Я выбираю тебя

РАИСА НИКОЛАЕВА

Роман

Я ВЫБИРАЮ ТЕБЯ

Аннотация
«Красота – это страшная сила!», - сказала одна из героинь Фаины Раневской. Наверное это так и есть… с одной стороны, но с другой…
Иногда, в реальности, о красоте можно было бы сказать и по-другому: «Красота – это страшно, -  Если красоту не защищает семья, либо общество, либо закон. Ведь незащищенная красота становится добычей хищников, и тут уж, как повезет…

Часть 1

Глава 1

Ей сразу не понравился его взгляд, сразу, сразу, сразу. Она хорошо знала такие взгляды, спасибо, насмотрелась на них за тот страшный недолгий месяц, когда ей пришлось проходить практику в военной Академии, где учились сынки элиты государства, которые сами, в будущем, готовились стать такой же элитой. Заинтересованные, наглые, нахальные, липкие взгляды тогда сопровождали ее везде и постоянно. Разумеется, в Академии было достаточно и порядочных, сдержанных молодых людей, она это понимала, но в тот момент именно оценивающие, раздевающие, облапливающие ее взгляды, преследовали таким навязчивым вниманием, что казалось, других взглядов больше и не существует. И вот снова…
Маррет глубоко вздохнула, пытаясь вернуть себе внутреннюю уверенность. Выхода все равно не было. Деньги нужны были позарез, а такие денежные подработки выпадали нечасто, тем более, что срок занятий был достаточно коротким - всего одно лето. Отпрыск этой богатой семьи готовился к последнему году учебы в школе. Ему нужны были хорошие оценки для последующего поступления в Академию. Об этом ей рассказал отец ее будущего ученика, когда подписывал с ней договор на эту работу.
- Добрый день, -  вежливо сказала она парню и девушке. Несомненно, это были брат и сестра, сходство бросалось в глаза с первого взгляда. Девушка была чуть моложе. Ей навскидку было лет шестнадцать-семнадцать. Парень был постарше лет восемнадцати-девятнадцати (самый мерзкий, по мнению Маррет возраст. Силы уже предостаточно, жизненной и сексуальной энергии просто через край, а вот с мозгами и контролем своих эмоций, большая проблема). – Мое имя Маррет Метлис. Как вы знаете, я буду у вас репетитором по языку сорше, а как вас…
- Думаю, на словах «по языку», можно было, и остановиться, - перебивая Маррет, по-хамски глядя ей в лицо, с явно смысловым сексуальным подтекстом, сказал парень.
- Рей, прекрати! – толкнула его девушка в бок и достаточно доброжелательно  ответила: - Мое имя Летиция, моего брата зовут Рейнар. – Маррет улыбнулась ей и брату улыбкой, которую едва смогла выдавить на своем лице, и попыталась начать занятие.
- Я считаю, - пытаясь говорить сухим, официальным голосом, сказала Маррет, - что язык сорше легче поддается усвоению, когда рядом есть собеседники, поэтому я предложила вашим родителям, что лучше заниматься не с каждым индивидуально, а чтобы вы были вместе.
- Так это вы предложили? – деланно изумился Рейнар. – А я думал, что это папочка, не хочет, чтобы вы его сынуле помогли, как следует…  с языком, - и он снова так произнес слово «языком», что Маррет едва не затошнило от отвращения. Она внимательно посмотрела на парня. Рейнар был хорош. Уже сейчас было понятно, что очень скоро он превратится в красивого, хорошо сложенного мужчину, причем красивого не какой-нибудь приторной слащавой привлекательностью, а настоящей сдержанной мужской красотой, в которую, очень часто, женщины влюбляются намертво. Плохо было то, что Рейнар знал, что он привлекателен, и, судя по всему, очень активно пользовался этим знанием. В этот первый день, во время этого первого урока, он вел себя настолько отвратительно, что Маррет решила пожаловаться его родителям.
