Amore Море!

Как по-разному и как одинаково звучат эти два совершенно разных слова. Amore - это любовь на итальянском и Море - это море на русском! Хотя значения этих двух слов очень похожи, особенно в словосочетании "Море любви!» Это море чувств, переживаний, нежности, ревности и многого другого! Море - это что-то волшебное, забирающее весь негатив и нездоровье, дарующее взамен обновление во всем: чувствах, восприятии да и в здоровье наконец! В нем, как в бесконечности, просто растворяется весь негатив и настолько бесследно, словно ложка соли в бочке чистой воды.

Наверняка в мире меньше было бы разлук и расставаний, если бы пары в критических, близких к разрыву отношениях могли приехать к морю, отдать все накопившиеся негативные моменты морю, солнцу, ветру!

…Они встретились одновременно и случайно, и закономерно. Она -истинный, просто настоящий художник, влюбленный в искусство. Своими руками и тонким вкусом она делала эфемерную, абстрактную красоту реально осязаемой, объемной и живой! Из её рук рождались работы, начинавшие жить и буквально дышать.  Из нескольких листочков, веточек, травинок получалась картина! Кто-то бы сказал, что это процесс, подобный миросозиданию, когда из хаоса первобытных веток и обломков был создан светлый и прекрасный мир!

Он - человек совсем другого склада, резкий и взрывной, с душою, прошедшей все: смерть близких, войну, предательство, но сохранивший в душе умение удивляться красоте как ребенок, видеть прекрасное во всем, что вокруг.

Они встретились на выставке двух художников - Моне и Мане. Долго бродя по полупустому залу, задержались у одной из картин. И он, обычно молчаливый с людьми, вдруг заговорил с нею о картине. Она больше знала академическое толкование сюжета и деталей, он же рассказывал о картине по тем бытовым деталям и собственным жизненным наблюдениям так, что она была удивлена его наблюдательностью и вниманием к мелочам. Они перешли к следующей и следующей картин, и вновь каждый описывал сюжет по-своему, но вместе рождалось новое и более полное его толкование.

Но все, даже самые интересные выставки имеют один минус-они заканчиваются...

Он только открыл рот, чтобы пригласить её на чашечку кофе, как у неё вдруг зазвонил телефон. Так и бывает, именно в такие моменты ты вдруг становишься нужным и необходимым человеком, просто срочно нужным всем. С чувством легкого сожаления она отвечала в трубку, что уже мчится и скоро будет. Ещё раз мельком взглянув на него, она вышла из зала и вдруг замерла, не зная, что  делать? У неё банально сел телефон. Бич нашего времени - не вовремя севший телефон. Сразу жизнь словно рушится, и вдруг все становится таким, словно ты оказался один на необитаемом острове!

Немного поколебавшись, она решительно вернулась в зал и взглядом отыскала его. После, стараясь не привлекать к себе внимания посетителей выставки, жестом подозвала его и выдохнув, сказала:

- Вы не могли бы дать свой телефон? Мой сел в самый неподходящий момент, а надо срочно позвонить дочери и заказать такси!

-  Он достал свой телефон и быстро пробормотал:

- Пожалуйста... - Она взяла телефон и, отойдя на несколько шагов, набрала номер.

Вскоре она со словами благодарности вернула телефон и умчалась на подъехавшем к самому входу такси. А он так и остался стоять, мучительно придумывая способы знакомства. Но она уехала,
а он остался возле входа на выставку. В этот момент из зала буквально выскочила билетер и закричала вслед уехавшему такси:

- Женщина! Перчатки! Вы забыли на банкетке свои перчатки! - После, увидев, что такси уже далеко, она в растерянности оглянулась, а он неожиданно для себя предложил:

- Давайте их сюда, я обязательно верну их по назначению.

Билетер молча протянула перчатки и бросилась ко входу, перед которым уже столпились новые посетители. Он рассматривал ажурные, коричневые перчатки и думал, что отдаст их, найдя их владелицу по тем телефонам, на которые она звонила...

Понимая, что в этот день незнакомке явно не до перчаток, раз пришлось в такой спешке покидать выставку, он решил позвонить на следующий день. Два последних телефона оказались службами заказа такси, а вот третий был тем номером, который был нужен. Но и тут вмешалось нечто непредвиденное: это был не телефон незнакомки с выставки (что вроде бы абсолютно логично), а телефон ее дочери. И на его предложение привезти перчатки, та просто буркнула:

- Оставьте там, на выставке, у администратора, когда у мамы будет возможность, она заберет свои перчатки!

Так, вроде бы окончательно и бесповоротно судьба в виде мальчишки с луком по имени Купидон развела его и её. Единственное, что ему оставалось, это как бы случайно встретить её, отдавая злополучные перчатки. Приехав на выставку, он полдня ждал случайной встречи с ней, но...в этот день она не пришла. Пришлось долго объяснять администратору, что это за перчатки и кто он такой и какое отношение имеет к ним.

