. Правда, зарплата у него, действительно, выше, чем у некоторых докторов наук, ибо академик, стоящий во главе НИИ, понимает, что докторов у него много, а вот такой Николай – один. И он прав.

Итак, к концу дня коробочка уже имела изначальную форму, сомневаться в этом не приходилось.

Тогда Игорь спросил Николая, можно ли эту иглу каким-нибудь способом починить. Спайка, сварка или что-то ещё?

Николай поинтересовался, из какого материала эта и обломки иглы, но на этот ответ лучший материаловед лучшего научного центра Сибири ответить не мог.

– Пайке отпадает, само собой, сварка, хоть аргоновая, хоть какая другая – даже пробовать не стоит, а вот лазерную вакуумную сварку я бы попробовал, – ответил Николай.

«Вот я – осёл! – подумал Игорь. – Ведь это я должен был сделать именно такое заключение! Да у нас Коля уже получше любого академика разбирается в материаловедении, а всё числится старшим техником!»

Поблагодарив Николая, Игорь направился к специалистам, которые обладали технологией и аппаратурой для вакуумной лазерной сварки. Объяснить, что им следует сварить изделие из неизвестного материала, не представлялось возможным. Вещество задаёт режим сварки – какой именно лазер, с какой мощностью, какова частота и длительность импульсов, и многое другое.

Но Игорь сказал, что коллеги из сторонней организации на основании договора о совместных работах попросили протестировать возможность сварки на образце нового сплава, который в настоящее время не разглашается по условиям исследований, поскольку заказчики сами понимаете кто.

Такая ложь прошла.

В лаборатории сварки согласились поэкспериментировать с разными мощностями и с разными лазерами для изыскания возможности сварки. Даже пообещали дать протокол исследований. Игорь пообещал премию, каковую вполне собирался обеспечить за счёт имеющегося у него и почти выполненного проекта по гранту.

– Игорь, если сварка получится, место сварки полировать? – спросил Евгений, старший научный сотрудник, которому предстояло осуществить эту самую сварку.

– Не надо, мы сначала изучим шов, а потом если потребуется, Николай заполирует, – ответил Игорь.

Вечером Евгений пришёл гордый. Он принёс иглу, которая теперь была единой.

– Получилось сварить очень аккуратно, – гордо сказал он. – Две части зажимали в патронах с микронным перемещением по трём координатам, положение контролировали лазерным интерферометром, совместили иглы идеально, потом посветили лазером в вакууме. Шов виден только в микроскопе! Принимай работу!

Игорь взял иглу, поблагодарил Евгения, подтвердил, что оплата работ будет проведена по гранту, и даже вручил Евгению служебную записку для бухгалтерии, написанную заранее, где на правах ответственного исполнителя темы уже затребовал включить в ведомость за текущий месяц указанных исполнителей с указанными суммами.

Когда довольный Евгений ушёл, Игорь посмотрел на иглу через лупу, включив яркую лампу. Шва он не увидел!

Тогда он положил иглу на предметное стекло микроскопа и прильнул к окуляру. С большим трудом и не сразу он всё-таки отыскал шов и стал поворачивать иглу, дабы разглядеть шов получше.

И тут он обомлел. Пока он рассматривал шов между двумя частями иглы, этот шов становился всё тоньше и тоньше, незаметней, словно бы зарастал прямо на глазах! Через несколько минут шов попросту исчез!

Игорь взял иглу в руки и с недоумением произнёс: «Что же ты такое? Откуда ты к нам попал, загадочный артефакт?»

В этот момент игла начала мелко вибрировать и разогреваться, Игорь инстинктивно разжал пальцы, игла упала на стол.

Затем она стала быстро вращаться, зависая на небольшой высоте над столом и описывая своими концами что-то наподобие эллипсоида. Этот эллипсоид стал отчётливо виден, сначала он был цвета белого металла, затем стал просто белым. Наконец Игорь увидел попросту белый эллиптический предмет и всякое движение в нём прекратилось. Предмет был очень похож на обычное яйцо, но не куриное, а в полтора раза длиннее и примерно на четверть меньше в диаметре.

Игорь взял «яйцо» в руки. Оно было тёплым.

– Завтра я сделаю спектральный анализ скорлупы этого яйца! – сказал Игорь. – А теперь уже…

Рабочий день закончился. Обычно Игорь не спешил домой, но он хотел спокойно обдумать ситуацию, а также заглянуть в некоторые книги, которые он держал дома, поскольку на рабочем месте читать литературу никогда не удаётся.

Игорь положил «яйцо» в пепельницу из цветного стекла, которую использовал для хранения разных мелких предметов, так как не курил, а пепельницу ему подарила когда-то давно… Это к делу не относится, кто подарил ему эту пепельницу, прошу не отвлекать меня от основного рассказа подобными пустяками!

Итак, яйцо осталось в пепельнице, откуда оно не могло скатиться на пол. Это было достаточно надёжно, по мнению Игоря. После этого он вышел из лаборатории, запер её на ключ и отправился домой.

