Личный агент императора. Роман. Глава 14

Глава 14.Танцы Наполеона.
    Отношение Наполеона к театру было двойственным: с одной стороны, он искренне любил сценическое искусство. За 15 лет Консульства и Империи он посетил 374 спектакля, а общее число его визитов в театр составило 682 - почти раз в неделю.
Он высоко ценил классиков, особенно Корнеля, и слыл проницательным театральным критиком. Император не только посещал постановки, но и активно участвовал в театральной жизни: давал советы актёру Тальма по интерпретации ролей присутствовал на репетициях и премьерах, а также инициировал строительство театров в своих дворцах - например, в Мальмезоне и Сен-Клу.
    С другой стороны, - рассматривал его как мощный инструмент государственной политики. Понимая огромную силу воздействия театра на публику, Наполеон видел в нём средство формирования общественного мнения и укрепления власти. Он стремился подчинить театральную сферу государственному контролю, чтобы использовать её в пропагандистских целях. Во время пребывания русского императора Александра I Павлович в городе Эрфурте, где проходил, император Наполеон I Бонапарт, чтобы развлечь российскую делегацию, выписал из Парижа труппу лучших драматических актеров «Комеди Франсез». После интенсивных недельных переговоров, Наполеон пригласил Александра на спектакль, в Эрфурском императорском дворце. В это день, труппа «Комеди Франсез» давала спектакль по пьесе Вольтера «Эдип». Оба императора сидели в одной ложе, и беседовали, будучи в благодушном настроении после обильного ужина в императорской столовой.
    - «Мон шер ами!» – обратил внимание император Александр на играющую на сцене актрису.
    - Да!
    - Я слышал, вы знаете всех актеров «Комеди Франсез»?
    - Конечно друг мой! Я же их кормлю, - рассмеялся император Наполеон.
    - Кто эта актриса на сцене сейчас?
Наполеон обернулся к сцене, и прищурился, оглядывая играющую актрису.
    - Это Мари-Терез-Этьенетта Бургоен, одна из лучших актрис театра! Понравилась? – спросил он у Александра.
    - Неплоха, неплоха!
    - Ну, ну, что так скромно друг мой? – рассмеялся Наполеон, - По вашим глазам вижу, понравилась! Хотите я вам её подарю?
    - Ну что вы Ваше Величество, это слишком, … дорогой подарок!
    - Я думаю мой дорогой брат, не дороже нашего союза! – спокойно парировал Наполеон.

    После спектакля, к императору пригласили двух актрис «Комеди Франсез», мадемуазель Мари-Терез-Этьенетта Бургоен, и Марагариту Жозефину Веймер - «Мадемуазель Жорж».
    - Мадемуазель Мари! Рад сообщить вам дорогая, что вы едете в Россию! – без подготовки заявил Наполеон.
Девушка упала на колени.
    - Мой король! Прошу вас, не отправляйте меня к медведям! Я буду очень хорошо играть!
    - Мари! Кроме медведей, там живут ещё и люди, - рассмеялся Наполеон, - И они очень любят театр. У моего брата русского императора есть свой императорский театр. В нем вы будете играть милая Мари! Не бойтесь! Русские вполне цивилизованная нация, и они, очень любят театр! И потом, вы же не просто едете туда начинать всё сначала. – Наполеон прошелся по комнате, заложив руки за спину, - Вы будете при царственной особе, так что вам будет легко. – ласково улыбнулся он актрисе. Улыбка императора была холодной и отчуждённой. Мари поняла, что решение уже принято и обсуждению не подлежит. Её император, просто подарил её чужому императору. Она опустила голову, смирившись с неизбежным.
    - К тому же, вы туда поедете не одна! – продолжил император, - С вами поедет «Мадемуазель Жорж» -Маргарита Жозефина Веймер, так что вам там будет нескучно!
Он остановился на секунду, посмотрел изучающе на сидящую на коленях актрису, и отвернувшись продолжил:
    - Но не это ваша главная задача. Там в заснеженной России вы будете моими глазами и ушами!
    - Государь, но, что могу я, женщина в этом деле?
Наполеон обернулся, и ещё раз посмотрел на женщину.