В эту ночь он так и не уснул. Все думал о том, что никогда не бывает так, как нам бы хотелось...

Через несколько дней он стал забывать об этой, прямо говоря, нелепой ситуации. Навалилась работа, из-за всеобщего сокращения на производстве начальство занялось системой выжимания соков. Неудивительно, что в таком режиме работы он забывал не только поесть, но и просто выспаться.

И та женщина с карими, такими красивыми глазами, перестала ему сниться, а если и появлялась, то он резко просыпался и долго удивленно думал: кто это и зачем? Иногда все-же вспоминал её и тогда весь остаток ночи грустил и ворочался без сна...

Но где-то глубоко в душе он даже был рад этому девятому валу работы. Уходя с головой в дела, он забывал о тех давних событиях, что случились с ним и из-за которых он остался в полном одиночестве. Он не говорил ни с кем об этом и старался не думать о произошедшем. Но это днем, а ночь вместо мира и успокоения щедро одаривала воспоминаниями и кошмарами. Но как было выгравировано на кольце у одного царя-мудреца: "Все проходит..."

Наконец лавина работы все же прекратилась. И настал тот момент, который можно назвать почти курортным словом "межсезонье", нет аврала и напряга, и в принципе можно взять отпуск и укатить куда-нибудь подальше, выключить телефон, при этом сослаться на то, что связь не ловит. Что и было сделано.

Правда, начальство с недовольным лицом перед этим долго убеждало отложить, а лучше забыть о таком понятии как отпуск, но натолкнулось на просто железобетонную стену непонимания и отторжения начальственных слов.

Так что отпуск все-таки наступил и принес с собою ощущение предвкушения чего-то прекрасного и волнующего. В голове вертелись залихватские слова из старого фильма: "Пошью костюм с отливом и в Ялту!" В костюме нужды не было (сгодился и спортивный без отлива), а с Ялтой все получилось. Весна в Крыму - это просто волшебство! Буйство вечнозеленой растительности с вкраплениями из ирисов, подснежников и еще чего-то цветущего и благоухающего! Море, мерно и таинственно накатывающее волны на берег, сами волны благородного изумрудно-синего оттенка и солнце! Солнце, нежно ласкающее кожу, именно ласкающее, а не обжигающее, как летом. И почти полное отсутствие людей из породы "хомо туристикус". И все это создавало ощущение праздника и покоя одновременно.

Решив "оторваться по полной", а именно: посетить все знаменитые места рядом с Ялтой и в самой Ялте - наш герой составил целый список мест. Включил Левадийский и Воронцовский дворец, и Массандру, и все окрестные памятники. А составив, вдруг ощутил себя на работе - развлечение превращалось в обязаловку. Поэтому список был тут же выброшен в ближайшую урну, но при этом приобретен билет на экскурсию в Левадийский дворец!

- Вот такой парадокс, - подумал он. - Ну и фиг с ним!

Сам дворец его удивил сочетанием монументальности и какого-то почти домашнего уюта. Хотелось фотографировать все: и знаменитые залы, и восковые фигуры, и парадные лестницы. Особенно поразил монументальный памятник Александру Третьему из черного гранита. Засмотревшись, он отстал от своей группы и вынужден был пристроиться к другой, так кстати подошедшей группе экскурсантов. Обратившись с просьбой сфотографировать себя к ближайшей экскурсантке, он вдруг узнал глаза и просто застыл в недоумении...

- Это вы?

- Что значит я? - удивленно спросила женщина.

- Ну, вы! Я сейчас все объясню! Прежде всего хочу спросить, вам вернули перчатки? Те, что вы забыли на выставке картин Моне и Мане?

- Перчатки? Но как? Я вас вспомнила! Вы были на той же выставке, что и я! Вы здесь? Ну надо же какое совпадение! Как же тесен мир! И почему вы тут? Ах да, глупый вопрос, вы тут на отдыхе?

- Да, решил зарядиться впечатлениями, так сказать, временно забыть о работе, обо всех напрягах города и просто отдохнуть...

После было сказано, в каком санатории он остановился, рассказано о номере, о процедурах и еде.

Дальше наш герой наконец сообразил, что пора бы представиться даме:

- Поляков, Антон Павлович, почти как Чехов, только Поляков… - И сказав все это, он слегка покраснел и засмущался.

Дама, с улыбкой в свою очередь представилась:

- Вера! Ну точнее, Вера Михайловна. Здесь отдыхаю со своими коллегами по работе и дочерью. Мы уже третий год приезжаем сюда на отдых, снимаем квартиру и берем курсовки на лечение и именно в вашем санатории. И...собственно и все! Я думаю, что мы с вами, Антон Палыч, обязательно увидимся!

- Я очень на это надеюсь, Вера Михайловна!

- Я побежала догонять своих и до встречи!

И Вера легко, быстрым шагом пошла догонять своих. Антон долго смотрел ей вслед, а ему в затылок строго, по-отечески смотрел государь-император Александр Третий.