Дорогие ребята! Если когда-нибудь в ваши руки попадёт какой-то важный или особенно интересный и ценный предмет, особенно, артефакт (ваши родители объяснят вам, что означает это слово), никогда – слышите? Никогда! – не оставляйте его без присмотра. Используйте сейф. Чтобы после не подозревать уборщицу или случайно зашедших в комнату людей в том, чего они не делали. Помните поговорку: «Дальше положишь – ближе возьмёшь».


Глава 3

Поскольку Игорь ушёл, а «яйцо» осталось, мы можем на правах сказочника понаблюдать за тем, что произошло дальше, но только ни в коем случае не должны вмешиваться в происходящее. Сказочникам это категорически запрещено, не знаю уж, почему именно. Один сказочник по имени Ганс Христиан Андерсен как-то попытался вмешаться в повествование сказки «Снежная Королева», но сделал он это не в книге, а в кинофильме, и вы не представляете, как ему за это потом попало! Мы такими вещами не занимаемся, даю вам слово!

Просто понаблюдаем.

Что это? Тихо! Чу! Смотрите же внимательней! Разве вы не видите, что «яйцо» стало шевелиться и как-то странно изменять свою поверхность. Что это? Неужели чешуя? Нет, да ведь это перья! Ну конечно перья! Надо же! Яйцо покрывается перьями! Вот уж неожиданно!

Но что это? Кажется, яйцо увеличивается в размерах? Или это только перьевой покров растёт? Кажется, он несколько изменяет форму, вам не кажется?

Да нет же, не кажется! Теперь уже точно видно, что это не просто яйцо, покрытое перьями, а что-то… Очень знакомое… Ну конечно! Это же утка! Самая настоящая утка!

 Смотрите, вот у неё голова, вот хвост, вот крылья и перья! Даже и клюв появился! Да как такое возможно?

Час от часу не легче! Ведь она – живая! Разве вы не видите? Да, живая утка! Встала и ходит по столу. Расправляет крылья, трясёт хвостиком. Почесала клювом шею, перья, с одной стороны, с другой, отряхнулась, словно бы только что вышла из воды.

Машет крыльями. Кажется, она собирается взлететь? Куда же она полетит?

Постойте-ка! Неужели Игорь не закрыл форточку? Ну точно! Ведь лето, жара, он и окно открывал, когда работал в лаборатории, а уходя закрыл только окно, а про форточку забыл! Вот растяпа! А утка-то! Вы только поглядите на неё. Она уже перелетела на подоконник. Посмотрела в окно. Перелетела обратно на стол, затем, смотрите, что творит! Взлетела и прямиком вылетела в форточку! Только её и видели!

Как же это так?

Обычное «яйцо» или вовсе даже не яйцо, а что-то похожее на яйцо, и всё же нечто неживое, белое, яйцеобразной формы, вдруг покрылось перьями, выросло и превратилось в живую утку! Вот чудо-то!

Ну то, что живая утка вылетела в форточку, чудом никак не назовёшь. Ведь у утки на то и крылья, чтобы летать. Вот она и улетела.

Куда же она полетела? К пруду? Наверное, к пруду. Пойдём и мы туда же, наверное, мы её там найдём.

Интересно, что подумает Игорь завтра, когда не найдёт на столе в цветной пепельнице яйца, которое оставил сегодня вечером?

Наверное, он подумает, что теперь мысли о Нобелевской премии придётся оставить или хотя бы отложить. А ещё он вспомнит о сейфе, который у него есть, но которым он не воспользовался.

И вряд ли он обратит внимание на то, что забыл закрыть форточку.

Дорогие ребята! Если родители сказали вам закрыть форточку или окно прежде чем вы уйдёте гулять, обязательно делайте это. Чтобы ничего не вылетело из вашей квартиры, и чтобы никто не залетел в неё. Особенно, те, кого никто не приглашал, кого не ждут и кому не будут рады. И чтобы не пропало то, что никому не хотелось бы потерять. Это – база.


Глава 4


 На пересечении улицы Золотодолинской и улицы Академика Мальцева в Академгородке имеется утиный пруд. Да, самый настоящий. Вода, правда, в нём грязная, вонючая, но её достаточно много, чтобы в этом пруду селились несколько десятков утиных пар. На зиму они куда-то улетают, а весной возвращаются и живут тут до глубокой осени, выводят своих утят. В иные годы уже и открытой воды почти не остаётся, только небольшая проталина, а несколько уток всё не спешат улететь. А что бы им тут не жить? Им тут хорошо. Жители подкармливают их всякой ерундой, которую давать уткам категорически не следует. Но жители всё равно эту ерунду в пруд кидают, а утки её едят. Здоровья это им не прибавляет, но живут как-то, плавают, крякают.

И, наверное, они очень довольны тем, что имеются заросли рогоза и камыша, где можно прятать свой выводок не столько от людей, сколько от собак и кошек, которые могут ненароком заглянуть сюда, на пруд.

Есть тут несколько лавочек, красный шкаф для прочитанных книжек и большая фигура ёжика, деревянная.

Вот такое место. Сюда, наверное, и прилетела утка, которая вылетела из форточки Института материаловедения.

Не эта ли утка? Нет, кажется, не она. Или, может быть эта? Кто их разберёт? Все они одинаковые!