- Ах, милочка, - начала было мать Рейнара, но ее муж сухо перебил жену (очевидно хорошо зная свою кровиночку):
- Я с ним поговорю. – И поговорил. На второй день Рейнар вел себя по-другому, вот только в глазах (когда он смотрел на Маррет), появилась скрытая угроза. Она вдруг подумала, что он вполне способен заключить на нее пари (такие случаи она знала, их было немало), а это значило, что тогда он будет добиваться своего, чего бы ему это не стоило. Маррет испугалась, испугалась по-настоящему, поскольку понимала, что в любом случае останется виноватой, чтобы этот урод с ней не сделал. Но Маррет решила не сдаваться. Два небольших, полностью заряженных  шокера, были теперь всегда с ней, спрятанные в секретные карманчики, да и перцовый спрей был всегда под рукой. Она очень надеялась, что эти меры защиты ей никогда не пригодятся, но она ошиблась.
В один из дней, когда она, как обычно, приехала на урок, внезапно выяснилось, что родители Рейнара, вместе с его сестрой, уехали по делам. Об этом она узнала, уже, будучи в доме. Маррет развернулась, чтобы немедленно уйти, и вот тогда Рейнар начал действовать. Он прижал ее к стене, впился в нее поцелуем, одновременно, задирая ей юбку. Маррет со всей силы отпихнула его, и в первый раз ей удалось вырваться, но он снова бросился к ней. Она вырывалась, с блузки посыпались пуговицы, ткань затрещала. Рейнар был не просто сильнее, он был и ловчее, и опытнее. Маррет поняла, что еще чуть-чуть и он возьмет ее прямо в коридоре на полу, и тогда она решилась, выхватила электрошокер и стала битье Рейнара разрядами тока, по всем открытым участка тела. Он упал на пол и потерял сознание,  Маррет дрожащими руками набрала номер телефона отца Рейнара и захлебываясь от слез, сказала ему, что сейчас произошло. Родители приехали быстро, Рейнар еще даже не успел прийти в себя. Маррет сидела недалеко от него в разорванной блузке, порванных колготах и царапинами на лице. Она морально готовилась к угрозам и оскорблениям, готовилась к тому, что Рейнар оболжет ее, представив все так, что это она спровоцировала его на агрессию. Но нет. Рейнар не сказал ни слова в свою защиту, но его глаза становились глазами хищника, когда он смотрел на нее, и по спине Маррет побегал холод от этого взгляда.
Отец Рейнара пригласил Маррет в свой кабинет. Она ждала всего самого плохого, но вместо этого ей выписали чек на сумму, которая решала все ее проблемы. Условие было одно: с этого момента она должна исчезнуть, а для этого было необходимо уехать из столицы, куда-нибудь на окраины страны, и никогда не появляться в соцсетях. Маррет согласилась без раздумий.
Она купила небольшой домик, в маленьком уютном городке, и ее жизнь потекла тихо и незаметно. Она занималась переводами. Занималась углубленным изучением шести языков, которыми владела. Даже стала писать стихи. Для кого-то бы такая жизнь показалась адом скуки и однообразия, Маррет же была абсолютно счастлива. Так прошло два года. За эти два года она ничего не слышала о семье Ренара Дрейка, не знала, что там происходит, а происходило много чего, и это касалось ее, в первую очередь ее, но она об этом еще не подозревала.

 Глава 2

- Милый, - обеспокоенно сказала Арлет своему мужу, когда они вечером легли в кровать, готовясь ко сну. – Тебе не кажется, что лучше бы было заплатить той девке в два раза больше, только бы она уступила Рейнару? Понимаешь, я думаю, что неутоленное желание может привести к очень плохим последствиям. Ты же видишь, что творится с сыном? – Она замолчала, ожидая ответа мужа. Арлет никогда не скандалила, не кричала, не угрожала, не ныла и тем более, не плакала, чтобы добиться чего бы то, ни было от мужа. Это все было ей ни к чему. Она знала, что любовь, которую муж к ней испытывает, заставит его внимательно прислушаться к любым ее словам, и просьбам, если она этого захочет.  С другой стороны, она уважала мужа, считая его необыкновенным, невероятным человеком, поэтому и его мнение, и решения были для нее важны, заставляли, в случае спорных моментов, искать компромиссы.