 Уже на следующий день Антон увидел Веру в лечебном корпусе. Да с такой шумной толпой женщин (видимо, её сослуживиц), что не отважился подойти при всех, решив подождать Веру на скамье у входа. Он быстро прошел все назначенные ему процедуры, тем более что их было всего две, и сидел, дожидаясь, просматривая новости в телефоне.

Стараясь не проглядеть Веру, или как он в мыслях называл её Верочку, Антон постоянно посматривал на крыльцо лечебного корпуса. Наконец показалась галдящая, что-то обсуждающая, смеющаяся стайка её подружек. И после вышла Вера. Но вышла не одна, а под руку с мужчиной, который что-то рассказывал улыбающейся Вере. И проходя мимо, улыбаясь шуткам своего спутника, она не заметила Антона, а он посчитал невозможным обратить на себя её внимание. Антон оставался сидеть на скамье до тех пор, пока Вера и вся ее компания не свернули на другую аллею. После встал, одернув брюки, и медленно пошел в противоположную сторону.

Шел и думал о Вере, но мысли были уже не столь радужны как ранее, а скорее такие, какие бывают у человека, потерпевшего поражение.

- Ну, ничего не поделаешь, все идет так, как, видимо, и должно быть, -думал он.

Вдруг на него обрушилась целая горсть шелухи от шишек. Отряхиваясь и подняв голову, он увидел задорно глядящую на него белку. Антон улыбнулся ей, а про себя с грустью отметил, что глаза белки такого же глубокого карего оттенка, как у Веры…

Весь оставшийся день Антон просто просидел в номере, не имея никакого желания выходить куда-либо, а когда настал мягкий лиловый вечер и стало темнеть, он вышел на балкон и еще долго смотрел на темнеющее вдали море с огоньками кораблей.

Утро выдалось туманным и сырым. Видно было, что дождь шел всю ночь. Намокшие и потяжелевшие ветки хвойников склонились почти до земли. Заметно похолодало. Подходя к вестибюлю столовой, Антон увидел красочную, слегка размытую дождем афишу. Концерт назывался несколько вычурно: "Только один вечер! Волшебный саксофон".

- Что ж, можно и на концерт, все равно совершенно не хочется ничем заниматься. А послушать саксофон "вживую" - это удовольствие, -решил для себя Антон.

День прошел как-то незаметно. Процедуры, прогревания, завтрак-обед-ужин, это заняло практически все время до концерта. Концерт оказался, как ни странно, бесплатным. Войдя в уже темный зал, заполненный отдыхающими, Антон пробрался в самый угол и едва успел сесть, как раздались аплодисменты, и на сцену поднялся простенько одетый артист со сверкающим саксофоном в руках. И началось волшебство! Минусовка ударных и других инструментов, чарующие звуки саксофона, великолепные мелодии, знакомые и любимые всеми, - просто зачаровывали.

И тут Антон увидел её, Веру...Свет прожектора, хаотично бродящий по залу, вдруг выхватил её профиль и буквально приковал к себе взгляд Антона. До конца концерта он так и не смог отвести от нее взгляд. Концерт закончился такими овациями, что на минутку Антон чуть не оглох. В этот момент Вера, случайно оглянувшись, увидела Антона и улыбнувшись, помахала рукою. Антон ответил на приветствие. Зал пустел, народ медленно выбирался из зала. Антон подошел поближе к Вере.

- Добрый вечер, - сказала она. - Как вам концерт? По-моему, просто великолепно! Я давно так не наслаждалась музыкой! А мы сейчас идем на дискотеку! Составите компанию?

- С удовольствием! Вы абсолютно правы - концерт просто великолепен! Давно я не слышал такого талантливого исполнения, даже подпевал потихоньку...

Кафе - небольшое и уютное - гордо называлось: "Пиццерия «Венеция". Антон пытался найти хоть какие-то черты схожести с Венецией, но увы. Столики были расставлены по периметру, впритык к банкеткам, а свободное пространство середины зала представляло собою танцпол. Диджей уже проигрывал мелодии, но народ все еще не вставал с мест. Кто-то должен был открыть, ну или начать танцы. Наконец уже знакомая ему компания из подруг-сослуживиц Веры все-таки открыла сей бал, ну как бал, скорее дискотеку для тех, кому далеко за 30...

Но было главное: громкая музыка, вспыхивающие стробоскопы и
желание танцевать и веселиться! А если к этому добавить и караоке (как выяснилось позже), то присутствовал полный набор незапрещенных удовольствий! После нескольких быстрых и громких треков все-таки настало время медленного танца, и Антон решил пригласить Веру.

Но тут  совершенно неожиданно у Антона объявился конкурент. До этого сидевший в углу на кресле тот самый "гражданин", с которым Вера не так давно выходила под ручку из лечебного корпуса, быстро подскочил к Вере и, расшаркиваясь, как показалось Антону, пригласил Веру на танец. Она недоуменно оглянулась, но протянула ему руку.