Потеряли мы след этой утки, кажется, навсегда. Что ж, тогда пойдём, прогуляемся по лесочку, раз уж такое дело.

Вон они, утки, некоторые плавают, некоторые дают себе удовольствие полетать. Но летают недалеко. Зачем им далеко улетать от дома?

Только вон та утка, кажется, направилась подальше от озера. Вот глупая! Ведь там дальше никаких озёр нет! Остановись! Вернись назад!

Стойте, так ведь, может быть, это и есть наша утка? Побежали за ней? Не любите бегать? Ну ладно, и не надо. Ведь мы можем просто перенестись силой мысли туда, куда она летит. Даже заранее спрячемся и подождём её. 

Кажется, вот подходящее место, укромное, здесь и ёлки растут не так густо, чтобы пройти нельзя было, но и не настолько редко, чтобы нельзя было под ними спрятаться. Отличное место! Подождём.

Надо же! Я угадал! Вот она летит прямо сюда, наша утка. Теперь ни гу-гу, молчок-стручок, только смотрим.

Утка наша села на землю, трясёт хвостиком и как-то стала ходить кругами. Почти как собака, которую вывели на улицу. Но нет, она здесь не за этим. Она, по-видимому, знает, что ей нужно. Позвольте, да это ли наша утка? Что-то я плохо различаю её, она какая-то стала серая, незаметная. 

Минуточку! Да ведь это уже не утка вовсе! Это никак заяц? Точно заяц! Эх, косой, повезло тебе, что тебя ни филин, ни лиса не видит!  Конечно, филины и совы по ночам охотятся, а лис тут нет, они так близко к человеку не подходят.

Надо же! Заяц! Вы только подумайте. И такой большой! Наша утка целиком могла бы поместиться внутри у него, в животе!

Постойте-ка! Что-то мне эта история напоминает!

Ну конечно! Игла в яйце, яйцо в утке, утка в зайце! Это же очень знакомая ситуация! А заяц в ком? Не помню! В волке? Нет. В лисице? В лосе? В медведе? Да нет же! В сундуке, вот где!

Это что же получается, сейчас заяц убежит, ускачет, разыскивать сундук? Да где же он? Не вижу! Уже убежал! Тут даже и предполагать не надо, точно могу сказать, что он убежал в какой-то сундук. Надо было бы к нему привязать маячок, проследить, куда он побежит, да разве зайца поймаешь? Надо было это сделать ещё на стадии утки, а лучше – на стадии яйца. Да ведь только кто же знал, что так получится!

Эх, сейчас бы вернуться назад, да прикрепить маячок!

Что это я несу? Ведь у меня же нет никакого маячка. Да ведь и я обещал не вмешиваться в события, а только лишь наблюдать.

Ну хотя бы порассуждать-то у могу. Итак, что мы имеем.

Лёня нашёл две половинки Иглы. Игорь принёс иглу в Институт материаловедения. Евгений её сварил воедино. Игорь наблюдал, как игла сама «оделась» яйцом. А потом попросту упустил яйцо, просохатил!

Теперь уже яйцо в утке, а утка в зайце. Что же будет, если заяц окажется в сундуке, а сундук на высоком дубе?

Кажется, я догадался! Помните, что сделал Иван-Царевич? Он сундук разбил, зайца ему помог догнать Серый Волк, утку догнал Селезень, яйцо ему из моря достала рыба, а иглу он уже сам сломал. И зачем всё это? Чтобы Кощей Бессмертный наконец-то окончил свой бессмертный жизненный путь, чтобы упокоился на веки-вечные.

Вот для чего всё это было.
Да только если Кощей тот бессмертный, тогда и смерть его невозможна, не настоящая она была, не окончательная, вот что я вам скажу!

И смотрите тогда, что натворили эти Лёня, Игорь и Евгений! Ведь они повернули всю эту историю вспять!

Вроде бы наукой занимались, а на тебе! Что же теперь будет? А если Кощей Бессмертный оживёт? Давайте-ка разбираться! Но для начала надо бы понять, чем он занимался, кому мешал, за что его Иван-Царевич отправил на тот свет, тогда, может быть, мы сможем понять, чем нам грозит его оттуда возвращение?

Дорогие ребята! Если вы когда-то найдёте что-то непонятное, лучше всего, не берите это в руки. Это – лучшее решение. Если уж вам так хочется узнать, что это, лучше расскажите взрослым о своей находке, они решат, как с ней поступить.

Почему я это говорю, спросите вы? Ведь Игорь – не ребёнок, так? Ну судите сами! Научный сотрудник, да ещё холостой! Живёт один! Рядом ни матери, и жены нет! Кто его будет учить уму-разуму? Откуда ему знать, что надо делать, а что делать не надо, если рядом нет мамы? Откуда он будет знать, что он хочет, а чего он не хочет, если рядом нет жены, которая ему это объяснит?

Научные сотрудники – они ведь словно дети, и даже хуже. Из чистого любопытства они способны придумать, а потом и сделать бомбу, пулемёт или пушку. И ещё многое такое, что детям и научным сотрудникам в руки ни в коем случае давать не следует! А чтобы научные сотрудники не занимались ерундой, надо перед ними ставить конкретные реальные и полезные для народа задачи и платить достаточную зарплату, чтобы им в голову не приходило заниматься всякими глупостями. 