- Нет, Арлет, - твердо сказал Артур Дрейк, - Рейнар должен понимать, что в жизни существуют запреты, которые ему не обойти, и которым можно только подчиниться, принимая их. Такова жизнь. И чем раньше он это осознает, тем лучше. – Арлет, тяжело вздохнула, она чувствовала, что с Рейнаром, не нельзя так поступать, надо бы все сделать гибче, хитрее, но и ей претила мысль о том, что кого-то, надо будет принуждать к интиму с ее сыном, хоть покупая, хоть принуждая… это было, действительно, отвратительно. Поэтому она промолчала, решив все пустить на самотек, искренне надеясь, что ее сыну хватит ума, не наделать не исправимых глупостей.
…А Рейнар в это же самое время, лежал без сна в своей комнате, с ненавистью глядя  в ненавистный потолок, который он уже рассмотрел миллион раз до каждого миллиметра. Рейнар думал. Нет, не о Маррет, он думал о том, как ее найти, а это были разные варианты мыслей. Мысли о Маррет заставляли его, ее желать, напрочь, отбивая конструктивные мысли, а вот мысли о том, как ее найти, заставляли его мозг работать с удвоенной силой и энергией.
Его мама была права, когда говорила, что психика Рейнара устроена так, что именно запретный и недосягаемый плод кажется ему самым сладким. На данный момент таким «плодом» являлась Маррет. Он ее возжелал, он не смог ее получить, теперь это желание, вместо того, чтобы угаснуть под гнетом неотвратимых обстоятельств, разгоралось в его душе все более и более ярким пламенем. Сначала эти чувства питала злость на отца и желание доказать ему, что он все равно найдет ее, где бы Маррет от него не прятали. Он был уверен, что справится с этой задачей. Рейнар поднял все соцсети – пусто. Нет, примерно пятьдесят Маррет Метлис в соцсетях существовали, но все они были не она. На это ушло примерно две недели. Решив, что она могла завести страницу под другим именем, он пошел иным путем. Понимая, что со своей страницы она искала работу, давала объявления, списывалась с потенциальными заказчиками, а значит, сообщала свои данные о том, что она владеет языком сорше и может оказывать помощь в его изучении, он начал искать аккаунты, в которых, хотя бы раз, упоминался язык сорше. И снова мимо. Еще две недели – коту под хвост.
Догадавшись, что эти аккаунты удалены, он нашел людей, которые специальными программами могли восстанавливать удаленные страницы. Хорошо понимая, что таких страниц будут миллионы, он задал поиск по особым словам: Маррет Метлис, репетиторство по языку сорше. Ответ был один – страницы не найдены. Он стиснул зубы и решил идти другим путем. Она ведь где-то училась? Язык сорше не был самым популярным и востребованным, его изучали всего в трех Университетах. Зная примерный возраст Маррет, он нашел возможности, нашел людей, которые помогли  ему найти списки учащихся – ни в одном из списков Маррет не было.
Теперь до Рейнара, наконец-то дошло, что за всеми этими исчезнувшими страницами, исчезнувшими данными, возвышается тень его отца. Очевидно, Артур  Дрейк очень серьезно подошел к задаче, скрыть и спрятать Маррет Метлис от сына, чтобы тот ни при каких обстоятельствах не мог ее найти. Понятно, сам Артур Дейл с такой задачей вряд ли бы справился. Не было ни малейшего сомнения, что он обратился к хорошим знакомым из сопредельного ведомства (это было не сложно, учитывая его звание Командующего элитными подразделениями, особого корпуса), а уже те специалисты (с которыми доморощенным хакерам не тягаться), помогли его отцу сделать так, чтобы Маррет Метлис бесследно исчезла.