И несколько пар, среди них и Вера с кавалером, стали исполнять самый популярный медленный танец, называемый в народе "танец-топтанец"...Как назло, ну или Антону так показалось, танец длился уж очень долго.

Но наконец медленный трек сменился чем-то зажигательным и в восточном стиле. Тут же на танцпол высыпали практически все. Но Вера присела на стул, и как ни старался ухажер увлечь её быстрым танцем, она, смеясь, отказывалась. Веру выручила одна из её подруг, сообразившая пригласить настойчивого ухажера на танец.

Антон подсел к Вере и предложил угостить её прохладным сухим вином. Она кивнула, соглашаясь. Антон прошел в бар и скоро они с Верой с удовольствием пили маленькими глотками прохладное вино из тонких пузатых бокалов. Несмотря на громкую музыку завязалась шутливая беседа, из которой Антон узнал главное: вышеозначенный ухажер-сослуживец Веры женат, но жена осталась дома с детьми, а он «гарцует» на курорте. Тут раздался трек, особенно нравящийся Вере, и она буквально ворвалась вкруг танцующих, а Антон за нею следом!

После танцев подошло время караоке. И тут Антон, певший в молодости в группе, решил исполнить одну из песен Серова, очень надеясь на то, что Вера оценит его талант. И действительно, песня была по достоинству оценена, но, помимо Веры, все ее подруги стали одаривать Антона благосклонными и даже несколько томными
взглядами.

Вера предложила немного пройтись, подышать воздухом. Они допили вино и, накинув куртки, вышли из кафе. Прохаживаясь вдоль аллеи, усаженной пальмами, они любовались низко сидящими огромными звездами, дышали ветром, дующим с моря, и разговаривали. В самом конце аллеи, уже поворачивая назад, их лица слегка сблизились, и Антон, неожиданно для себя, поцеловал нежные губы Веры...Она на мгновение замерла, а после ответила на поцелуй. Они целовались прямо под нависающей над ними луной, пока Вера не сказала, что нужно идти в кафе, не стоит давать повод сплетням. Вернувшись в кафе, они буквально кинулись в круг танцующих, но одна из подруг Веры внимательно и пристально разглядывала Веру и Антона...

Танцы были в самом разгаре, когда диджей объявил последний танец. Все танцевали словно на тонущем "Титанике" и в последний раз! Но веселье все-таки закончилось, и Антон решил проводить Веру. Она разрешила только до проходной. Они шли позади всей стайки Вериных подруг и беседовали о самых разных вещах. Подойдя к проходной, Вера показала на трехэтажный дом на другой стороне улицы и сказала, что именно там они снимают комнаты. И что она живет в комнате с подругой, а дочь живет по коридору напротив. Просто сказав:

- До завтра...- И, улыбнувшись, добавила: Антон...

После легко выскочила из проходной и, стуча каблучками, сбежала со ступенек крыльца. Обернувшись, помахала Антону и пошла, не оглядываясь.

Антон на удивление быстро уснул и спал так крепко, что чуть не опоздал на завтрак. Вспоминая прошедший вечер, он явственно почувствовал вкус поцелуев на губах и улыбнулся. Шедшие навстречу две девушки заулыбались ему в ответ.

В этот день было столько процедур и консультаций с врачами, что Антон только и успел ненадолго мельком увидеть Веру и обменяться парой фраз. У неё день тоже был заполнен до предела. Главное, о чём договорились, это встретиться вечером в пиццерии, оказалось, что дискотека устраивается там каждый вечер!

 Ближе к вечеру Антон тщательнее обычного побрился и даже сбрызнул себя парфюмом. Что интересно,  его аромата он не чувствовал и это говорило о том, что парфюм идеально подходит именно ему...

На дискотеку Антон пришел раньше других, почти пустой зал казался больше и даже выше. На столах была брошенная грязная посуда и бокалы, которую лениво убирала официантка с ярко-красными волосами. Остановившись напротив, она выжидательно уставилась на Антона, и он буквально под давлением заказал бокал сухого вина. Сидя в одиночестве за столиком и размышляя о многом, он так задумался, что не заметил, как в кафе зашел тот давешний, как его назвала Вера, «гарцеватель», её сослуживец. Сев за барную стойку, он заказал 100 граммов коньяка и после пил рюмку за рюмкой, мрачнея и пьянея. Скоро зал пиццерии стал заполняться людьми. Смех, разговоры, звук сдвигаемых стульев сразу оживили пустое пространство зала.

Наконец вошла Вера...Наверняка вошла не одна, а с подругами, но их Антон просто не видел, только её одну. Антон провел её к столику, Вера сняла пальто и оказалась в нарядном, модном платье, выгодно подчеркивающим её фигуру. Она села за столик и отпила глоток из бокала Антона. Он пошел к бару за вином для Веры и поразился тому, с какой злобой взглянул на него уже заметно пьяный "гарцеватель". Но он ничего не сказал Антону, только скривил гримасу.