Запомните это, дорогие ребята! Ведь среди вас есть и тот мальчик или та девочка, кто станет когда-нибудь министром науки и высшего образования. И тогда вам мой совет ой как пригодится. А эта глава уже закончилась.


Глава 5

Надо бы вернуться в прошлое, чтобы разобраться, кто же такой этот самый Кощей.

Кощей Бессмертный был всемогущим таможенником между миром реальности и миром сказки. Он единолично решал, кого пропустить, за какую плату, кого выпускать обратно, кого не выпускать. Отсюда вся его власть.

Кроме того, он нарушил святую клятву, которую давал волшебнику Дядьке Черномору. В этой клятве ради того, чтобы получить этот пост и бессмертие, он поклялся никогда никого не обманывать и не быть меркантильным. Черномор выбрал его на основе высоких качеств его души – благородства, честности, бескорыстности, справедливости и чувствительности к бедам обездоленных.

Но власть сильнее любых клятв, любого благородства, врождённого или приобретённого.

Ибо черты, которые приобретают люди, получившие власть, неистребимы.

И всегда – ну или почти всегда, тут я поручиться не могу – новые черты характера, которые приобретает человек во власти, далеко не украшают этого человека, а скорее наоборот.

Так и Кощей. Он использовал служебное положение, брал взятки и хуже того – отправлял некоторых путешественников совсем не в те миры, в которые они направлялись.

Волшебник Дядька Черномор между тем проживал в Лукоморье под водой с дружиной, тридцать три богатыря, обходил остров Буян, заходил к царевне Лебедь и к князю Гвидону, и полагал, что всё идёт своим чередом. 

Князь Гвидон был хорошим человеком. Изначально. Ведь он рос обездоленным, почти сиротой, и ему приходилось заботиться о своей матери-царице. Потом он заботился и о царевне-Лебедь.

Но вы, наверное, не заметили того, что следовало бы заметить. Совершив всего лишь одно относительно доброе дело, убив хищника, чтобы спасти жертву – а подобное вовсе не обязательно является добрым делом! – князь Гвидон сорвал Джек-Пот. Он, как выяснилось, спас волшебную царевну от злого колдуна. Что ж, бывает. Редко, но бывает.

Царевна была признательна, и Гвидон это чувствовал, вследствие чего, он ловко манипулировал волшебницей. Ему хотелось повидать своего родителя. Что ж, идея хороша. Но каждый раз, повидав отца, царя Салтана, Гвидон мало обращал внимания на самого батюшку, ему гораздо важнее было узнать, что говорят о нём путешественники, заглянувшие к нему на остров.

Так бывает часто. Нас волнует мнение людей, которых мы встретили один раз и никогда больше не увидим. А иногда даже мнение таких людей, которых мы и не видели никогда, и даже не знаем точно, существуют ли, они, или вместо них злобные отклики пишет какой-то робот или человек, прикидывающийся не тем, кем он является. На подобное, конечно, не следует реагировать. Но Гвидон реагировал, и очень остро. Особенно его задевало то, что где-то «в свете» существует какое-то чудо, которое ему не принадлежит.

То его белочка беспокоила, то, стыдно сказать, тридцать три богатыря! Лучше бы подумал об одной красавице, такие у нас сейчас установки. Но князь был полным Гвидоном, он мечтал о каких-то заморских чудесах. Хорошо, что гости не рассказывали царю Салтану о Диснейленде, о пляжах Гавайских берегов и островов Таиланда, об улице Красных Фонарей в Амстердаме или об острове Эпштейна в Карибском море. Так что желания у него были вполне невинные и не слишком дорогие. Хочешь белочку – получи, это не так сложно. Хочешь тридцать трёх секьюрити? Что ж, это подороже, но не запредельно.

Вот живёшь ты, Гвидон, на островке. Почему бы тебе не захотеть яхту, чтобы сплавать к батюшке, если уж так ты по нему тоскуешь? Пусть бы даже яхту с джакузи, с бассейном и с волейбольной площадкой, с двумя ресторанами, с баром и с биллиардной, с личным игровым залом и кинотеатром? И плавай себе хоть в Таиланд, хоть в Эквадор, хоть на Гавайские острова, хоть на Галапагосский архипелаг.

Гвидон, конечно, царевну дожал и женился на ней. Но даже вот такая небольшая власть над волшебницей, как видите, сильно испортила его характер. Так что же вы хотите от Кощея? Этот бедолага и вовсе скурвился.

Делал другим гадость, себе – радость. Излагать долго, да и срок давности уже по всем этим делам истёк. Давно это было.

И долго бы это продолжалось, но Кощей был побеждён Иваном-Царевичем. Хороший человек был Иван – не браконьер, не вор. Он не глушил рыбу, как Емеля, не стрелял в Серого Волка, не воровал волшебную лампу, не обчищал пещеру с сокровищами сорока разбойников, а просто прослышал о том, что Кощей гадости творит, пошёл и приструнил его.

А приструнить распоясавшегося негодяя было не просто. Отрубленные головы заново вырастали. Как хвост у ящерицы или лапки у оксолотля.