Когда эта мысль пришла Рейнару в голову, он впал в такую злость, в такую ярость, что и словами не описать. Разумеется, первым желанием было отомстить отцу, то есть начать себя вести так безобразно, а, главное громко и прилюдно, чтобы его имя не сходило с новостной полосы. Однако немного остыв и поразмыслив, он понял, что хуже всех будет ему самому. Во-первых, теперь ему уже точно не скажут, где находится Маррет, во-вторых, скорее всего запрут в какую-нибудь неврологическую лечебницу, или того хуже в больницу для душевно больных, и будут пичкать лекарствами. Нет, скандалить нельзя, психовать нельзя, злиться нельзя, а что можно? Рейнар снова задумался.
Цель – получить адрес Маррет. Условия выполнения – желание отца. Понятно, что добровольно, отец адрес не даст, значит, его надо заставить это сделать. Но как? Сила, требования, просьбы и уговоры не подействуют. Но его можно подловить на обещании. Рейнар довольно улыбнулся. План в его голове сложился, практически, мгновенно. Пунктов в этом плане было всего пять, и первым стоял пункт о том, что, в первую очередь надо убедить родителей, что он успокоился и мысли о Маррет, наконец, его покинули. К реализации этого пункта Рейнар приступил немедленно.
 Впервые за последние два месяца (а это, между прочим, были летние каникулы), Рейнар спустился в столовую и соизволил поужинать с семьей. На его лице все еще висело обиженное выражение, но глаза уже с интересом смотрели в экран телевизора, где как раз демонстрировались новые модели авиакаров. Рейнар только играл роль, сдавшегося, перегоревшего подростка, на самом деле, внимательно и чутко наблюдая за окружающими, именно поэтому он заметил успокоенный, многозначительный взгляд, который родители бросили друг на друга, мол, наконец, их мальчик возвращается к обычной жизни. Ему стало смешно, но он ничем не выдал своих чувств.
Для выполнения второго пункта плана ему была нужна помощь, да не просто кого-то, ему нужна была помощь Харви Морена – сына телемагната и соученика Рейнара. Они никогда не дружили, поскольку оба отличались сильными лидерскими качествами и не менее сильными амбициями. Вероятно, поэтому Харви так сильно удивился, когда однажды Рейнар встретил его в коридоре школы и сходу обратился с просьбой:
- Харви, мне от тебя нужна одна услуга. – Сказав это Рейнар замолчал, поскольку знал, что сейчас польется целая река ехидных комментариев и замечаний, и он не ошибся.
- Услуга! Ух-ты! Как мило, – сразу с места в карьер начал Харви. – Услуга от меня. Спешу и падаю. Ты, Рейнар, часом не ошибся? На всякий случай напоминаю, что я не подчиненный твоего отца, чтобы бегать у тебя на побегушках. С чего ты взял, что вот так просто можешь меня о чем-то просить? -  Ну и так далее. Харви упражнялся в остроумии еще минут пять, и все это время Рейнар спокойно ждал, когда, наконец, любопытство, свойственное всем людям на Земле, не проснется у Харви в достаточной степени и он, все-таки соизволит поинтересоваться, что, собственно, Рейнару от него нужно. – И что ты от меня хочешь? – наконец, нормальным голосом спросил он.
- Мне надо, чтобы ты разыграл небольшую сценку, а я, якобы случайно, заснял ее на видео.
- И что же это за сцена.
- О! Ничего особенного, мне нужны твои эмоции, которые ты демонстрируешь ежедневно, только сейчас они должны быть еще красочнее.
- И что же это за эмоции? – уже почти сдаваясь, спросил Харви.
- Презрение, высокомерие и отвращение, - коротко ответил Рейнар. - Я первый припаркую свой авиакар на стоянке у школы и немного от него отойду. Потом прибудешь ты на своем крутом и навороченном. И вот ты с такой насмешкой, с такой брезгливостью посмотришь на мой авиакар, не замечая, что я вижу твой взгляд, потом увидишь меня и посмотришь уже на меня с точно такой же насмешкой, словно случайно подбросишь ключи от своего кара вверх, поймаешь и больше не глядя на меня уйдешь.