Антон вернулся к столу, танцы были уже в разгаре. Вера с подругами танцевали в широком кругу и к ним присоединялись и остальные посетители пиццерии. Антон поставил бокал на столик и вошел в круг танцующих.

После медленного танца Антон и Вера уселись за столик и беседовали, потягивая вино из бокалов. Вера, извинившись, вышла попудрить носик, а Антон, расслабившись, сидел за столиком и внимательно читал сообщения в телефоне. Боковым зрением он увидел Вадима, подходящего к его столику, и поднял взгляд на него. Тот, пьяно качаясь, хрипло буркнул:

- Пойдем, выйдем! Я тебя научу, как за чужими бабами бегать! - и схватив Антона за руку, потянул к выходу.

Антон стряхнул руку пьяного и буквально вытащил того на улицу. Вадим, качаясь, замахнулся, но Антон перехватил его за руку и быстро завел ее за спину. Бить пьяного человека, который почти не стоял на ногах, было не в правилах Антона. Он усадил Вадима, уже даже не сопротивлявшегося, на скамью и тот остался сидеть, закрыв глаза. Антон вошел в пиццерию и подошел к уже сидевшей за столиком Вере. Описав ситуацию, он нашел куртку Вадима и вышел с ней на улицу. Следом вышла Вера и две её подруги. Вместе они  с трудом, но доставили Вадима в его комнату. Подруги вернулись на дискотеку, а  Вера пригласила Антона выпить чаю у неё в комнате на третьем этаже. Но их настолько потянуло друг к другу, что чаю в этот вечер выпить так и не удалось.

Страсть как цунами так поглотила их, что обоим стало не до рамок приличия, нежность, объятия, поцелуи и...Через время, тяжело дыша, будто после марафона, они лежали, обнявшись, и продолжали целоваться. Вера сказала, погладив Антона по волосам:

- Надо одеваться, уже поздно. Скоро девочки придут с танцев, не хочу сплетен...Я провожу тебя до проходной.

Они вышли из комнаты и спустились с третьего этажа. Стоя возле проходной санатория, Антон попытался поцеловать Веру, но в этот момент из проходной стали выходить её подруги, смеясь и обсуждая прошедший вечер. Вера попрощалась с Антоном и вместе с подругами пошла к себе. После обернулась и незаметно послала воздушный поцелуй.

Уже у себя в номере, стоя под горячими, упругими струями душа, Антон понял, что в этот вечер он - самый счастливый человек на всей Земле...Он думал о Вере и был счастлив от того, что она есть и его усы до сих пор пахнут её кожей....

«Счастливому человеку улыбается солнце!» Никогда Антон не понимал этих слов. Сама фраза казалась выспренной и бессмысленной...Но лишь до сегодняшнего утра. Именно этим, нежным и мягким утром он понял, что это такое - улыбка солнца! Это улыбка и радость внутри сердца, то чувство, от которого легко на душе! Именно с этим чувством Антон, стоя на балконе номера, смотрел, пытаясь за кронами кипарисов разглядеть дом, в котором находилась Вера...

Утром, идя на завтрак, он впервые не спустился вниз на лифте, а пробежал по лестнице со своего четвертого этажа! Хотелось свободы и чувства молодости, энергия буквально бурлила в жилах. Пробегая через ресепшн, Антон громко произнёс:

- Доброе утро! Какие же вы сегодня красивые, девушки! - сразу заулыбавшимся девушкам-администраторам.

После завтрака, стоя на пятачке у входа в столовую, он впервые отослал Вере пожелание "С добрым утром!" с картинкой маленького рыжего котенка! Ответ не заставил себя ждать, и телефон звонко отозвался на полученное от Веры сообщение " Доброе утро!" Увиделись они чуть позже, у входа в лечебный корпус. Вера и её подруги-сослуживицы что-то бурно обсуждали, но при Антоне как-то сразу замолчали и, поздоровавшись, быстро исчезли в лечебном корпусе. Вера, оставшись, рассказала: кто-то ночью позвонил жене напившегося вчера "гарцевателя", и та со скандалом утром по телефону отчитала его, требуя, чтобы он немедленно возвращался к ней и детям. Антон и Вера еще разговаривали, как показался поникший,с виноватым видом "гарцеватель". Подойдя к ним, он, опустив голову, пробубнил:

- Ты, это, мужик, прости, я это, сильно пьяный был... - Антон понимающе кивнул, и сказал:

- Да что там! Все нормально!

Вадим, виновато кивнув, пошел в лечебный корпус. Вечером Антон узнал, что жена милостиво разрешила ему продолжить отдых с лечением при одном обязательном условии: звонить ей каждый вечер.

День прошел можно сказать без приключений и трудностей, все по расписанию: процедуры, врачи, обед-ужин. Лишь вечером снова встреча, танцы, объятия, горячий шепот и ощущение счастья и любви...

Провожая домой Веру с целой толпой её подруг, он шутил, веселил и, похоже, совершенно очаровал их.