Пришлось подходить к проблеме глобально. Баба Яга подсказала. Надо, дескать, иголку сломать.

А Ваня в молодости сапоги чинил, хобби и у царевичей бывает. Вот Менделеев чемоданы шил, а Ваня – сапоги. Так что сломать иголку ему было не в диковинку, сколько он их переломал за свою жизнь – и не сосчитать.

Так что по этому делу он был профессионал. Нашёл иглу, и переломил, это ему было проще, чем в лопух высморкаться.

Игла была сломана, Кощей подвергся диссипации и аннигиляции, обязательно, детишки, спросите у родителей о том, что означают эти слова, а когда они не смогут ответить, напомните им, что напрасно они ругали вас за то, что вы не выучили таблицу умножения.

Кощей исчез, а вместе с Кощеем исчез проход между сказкой и реальностью.

В реальности застряли некоторые домовые, русалки, лешие, а также стойловые, то есть домовые, проживающие в конюшнях, стойлах и денниках.

Один стойловой по имени Елизар побоялся, что кони скоро переведутся и у него не будет места, где бы он мог жить сам, а главное – некуда будет пристроить своих детишек. Поэтому он решил восстановить проход между реальностью и сказкой. Он эту иголку нашёл и поместил в надёжный футляр. Всё надеялся, что кто-нибудь поможет ему эту иголку снова сделать целой. Но потерял он эту коробочку совсем случайно. Когда пиццу ел. Достал коробочку, полюбовался ей, а потом случайно и временно положил в коробку из-под пиццы, да и забыл об этом. А уборщица коробку бросила в мусор.

Так коробочка и оказалась в мусорном баке. Где её и нашёл бомж Лёня.

Вы, наверное, забыли об этом? Ну это не страшно. Вернитесь к первой главе и снова прочтите то, что там написано. А потом будем дальше разбираться с тем, что же там произошло.

Конечно, если бы Елизар не потерял коробочку, может быть, ничего бы и не произошло из того, что всё-таки произошло.

А лучше бы не происходило.

Так что ребята! Следите за теми вещами, которые вам дороги. Если, например, вы пришли в пиццерию или в кафе, или с родителями в ресторан по случаю дня рождения, не выкладывайте на стол телефон, ключи от квартиры, или, скажем, кошелёк, сколько бы в нём ни было денег. Вот ещё пластиковую карту, если она у вас есть, даже если детская, всё равно держите при себе, подальше. Потерять пластиковую карту – это вам не карту «Тройка» забыть в кино. Там денег, как правило, чуть больше. Будьте внимательны, слушайтесь родителей в пределах справедливых требований, но старайтесь жить своим умом, для чего вам необходимо набираться его как можно скорей. А для этого первое время уж точно надо слушаться родителей, потому что родители плохого не посоветуют, пока вам меньше сорока лет. А там уж сами решайте, слушаться их, или не слушаться.


Глава 6

Ну заварили вы кашу, друзья мои! Разве ж так можно? Вот взять Елизара.

Всего-то лишь он хотел попроситься в какую-нибудь сказочную конюшню   на вечное поселение, но вот подумал бы сам, разве можно ждать от Кощея, что он его отпустит с миром проживать себе в конюшне? Ведь Елизар знает тайну возвращения Кощея! Хотя… Откуда же Кощею знать об этом? Ведь когда Елизар пытался иголку починить, Кощея не было, а когда иголка стала целой, уже Елизара рядом не было.

Этому Елизару бы помалкивать. Но как только он понял, что Кощей вернулся, он решил, что явится к Кощею и заявит о себе.

Вы спросите, как Елизар узнал, что Кощей вернулся? Почём мне знать, как они сказочные персонажи иногда узнают о том, что произошло. Может быть, слухи. Слухами-то земля полнится. А может быть и иное какое чувство – третье, или пятое, я не считал их.

Да знаю я, что экстрасенсов настоящих не бывает, а бывают только фальшивые, которые по телевизору угадывают то, про что им уже намекнули, где о но лежит. Но я вам скажу, в сказке они всё-таки бывают. И довольно-таки часто. Среди домовых всех мастей такое очень даже случается. А может быть и нет, не знаю. Ну узнал Елизар про Кощея и всё, какая вам разница, как узнал? Не мешайте сказку рассказывать!

Но Кощей Елизара в конюшенные не отпустил, а сказал, что назначает его отныне распоряжаться его гаражом, где стоят разные там всякие автомобили, даже и ненашинские. Китайские там, корейские, японские, немецкие даже и американские. А что ему Кощею? Денег не занимать ведь! Где Кощей – там и деньги. Кощеям всяческим в бизнесе везёт всегда. А Бессмертному – особенно. Потому как жульничать он умеют лучше всех прочих, ведь бессмертен же, и всю жизнь совершенствовался в этом гадком деле. 