- И зачем тебе этот цирк? – с подозрением спросил Харви. Рейнар правду говорить ему не собирался, поэтому придумал на ходу:
- Моя мамочка ужасно восприимчива к чужому пренебрежению. Она решит, что я невероятно страдаю от чужого превосходства… и уговорит отца отменит мое наказание. – Харви засмеялся почти по-дружески.
- Ну, ты и стратег! - но тут же спохватился. – А, мне-то какая выгода от всего этого? – Рейнар приглашающе развел руками, мол, выбирай. Харви задумался: - Познакомишь меня с той блондиночкой, с которой ты был в клубе, - наконец, решил он. – Ну, той, у которой волосы до жопы, - уточнил он на всякий случай. Рейнар секунду подумал и утвердительно кивнул.

 Глава 3

Третий пункт плана Рейнара включал его сестру. И это тоже было задумано не просто так. Он не мог просто показать видео с Харви, ему надо было, чтобы Летиция увидела это видео сама и увидела тайно. Для начала он изобразил страшное раздражение, которое не скрывало его расстройства, когда он вернулся из школы. Летиция попыталась расспросить, в чем проблема, но Рейнар не захотел отвечать, вместо этого, он яростно швырнул телефон на кровать и отправился в душ. Летиция правильно истолковала этот гневный жест, догадавшись, что проблема недовольства Рейнара находится именно в нем. Пока тот был в душе, она быстренько залезла в телефон брата (пароли друг у друга они вскрыли уже давным-давно). Сразу натолкнулась на это видео, мгновенно оценила размер катастрофы, быстро скопировала файл и сразу же побежала к маме.
Казалось бы такая мелочь у кого-то вещь лучше, у кого-то хуже, но, лично, для Арлет это являлось ее болевой точкой. В шестнадцать лет она осталась сиротой, и ее забрала к себе семья брата матери. Арлет жила в состоятельной семье, но в семью тети и дяди она пришла практически нищей. Деньги у нее были, но родители положили их на депозит, и до двадцати пяти лет у Арлет доступа к ним не было. Дядя и тетя взяли на себя все расходы по содержанию племянницы, и это было благородно с их стороны, и Арлет до сих пор была им за это благодарна, и… тем не менее, в ее положении существовали некоторые совсем незначительные нюансы, которые, сыграли решающую роль в становлении ее психики и характера. У дяди и тети были две дочери, почти ровесницы Арлет и у нее с ними сложились вполне сестринские отношения и все же, и все же…
- Вот я дура, - говорила Марша (кузина Арлет) своей родной сестре. – В магазине эта блузка мне показалась одного оттенка, а сейчас вижу, что она совсем другого! Он мне вообще не идет, что делать? Мать начнет орать, если я сейчас заикнусь о новой блузке. Эта из новой коллекции, стоит просто бешено…
- Отдай ее Арлет! – искренне посоветовала Сандра. – А маме скажешь, что тебе так жалко Арлет, и ты захотела ей сделать подарок!
- Точно. Отдам Арлет, а себе куплю другую. – Вот вроде бы ничего страшного. Тебе отдадут хорошую брендовую одежду, но по сердцу Арлет, словно провели ледяными когтями, когда она услышала разговор сестер. И таких разговоров было множество.
… - Брюки сидят мешковато – отдай Арлет.
… - Бабушка подарила просто отвратительную футболку – отдай Арлет.
… - Помада мне не идет – отдай Арлет.
… - Сумка не подходит к туфлям – отдай Арлет. – Возможно, если бы Арлет попала в эту семью в возрасте трех – четырех лет, это не оказало на нее бы такого гнетущего влияния, но Арлет было шестнадцать, и она остро ощущала чужое презрение, пренебрежение и высокомерное снисхождение. Вот поэтому видео, что показала ей дочь, не могло не задеть Арлет (на что, собственно, Рейнар и рассчитывал).