До поздней ночи Антон и Вера перебрасывались СМС-ками и картинками, пока, наконец она не написала, что её соседка пытается уснуть, а звуки приходящих СМС и тихий смех Веры мешают ей.
Антон пожелал ей доброй ночи и сам попытался уснуть. Но сон никак не приходил, как назло, и полная луна заглядывала в окно и где-то в саду санатория ночная птица выводила свои рулады.

Антон оделся и решил побродить по ночному и туманному саду санатория. Ветерок приятно холодил, а тишина уснувшего сада лишь оттеняла те мысли, что роились в голове Антона. Проходя мимо входа в столовую, он увидел новую афишу. "Увлекательная морская прогулка по легендарным и самым красивым местам Крыма!" И указано время экскурсии:ч10 утра, автобус до пристани отходит от здания администрации в 9-15. Антону очень захотелось постоять, обнявшись с Верой, на палубе, лицом к ветру и под крики чаек смотреть в бескрайний горизонт, туда, где море сливается в небом!

Вера, однако, засомневалась, стоит ли пропускать лечебные процедуры ради невнятной поездки на корабле, но Антон был настолько убедительным, что в конце концов она согласилась. Автобус от санатория до пирса был наполовину пуст, Антон и Вера сидели, прижавшись, уже ощущая себя великими путешественниками. А вот мореходами (почти пиратами), они почувствовали себя, подымаясь на корабль по раскачивающимся сходням. По большому счету, с точки зрения бывалых моряков, это была утлая посудина, что-то вроде речного трамвайчика, но Вере и Антону судно казалось чуть ли не океанским лайнером!

Стоя на палубе, пассажиры кормили пикирующих, горластых чаек хлебом и смотрели, как исчезает в брызгах и тумане берег, все меньше становятся здания на берегу и пропадают звуки суши, уступая место плеску волн и шуму мотора. Вскоре холодный, пронизывающий ветер загнал всех пассажиров в каюты на палубе. Вера и Антон нашли себе два места за отдельным столиком и сели, взявшись за руки. Множество народа столпилось в очереди у бара, но Вера и Антон продолжали сидеть, глядя друг другу в глаза и улыбаясь. Вера вдруг сказала:

- Хочу рассказать тебе, чтобы ты знал. Я разведена...и уже много лет. Вышла замуж на последнем курсе института, вскоре родилась дочь. Мужа любила. Жили, работали, воспитывали дочь. Но потом мужа словно подменили, стал задерживаться после работы, все меньше общался со мной и дочкой, а вскоре заявил, что у него есть другая женщина и он уходит к ней. Так я осталась без мужа, но с дочкой. Той было 14 лет - самый опасный и непредсказуемый возраст. Очень трудно далось и мне, и ей её взросление...Не хочу даже вспоминать о многом, что было. Но сейчас уже вроде всё хорошо. Дочь окончила институт, работает, встречается с молодым человеком.

- Ну, видишь, Вера, все нормально! Все наладилось!

- Подожди, это не все. Проблема совершенно не в этом. А в моем бывшем муже. Он до сих пор считает меня своей собственностью. Следит за каждым моим шагом, контролирует меня. У него другая семья, жена и двое деток, но и меня не оставляет в покое. Несколько лет назад я познакомилась с мужчиной, мы стали встречаться, но муж, бывший муж, влез в наши отношения. Дошло до того, что он с друзьями избил этого мужчину и в итоге мы вынуждены были расстаться. Я просто не знаю, что мне делать? - и Вера со слезами взглянула на Антона.

- Да...Я такого даже представить себе не мог...А ты говорила, объясняла своему бывшему мужу, что у тебя своя жизнь, у него другая семья, что вы уже много лет как расстались???

- Антон, не считай меня недалекой. Я много раз беседовала и скандалила с ним, но он только мерзко улыбается и заявляет, что я его собственность! Наши общие друзья пытались вразумить его, но все бесполезно!

- Дела...Но я точно знаю, что нет нерешаемых проблем, есть только умение найти способ их решить. А для этого надо постараться!

И они ненадолго замолчали. Антон обдумывал ситуацию, а Вера в это время спросила:

- А ты почему один? Молодой мужчина, привлекательный и один. Это, согласись, нонсенс…

- Вот у меня-то все как раз просто: жена и её многочисленная
родня однажды осознали свои национальные корни и уехали на историческую родину. А я остался тут для решения множества вопросов и задержался. А после пришла бумага о разводе: жена развелась со мной и вышла замуж за местного. В итоге он обобрал её и теперь она в разводе, живет в съемной квартире с престарелой мамою, а сын и дочь уехали еще дальше, за океан. Созваниваемся с детьми очень редко, буквально раз в год. Но они вроде бы довольны положением вещей. Я каждый раз при телефонном разговоре говорю, что они могут вернуться в любой момент, я их жду...Но...Вот это пресловутое но...

Наконец очередь у бара значительно поредела, Антон сумел купить два бокала вина, и они стали молча отпивать по глоточку, обдумывая услышанное.