Повздыхал Елизар, понял, что в лужу сел со своей идеей возвращения Кощея, да уже что сделано, то назад не воротишь. Иголку не достать, Кощея не истребить, в мечты, понимаешь, сбылись в такой неприятной реальности, что лучше бы и не сбывались совсем. В двигателях этих, сказывал Кощей, сотни лошадиных сил. А толку? Бездушные они. НЕ возьмут влажными руками сахарок с ладони. Или морковочку. Не похрустят арбузными корками так, что сок с обеих сторон губ по подбородку течёт. Не сожрут высокий борщевик или низенькую люцерну, или клевер там, допустим. Одно слово – железяка бездушная. Зачем такой конюшенный?

Елизар согласился конечно, куда ж деваться, да только остался он недовольным, хотя виду не подал. А Кощей между тем составлял план, как в реальный мир пропускать злодеев и с их помощью установить свою власть над реальным миром. А тех, кто ему мешать будет, обманным способом в сказку сбывать. Вот такой обмен мобильностями.

Оставим пока Елизара в покое, в гараже. А посмотрим-ка, что там творится в реальности. Ну, например, вот на водохранилище, скажем.
 

Вот мужик какой-то удочку тянет из воды. Леска идёт тяжело, видать что-то серьёзное поймал. Сейчас вытянет!  Кажется, что-то крупное. Он даже телефон одной рукой из кармана достаёт, видео стал снимать на телефон.  Что-то кричит. Что кричит? Давайте послушаем.

«Язь! Здоровенный! Вот она рыба моей мечты!»

Но что это? Язь превратился сначала в Щуку, которая заговорила человеческим голосом: «Короче так, мужик. Не Емеля, нет? Не важно. Отпускай меня обратно, тут заповедник, ловить можно, забирать нельзя. Кстати, лицензию покажи?»

Но мужик продолжает орать: «Язь! Язь! Здоровенный! Вот она, вот она рыба моей мечты!»

– Мужик, очнись! – говорит Щука. – С крючка меня снимай, тебе говорят! Очумел совсем от счастья, ничего не слышит! Ну что? Два варианта. Стать маленькой Золотой рыбкой и улизнуть, или, скажем, наоборот, стать большой? Кажется, этому большое всё больше нравится. Ну тогда держись!

Щука начинает на глазах очень быстро увеличиваться в размерах. Мужик поначалу орёт ещё радостнее, но вдруг понимает, что что-то пошло не так.  Он уже не может удержать рыбу в руках.

– Да это что, сом что ли? Или белуга? – вопрошает мужик, роняя рыбу на берег.

– Нет, блин, арапайма, – отвечает рыба, превращается в арапайму и продолжает расти. – А Большую Белую не хочешь?

Тут Щука превратилась большую белую акулу, спокойно ушёл в воду от перепуганного мужика, в Чудо-Юдо рыбу-кита, который поднял огромную волну и ушёл на глубину.

Мужик протёр глаза, потом подошёл к рюкзаку, достал оттуда термос, сделал два глотка.

– Полегчало вроде, – сказал он и сделал ещё два крупных глотка. – Уже лучше.

После этого мужик сделал ещё пару крупных глотков, прислушался к ощущениям и затем решительно залпом выпил содержимое, крякнул и свалился

Вот лежит он на песке, футболка задралась выше пупа, пузо голое.

Мимо идёт Ваня, тот самый.

– Мужик! Что с тобой? – спрашивает он. – Мужик, с тобой всё хорошо? Всё нормально, а, мужик?

- На-а-а-ань-но! – отвечает мужик и погружается в глубокий сон.

По-видимому, он хотел сказать: «Нормально», но что-то мешало ему высказаться детально и убедительно. Наверное, кофе в термосе был крепковатый.

В общем тут пришло время сказать всем вам, да не ловите вы рыбу в пресноводных водоёмах нашей необъятной Руси-матушки. Не к добру это. А коли поймали, так отпустите. Не ешьте только!  Видите, какая гадость может вам невзначай на удочку попасть?

Лучше в магазине купите скумбрию, или камбалу, или селёдочку солёную. Оно лучше, ей-богу! А с этой пресноводной рыбкой – там ведь утки, чайки, улитки, да и купаются всякие… В туалет не ходят, а в воду лезут. Мне Водяной Василий такое порассказал! А вы не знаете, кто такой Водяной Василий? Да ну как же? Ладно, сейчас и о нём рассказ будет.

Только, ребята, обещайте мне не браконьерничать на пресноводных водоёмах. И вообще не рыбачьте там. Здоровее будете. А то ведь описторхоз, глисты… Неаппетитно. Тьфу, гадость! Даже сказку рассказывать расхотелось. Но нечего делать, взялся рассказывать, надо продолжать.

Глава 7


Водяной Василий выплыл на островной песчаной косе, где всегда было безлюдно.

– Юль, ты где? – спросил он.

– Вась, ну что тебе? – донёсся девичий голос из-за большой коряги. – Дай позагорать спокойно!

– Юль, выходи! – настаивал Василий. – Чудо-Юдо-Рыба-Кит вернулся!

– Не читай ты, Вася, выброшенные туристами газеты, – возразила Русалка Юлия, показывающаяся из-за коряги.

На ней был стильный купальник, который она на ходу застёгивала.

– Да при чём тут газеты? – возмутился Василий. – Ты на глубину-то давно последний раз ныряла? Там он, на дне, на глубине. Не веришь, сама посмотри. Не видишь, что ли, как уровень моря поднялся?