 - Нет, - коротко ответил Артур Дрейк, когда Арлет заикнулась мужу о том, что неплохо было бы мальчику подарить новый авиакар.  – Я не собираюсь из-за каждого пренебрежительного взгляда подроста-идиота бежать и тратить сумасшедшие деньги, чтобы что-то кому-то доказать. К тому же Рейнар ни учебой, ни поведением никак не заслуживает поощрения. Хорошая трепка – вот, что ему нужно. – В глубине душе Арлет была с ним согласна. Этот случай с репетиторшей оставил тяжелый след в ее душе, но сына она любила бесконечно, и, как многие матери хотела его считать очень хорошим, просто немного запутавшимся. Она огорчилась от слов мужа, Артур Дрейк это увидел и страшно расстроился. Он ненавидел огорчать Арлет. Ненавидел моменты, когда ее глаза тускнеют, улыбка гаснет, и она зябко поводит плечами, даже не замечая этого жеста. Он это все ненавидел и стремился избегать этого всеми способами. – Я поговорю с ним, - немного сдаваясь и уже не таким категоричным тоном, добавил он.
- Спасибо, - шепнула Арлет, и улыбка снова осветила ее лицо. Муж успокоено выдохнул.
… - Рейнар, - обратился Артур Дрейк к своему сыну, этим же вечером. – Мама считает, что ты мечтаешь об авиакаре, который есть у твоего одноклассника? – Рейнар угрюмо кивнул. - Ты помнишь, - с нажимом спросил отец, - что когда мы тебе покупали авиакар, то договаривались, что ты не заикнешься о новом, минимум пару лет? – Артур Дрейк посмотрел на сына и дождавшись утвердительного кивка продолжил: - Новые модели машин выпускаются каждый месяц и если скупать все модели…
- Авиакар, что сейчас у меня посоветовали твои специалисты, - обиженным тоном возразил Рейнар. – Но, он и при покупке не выглядел самым крутым…
- Эту модель выбирали не из-за красоты, а по наилучшим базовым характеристикам, - перебил Артур Дрейк сына. - Я хотел, чтобы у тебя была не просто красивая игрушка, а хороший, надежный, безопасный авиакар, которому можно доверить свою жизнь! – Рейнар бросил вилку на тарелку, и она громко стукнула о фарфор, он этим жестом показал, что помнит слова отца и свои обещания, и это его очень раздражает. – Хорошо, - между тем продолжал Артур Дрейк, - я выполню твое желание, но при некоторых условиях. – Рейнар внимательно посмотрел отцу в глаза. Заветные слова «выполню желание» были произнесены, теперь осталось услышать условия. – Если ты окончишь школу с оценками, которые тебе дадут право поступить в военную Академию – это первое условие. Ты проучишься год, перейдешь на второй курс, без задолженностей, хвостов и переэкзаменовки – это второе условие.  Вот тогда я тебе куплю…
- Стоп, стоп, стоп, - замахал руками Рейнар. – Ни каких обещаний, ни о каких покупках, я может, решу заняться глубоководным нырянием, и мне будет нужен катер, или я…
- Хорошо, - махнул рукой Артур Дрейк, - я исполню твое желание, если оно будет, разумеется, в пределах разумной стоимости.
- Слово офицера? – быстро спросил Рейнар.
- Слово офицера, - ответил отец, и они скрепили договор рукопожатием. Это был четвертый пункт плана Рейнара. Пятым пунктом  было, выполнение условий, поставленных отцом, и вот в этом была небольшая проблема.
 Рейнар с отвращением рассматривал на экране список двадцати факультетов Академии. Один из этих факультетов он должен был выбрать для поступления. Рейнар медленно вчитывался в строчки. Четыре медицинских факультета все связанные с хирургией – бэ-э-э. Три химических факультета – снова, бэ-э-э. Три биологических – фу, гадость, пять инженерных факультетов разного направления. Рейнар решил потом попозже почитать внимательнее. Три общевойсковых (именно на один из этих факультетов, должен поступать, по мнению отца,  Рейнар). Последними двумя факультетам в списке были – финансово-экономический и юридически-правовой. Вот последний факультет особенно заинтересовал Рейнара. Он быстро открыл информационное окно. Выпускники этого факультета занимаются проверкой любых конфликтов, любых внештатных ситуаций, любых нарушений хоть экономических, хоть правовых, входят в состав комиссий изучающих причины катастроф… Рейнар не стал дальше читать, это было то, что нужно, теперь осталось только поступить на этот факультет. Оказалось, что это очень и очень нелегко. Факультет был самым элитным. Скорее всего, учиться на нем было непросто, поскольку из шестидесяти поступивших, его оканчивали в среднем двадцать пять – двадцать восемь человек, то есть, меньше половины. Но Рейнар уже принял решение, что он будет поступать…  нет, он поступит на этот факультет и будет учиться только на нем.