Жуткое состояние, когда вроде бы открыл душу, но легче не стало...После наступившего за откровением молчания Антон предложил пойти на палубу. После душной, хоть и большой каюты, резкой волной ударил соленый морской ветер. Вера от мгновенно охватившего холода съежилась, и Антон обнял её. Они долго стояли прижавшись, глядя на тонкую полоску берега, волны с барашками пены и темные, низкие, быстро бегущие облака. Вскоре корабль стал маневрировать, причаливая к пирсу.

Евпатория...Интересно, что в Крыму даже названия городов погружают в историю, в те века, когда  тут раздавалась звонкая греческая и генуэзская речь, а море было покрыто косыми парусами галер и каравелл. Следуя за гидом и с интересом слушая его рассказы о прошлом города, Антон, Вера и все экскурсанты внимательно рассматривали каждый дом и улочку старого города, где рядом стояли православный собор и мечеть, синагога, кенаса (храм караимов), армянская церковь и лютеранская...И все это на небольшом пятачке земли, без какого-либо соперничества, словно самим существованием призывая к миру и отсутствию вражды.

А в турецком ресторане самые вкусные горячие чебуреки ели все - и православные, и мусульмане.

Домой возвращались уже в темноте. Лишь светился огнями берег справа да за кормой корабля оставалась постепенно гаснущая светящаяся полоска волн. От пирса к дому Веры они шли, взявшись за руки и улыбаясь...

Говорить не хотелось, слишком много было впечатлений за сегодня. Не доходя квартала до дома, Вера сказала, что дальше она пойдет сама, пусть Антон подождет немного. Просто она не хочет, чтобы кто-нибудь из подруг или дочь видели их вместе. Антон немного был удивлен этим, но согласился, приняв это за дамский каприз. Проводив Веру глазами и подождав, пока она зайдет во двор, он направился к проходной санатория. Проходя мимо дома Веры, он долго смотрел на освещенное окно ее комнаты на третьем этаже, а после шагнул через турникет проходной.

Странно, но утром Вера не ответила на ставшую уже привычной СМС ";Доброе утро;". Не было ее и среди подруг, посещающих процедуры. Антон, сидя на скамье, продолжал искать Веру взглядом, но её не было. Он уже собрался идти к ней на квартиру, но в этот момент рядом на скамью села одна из её подруг и негромко сказала:

- Вера просила передать вам вот это, - и протянула Антону сложенный клочок бумаги. - А еще попросила не звонить и не писать ей...

- Что случилось? Что тут происходит? Мы вчера, - и Антон замолчал, не стал рассказывать о том, что вчера они весь день были вместе. Вдруг это может как-то принести вред Вере. Но женщина сама продолжила:

- Кто-то из наших доброжелательниц позвонил мужу Веры и подробно рассказал обо всем. И он утром приехал. Был такой скандал! Теперь она не выходит из комнаты...

- Вера рассказывала, что муж бывший?

- Да, они давно развелись, у него другая семья и двое детей, но Веру он не оставляет в покое, следит за ней.

- Ну, что ж, спасибо за записку, - произнес Антон и, поднявшись, пошел к проходной. Оставшаяся на скамье женщина, вздохнув, смотрела ему вслед.

Антон развернул записку. Там аккуратным почерком
было написано следующее:

- Антон, мы не сможем быть больше вместе, кто-то позвонил мужу, и он примчался сюда на машине. Я боюсь, что он сделает тебе что-нибудь нехорошее. Он злой и агрессивный человек, и я не хочу, чтобы ты пострадал. Мой телефон у него. Прощай!

Антон несколько раз перечитал записку и уже точно знал, что будет делать дальше. Быстрым шагом он пошел к проходной и после вышел к дому Веры. Рядом с домом стояла запыленная машина с краснодарскими номерами. Верно рассчитав, что это явно машина мужа Веры, он несколько раз пнул её ногою по шинам и постучал рукой по капоту. Резкий звук сигнализации буквально взорвал тишину. Вскоре на рёв сигнала выскочил владелец машины.

Римляне говорили: "Если воин перед схваткой краснеет, лицо наливается кровью, то такой может струсить и отступить, а если бледнеет, то такой будет биться до конца и не отступит".

Выскочивший лохматый мужчина с побагровевшим лицом буквально кинулся на Антона. Трезво оценивая обстановку, Антон замер, ожидая противника, потом резко отступил в сторону и подсечкой сбил бегущего с ног. Со стороны могло показаться, что человек сам споткнулся. После Антон схватил упавшего за руку и резко завел её тому за спину. При этом шепотом и улыбаясь, сказал:

- Ключи от машины, быстро! Не то я тебе руку сломаю...- И надавил на руку. Тот застонал и вынув ключи от машины, отдал их Антону.

- Садись в машину, да не за руль! Сейчас мы прокатимся к морю и поговорим.

- Да кто ты такой?! Ты знаешь, кто я?! Да я тебя… - и тут мужчина осекся, глядя в ставшие вдруг совершенно пустыми и бездонными глаза Антона.