– Ну уровень моря – это ледники на Алтае растаяли, – отмахнулась Юлия, но вдруг стала серьёзнее. – А про Чудо-Юдо ты это серьёзно?

– То, что Чудо – серьёзно, – ответил Василий. – А насчёт Юдо не знаю, я ему в паспорт не заглядывал, ДНК-анализ не дела. Может быть и не Юдо. Какая разница-то?

– Действительно, никакой, – проговорила ошеломлённая Юлия. – Давай нырнём, посмотрим. Если правда Чудо вернулось, тогда к Яге надо идти. Одни не справимся.

– Да с Чудой-то зачем справляться? – отмахнулся Василий. – Ты на него смотри не как на болезнь, а как на диагноз! Не возродился ли Кощей часом?

– Да Кощей – нормальный дядька, чем о плох-то тебе? – спросила Юлия.

– Я не про нашего приятеля Кошу втолковываю тебе, а про его братца Бессмертного! – продолжал Василий.

– Так у них вся семейка бессмертные, чего ты взъелся на него? – спросила Юлия. – Погоди-ка! Ты про Кощея-Кощея говоришь, что ли? Который таможенник был у Черномора? Брат нашего Коши?

– Про него, конечно же! – воскликнул Василий.

– Так иголку же Иван сломал! – удивилась Юлия.

– Вроде сломал, – согласился Василий. – А может быть, так получается, что и не очень сломал? Разбираться надо!

Подождите, а я не говорил, что Кощеев было два? Как же я запамятовал! Вообще-то их не было два, он был один. Но когда он ещё был бессмертный, тогда Илья Муромец рассёк его пополам, повдоль. В левой половине было сердце, и из неё вырос новый Кощей, который имел сердце. А поскольку вся половина удвоилась, то и сердце у него появилось справа также, как и слева. А если кто имеет целых два сердца, тот становится очень сердечным. Так что Коша был добрым Кощеем, хотя был точной копией прежнего Кощея. Точнее точной копией его левой части была левая часто Коши, а правая его часть была зеркальным отражением левой.

А вот из второй половины образовалась точная копия его правой половины, к которой присоединилась, приросла его зеркальная копия. Так что у второго Кощея совсем не было сердца. Представляете, как ужасно? Лучше бы Илья Муромец не рубил Кощея пополам. Бессмертного шинковать – только сущности плодить. Никто не предупредил Илью о таком парадоксе. Да и некому было.

И вот пока иголка была сломанная, то Коша вроде бы и погиб, а вроде бы и не погиб. Был он таким навроде Кота Шрёдингера, и есть он, и нет его. Потому что с двумя сердцами так просто из-за какой-то там иголки не умирают.

А вот Кощей, который без сердца был, у того жизнь только на иголке и держалась. Сломал Иван-Царевич иголку, и не стало злого Кощей Бессмертного Бессердечного. Такие дела.

Думаю, вы понимаете, насколько неправильно было чинить эту треклятую иголку. Ах, какие рискованные опыты иногда делает наша Академия Наук! Это вам не Коллайдер запустить! Это покруче будет.

Ребята! Никогда не занимайтесь лазерной сваркой самостоятельно, без присмотра со стороны взрослых. Сами видите, к каким результатам это может привести!

Глава 8

Кликуша Марья-Дура шла по лесу к болоту и бормотала вполголоса: «Найти бы мне муженька, хоть мышку-норушку, хоть трехглавую лягушку, я бы его кормила, поила, в постельку уложила, муженьком бы нарекла и от бед бы берегла! Пошли мне судьба суженного, пусть будет мой, только мой и ничей другой!»

Увидела она трёхглавую лягушку, взяла в руки и говорит:

– Здравствуй трёхголовый лягушонок! Какой же ты славный, забавный, тёплый и влажный! Поцелую я тебя во все три головы. Можно?

Поцеловала она его и превратился он в трехглавого Змея Горыныча.

Вы, наверное, думаете, что Марья-Дура испугалась? Тут вы ошибаетесь. Марья-Дура боится совсем другого.

Боится она, что над ней будут смеяться. Ещё она боится горячего куриного бульону. Боится ромашек с чётным количеством лепестков. Боится она и громкого разговора и когда осина сребролистая своими листьями шуршит. А вот лягушек, змей, пауков, скорпионов, даже тарантулов и прочую членистоногую и земноводную братию она почему-то совсем не боится. С каждым разговаривает и кажется ей, что они отвечают ей. Хотя, конечно, как о ни могут ей отвечать? Они даже и говорить не могут. Но попробуйте Марью-Дуру убедить в этом? Не получится. Она твёрдо верит, что со всей этой ползающей, прыгающей и бегающей братией вполне можно договориться. Не то что с горячим куриным бульоном, ромашками или с осиной.

Так что не надо удивляться тому, что Марья поцеловала-таки трёхглавую лягушку. И даже не надо удивляться, что она не испугалась трёхглавого Змея Горыныча. Потому что если разобраться, то этот змей мало чем отличается от трёхглавой лягушки – только размерами, формой и свирепостью, а в остальном почти то же самое. Земноводная трёхглавая тварь и весь сказ.