Рейнар быстро нашел  страницу соцсети, где не поступившие делились впечатлениями, к сожалению, подобной страницы, среди тех, кто поступил, не было. Возможно, в Академии был свой закрытый форум, к которому доступа из вне, не было. Но у Рейнара была «волшебная палочка», то есть личный планшет отца, с которого тот мог попасть даже в это закрытое сообщество.
- Пап, - обратился Рейнар к отцу, - а я могу с твоего планшета посмотреть закрытый форум Академии?
- Только в моем присутствии, - согласился отец. – Ты же понимаешь, что личный планшет, это…
- Понимаю, понимаю, - перебил его Рейнар.
- Ты сможешь скопировать только то, что написали первокурсники за первый месяц учебы, - упорно продолжал объяснять отец.
- Хорошо, - согласился Рейнар, - только тогда я скопирую записи за три последних года.
- Это же миллион комментариев! – поразился отец.
- Ничего, - оптимистично отозвался Рейнар, который собирался копировать форум только одного факультета, пусть и за три года. Оказалось, что это было то, что Рейнару надо. Только в самом начале учебы комментарии дышали восторгом и искренностью. Он внимательно вчитался в строки, выискивая, что-то интересное.
Самым трудным для поступления было, как ни странно, первое собеседование. На этом этапе отсеялось сразу шестьдесят процентов кандидатов. Странно. Вопросы были стандартные, это Рейнар уже выяснил, читая форум для не поступивших, значит, дело было в ответах. Рейнар задумался, понимая, что эта  одна из самых важных информаций. Он читал и читал комментарии студентов, но ни в одном из них не было написано, что они отвечали на заданные вопросы. Рейнар хищно посмотрел на планшет отца. Он был уверен, что с него можно зайти на закрытый сайт и посмотреть, как проходили собеседования. То, что все фиксировалось, до мельчайших подробностей – сомнений не вызывало, также, как и то, что эти файлы будут храниться десятилетиями. Но это он решил оставить  «на потом», сейчас перед ним стояли более насущные вопросы.
Рейнар учился плохо, но не потому, что был дураком, а потому, что еще в первом классе отец предупредил его, что его путь, после школы, лежит только в одном направлении – в Военную Академию. В детстве он воспринимал такую перспективу с восторгом, поэтому до шестого класса он был лучшим учеником и гордостью родителей. Но потом его приоритеты изменились, но отец и слышать не хотел ни о чем другом, кроме этой проклятой Академии. И тогда Рейнар взбунтовался. Он стал учиться на просто плохо, а отвратительно, поведение было соответствующим и только угроза остаться на второй год и продолжать учиться уже с другими учениками, заставляла его кое-как перебираться в следующий класс. Потом родители подкупили его обещанием купить авиакар, он немного подтянулся в учебе, но только по нескольким не особо противным предметам, и вот с таким «багажом» знаний, он оказался в выпускном классе.
Рейнар ясно понимал, что для получения нужного аттестата, необходимо было исправлять оценки и за предыдущие годы, пересдавая экзамены, переписывая итоговые контрольные, пересдавая тесты. Рейнар тяжело вздохнул, но выбора не было. Самое сложное заключалось в том, что все это необходимо было успеть сделать до Рождественских каникул. Да, он понимал, что его никто не заставляет, никто не принуждает, но у него в голове не возникло даже крошечного желания отступить и все бросить. Рейнар знал, чего он хочет, может поэтому у него внезапно появилась до селе неведомая черта характера – не отступать, ни за что и ни при каких обстоятельствах. И он принялся за работу.