- Сиди тихо, - сказал Антон. - Не то я тебе язык просто пальцами вырву. - Антон еще раз взглянул на побледневшего мужчину.

Чем хорош курортный городок, так это отсутствием ГИБДД к близлежащим пляжам. Через время машина легко, с поворота, заехала на абсолютно пустой в это время года пляж. Тут никто не гулял, в отличие от городской набережной - слишком далеко от городской черты.

- Вылезай! – скомандовал Антон. Вынув ключи и положив их себе в карман куртки, он молча смотрел мужчине в глаза...

- Я знаю, кто ты и как ты отравляешь жизнь Веры. Прежде всего хочу спросить: ты хочешь захлебнуться или, поскользнувшись на камнях, разбить голову? Мой боевой опыт позволяет тебе выбрать это...

- Слышь, мужик, ты чего? – испуганно произнес бывший.    

В ответ Антон резко, без замаха ударил противника ладонью в живот. Тот согнулся и упал на камни, глотая воздух как рыба, выброшенная на берег. Антон посмотрел на море и облака, ожидая, когда восстановится дыхание у упавшего. После, не глядя, произнес:

- Сейчас мы поедем к дому Веры, ты соберешь вещи и через полчаса поедешь домой. Веру ты оставляешь в покое. Навсегда! А если нет, то тебя найдут умершим при невыясненных обстоятельствах от несчастного случая. – И добавил:

- Ты это понял? У тебя есть жена и дети, живи для них! А о Вере просто забудь. Да, еще одно: никому и ничего не рассказывай! И не вздумай мстить. Я могу собрать своих армейских друзей, из тех, кто застоялся без дела, и они будут очень рады повеселиться...

Подъехав к дому Веры, Антон вышел из машины и, показывая на часы, еще раз напомнил:

- Полчаса, только полчаса... И отдай Вере её телефон…

Стоя на проходной санатория, он наблюдал, как буквально через считанные минуты бывший муж выскочил с сумкой и дав по газам, умчался. Антон позвонил Вере, и та почти сразу ответила.

- Верочка, я жду тебя возле твоего дома.

- Тебе придется долго ждать меня, мне надо привести себя в порядок...

 Наконец Вера вышла и направилась через дорогу к ожидавшему её Антону. Тот сразу решил ей рассказать, что случилось, но в более облегченной версии:

- Мы побеседовали с твоим мужем на пляже, и ты знаешь, он, похоже, все осознал. Осознал то, что у него своя семья и то, что с тобой он давно развелся, и у вас с ним давно разошлись дороги. А ещё пожелал тебе счастья в жизни...Ну вот вроде бы и все. А, нет, не всё! Он так соскучился по жене, сыну и дочке, что просто рванул к ним! Вот теперь всё!

Вера, недоверчиво улыбаясь, слушала Антона.

- Не думала, что Сергей когда-нибудь перестанет меня преследовать и портить мне жизнь...

- Что ты, Верочка! Люди меняются, особенно при определенных обстоятельствах! Правда-правда!

Оставшиеся три дня пролетели словно несколько минут. Почти все время Вера и Антон проводили вместе, вызывая этим пересуды и сплетни у подруг-сослуживиц. Дочь Веры была занята собой, в основном своей фигурой и внешним видом. Её почти не волновало то, что происходит в жизни матери, а, может, все выросшие дети становятся эгоистичными по отношению к родителям. Вера все же познакомила Антона со своей дочерью, и они втроём даже прогулялись по набережной. Но дочь была до предела занята всеми этими селфи, соцсетями и своими страничками на разных сайтах, что быстро заскучала и, извинившись, ушла...

…Возвращаться домой решили вместе, отдельно от всей компании Вериных сослуживиц. И на маршрутке, а не на поезде. Обоим хотелось посмотреть на это чудо - Крымский мост, но поезд проезжал его ночью в полной темноте,  а вот маршрутка - в полдень, когда все видно!

Ехали комфортно. Мягкий плавный ход небольшого автобуса, ровное шоссе, прекрасные виды из окна и наконец сам мост! Жаль, что на мосту нельзя останавливаться! Всем хотелось сфотографироваться здесь, но увы...

Вышли они при въезде в свой родной город, в том месте. откуда удобнее всего добираться Вере. Антон решил проводить её, а Вере хотелось пригласить его к себе.

Ждали заказанного такси на автобусной остановке, внутри которой висела афиша "Выставка картин Клода Моне и Эдуарда Мане", просто чудом тут уцелевшая. И синхронно произнесенная фраза:

- Там мы познакомились! - заставила их только крепче обняться! Вера от избытка чувств даже погладила пыльную и чуть сморщенную афишу, а Антон предложил сделать селфи, как он сказал, - всем троим, вместе!

Так и сфотографировались: Вера, Антон и афиша! Кстати, фото получилось удачным и после, уже большая фотография в раме стояла в квартире Веры и очень нравилась Антону…