Надо сказать, что Марья-Дура хотя грамоте и обучалась, но грамоты не знала. Забыла всё. И не читала никаких сказок – ни грустных, ни весёлых, ни поучительных, ни дерзких. Никаких, одним словом. Так что сказку «Баба Яга XXI века» она тоже, видать, не читала. Если бы читала, она бы поняла, откуда на свете могут появляться трёхглавые лягушки. И в этом-то случае она уж конечно бы не стала… А почему, собственно не стала бы? Забыл я, что она ведь Марья-Дура!  Она бы и в этом случае поступила точно также. Так что сказка про Бабу Ягу тут вовсе не при чём, оказывается.

Ну она, конечно, таки и говорит Горынычу:

– А тебя как по батюшке звать-величать, добрый человек? Потому как если может быть мы понравимся друг другу, тогда мы ведь очень даже можем я уж не знаю, чего вообще.

Вот такие глупости она говорила. Вы, конечно, удивитесь. Разве так знакомятся? Для начала надо найти профиль этого парня, поставить ему лайк под его аватаркой. Подождать, что и он лайк ответный поставит. Потом ещё на какие-то его посты ответить – лайк поставить или что там ещё. Если статус какой-то  у него, то надо написать: «Как я тебя понимаю! У меня тоже такое часто бывает!» А если он там написал какой-то стих из, например, Омара Хаяма или из Фаины Раневской, то надо написать что-то такое вроде как «Вот это прям про меня сказано» или в крайнем случае тоже поставить лайк и написать «Плюс один!»

Но Марья-Дура, она как будто всю жизнь в двадцатом веке прожила. Ничего она такого не знала, не умела и не пользовалась такими вот делами всеми. А вот то, что я написал, то она и сказала.

– Ну так я тут это… – отвечает одна голова. – В травке сырой тут отдыхал.

– Не говори про мух! – подсказывает левая голова.

– Лучше скажи, что на Солнышке грелся, – добавляет правая голова.

– Ну так ты не подумай, что я мух ловил, – говорит тогда средняя голова. – Зачем оно мне? Я уже с утра четырьмя мухами позавтракал, и одной стрекозой пообедал, так что мухи меня теперь ну совсем не интересуют.

– А ты им перед тем, как съесть, говорил: «Доброе утро»? – спрашивает Марья-Дура.

– За кого ты меня принимаешь?  – удивилась средняя голова.

– Извини, я не хотела тебя обидеть, – отвечает Марья-Дура. – Сама удивляюсь своей бестактности. Понятно же, что такой сильный и разносторонний парень как ты, не может быть не вежливым. Понимаю сама, что ты, конечно, здоровался с ними со всеми.

– Ну да, – пробормотала левая голова. – Здороваться со своим завтраком и обедом, это прикольно.

– И с мухами каждыми, и с комарами, – добавила правая голова.

– Наконец-то я нашла родственную душу! – обрадовалась Марья-Дура. – А то все надо мной смеялись и говорили, что со всеми здороваться нельзя. Я раньше здоровалась вообще со всеми. И с Солнышком, и с облаками, и с речкой, и с птичками, и с белочками, с мышками, ёжиками, с оленями, с зайчиками, с лисичками…

– Я понял, со всеми, – перебила её средняя голова, чтобы закончить как-то поскорее это перечисление.

– И с бабочками, и со стрекозами, и с комариками, и с паучками, и с кузнечиками, – продолжала Марья-Дура.

– Вот блин Белоснежка! – воскликнула левая голова.

– Да, меня так раньше звали, – подтвердила Марья-Дура. – Но потом сказали, что они меня из всех чатов удалят, из всех каналов, а то пока я всем скажу: «Доброго утра, Солнышко, доброго утра Тучки, доброго утра Небо, доброго утра травка…»

– Ну понятно, в общем со всеми, – вклинилась правая голова. – Используй обобщения вместо перечислений.

– Ну да, так вот пока я поздороваюсь с Зайчиком, с Белочкой, с Лисонькой, – продолжала Марья.

– То уже и настаёт время говорить им всем: «До свидания Солнышко, до свидания, Тучки», так? – подсказала левая голова.

– Как вы догадались? – удивилась Марья.

– Прямо сейчас её съедим или чуток погодя? – спросила правая голова.

– Чуток погодя, – ответила левая голова.

– Да погодите вы! – крикнула средняя голова. – Она прикольная. С ней весело. Другого кого-нибудь съедим. А ты вот что, Белоснежка, или как там тебя. Ты не перечисляй всех, а просто говори: «Доброе утро все!». А вечером говори: «До свидания все».

– А что так можно было? – спросила Марья-Белоснежка.

– Чаще всего – да, – подтвердила средняя голова. – Вот если, например, ты присядешь…

– Он хотел сказать, что, если ты будешь председателем в каком-то большой совете, тогда надо с каждым членом поздороваться и уважение проявить, – вмешалась левая голова.

– А? Чего? А, ну да! И это тоже, – согласилась средняя голова.

 Вот так по глупости Марья вернула в первородное состояние очень нехорошего Змея Горыныча. Да, ребята, никогда ничего не берите в рот на улице. Это очень опасно для здоровья, поверьте мне.