   Глава 4

Было тяжело, очень тяжело, но Рейнара выручала память. Его невероятная, эйдетическая память, когда после единственного прочтения он мог чуть ли не наизусть цитировать целые главы любого текста. Опять же математические способности (спавшие до сих пор мирным сном), встрепенулись и, как следует, встряхнули мозг Рейнара, дело было лишь за терпением, усидчивостью и желанием добиться своего. Три последние качества то и дело буксовали, и когда становилось совсем невмоготу, Рейнар снова и снова смотрел два коротеньких видео – все, что он смог спасти и сохранить на память о Маррет.
Первое видео было снято в тот день, когда она пришла знакомиться с будущими учениками. Скорее всего, она хотела сократить дистанцию, хотела, чтобы будущие ученики видели в ней почти ровесницу, а не строгую и сухую преподавательницу. Маррет хотелось установить с учениками приятельские отношения. Во сяком случае, весь ее внешний вид, говорил, именно об этом. Блузка спортивного типа, брючки, приятно обрисовывающие все округлости. Волосы, забраны в легкомысленный хвост, чуть подкрашенные глаза и губы. Она была красива, очень красиво, но его по-настоящему  зацепила улыбка. Ее улыбка была невероятной. Глаза становились какими-то мягкими и беззащитными, губы немного приоткрывались, от Маррет исходил такой свет, такая энергия, что хотелось постоянно находиться рядом, прикасаться к ней, смотреть на нее.
Рейнар не сразу понял, что все дело было в улыбке. Это дошло до него, когда потом, когда много-много дней спустя, он попытался разобраться в себе, попытался понять, что произошло, и попытался осмыслить, как все это могло случиться.
На втором видео Маррет была уже совсем другая. Строгое, холодное, безликое, неулыбчивое лицо. Прилизанные волосы, разделенные прямым пробором, плотно облегали голову, закрывая уши, и были увязаны в низкий хвост. Эта прическа прибавляла ей лет пятнадцать возраста, и если бы она сразу пришла к ним в таком виде, то… то… то… Он смотрел на второе видео и понимал, что все равно бы запал на нее. Он не знал, почему она так на него подействовала. Не знал, не понимал, но все равно ощущал это. Его тянуло к ней просто с какой-то фантастической силой. Рейнар торопливо спрятал флешку, хорошо зная, что после того, как он смотрел эти видео, он не мог нормально спать несколько дней. Поэтому  он очень редко  обращался к этому способу, чтобы напомнить самому себе, зачем он все это делает.
 План минимум был выполнен, к Новому году Рейнар  пересдал все экзамены за прошедшие годы на отлично. Родителям он ничего не сказал, и вообще изо всех сил старался, чтобы они не заметили изменений его поведения. После новогодних каникул начиналась самая тяжелая часть исполнения его плана. Рейнар уже знал, что для того, чтобы пройти собеседование, мало иметь отличный аттестат, нужны еще победы на Олимпиадах по некоторым предметам. Математике, обществоведению, истории и литературе. Литературу он отбросил сразу. Классиков он ненавидел, хотя и был вынужден прочитать все произведения из школьной программы, поэтому он остановился пока на трех предметах. Переговорив с преподавателями, он отбросил историю, но не потому, что заучивание дат было для него слишком большой проблемой. Отказ от подготовки по этому предмету был продиктован личностью учителя. Чтобы победить, надо непросто изучить даты и события, надо любить историю, любить людей, что ее творили, а не бездушно перечислять факты. Находить слова, образы, описывать ситуаци, которые заставят прошедшие события ощущать, как нечто близкое, давать ощущение, что речь идет не о безликих манекенах, а о живых людях. Для этого преподаватель должен безумно любить свой предмет и постоянно искать все новые и новые сведения и факты. К сожалению, учитель Рейнара такими качествами не обладал, и история была вычеркнута из перспективных направлений.