    - Милая Мари, вам не надо будет шпионить или специально выпытывать какую-нибудь информацию Вам будет достаточно просто запомнить, что говорят большие и важные мужчины. А потом это всё записать для нашего связного. Вам даже не придётся это кому-нибудь докладывать, к вам будут еженедельно подъезжать посыльные из нашего посольства. И всё что вы запишете, просто передадите этому человеку!
    - Но что можно услышать секретного в театре, государь?
    - Многое дорогая моя, многое! Но, я полагаю, у вас будет тесная связь с одним очень важным лицом, у которого вы услышите архиважную информацию. Чем чаще вы с ним будете видеться, тем больше вы получите от него информации! Вот всё это и надо передавать нашему послу!
    - А если это лицо, не захочет со мной разговаривать?
Император опустил голову и с усмешкой посмотрел на сидящую на коленях актрису.
    - Встаньте Мари! Непозволительно одной из величайших актрис «Комеди Франсез» стоять на коленях! Ваш император не требует таких жертв милое дитя. А что касается лица, которому вы должны понравиться, … - император рассмеялся своим мыслям, - Вы ему уже нравитесь! Теперь вам надо вести себя так, и делать всё чтобы он в вас не разочаровался!
    - А если, … он потребует интимных отношений государь? – сбивчиво спросила актриса, густо покраснев от своих мыслей.
    - Он обязательно это потребует Мари! Более того, вы должны сделать всё чтобы он их потребовал! Ради величия Франции! Ради вашего будущего, - проникновенно произнес император, - Если потребуется, вы можете отдаться хоть всей семье Романовых милая, но добыть то что нужно Франции, - стальным голосом закончил Наполеон.
Он взмахнул ладонью, требуя, чтобы она встала.
    - А теперь Мари. Вытрите слёзы, и сыграйте счастливую девушку, которая довольна собой и своей судьбой! Ну? Вы же актриса?! И вперед, в неизведанное счастливое будущее дитя! – улыбнулся он подтолкнув её к дверям.
    Наполеон вел девушку по коридорам дворца, и наконец, распахнул двери, и они оказались в большом зале, где прогуливались и беседовали гости. Наполеон галантно пригласил актрису в зал и сам последовал за ней, тихим голосов направляя её к большой группе офицеров, среди которых стоял русский император Александр.
    - Мой дорогой брат! – обратился он к русскому императору. Император Франции старался в среде европейских монархов быть «своим», поэтому называл «братьями» всех монархов европейских государств, и даже княжеств! Другое дело, что, улыбаясь в лицо, за его спиной европейские монархи считали его выскочкой, и старались дать ему это понять!
По большому счету, в половине европейских государств уже на тронах сидели его «люди»,- родные братья, родственники, его бывшие генералы и маршалы! Но, политику Европы определяли не эти мелкие шаромыжники, которые зависели от него не только политически, но и повседневно, не имея ни воли, ни поддержки среди завоёванной элиты. Политику Европы определяли «гранды», политический Олимп! Россия, Австрия, Англия! Вот с ними Наполеон и хотел быть на короткой ноге, а лучше в родственных отношениях!
    - Прошу любить и жаловать, блестящую актрису, приму «Комеди Фрасез» - мадемуазель Мари-Терез-Этьенетта Бургоен! –и Наполеон подвёл её к русскому императору.
Девушка поклонилась монарху и опустила глаза, не смея смотреть ему в лицо.
Русский монарх улыбнулся, и неожиданно протянут её руку для приветствия.
    - Александр, - представился он просто.
Девушка растерялась, не зная что делать. Она не ожидала такой простоты от знаменитого русского монарха.
Александр увидел её растерянность, и взяв за руку, заговорил:
    - Ничего страшного Мари. Есть места куда императоры тоже ходят пешком, как и все простые смертные, - сказал он с улыбкой, целуя её тыльную сторону ладони. – А красивые женщины красивы не только для народа, но и для императора!
Наполеон захлопал в ладоши.
    - Браво мадемуазель Бургоен! Считайте, что вы сегодня покорили величайшего из императоров Европы, русского царя Александра! – польстил Александру Наполеон.
    - Ну что вы друг мой! Это вы гений войны, а я просто император большой страны, - улыбнулся он.
Александр любил, когда ему отдавали должное. И даже то что Наполеон считает его «хитрым греком», тешило его самолюбие.
    Завязалась приятная беседа, о музыке, о театре, об актерском мастерстве, и мадемуазель Бургоен, ожила. Ей уже не казались страшными это высокие красивые офицеры в чужой форме, тем более, что говорили они на чистейшем французском, который далеко не все французы знают. А этот молодой черноволосый красавчик, кажется она его знает! Его, наверное, половина Парижа знает, месье, … Чернышев, да кажется Чернышев. – вспомнила она. Девушка украдкой посмотрела на строгое лицо штаб-ротмистра и улыбнулась своим мыслям.
    - Господа! Позвольте представить вам ещё одну бесподобную волшебницу сегодняшней сцены, мадемуазель Маргарита Жозефина Веймер! Её художественный псевдоним в Париже, «Мадемуазель Жорж»! Прошу любить и жаловать! – подвёл император Наполеон ещё одну актрису к русскому императору.
У Александра Павловича заблестели глаза, что не ушло от внимание его охраны, да и Наполеона. Именно в это момент он принял окончательное решение отправить этих двух красоток в Петербург! Они должны стать там его курочками, несущими золотые яйца! Ну и что что они примы «Комеди Франсез»? Не он ли их кормит и им платит? В конце концов, талантливых актрис во Франции много, а вот талантливых информаторов, увы мало. И если есть такая возможность пристроить парочку актрис в интересующее сообщество в качестве информаторов, почему нет?
«Полагаю, эти две красивые курочки, не так просты как хочет показать Наполеон! – подумал Чернышев, - Бьюсь об заклад, что они поедут сопровождать нашего императора в Россию!»
Генерал Уваров, стоящий тут же бросил взгляд на ротмистра, и незаметно кивнул одними глазами. Дескать, да, понятно зачем они здесь!
    Заглядывая вперед, надо заметить, что, обе актрисы действительно поедут в Петербург, якобы по приглашению русского императора! Из них, особенно понравилась императору Александру Павловичу Мари-Терез-Этьенетта Бургоен!
    26 июля 1809 года состоялся первый дебют актрисы на петербургской сцене в комедии Вольтера «Нанина». Красивая и статная Бургоен, пользовалась у русской публики большим успехом, особенно в роли пажа Керубино в «Женитьбе Фигаро», а также Ифигении в «Ифигении в Авлиде». В Санкт-Петербурге Бургоен пробыла около двух лет, после чего снова возвратилась во французскую столицу, как раз перед войной с Россией.
Мадемуазель Бургоен были слишком хороша, чтобы император прошел мимо. Он увлёкся ею, и некоторое время она была его любовницей. Но император быстро в ней разочаровался, благо девушка была больше актрисой, нежели любовницей!
    Другая актриса, «Мадемуазель Жорж» - Маргарита Жозефина Веймер так же приехала в Петербург в 1808 году и до 1812 года выступала в Императорском театре!
Тут всё зашло уже гораздо дальше. По свидетельствам современников, она в 1814 году даже родила дочь, отцовство которой приписывают государю. Но, после рождения ребёнка актриса вернулась обратно во Францию, где продолжила свою сценическую карьеру, уже в другую эпоху, без Наполеона.

    Наполеон использовал возможности Эрфуртского конгресса для того, чтобы познакомиться с тремя выдающимися умами того времени, - политическим публицистом и поэтом Кристофом Мартином Виландом, предсказавшим Наполеону славу, когда тот был ещё простым генералом, известным историком Иоганнесом фон Мюллером, с которым он беседовал о Цезаре, и величайшим поэтом Германии Иоганном Вольфгангом Гёте обладавшим для Наполеона большой пропагандистской ценностью.
    Встреча Наполеона и Гёте получила особый резонанс. Их беседа состоялась 3 октября 1808 года в Эрфуртском дворце веймарского герцога Карла Августа,
Гёте был приглашён на аудиенцию с французским императором утром. Когда он вошёл, Наполеон завтракал за большим круглым столом; по правую руку от него стоял Талейран, по левую — Дарю, с которым император обсуждал вопрос о контрибуциях.
    - Сир! Прибыл месье Гёте, - доложил императору гофмаршал Анри-Готье-Антуан Бертран. Наполеон обернулся, и увидев поэта, сделал Гёте знак приблизиться. Внимательно оглядев поэта, он произнёс: «Vous ;tes un homme!» («Вы настоящий человек!»). Гёте поклонился в ответ.
    - Скажите месье, сколько вам лет?
    - Ваше Величество, мне шестьдесят лет, - поклонился Гёте.
    - Хороший возраст для великого поэта, - улыбнулся Наполеон. – Но выглядите вы достаточно молодо! Что-то особенное? Диета?
    - Ну что-вы, государь, - замешкался поэт, - Собственно, обычная еда, без изысков и долгие гуляния в саду. Литература сир любит тишину.
    - М-да! Жаль, что война всегда шумная, - кивнул Наполеон. – Скажите месье Гёте, вы трагедии пишете?
    - Да, безусловно сир.
    - Правильно. Это высокий стиль римской литературы. Каждый уважающий себя писатель должен уметь и любить писать трагедии! - с апломбом заявил Наполеон.
Присутствовавший за императорским столом генерал-интендант армии Дарю, желая отчасти польстить немцам, с которыми Наполеону приходилось иметь дело, заговорил о немецкой литературе.
    - Безусловно, немецкая литература одна из наследниц великой литературы Рима, - заметил он, - Кстати, сир, месье Гёте ещё неплохо переводит! Например, известен перевод с французского сочинение Вольтера, - «Магомет»!
    - К сожалению, это одно из самых неудачны сочинений Вольтера! Изображать себя в столь неприглядном свете недостойно для покорителя мира! Жаль что сам Вольтер до этой мысли не дошел. – резко отреагировал Наполеон. – Мне например больше нравится роман месьё Гёте «Страдания юного Вертера»! Честно признаюсь, - с удовлетворением заметил он, - В юности я был очень увлечен ею!
    - И какие впечатления остались у Вашего Величества, от этого произведения? – поинтересовался Гёте.
    - Превосходные месье! Правда, есть один эпизод, который показался мне тогда неестественным!
Гёте с улыбкой признал справедливость замечания.
    - Государь! Это литература, и в ней поэт вправе прибегать к художественным приёмам, если иначе невозможно достичь нужного эффекта! – с поклоном ответил поэт.
    Беседа продолжилась вокруг других литературных произведений поэта. Наполеон высказал своё критическое мнение о трагедиях рока, назвав их «знамением тёмных времён». Наконец, завтрак был окончен, и Дарю с Талейраном, стоящие рядом с ним отпущены. Наполеон откинулся на спинку стула и спросил:
    - Скажите месье Гёте, вы женаты?
    - Да сир! Моя досточтимая супруга,  - с улыбкой начал отвечать поэт, видимо вспоминая свою любовь, - Кристиана Вульпиус!
    - Это великая любовь? – полюбопытствовал император.
    - Да сир! Это элегия моей души!
    - У вас есть дети месье?
    - Безусловно Ваше Величество, сын, -Юлиус Август Вальтер фон Гёте!
    - И вы счастливы в семейной жизни? – поинтересовался Наполеон.
    - У меня нет другого ответа кроме как утвердительного, Ваше Величество!
    - Хм. Но мир полон слухов месье, говорят великий поэт, такой же великий повеса? – лукаво посмотрел на него император.
    - Слухи, это тоже своего рода литература, сир! Они также возникают с определённой долей допущения, как и любой роман!
    - Вы правы месье. Скажите, … а как вы относитесь к веймарскому герцогу?
Поэт задумался на несколько секунд, как будто вопрос оказался неожиданным.
    - Сир! Как я могу относиться к человеку, который дал мне в этой жизни все? Мой друг и мой первый почитатель, человек при жизни которого я добился всего что у меня есть. Я поэт сир, только благодаря Карлу Августу! Ибо благодаря ему у меня появилась возможность и время творить!
    - Вы человек, умеющий помнить добро и ощущать чувство благодарности! Это великий дар месье! Далеко не все на такое способны. Увы, но большинство, забывают добро на следующий день! – заметил Наполеон.

    Стоит отметить, что Гёте искренне восхищался личностью и деяниями Наполеона, видя в нём мощную историческую силу. Он называл его «величественнейшей фигурой, какая только возможна в истории». Даже после поражения и ссылки Наполеона Гёте сохранил к нему уважительное отношение.
В знак признания заслуг Гёте как великого поэта, Наполеон в 1808 году наградил его национальным Орденом Почётного легиона!